Пути пересекаются

      С последних событий прошло восемь месяцев. Усилиями обитателей тюрьмы, количество которых увеличилось почти до сотни благодаря объединению двух групп и других выживших, присоединившихся к основному составу позже, новое убежище было кардинально перестроено и надежно укреплено. Во-первых, была проведена колоссальная работа по укреплению заборов. Когда еще в Вудбери сняли большую часть шифера с главной стены, его перевезли в тюрьму и с помощью балок построили дополнительное заграждение. Также было свалено много леса в радиусе около тридцати метров – из бревен сконструировали остроконечные ловушки наподобие противотанковых ежей, а чуть дальше были вырыты окопы. Это помогало держать бродивших неподалеку ходячих на приличном расстоянии. Частично вырубленный лес сделал обзор с вышек более широким, и все было видно как на ладони.       Во-вторых, внутренний интерьер теперь напоминал тюрьму только тем, что на окнах имелись решетки, а на заборе колючая проволока. Благодаря найденным на многочисленных вылазках инструментам и стройматериалам удалось повесить красивые светильники, перекрасить стены и отмыть окна, стекла которых были покрыты таким слоем пыли и грязи, что ничего не было видно. Благодаря этому помещениях стало гораздо светлее, и помимо всего прочего даже удалось провести электричество – в этом помогли привезенные из Вудбери солнечные батареи и несколько генераторов.       Также была налажена подача воды, и выжившие имели возможность принять какой-никакой, а душ. Камеры были полностью обжиты, каждый жилец с помощью личных вещей придал им особый уют. Привезенные из Вудбери кровати заменили узкие нары. Многие жители теперь уже Крепости, как в шутку называли тюрьму некоторые, чувствовали себя в безопасности, ведь их окружали крепкие стены, высокие заборы и бдительные дежурные. Пусть Губернатор уже давно был мертв, опасность в образе живых мертвецов все еще существовала, и раз в неделю собиралась группа, которая отправлялась на зачистку территории.       С натуральными продуктами дела тоже шли в гору. Из того же Вудбери были привезены семена сельскохозяйственных культур, которые по совету Хершела посадили на плодородной почве тюремного участка. Помимо него фермерством начал заниматься Рик. Он заботливо поливал грядки, полол их, рыхлил землю, а также ухаживал за живностью – кормил кур, поросят и даже лошадь и корову. Также ему помогал Карл. Кроме добытых на вылазках консервированных продуктов, в убежище имелись свои овощи, фрукты и зелень. Дэрил и Мерл приходили с охоты с добычей, из которой готовились вкуснейшие супы или мясо жарилось на углях, а излишки вялились на следующую зиму. Среди других поселившихся были искусные рыболовы и тоже охотники, снабжавшие разросшуюся общину пищей. Другими словами, превратившаяся в крепость тюрьма смогла укрыть выживших от внешних опасностей, а также обеспечить сытый обед и надежный кров.       Среди членов группы Рика тоже произошли значительные изменения. Они стали сплоченнее, дружнее и сильнее. Конечно, не обходилось без шуточек и подколок Мерла, заставлявшего Рика и других делать ему замечания. Диксон старший умел разбавить атмосферу и все время подтрунивал над Дэрилом и Райаном с Бэт. Эта парочка была неразлучна. Хершел присмотрелся к брату Сорен и дал благословение на их союз как когда-то благословил Гленна и Мэгги. Сорен была искренне рада за брата и желала им с Бэт всего наилучшего. Даже с Мэгги она перестала ругаться и спорить. Девушки теперь беззлобно подшучивали друг над дружкой и с охотой менялись на вахтах. Почти всегда немногословная Мишонн тоже потихоньку раскрылась и стала более разговорчивой и веселой.       Также изменились и братья Диксоны. Мерла и Сорен было не оторвать друг от друга. Райан ничего не мог с собой поделать и все равно ревновал сестру, но понимал, что девушка любит этого человека, и вмешиваться в ее отношения не имело смысла. И сам Мерл медленно, но верно менялся в лучшую сторону – стал терпеливее и добрее, постепенно учился прислушиваться к мнению остальных членов группы и меньше конфликтовал с людьми. Он очень любил Сорен, с которой они жили в обустроенной ими камере. Они все делали вместе, согласовывали планы и не имели поводов для серьезных ссор.       А Дэрил, сам того не ведая, проявлял бо́льшую активность в отношениях с Кэрол. Младший Диксон всегда смущался, когда к нему было приковано внимание в отношении любовных дел, особенно если Мерл подстрекал его или поддразнивал. Однако, когда все любители позубоскалить над угрюмым букой с арбалетом скрывались из виду, Дэрила будто подменяли. Он по-прежнему был не особо разговорчив и что уж лукавить – не умел поэтично признаваться любви и вешать лапшу на уши. Он был по-своему близок с Кэрол, и ее ненавязчивая забота о нем уже не напрягала его. По вечерам они сидели в своей камере, ставшей их уютной комнатой, и шепотом разговаривали о всяких вещах. Тогда Дэрил чувствовал себя уверенным в себе, не опасался, что заявится Мерл и начнет ёрничать, что его младший брат не мужик, а сопливая баба, которая только мямлит что-то себе под нос, а действовать не умеет.       Кэрол клала голову ему на плечо и смотрела на него своими огромными добрыми серыми глазами, отвечала какими-то небольшими фразами. На Дэрила такие беседы действовали успокаивающе, и он уже не боялся обнимать женщину и зарывался носом в ее лохматую макушку. Их любовь выражалась не через слова, а через поступки. А они пережили многое и теперь стояли друг за друга горой. Он не чурался помогать женщине с уборкой, с переноской тяжелых сумок, когда группа отправлялась на очередную вылазку.       И вот в один из вечеров между ними произошло то, что бывает у всех любящих пар. Кэрол будет вспоминать ту ночь до конца своих дней, как и Дэрил. Тогда он еще не чувствовал себя таким счастливым. Конечно, произошедшее его в какой-то мере удивляло и даже смущало, заставляя щеки предательски заливаться краской, когда Диксон младший смотрел на Кэрол. Но Дэрил хранил эту маленькую радость внутри своего сознания, и это воспоминание согревало ему душу. Постепенно он раскрывался, показывая свои лучшие стороны, и, конечно, помогала ему в этом Кэрол. И затем Дэрил уже не стеснялся держать ее за руку при всех, целовать в щеку в знак приветствия или прощания. Брат Мерла не любил лишние сюсюканья, поскольку считал, что остальным в его личную жизнь лезть нечего.       К чему приводят последствия таких ночей и объяснять не надо – теперь внимание членов группы было приковано к Кэрол, а потом и Сорен. Возлюбленные братьев Диксонов находились в интересном положении, причем у обеих были почти одинаковые сроки. Мерл тогда диву давался – как его брат, всю жизнь избегавший близких отношений с женщинами (девицы из баров и притонов не в счет), вдруг обрюхатил эту серую мышь?       Хершел и Милтон объявили Кэрол, что та ждет ребенка. Женщина не ожидала, что снова может забеременеть, а в ее сознании мелькнуло воспоминание о давно погибшей Софии. И теперь Пелетье пришла к выводу, что если станет матерью вновь, то будет оберегать своего ребенка, научит быть сильным и не повторит прошлых ошибок. Не меньше удивился и Дэрил. Кто же отец ребенка, если не он? Опять младший Диксон был вынужден слушать шуточки старшего. Казалось, что Мерл никогда не заткнется, поток его иронии был неиссякаем.       - Ну ты и отмочил фишку, Дэрилина! – смеялся Мерл, когда они с Дэрилом ремонтировали навес во дворике тюрьмы. – Как тебя угораздило-то? Всю жизнь шарахался от баб как ошпаренный, а тут аж мелкого Диксона заделал!       Бедный Дэрил был пунцовый и пыхтел не хуже паровоза, чем еще больше раззадоривал старшего брата.       - Да отвали ты! – ворчал он. – Тебе лишь бы докопаться!       - Ой, какие мы сахарные! Краснеешь не хуже девчонки! – не переставал ехидничать Диксон старший. – Ты сам часом не в положении ли?       - Мерл, блин! Завали хлебало! – терпение Дэрила лопнуло, и он запустил в брата грязной тряпкой, которой протирали инструменты.       - Да ну тебя! – обиделся тот. – С тобой от скуки загнуться можно, совсем шуток не понимаешь!

* * *

      Однако спустя месяц произошло то, что заставило теперь и Мерла округлить глаза до размеров с блюдца и потерять дар речи. В положении оказалась его «дикая кошечка» Сорен. Девушка давно почувствовала перемены в настроении и тошноту от запахов и вкусов некоторых продуктов, но списывала это на «взрывоопасный период» перед критическими днями, и когда пришлось участвовать в одной очень большой зачистке. Тогда несколько человек оттаскивали огромное количество убитых мертвяков на специально подготовленные костры, и Сорен весь вечер тошнило от трупного смрада и гари.       Потом ей становилось плохо и по утрам. Райс расталкивала спящего Мерла, раскинувшего на нее руки и ноги так и сяк, и бежала прочищать желудок. Там-то и понадобилась помощь бравых докторов – Хершела и Милтона, которые осмотрели ее и сообщили радостную новость. Узнав о скором материнстве, девушка сначала покраснела, затем побледнела, а потом так красноречиво выругалась, что даже Мерл бы позавидовал такому запасу ненормативной лексики, а не приветствовавшие сквернословие Милтон и Хершел безмолвно негодовали насчет распустившейся молодежи.       А уж когда будущий папаша узнал об открытии, то не сразу понял, в чем дело и решил, что Сорен захотела подшутить над ним. Она тогда ураганом ворвалась в их с Мерлом комнату и с грозным видом встала в дверном проеме. Полировавший в это время нож Диксон вопросительно посмотрел на нее. Когда его любимая пребывала в таком настроении, это значило, что грянет гром. Но, как известно, лучшая защита это нападение, поэтому Мерл натянул самую обаятельную и широкую улыбку, которая в другой ситуации заставила бы возлюбленную растаять.       - И что же моя дикая кошечка опять такая злая? – пропел Диксон, сделав невинное лицо.       - Ну я тебя поздравляю! – воскликнула Сорен, шумно дыша. – Скоро и ты отцом станешь!       - Ты чего несешь, красотка? Трупятины вчера перенюхала? – с привычной едкой иронией ответил Мерл, все же отставив нож в сторону.       - Дурачком не прикидывайся! – она подскочила к нему и даже легонько стукнула по плечу. – Напомнить сколько раз ты меня пялил?! Ненасытный! Ладно, по ночам, но несколько раз в день, не жирно ли?!       - Ишь, развыступалась тут! Тебе же нравится! Всегда нравилось! – он подошел к девушке и положил ладони на ее бедра, слегка сжал ягодицы. – Сама прыгала на мне и так сладко стонала, ммм! Ты еще клала мои руки на свои мягкие титечки. Так и хотела, чтобы я их потискал!       - Ах ты! Негодяй! – девушка разозлилась и снова ткнула его в плечо. – Похотливый извращенец! Тебе лишь бы всунуть! Я твою хотелку оторву когда-нибудь!       - Да что ты? – все также растягивал слова Диксон и потянулся рукой к застежке брюк. – Может, повторим? Что-то мне опять захотелось пошалить.       - Какой же ты! У тебя одно на уме! – у Райс кончился запас метких выражений, и она, напустив на себя сердитый вид, пихала Мерла в грудь.       - А когда ты сердишься, старина Мерл хочет еще сильнее! – подстрекал ее мужчина и обхватил сильными руками, не давая вырываться.       Девчонка шумно задышала, чем все время вызывала улыбку своего возлюбленного. Они могли бы столько же упражняться в острословии и толкаться, пока в их комнатку не заглянули Хершел и Милтон.       - Так, а вы чего сюда притащились?! – недовольно воскликнул Мерл и указал пальцем на гостей, испортивших очередную возможность «поиграться» с Сорен. – Со своими личными делами я сам разберусь!       - Мерл, позволь мне объяснить тебе, раз ты не понимаешь, – вкрадчиво начал Хершел. – Сорен не пошутила. Она действительно ждет ребенка.       - У нее второй месяц, – робко добавил Милтон, которого уж очень пугало грозное выражение лица Диксона.       - Да вы че все сговорились тут?! – воскликнул тот, скривив в удивленной гримасе лицо.       - Сорен, приходи ко мне с Кэрол каждую неделю, – проигнорировав выпад Мерла, произнес Хершел. – За вами обеими нужен присмотр.       Вскоре Мерл перестал негодовать, и ему пришлось принять тот факт, что он станет отцом. Диксон гадал – справится ли он с новыми обязанностями? Каким он будет в этой роли? Мужчина в очередной раз предался воспоминаниям о далеком прошлом. Вспомнил маленького Дэрила, как заботился о нем, защищал от пьяного и злого отца, рассказывал братику о лесе и охоте, учил его всем приемам, которые пригодились ему сейчас и не раз выручали. Мерл подумал и решил для себя, что также будет защищать ребенка, которого носит любимая девушка. Он понимал, что нужен Сорен, и поклялся самому себе, что никогда не бросит ее.       - Тут такое дело, красотка. Раз мы давно вместе и скоро станем родителями, то считай, что и ты Диксон, – он решил сделать сенсационное заявление, причем не нашел момента лучше, чем за завтраком, когда все члены группы Рика ели за одним столом.       - Чего? – не поняла та.       - Ты носишь моего ребенка, маленького Диксона, а значит, теперь носишь эту фамилию. Ты уже не Райс, сладенькая, – улыбнулся мужчина, положив большую ладонь на ее растущий живот.       - Это ты мне типа предложение делаешь? – Сорен вопросительно приподняла бровь.       - Считай, что уже сделал! – подтвердил Мерл, заставив услышавших это Рика, Гленна, Мэгги, Андреа и других присутствующих ахнуть от изумления. А Сорен круглыми глазами смотрела то на них, то на хитрюгу Диксона, который поцелуем пресек вот-вот стремившийся прорваться поток красноречия. Девушка была не на шутку удивлена таким действием со стороны возлюбленного, но потом со всей нежностью ответила на его поцелуй и после добавила, что согласна быть его женой, и тогда они договорились с Хершелом, который поженил их.

* * *

      Будущая мама готовилась к новой роли. Сорен едва исполнилось двадцать один, а уже такая ответственность впереди. Справится ли она? Выдержит ли роды в условиях апокалипсиса? Девушка отдаленно помнила рассказанную ей историю Лори Граймс, и ей не хотелось, чтобы с ней произошло также. Когда новоявленная миссис Диксон поделилась своими опасениями с Хершелом, тот уверил, что будет следить за процессом рождения малыша и сделает все необходимое, чтобы все прошло благополучно.       Она стала советоваться с Кэрол, ведь та уже имела опыт материнства и могла дать ей несколько подсказок по вопросам кормления, ухода, купания и всего остального. В последнее время Сорен и Кэрол сильно сдружились и проводили время вместе. Райан теперь еще больше беспокоился за сестру и снова вступил в перебранку с ее избранником.       - Да чего ты опять дрыгаешься, малый? – беззлобно подкалывал Мерл. – Сам скоро свою блондиночку оприходуешь, не удивлюсь, если она уже залетела!       От услышанных слов щеки Бэт зарделись так, что на их фоне спелые помидоры, заботливо выращенные Риком, казались бледными как поганки, но она тактично промолчала, а вот ее ухажер опять не смог удержаться от возмущения.       - За базаром следи! Ты бы постеснялся так выражаться при Бэт! – вскипел Райан.       - Да успокойся ты, тоже мне интеллигент нашелся! Сорен тоже выражается, порой не хуже, чем я, но ее выкрутасы почему-то тебя не злят, – быстро нашелся с ответом Мерл. – Ты дядюшкой скоро станешь, радуйся! Мы с тобой теперь родственнички. Будем по очереди мелкому пеленки менять.       - А ведь правда, – улыбнулась младшая дочка Хершела. – Думаю, что Сорен не помешает дополнительная помощь с вашей стороны.       Вот только стремительно растущие животы будущих мам заставляли насторожиться как наблюдавших их Хершела и Милтона, так и будущих отцов. У Кэрол шел восьмой месяц, а Сорен почти догоняла. Казалось бы, что такого – срок уже приличный, день родов неминуемо приближался, малыши росли и готовились к появлению на свет. Однако очередное заявление Сорен заставило удивиться всех.       - Меня не покидает ощущение, что их там двое. Может, я что-то не понимаю в беременности, но не похоже, что так толкается один ребенок, – девушка круглила глаза и прикладывала ладонь к животу, в котором чувствовались активные шевеления то ручек, то ножек.       - Малыш шевелится, это нормально, – успокаивала ее Кэрол, тоже поглаживая свой объемный живот. – Когда я носила Софию, она тоже брыкалась внутри. Но если честно, у меня такие же ощущения, как и у тебя.       - Если это на самом деле двойня, то надо быть очень внимательными, – Хершел переглянулся с побледневшим Милтоном. – Мэгги и Бэт будут нам ассистировать.       - Двойня? У обеих сразу? – удивился тот. – Слишком странное совпадение!       - Выясним, когда придет время родов, – спокойно резюмировал Грин.       И правда, было не похоже, что Кэрол и Сорен ждали по одному ребенку – так были внушительны размеры животов. И дело было даже не в объемной одежде, которая зрительно добавляла объем фигуре. Милтон подосадовал, что нет ультразвукового аппарата, который в этой ситуации очень бы пригодился. В итоге Сорен и Кэрол запретили делать тяжелую работу, ездить на вылазки и участвовать в зачистках, поэтому будущие мамы прогуливались по обустроенной территории и дышали свежим воздухом. Ну, относительно свежим, все-таки неподалеку от заборов и окопов околачивались ходячие и своим затхлым запахом раздражали обоняние и вызывали тошноту.       В один ясный день жены братьев Диксонов уселись на лавочке неподалеку от игравших на импровизированной площадке детей. Среди них были светловолосые сестры Самуэльс – Лиззи и Мика, с которыми дружила Кэрол. Будущие мамы наблюдали за копавшимся в огороде Риком, и работавшими неподалеку Дэрилом и Мерлом. Граймс, как обычно, что-то выискивал в посадках, а Диксоны плотничали – чинили крышу у навеса для животных. Дэрил изредка поглядывал на Кэрол, чего не мог не заметить Мерл, который тоже не упускал случая посмотреть на наблюдавшую за ним мать своих будущих детей.       - Ну прямо идиллия! – комментировала Сорен, созерцая картину перед глазами. – Я теперь уже не Райс, а Диксон, представляешь? До сих пор никак не привыкну к новой фамилии и статусу.       - Так это же здорово. Это значит, что у Мерла серьезные чувства по отношению к тебе. Я видела, что он искренне переживал за тебя и скучал по тебе все то время, пока вы не встретились снова. Даже не думала, что он сможет так измениться, а все благодаря тебе. Если сравнить Мерла времен лагеря под Атлантой и сейчас, то как будто два разных человека, – улыбалась Кэрол.       - Не могу не согласиться, – молвила собеседница. – Я всегда была уверена в том, что хорошее обращение поможет любому человеку стать лучше и раскрыть все его достоинства.       - А Дэрил хоть и строит из себя саму угрюмость, но я вижу, как он лучится от счастья, – сказала она, засмотревшись на возлюбленного.       - Точно, – кивнула Сорен. – Дэрил будет отличным папой. Видишь, как смотрит на тебя? Волнуется, наверное.       - Да я вижу, что он так и порывается бросить работу, подойти и спросить все ли у меня в порядке, – усмехнулась Пелетье.       - А вот мне с Мерлом, я чую, будет очень весело. Он мастер всякие фишки отмачивать, – предположила Райс и насторожилась: – Глянь-ка, опять собачатся что ли?       - Точно! Вон, даже сейчас! – Кэрол кивком указала на мужчин, бурно выяснявших отношения.       Дамы не могли слышать в деталях, о чем говорили спорившие братья, но общий смысл понимали. Мерл сначала тыкал в Дэрила пальцем, тот отмахнулся и что-то выкрикнул ему в лицо. Рик искоса посматривал на них и качал головой – братские разборки, что тут сделаешь.       - Я тебе говорю балку держи, а ты опять на свою Сорен зазевался! – ругался Дэрил. – Ты мне чуть по башке не дал!       - Ой, ты чего так разорался, Дэрилина? – ехидничал старший брат. – Токсикоз замучил? Тазик принести?       - Да заткнись ты! – тот пихнул его в грудь, но Мерла не остановить.       - Ты еще разревись тут! – хихикал он. – Вот только я салфеток не захватил с собой, нечем тебе сопли подтирать.       Дэрил в ответ злобно засопел и только хотел выдать что-то эпичное, чтобы заткнуть неугомонного брата, как к нему подошел настороженный Рик.       - Дэрил, там, кажется, что-то происходит, – указал он рукой туда, где сидели женщины.       Мужчины изумленно вытаращились. Сорен придерживала согнувшуюся от начавшихся схваток и придерживавшую живот Кэрол и пыталась отвести ее в жилой блок. Глаза Дэрила, все время прятавшиеся под длинной челкой, стали размером с блюдца.       - Кэрол!!! – выкрикнул мужчина, побросал инструменты и пулей помчался к возлюбленной.       Дэрил бежал так, что не смотрел куда ступал и зацепился ногой за растение. Он на полному ходу растянулся на свежевыполотой грядке с помидорами, которые было решено вскоре собрать.       - Блядь! – выругался Диксон младший, наспех отряхиваясь от грязи и раздавленных плодов, которыми перепачкал даже и без того немытые волосы. Он не сразу встал, так как у него запуталась нога в крепком и длинном стебле, и с минуту барахтался, расшвыривая комья земли и обрывая листья. Брат Мерла даже ухитрился сорвать вьющиеся ростки гороха и обсыпался молодыми стручками. Несколько горошин провалилось за шиворот и щекотало.       - Что ты наделал?! Это же мои помидоры! – взвыл Рик и всплеснул руками. Он чуть не разрыдался и подбежал к развороченной грядке. Да уж, Дэрил прошелся по ним не хуже бульдозера и все собой передавил. Подбежали находившиеся неподалеку Мишонн и Карл и увидели сокрушавшегося над тем, что осталось от грядки, новоявленного фермера.       - Моя грядка! Он даже горох сломал! – жаловался тот, стеная и заламывая руки. – И раздавил мои помидоры!       Но Дэрил, разумеется, не слышал завывания Граймса по поводу раздавленных овощей, и весь в земле и томатном соке мчался к Кэрол и даже не смахнул кожуру прилипшую к голове. Когда Диксон младший добежал, то еле отдышался. Мчался за ним и Мерл.       - В чем дело? – хором спросили братья.       - У Кэрол началось! – только и выдохнула Сорен, придерживавшая стонавшую от боли подругу.       Дэрил не сказал ни слова, не мешкая подхватил рожающую женщину на руки и понес в блок Д. По пути он уже успел запачкать светлое просторное платье любимой томатным соком и наставить земляные пятна, но это было сущим пустяком. Увидевший их издалека Хершел сначала даже не понял в чем дело. Однако Милтон быстро сообразил, что к чему и унесся подготавливать так называемый родильный блок.       - Она ранена? Что с ней? – удивился Грин, перепутавший раздавленные помидоры с кровью, но потом понял, в чем дело. – Боже правый!       - Дэрилина, как увидел, что стало с его Кэрол, так бежал, что кувырнулся и угробил грядку нашего Дружелюбного Полицейского! Теперь домашнего кетчупа у нас не будет! – прокомментировал сопровождавший его Мерл.       Подбежали дочки Хершела, которых оперативно позвала Сорен. Кэрол уже уложили на койку, и женщина начинала тужиться. Послышались болезненные стоны, заставившие Дэрила побледнеть. По его лбу и вискам крупными каплями стал скатываться пот.       - Ты чего раскис, братишка? – опять сел на своего конька Мерл и пихнул его в бок. – Никогда бабских криков не слышал? Да я на твоем месте бы и дрогнул!       - Заткнись! – как-то истерично крикнул он. – Я должен быть с ней!       Диксон младший тут же скрылся там, где производила на свет ребенка Кэрол. За закрытыми дверями слышались вскрики роженицы, команды Хершела, Милтона и тихие голоса сестер Грин, помогавших принимать роды. В коридоре столпилось много народу – Гленн, Андреа, Райан, Мишонн, Карен, Тайриз, Боб и Саша. Они тихо перешептывались и гадали, кто родится, сколько еще осталось, как там Кэрол и что сейчас испытывал Дэрил.       Прошло около часа. Мерл в нетерпении расхаживал из угла в угол и косился на закрытую дверь, так как ему тоже было интересно, что там происходило.       - Он уже поди в штаны надул там или разрыдался! – ворчал он. – Ну тряпка просто, а не мужик!       - Хватит брюзжать, Мерл! Посмотрим на тебя, когда начнется у моей сестры! – выдал Райан, заботливо обнимавший Сорен.       - Да что ты понимаешь, мальчишка?! – взъелся Диксон. – Я мужик и сантиментами меня не напугать!       - Ну-ну! – только и ответил Райан. Сорен ткнула его в плечо, чтобы не раздувал перебранку при всех. Повисла недолгая тишина, которую нарушил еще один истошный крик Кэрол.       - Дэрил держи ее, сейчас самая основная часть родов! – послышался за дверью приглушенный голос Хершела. – Мэгги, дай мокрую тряпку!       Собравшиеся в коридоре насторожились и превратились в слух. Всем было любопытно, как там шли дела и как вел себя Дэрил. Мерл недовольно цыкал и делал надменное лицо, мол, сам он выдержит этот процесс без единой эмоции. Через несколько минут послышался плач новорожденного и ждавшие в коридоре восторженно ахнули. Через несколько минут из комнаты, где стояла невыносимая духота, пулей вылетел бледный как покойник Дэрил. Он шумно дышал и таращил глаза. Чуть позже выбежали сестры Грин, которых отец послал набрать новую порцию подогретой воды.       - Кто?! Кто родился? Дэрил, не молчи! – градом посыпались вопросы.       - Девочка! У меня родилась девочка! – как загипнотизированный повторял Дэрил. Он так нервничал, что Гленн и Рик стали поддерживать его, чтобы вдруг не упал. Запасливый кореец даже минералку с собой взял и поделился ею с приятелем.       - Ну точно баба! – опять раздался хриплый с ехидной ноткой голос Мерла. – Даже не пацан, а девчонка родилась. Эх ты, Дэрилина!       - Дэрил! – раздался протяжный крик Кэрол. Новоиспеченный папаша тут же метнулся в палату. – Это не все. Кажется, у меня опять началось!       - Что?! Ничего себе! – хором воскликнули все, кто слышал эти слова. Люди расступились, чтобы пропустить Мэгги и Бэт, осторожно несших увесистый таз с подогретой водой.       Снова дверь закрылась, а Хершел с дочками и Милтон провозились со вторыми родами Кэрол. Прошел еще час и Дэрил выбежал еще более ошарашенный и трясущийся как осиновый лист.       - Что такое? Ну, говори! – забеспокоились собравшиеся.       - У меня… У меня… – слова так и застряли в его горле. Он выпучивал глаза, размахивал руками и хватал воздух ртом.       - Спокойно, Дэрил, пей воду! Пей, говорю! – стал успокаивать его Гленн. Дэрил опустошил бутылку до дна.       - Что такое, Дэрил? Кто родился? – беспокоилась Андреа.       - Девочка! Вторая девочка! – задыхаясь, тараторил молодой папаша. Мерл громогласно расхохотался.       - Ну ты отжег, братан! Видел бы ты себя сейчас! – он просто ржал во весь голос. – Мокрый как мышь и трясешься весь!       - Отвали! – огрызнулся Дэрил и уже со счастливой улыбкой сел рядом с Кэрол, державшей на руках два пищащих сверточка. Бэт заботливо искупала и запеленала девочек. Друзья заглянули в комнату и заулыбались от умиления. Дэрил взял одну кроху, выпучившую на него огромные серо-голубые глазенки, и начал укачивать. Улыбка не сходила с его лица. Плевать, что родились девочки, а не мальчики, но это его дети. Дочки Дэрила Диксона. Еще две Маленьких Бандитки.       - Как назовем их? Уже выбрала имена? – уже нормальным голосом обратился к родившей возлюбленной Дэрил.       - Ту, что ты держишь будут звать Сандрой, а ту, что у меня Грейс. Как тебе? – улыбнулась Кэрол. Счастливый отец ответил ей своим фирменным кивком и продолжил любоваться дочкой. От всех посыпались поздравления и пожелания здоровья новорожденным, а также терпения как маме, так и папе.       - Я сейчас разрыдаюсь от умиления! – опять начал язвить Мерл. – Спорим, братишка, что я выдержу весь процесс мужественно и не буду такой размазней как ты!       - Отстань, – даже не слыша брата, бросил Дэрил и не сводил глаз с дочек.       - Да ну тебя! – отмахнулся тот и вышел в коридор, где стояли остальные.       Но через некоторое время теперь и спокойствию Диксона старшего пришел конец. Сорен, которую придерживал брат, неожиданно схватилась за живот и со стоном согнулась.       - Ты чего это, красотка? – встревожился Мерл и приобнял ее.       - Кажется, началось! Теперь и у меня! – простонала та, чувствуя как воды стекли по ее ногам.       - Как так, сестра? – удивился и Райан. – Хершел сказал, что у тебя только через две недели!       - Не знаю! – Сорен учащенно задышала. – Но у меня только что воды отошли! Так что я сейчас рожу!       - Ну едрить вашу мать! – заворчал Диксон.       - Может, лучше поможешь мне, умник?! – огрызнулась девушка. – Я посмотрю на твою физиономию. На сколько хватит твоей выдержки?!       Мэгги и Бэт, поняв, что предстоит принять еще одни роды, оперативно увели роженицу в другую комнату. Райс еле держалась на ногах и висела на Мерле, пока сестры Грин расстилали чистую простыню.       - Мерл, помоги ей лечь! – командовала Мэгги. – Бэт, зови отца и захвати еще чистые тряпки!       Девушку уложили на приготовленную постель, а Мерл пристроился рядом с ее головой. Пришли Хершел, Милтон и Бэт. Сорен уже не сдерживалась, вырывалась и надрывно кричала.       - Мерл, держи ее! – крикнул Хершел и протянул влажную чистую тряпку. – Протирай ей лоб!       - Какой кошмар! – простонала Райс.       - Сорен, дыши! Ты все делаешь как надо. Не останавливайся, все идет хорошо! – подбадривала ее Мэгги.       Она напряглась и стала помогать малышу появиться на свет. Было больно, но девушка прилагала все свои силы и старалась контролировать дыхание. Ее глаза расширились, по лицу стекали крупные капли пота. Очередная схватка, Сорен снова дернулась. Державший ее за плечи Мерл изменился в лице – теперь и он стал бледнеть и закатывать глаза, поскольку крики рожавшей возлюбленной были невыносимыми. Ему пришлось приложить свою недюжинную силу, иначе метавшая роженица могла запросто свалиться с койки.       - Как же больно! – вскрикивала Сорен, когда боль становилась совсем нестерпимой.       У нее катились слезы, она даже не чувствовала сильные руки Мерла, державшие ее. Девушка думала об одном – пусть ребеночек родится здоровым и крепким. Эта ужасная боль, что сейчас пронзила ее тело скоро пройдет, нужно немного потерпеть, хотя это было задачей не из легких. Райс нашарила ладонь Мерла и стиснула ее, ища поддержку со стороны любимого человека. Диксон стиснул зубы – Сорен, сама того не ведая, впилась в его пальцы изо всех сил, причиняя ощутимую боль.       - Давай же, красотка! Не сдавайся! – пытался подбодрить ее Мерл, глядя в ее помутневшие зеленые глаза, смотревшие куда-то в сторону.       - Я устала! – всхлипнула та и откинула голову назад, уткнувшись макушкой в грудь Мерла.       - Отдышись! Уже головка видна. Еще немного осталось! – сказал Хершел.       Сорен посмотрела в глаза насторожившегося Мерла и продолжила тужиться. Эти несколько схваток оказались самыми болезненными. Она плакала и стонала, даже успела расцарапать руку Мерла, которую тот не смог вынуть из ее цепких пальцев. Последняя схватка, и девушка затихла. Раздался крик новорожденного. Мерл тут же приподнялся, придерживая обессилевшую Сорен, и всмотрелся.       - Мальчик! Сорен, у тебя мальчик! – восторженно воскликнула Бэт и приподняла окровавленное тельце малыша. Молодая мама радостно всхлипнула, так как слов у нее не было.       - Ого, вот теперь род Диксонов продолжится! Молодец, Сорен! – обрадовался Мерл.       - Мальчик? Где мой мальчик? – ослабевшая Райс начала метаться и вытянула руку. – Покажите мне его! Дайте мне сына!       - Бэт сейчас купает его и пеленает, потом увидишь, – успокоила ее Мэгги. Она посмотрела чуть ниже, и снова ее глаза вылезли на лоб. Старшая дочь Хершела прощупала все еще большой живот пациентки и насторожилась, так как ее ладонь уловила шевеления.       - Папа, по-моему, у нее еще один! – дрожащим голосом проговорила она.       - Что?! И у нее двойня?! – чуть не подскочил от удивления новоиспеченный отец.       - Сорен, готовься, придется снова приложить усилия! – предупредил ее прилично уставший Милтон.       - Опять?! Я не выдержу этот ад еще раз! Я сейчас умру! – простонала Сорен и попыталась поменять положение. Мерл помог ей опереться на него и взял за руку.       - Да ладно тебе, ты родила как выплюнула! – ответил ей Диксон. – Соберись!       - Поговори мне тут еще! – прорычала та и вцепилась в его плечо. Мерл тяжело вздохнул и вытер пот со лба. Да, все-таки Дэрил не зря так переживал. Выдержать такой процесс – задача не из легких, а что уж говорить о женской доле!       После еще нескольких часов продолжительных схваток у Сорен и Мерла родился второй мальчик. Принимавшие роды были ошеломлены – родились близнецы. Окончательно измученная Сорен прильнула к Мерлу и закрыла глаза. Роды отняли очень много сил.       - Что с ней?! – забеспокоился мужчина, увидев, как та побледнела.       - Она просто устала, – заверил Милтон. – Ей надо отдохнуть.       - Мерл? Ты здесь? – слабо пролепетала она, не открывая глаз.       - Не отключайся, кошечка, не бросай старину Мерла! – разволновавшийся Диксон стал теребить ее отросшие до груди волнистые волосы. Молодая мама взяла его ладонь и прильнула к ней губами. Несколько горячих слезинок упали на его кожу. Девушка плакала, но не от боли, а от счастья. Мерл наклонился и поцеловал Сорен в висок. Подняться у девушки не было сил, поэтому он положил ее голову себе на колени.       - Я люблю тебя, – шептала Сорен, не выпуская руку Мерла из своей. Диксон поглаживал ее волосы и чувствовал, как его сердце наполнялось приятной теплотой. Его любимая подарила ему двух сыновей. Новых Диксонов!       Вскоре зашли сестры Грин и отдали новоиспеченным родителям новорожденных мальчиков. Сорен, услышав звуки своих детей, приподнялась насколько позволили силы и приняла ребенка из рук Мэгги.       - Этот родился первым, – сказала она. Бэт дала Мерлу второго сына, который появился на свет позже.       У обоих мальчиков были пронзительно-синие огромные глаза как у отца и тёмные волосы как у мамы. Новорожденные были абсолютно одинаковы – такие же носы, ротики, форма ушей. Но одна отличительная черта все же имелась – ребеночек на руках Сорен был спокойным и все время держал кулачок во рту, а другой гукал и шевелил крохотными ручками, пытаясь потрогать подбородок Мерла. Младший сын был более подвижным, а старший более тихим.       - Сыночек, мой сыночек, – повторяла Сорен, целуя малыша в розовый лоб. Младенец внимательно смотрел на счастливую маму синими как море глазами.       Мерл аккуратно, несмотря на свою внешнюю грубость, держал второго сына и с гордостью смотрел на него. Он улыбнулся, когда малыш, устремив на него сапфировые глаза, в очередной раз протянул к нему ручку и потрогал щетину на его лице.       - Вот этого будут звать Нэйтан, – объявил Мерл. Сорен одобрительно кивнула.       - Красивое имя. А старшего тогда Макс, – улыбнулась она. Новоиспеченный отец поцеловал ее в губы.       В комнату впорхнули Дэрил и не находивший себе места Райан. Райс младший бросился к сестре и обнял ее.       - Сестренка! Ну как ты? – выкрикнул теперь уже дядюшка Райан.       - Посмотри какие они! Ты только посмотри! – шептала молодая мама, указывая на сыновей.       - Красивые! Очень похожи на тебя и на отца, конечно, – согласился парень.       - Близнецы, – шептала Райс. – Как бы мама с папой обрадовались бы, если были здесь! Они были бы рады внукам.       - Надеюсь, что так и есть, – брат обнял сестру, и она позволила ему подержать племянника.       - Поздравляю с пополнением, брат! – сдержанно улыбнулся Дэрил. – Будем теперь вместе охотиться!       - Слышишь, что говорит дядюшка Дэрил? – обратился отец к Нэйтану, укачивая его. – Надерем задницу ходячим и наловим белок!       - Мои Маленькие Бандитки будут не хуже! – усмехнулся младший Диксон.       - Погоди, братишка, еще увидим как мои мужики стреляют! – пошутил Мерл.

* * *

      С тех пор прошло еще два года. Не только у Диксонов, но и у других жителей Крепости ожидалось пополнение. Так, в один день Карен узнала, что находится в интересном положении, чему очень обрадовался Тайриз. Но и его сестра Саша вскоре оказалась в той же ситуации – ее отношения с весельчаком Бобом Стуки перешли на новый этап. Даже Рик Граймс, «лидер всея тюрьмы» как в шутку прозвал его Мерл, тоже наладил личную жизнь… с Мишонн. Карл сначала был в шоке, но был счастлив за отца.       - Вот тебе на! – комментировал Диксон старший. – Теперь все решили тут демографию восстанавливать, в то время как мир разваливается!       - Так это же хорошо, – сказала Кэрол. – Наши дети это вклад в будущее. И их дети тоже.       - Райан, ты по ходу следующий, – подколол его Дэрил, гордо державший одну из своих дочек на руках.       - Да ладно?! – удивлялся тот. – Рано мне еще.       - Никуда не денешься, братик! – вторила ему сестра. – Бэт будет хорошей мамой. Эй, Мэгги! Вы с Гленном там еще не планируете?       - Думаю, что скоро очередь дойдет и до нас, – усмехнулся Гленн.       Детки Диксонов прилично подросли и уже вовсю топали за подросшей Джудит. Дочки Дэрила, светловолосые и сероглазые, охотно играли с братьями-близнецами. Различать без труда кто Нэйтан, а кто Макс могла только Сорен, а вот Мерл все время путался и выглядел в такой ситуации довольно комично.       - Макс таскает с собой игрушечный ножик из деревяшки, а Нэйтан рогатку, подаренную Дэрилом. Они никогда не расстаются с ними, даже когда спят! – неизвестно в какой по счету раз подсказывала ему Сорен.       - Дорогая, я все равно не запомню! – жаловался Мерл, стараясь не обращать внимания, что младший сын настойчиво пытался сорвать с его запястья кожаный браслет. Блестящие заклепки привлекали внимание любопытного мальчика, и тот упорно требовал отцовский аксессуар себе.       - Нэйтан, нельзя! Не трогай, кому говорю! – в шутку ругал мальчика Диксон.       - Дай! – требовал малыш, не выпуская из ручки застежку браслета.       - И еще Нэйтан более любопытный и энергичный, а Макс более флегматичный, – объясняла Сорен.       - Эээ, по-моему, как раз у Макса рогатка. Впрочем, я тоже наверняка ошибаюсь, – указала Кэрол на мальчика, который зажал игрушку брата, а тот что-то лопоча пытался отнять ее. Она тоже не могла различать детей подруги и удивлялась, как это удавалось ей.       - Ну блин! – Мерл все время хлопал себя по лбу. – Иди-ка сюда, проказник!       Диксон старший вернул игрушку Нэйтану, тот успокоился и стал возиться рядом с сидевшей на мягкой подушке маленькой Сандрой. Девочка размахивала найденной на одной из вылазок куклой, пытаясь ею выбить рогатку у мальчика.       Мерл заглянул в синие глаза старшего сына и предался воспоминаниям о своем детстве. А ведь когда-то он сам был таким – маленьким, смышленым и таращил глазки, познавая мир. Теперь он держал на руках своего ребенка. Диксон пообещал себе, что у его мальчиков будет такая жизнь, какой он хотел бы жить сам – без ужасного и жестокого прошлого, заставившего ступить на кривую дорожку и совершить много ошибок. Мерл постарается дать своим детям то, чего когда-то не получил сам – любовь, заботу, внимание. И не сомневался, что в этом ему поможет Сорен, всегда верившая в него. Не зря говорил Хершел – любовь меняет людей, а общее дело всегда сплачивает.       Также думал и его брат Дэрил, глядя на своих красавиц-дочек. Девочки росли не по дням, а по часам, были очень любопытными и шустрыми. Хотя задатки лидера были у младшей Грейс, Сандра была веселой и улыбчивой. Молодые родители все время в шутку спорили кто будет более бойким и смелым – девочки или мальчики. Но Кэрол и Сорен уверяли, что все они по-своему хороши.       Шли дни, сменявшиеся неделями, а недели перерастали в месяцы. Непрерывно текущее время открывало новый период в жизни обитателей тюрьмы, количество которых выросло благодаря новому поколению. Люди надеялись, что чума, охватившая мир, когда-нибудь закончится, ведь после черной полосы всегда наступает белая. Они верили и боролись, стараясь приблизить светлое начало. Пока им предстояло держаться вместе, так они могли быть сильнее и если что, дать отпор любой опасности. Когда-нибудь апокалипсис закончится, и жизнь снова потечет в привычном ритме.