Череп геликоприона

      Они продвигались по Зоне, ориентируясь на координаты, оставленные Бородой. На месте, естественно, никого уже не было. Только труп Ленина. Хороший сталкер был.       — Ну и? — заинтересовалась Борса. — Что теперь делать будем? Паучков-то отловить надо.       — Погоди, — шикнул на неё Калач. Он ковырялся где-то в зарослях, громко при этом шурша листвой болотной растительности. Сзади что-то всхрапнуло, всхлипнуло, заревело, и на группу сталкеров, материализовавшись из ниоткуда, выбежал кровосос. Борса шагнула назад, доставая из-за спины дробовик. Секунда, выстрел. Голова кровососа смачными ошмётками разлетелась по затхлой земле затона. Часть ошмётков попадали в воду, та сразу окрасилась в бурый — от крови и гнили.       Девушка, дослав патрон, передёрнула затвор и потянулась за ремнём, но тут метрах в шести от них возник ещё один кровосос.       — Твою мать, — девушка снова достала "Чейзер". За кровососом уже появился второй. Третий. Четвёртый... Они неслись на них убийственной волной. Отстреливать их так же просто уже не получалось: прицелы сбивались, темп стрельбы рос, перезаряжаться приходилось чаще.       Схватка приняла просто глобальнейшие масштабы. Люди не выдерживали, им всё чаще приходилось отступать назад. Дегтярёв со своим старым "Калашниковым", Калач — с "Гюрзой", Борса — с "Чейзером". Палили в три ствола, а кровососы всё наступали. Один за другим. Один за другим.       — ПОШЛИ ВОН! — заорала Борса. Майор несолидно вздрогнул и обернулся. Кровососы застыли, а затем, разворачиваясь, пошли от сталкеров.       Парни осмотрели окрестности в поисках опасности, но горизонт был чист, как совесть среднестатистического "долговца".       Тогда оба парня, как по команде, уставились на Борсу. Девушка смахнула что-то неприятно щекочущее лоб и с удивлением обнаружила, что это струйка крови, размазанная по коже. Сталкерша махнула головой и убрала дробовик за спину.       — Всё в порядке, — попыталась она успокоить себя и ребят.       — Ага, я вижу, — саркастически заметил Дегтярёв.       — Ладно, хватит переговариваться. Я тут следы нашёл, — Калач указал куда-то в заросли болотной травы.       Борса, глянув на майора, шагнула к следопыту. Дегтярёв пошёл за ней.       Шагов через сто сталкеры услышали звук, для Зоны совсем не типичный. Мяукал – будто плакал — вдалеке котёнок. Крик его был пронзителен. Он давил на уши так, как давит на мозг влияние контролёра.       Девушка, приготовив небольшую и посему более удобную «гадюку», пошла в разведку. Звук исходил из зарослей на берегу у болота. Борса, вскинув оружие, раздвинула листву. Рука непроизвольно опустилась. На сырой земле, израненный ветками и камнями, лежал совсем голый ещё детёныш химеры. Сталкерша протянула ему руку, но малыш махнул лапой в воздухе, немного не достав до девушки.       — Ну ладно, малец. Не хочешь, не надо, — отступила сталкерша. — Сколько же тут этих пауков? — спросила она, вернувшись к парням.       Калач коротко ответил, что по следам не определишь, потому что у пауков обычно восемь ног и все они ходят.       Но следы вели группу дальше, и сталкеры терпеливо следовали им. На пути им больше никто не мешал, никто не встретился, кроме парочки вольных, салютовавших при встрече Дегтярёву и тепло приветствовавших Борсу. Пауков, к слову, на их пути тоже особо не встретилось. Кроме, может быть, обычных мелких пауков умеренного пояса.       Сталкеры остановились в районе «Изумрудного». Тишина, для Зоны не совсем привычная.       — И что дальше? Следы прерываются. Дальше ничего и никого нет, — констатировал Калач.       Борса задумалась.       — Борода сильно обидится, если мы вернёмся ни с чем? — поинтересовался Дегтярёв.       — От настроения зависит, — ответила девушка.       — Эй, вы, матёрые — от слова «мать вашу»! — закричал из ПДА голос Бороды. — Ваша добыча уже приныкалась в соседних кустиках и ждёт в засаде! Паутиной нам всё тут обмотали. Дуйте сюда, сталкеры, мать же ж… Не сговариваясь, троица рванула обратно. Борса, неудачно ступив на ногу, захромала, но махнула Дегтярёву, мол, идите, парням помогайте, я доберусь. Сталкер кивнул.       Хромая по тропинке, Борса услышала мяуканье. Живой малец-то ещё, уберегла его Зона! Сталкерша пробралась по болотной поросли к нему. Малыш был всё ещё совсем один, но теперь уже не сопротивлялся, когда девушка захотела взять его на руки. Шкура у него была тёплая, но детёныша трясло от холода. Борса завернула его в какие-то тряпки, завалявшиеся в рюкзаке, и аккуратно вложила в контейнер для артефактов.       «Будто для тебя сшит», — подумала она и, вооружившись «гадюкой», захромала к «Скадовску». Там уже была настоящая бойня.       — Борса, где ты шаришься-то! Хватай винтовку и отстреливай эту гадость сверху!       Девушка залетела на борт корабля, захватила из личного шкафчика снайперку, поколебавшись, посадила туда малыша и выбежала наружу. Прицел, концентрация, выстрел… Сверху было прекрасно видно всё поле боя. Мечущихся, не знающих, как справляться с бронированными тварями, сталкеров; пауков, агрессивно пытающихся освоиться в новой местности и выгнать оттуда всех её прежних обитателей. Дегтярёва, подползающего с ножом к одному из арахнидов.       Борса навела прицел снайперки на цель. Майор заполз под брюхо паука и всадил ему нож в основание головогруди. Арахнид дёрнулся и свернулся, зажав майора в тиски. Сталкерша выстрелила. Пуля скользнула по бронированной коже. Паук сжался сильнее. Дегтярёв пытался вырваться, но хватка лап не ослаблялась, а лишь усиливалась.       Борса сплюнула и стрельнула куда-то в сторону сталкеров.       — Ты чё творишь, дура? — отозвались оттуда.       — Майор! — коротко ответила Борса и качнула стволом в сторону паука, сжавшегося в спазме.       Из дома вылетел бешеный и неуравновешенный комок чистой энергии и, размахивая мачете направо и налево, налетел на паука. После пары десятков скользящих попаданий по броне и двух точных ударов в незащищённую морду, арахнид, издав неприятный звук, ослабил хватку. Бешеный комок улетел в сторону сталкеров, безуспешно отстреливающих пауков, оставив майора наедине с тварью. Борса, заметив, что тот не двигается, стала спускаться вниз.       Майор был весь синего цвета. Борса присела рядом и пощупала пульс. Его не было. «Прекрасно. Давай, дыши, родной, дыши», — паниковало сознание. Пришлось вспомнить все навыки первой помощи в таких случаях. «Это же удушение, его ещё можно вытащить с того света!» — кричала логика. Непрямой массаж сердца, искусственное дыхание. Раз, два, три, четыре… Дегтярёв жадно глотнул воздух. Ладонь в спазме сжала руку Борсы.       — Тише, тише, полковник, живой ты, живой, — улыбнулась Борса. Тут сталкер повалил девушку на землю. Над ними пронёсся с огромной для существа подобной комплекции скоростью псевдогигант. — Идти можешь? — спросила девушка поднимаясь.       — Да, — неуверенно и хрипло отозвался майор. — Да, могу.       — Эй, парни, уходим, они сами разберутся.       Сталкеры повалили внутрь сухогруза. Кто-то по дороге подхватил еле живого майора. Дверь закрылась. Борса выхватила из толпы взъерошенного и больше похожего на воробья, нежели на человека, Суря. Отобрала у него свой мачете и отправила наверх отлежаться после выброса и драки. Дегтярёв был отправлен туда же.       Девушка поднялась вслед за ними и вытащила своё маленькое сокровище из хранилища. Малец хотел есть, но чем его кормить, Борса не знала и не могла предположить. Борода подсунул ей кусок залежавшегося мяса. Сколько он провалялся на складе, было неясно, но выглядел и пах он хуже некуда.       Зато детёнышу сие угощение весьма понравилось, он слопал его в мгновение ока, вызвав отвращение даже у видавшей виды сталкерши. Наевшийся котёнок разыгрался и прыгал на сапоги сталкеров, кусаясь и царапаясь. Борса снова взяла гитару.       Сверху появился пошатывающийся Дегтярёв. Ему налили чаю (тут удивились многие, думающие, что в Зоне есть только водка и портвейн) и усадили на ящики. Попутно спросили о самочувствии и убедились, что всё хорошо.       — Борса, а ты до Припяти прогуляться не хочешь? — спросил Дегтярёв, когда его персона всем надоела и они вернулись к своим повседневным заботам.       — Ты так спрашиваешь, будто предлагаешь в соседний ларёк за пивом смотаться, — отложила гитару девушка.       — Ну, почти. Мы нашли путепровод, ведущий прямо в Припять. Но этот поход в ларёк опасный. На тебя можно положиться, я уверен. Я Сурю предлагал, но он говорит, что пойдёт только с тобой.       — Правильно делает, что так говорит. После его вылазки на Янов и отгул, я думаю, его вообще никуда отпускать нельзя будет, — улыбнулась девушка. — А в Припять я не попаду, увы. А жаль. Я же сюда шла с мыслью о том, что наконец-то в Припяти побываю, на ЧАЭС… На ЧАЭС сходила, а в Припять не попаду.       — И почему же? — отхлебнул из чашки майор.       — А вот, Саша, — постучала сталкерша по протезу. — Нога-то совсем никакая.       Дегтярёв ухмыльнулся.       — Это вы, здоровые, по Зоне носитесь. А мне теперь только на Скадовске сидеть, песенки петь да за артами иногда выбираться в окрестности.       Безымянный зверёныш пропрыгал по всему залу и вернулся к хозяйке. Борса посадила его на коленки. Детёныш довольно заурчал.       — Почему я не удивлён? — поинтересовался ни у кого сталкер.       — Опять мне Зона детей подкидывает, — констатировала сталкерша.       — Ребят, вы бы это видели! Тут такая заваруха была! Псевдогиганты — да их тут туча — с этими пауками сцепились, такие армией на них напрыгнули и давай лупить! Разнесли тех в пух и прах, даже щепок не оставили! А потом и сами ушли. Странно это, ну и ладно. Это ж Зона, тут странного нет! — разрывался ПДА Бороды голосом Суря.       — Стоп, а он откуда знает?! — поморщилась Борса.