It's all about us...

В первый раз я увидел тебя в самолете. Я тогда летел в Лондон по делам. По пока еще легальным и девственно чистым делам. А ты, как выяснилось позже, — домой. Мне не посчастливилось сидеть с тобой на соседних сидениях, но весь полет я наблюдал за тобой. Ты, вероятно, успел заметить это, — в этот раз конспиратор из меня получился херовый —, но виду не подал. Какой же ты наивный, Ньют. Ты маскироваться тоже не очень-то умеешь, а вот я много наблюдательнее: ты знаешь, несколько раз ловил твой взгляд. От меня не укрылось то, что ты украдкой смотрел в мою скромную сторону, делая вид, что обернулся на проход. А после того момента, когда самолет приземлился, ты улыбнулся мне перед тем как покинуть салон. Сначала я переживал, что никогда не увижу тебя, что мог бы подойти и познакомиться, но не сумел побороть вдруг напавшую на меня стеснительность. И немудрено. Что бы парень подумал о другом парне, который решительно двигает в его сторону, а потом настойчиво предлагает познакомиться? О, нет, мягко и вежливо я бы не смог, поверь — не мой стиль. Но после пары кружек крепкого и противного кофе из какой-то дешевой забегаловки в аэропорту мысли о тебе немного улетучились из моей головы, а еще через половину пачки «Пэл-мэла» я и думать забыл о нашем мимолетном свидании. Однако, случайность это, фатум, или еще какая дрянь из этой оперы, я увидел тебя снова. Ты жил в доме, соседний от которого снимал я. Выходит, мы будем жить рядом? Интересно получилось. С тех пор я тратил дни в слежке за тобой. Все необходимые дела, по которым сюда и летел, я порешал в первый же полноценный день моего обитания в самой дождливой столице мира, но уезжать не собирался. По крайней мере без тебя. За неделю беготни за тобой попятам я узнал о тебе всё: какие сигареты куришь, каким шампунем и презервативами пользуешься, твои предпочтения в музыке и в кино, дату твоего рождения, имена твоей сестры и матери. Наверное, тебе не сложно догадаться, что твое прекрасное имя я выяснил почти сразу? Узнал я и парочку твоих друзей, и девушку, которой ты дарил себя и свое время. Только она не ценила. Любовь слепа —, а вот мне со стороны заметно многое, чего не замечаешь ты. Для чего мне всё это — я не понимал. Но зачем-то продолжал следить и добывать все больше и больше информации. Меня тянуло к тебе, как акулу на запах крови. Да, соглашусь, идиома ужасная, но так уж ли она ужасна в сравнении с силой твоего чертового магнита, которая стирает мой рассудок, словно очень большой ластик, и притягивает к тебе, подстрекает узнать о тебе больше, а потом и познакомиться лично? В один прекрасный день я именно последнее и сделал. Точнее, в одну прекрасную ночь. Музыка гремела из профессиональной стереосистемы, заглушая своими запредельными децибелами все звуки вокруг. Я знал, что ты вернешься с работы поздно и захочешь спать. Третий час ночи… Я несразу понял, что мою дверь уже чуть ли не выламывают. Еще бы, разве в таком гаме можно что-то услышать? Но на это и приходилась ссылка моего расчета. И, ты знаешь, он не провалился. Я прошел в прихожую, взъерошивая волосы и закуривая на ходу. Посмотрев в глазок, не смог сдержать победной улыбки: на ловца зверек прибежал как миленький. Открываю дверь и вижу твою недовольную мордашку с усталыми глазами цвета самого янтарного виски. Брось хмуриться, Ньют. Так ты выглядишь намного милее. Нахально улыбаюсь и выдыхаю дым прямо тебе в лицо. — Прости, ты не мог бы сделать музыку тише? — не обратив никакого внимания на дым, так бесцеремонно выпущенный в тебя, ты улыбнулся, едва-едва приподнимая уголки тонких губ. — А чем это тебе не нравится моя музыка? — я выгнул одну бровь, делая вид, что не вижу проблемы в громкой музыке. Да, вот сегодня актер из меня — что надо. — Дело не в музыке. Мне нравятся песни, но не в почти три часа ночи. Я очень устал за день и хочу спать. Давай по-человечески, хорошо? Ты ведь не против? — Против. Потому что я тоже устал, а расслабляюсь я именно так. Прости, чувак, но ничего не получится. Можешь хоть копов вызывать — не поможет. У меня достаточно денег, чтобы заплатить за продолжение этого прекрасного концерта, — я обворожительно улыбнулся и захлопнул дверь прямо перед твоим милым курносым носиком. Держу пари, завтра ты примчишься выяснять наши соседские отношения. Вот тогда мы и познакомимся. С этими мыслями все-таки вырубаю центр — не зверь же я в самом-то деле. Подхожу к окну и наблюдаю за тем, как твоя стройная фигурка в кедах, старой вытянутой футболке и свободных джинсах удаляется в сторону соседнего дома. Вот откуда-то из-за угла вырулила троица парней и неспешно направилась к тебе. — Эй, детка, не хочешь заработать? — один из парней, видимо, главарь, оскалился, самозабвенно отрезая тебе путь к дому. Остальные также уже обступили тебя, не давая никаких шансов на побег. Ты молчал. В тишине, заботливо укрывающей переулок, все слова, тяжелые вдохи и судорожные выдохи, нарушающие её, мой слух воспринимал настолько четко, как если бы это все происходило в полуметре от меня. Почему-то я просто стоял и смотрел, не спеша на помощь. — Ты что, язык проглотил? Так это зря. Потому что сейчас тебе придется им поработать, притом совершенно бесплатно, — парень двинулся на тебя, а ты испуганно дернулся в сторону, порываясь убежать, но двое парней схватили тебя так крепко, не давая вырваться. Да, тебя вряд ли кто-то мог назвать слабаком (а если кто и осмеливался сделать это, тутже жалел о сказаном), но два здоровых парня ты пересилить точно не смог бы. Все еще пытаешься вырваться —, но это бесполезно, бой неравный. Просто быть невидимым наблюдателем я больше не мог. Быстро схватив биту и распахнув дверь, я поспешил тебе на помощь, хотя ты даже не пытался орать, а лишь слабо сопротивлялся. Парни уже пытались отволочь тебя к стене. Втроем у этих уродов почти получилось осуществить задуманное, но моя реакция сработала быстрее, чем кто-либо из них мог что-то сообразить. В несколько прыжков я достиг компании и двумя резкими ударами биты вырубил двух из твоих конвоиров. С третьим, главарем, ты справился и сам. Но тот оказался несколько крепче своих корешей. Что ж, не учел, а следовало бы ожидать. Ни секунды не раздумывая, я оттолкнул тебя в сторону и уложил парня на место уже без помощи биты. Ты сидел на асфальте, потирая копчик и морщась от неприятных ощущений. — В порядке? — Да, спасибо, — вымученно улыбнулся ты. — Не за что, — даже не удосужившись посмотреть в твою сторону, бросил я и направился к своему дому. Чем я могу выразить свое спасибо? — твой голос, с нотками осознания запоздалости, окликнул меня, когда я уже хотел открыть двери. — Если ты так хочешь… Приходи ко мне вечерком, послушаем музыку вместе, — я обернулся и посмотрел прямо на тебя. В тусклом свете старых фонарей ты не заметил моего пристального взгляда, — спокойной ночи и добрых снов. — И тебе также. Благодарю за спокойную ночь, — ты смущенно улыбнулся и поспешил домой. А вот я не торопился переступить порог своей обители, пока ты не скрылся за дверьми своей собственной. Как только это случилоь, я зашел к себе и краем глаза заметил в окне фигуры тех уродов, которые хотели тебя изнасиловать. Грозные с виду, парни улепетывали, с опаской оглядываясь на мой дом. То ли самому себе любимому, то ли тому, что потасовка на улице удачно закончилась, то ли тому, что ты уделишь свое внимание моей скромной персоне хотя бы на один вечер, я улыбнулся и пошел в спальню. А через несколько минут я уже лежал в своей кровати, мечтая о предстоящем вечере с тобой. Разум неумолимо клонило в сон, и вскоре я поддался на провокацию дядюшки Морфея. Сегодня будет тяжелый и приятный день, с его не менее приятным завершением, мне нужно выспаться. С этими мыслями я окончательно провалился в страну сновидений.