Чёрная метка

- Итак. Я собрал вас здесь для очень важного вопроса, - Артур стоял на капитанском мостике, скрестив руки за спиной и строго смотря на свою небольшую команду, которая стояла на палубе, вскинув головы и смотря на своего капитана. Неподалёку от Артура стоял первые помощник, Людвиг, наблюдая за капитаном. - Половина из вас должны остаться на корабле, другие же направляются со мной в бухту. Людвиг! - Артур обернулся смотря на пирата. - Мне понадобится твоя помощь, берёшь с собой Ловино, Ральфа и Гильберта. Вместо чёткого ответа на палубе лишь вялое отмахивание и угрюмое "да, конечно". Только сам Людвиг кивнул, принимая всё с честью. - Леон, Бервальд, Томас и Джеймс, вы идёте со мной. Остальным слушать Альфреда, всё ясно? - Артур оглядел команду, на что некоторые кивнули и несколько флибустьеров ответило "Так точно капитан". Ничего больше не говоря, Кёркленд поспешил спуститься по лесенке на палубу, направляясь к шлюпкам, что уже висели слегка ниже борта. Быстро перемахнув через борт, приземляясь обеими ногами о твёрдое дно одной из шлюпок, Кёркленд окинул взглядом команду, будто проверяя их. Джеймс, Томас, Бервальд и Леон, которые должны были ехать с Артуром, сразу догадались, что тот имел в виду, и поспешили к шлюпке. Следом за ними медленно пошел главный плотник "Проклятого", Родриго. Дождавшись когда все пятеро устроятся в шлюпке поудобнее, флибустьер стал медленно спускать их на воду, стараясь, чтобы верёвка не соскользнула, тем самым заставляя шлюпку упасть в воду, и, не дай Бог, перевернуться. Когда шлюпка спустилась, Джеймс и Бервальд взялись за вёсла. Томас оглядывался по сторонам, слабо улыбаясь, а Леон спокойно достал из-за пояса, сделанной из мягкой тёмно-бордовой ткани, небольшой ножик, начиная крутить его в руках. - Курс на юго-запад, - отдал приказ капитан, усаживаясь у самого носа шлюпки и закидывая ногу на ногу, на несколько секунд задерживая свой взгляд на Томасе, но быстро перевёл его на галеон, точнее на вырезанное имя его, "Проклятый". - Так точно, - с лёгким недовольством сквозь зубы сказал Джеймс, начиная грести. Бервальд только кивнул, подчиняясь приказу. Томас посмотрел на капитана, улыбаясь ему. - Капитан, а можете рассказать, зачем мы отправляемся? - Людвиг обязан запастись оружием и живой свининой с продовольствием, мы же должны купить теплую одежду и лекарства, - спокойно ответил Артур. - И зачем же нам тёплая одежда, если не секрет? - на этот раз вопрос задал главный канонир команды, Леон. - Могли для этого Франциска взять, он хороший врач и должен знать, что нам понадобится, вот. - Я говорил с ним, - ответил на вопрос Артур. - И куда же поплывём? - поинтересовался Джеймс. - В сторону Индии, - на слова флибустьера Томас вздрогнул и с опаской взглянул на капитана. Все догадывались. И это было кошмарно.

***

      Оставшаяся на корабле часть команды даром времени не теряла. Благодаря Альфреду, а точнее Артуру, отдавшему этот приказ Джонсу, на борту "Проклятого" надо было хорошенько прибраться до возвращения капитана с новым продовольствием. Работы много, но закончить её Джонс хотел как можно быстрее. - Хенрик, на тебе все обязанности! - крикнул Альфред боцману, подходя к двери. - Родриго! Слезай с бушпирта! Черт вас дери, где Тино?! - Тино на реях! - донеслось с другого конца палубы. - Отлично! - Джонс усмехнулся и быстрым шагом направился на камбуз, которого достиг за полторы минуты, минуя разбросанные повсюду обрывки канат и простой грязи, оставленной здесь после последнего шторма, случившегося несколько месяцев назад. Дойдя до нужной двери, Альфред распахнул её и влетел на камбуз, радостно улыбаясь, однако улыбаться было нечему. В помещении царил тот ещё бардак. Повсюду валялись пустые бутылки, кожура от фруктов, мелкие кости и прочая дрянь, присущая такому месту. - Ахой! Камбуз, ты как? - Что?.. - с сильным акцентом спросил кок, который всё это время стоял у варящегося котла и что-то готовил. - Ты как? - Хорошо, - кивнул кок, поворачиваясь и совершенно спокойно смотря на Альфреда. По виду флибустьер был одет гораздо лучше капитанского брата, или, как Джонса прозывали на корабле чаще, второго помощника. Желтый, слегка потрёпанный временем жакет с воротником-стойкой, застёгнутый на навесные петли, свободные изумрудно-зелёные штаны и кожаные башмаки придавали флибустьеру вид штурмана, или, скажем, боцмана, но уж точно не кока с вонючего кабмуза. - Как продвигается уборка? - Хорошо, - так же спокойно ответил кок. - Яо, а ты другие слова знаешь? - Понимаю. Не знаю, - Альфред цокнул, ничего не понимая из сказанного, но решив больше ничего не спрашивать у кока. Иногда тот отвечал так, что мозг зависал на несколько минут, отказываясь переваривать полученную информацию. И зачем Артур взял этого азиата на борт корабля?.. - Тогда оставайся здесь и работай дальше. Скоро прибудут с едой! - весело сказал Альфред и поспешил удалиться с камбуза. - Быстрее бы! А то везде мертвецы валяются. Там мертвец, здесь мертвец... Проходу на камбузе нет, - крикнул вслед убегающему Джонсу Яо, но тот уже не слышал его. Надо было навестить остальных. Следующей его целью стали кормовые, где флибустьер хотел обнаружить хоть одного из канониров, но, как оказалось, никого на месте не было, однако все пушки, как ни странно, были отмыты до блеска. Альфред хотел было обнаружить на корабле кого-то ещё, но все были на палубе, разбираясь с парусами и прочей ерундой, до которой сейчас Джонсу было всё равно. Ему повезло только один раз - у одного из степсов стоял Кетиль, покуривая трубку и облокачиваясь о ствол мачты. Заметив Альфреда, флибустьер покрепче сжал в руке трубку, будто сдерживая себя. - А что наш дорогой штурман делает здесь? - поинтересовался Джонс, улыбаясь. - Твой дорогой штурман сдох в море, меня зовут Кетиль, и я волен делать что мне вздумается, - холодно сказал флибустьер, на что Альфред слегка поник, однако тут же заулыбался, будто штурман ничего не говорил ему. - И как продвигается работа? Ты же должен рассчитывать курс корабля и всё такое... Не? - Найдёшь мой компас, тогда и займусь работой. А сейчас вали, - Кетиль развернулся и медленно направился прочь, оставляя Альфреда одного. Джонс шикнул, разворачиваясь и с лёгким раздражением глядя в след штурману. - Найдёшь мой компас, бла-бла-бла, - передразнил он флибустьера, а затем плюнул. Не любил он этого штурмана, особенно его замашки вроде "Найдешь - сделаю", "Принесёшь - сделаю", "Ты ничего не делаешь? Так почему я должен работать?". Постояв несколько минут, Альфред медленно поплёлся в сторону каюты Франциска, во всяком случае, его там ничего не раздражало.

***

- Тук-тук, можно? - не дожидаясь ответа, Джонс приоткрыл дверь и заглянул в небольшую каюту, освещённою дневным светом из открытого небольшого квадратного окна, находившегося под самым потолком. Здесь было довольно-таки мало места. Стол, уставленный различными непонятными Альфреду бутылочками и книгами. Шкаф с этими же книгами и банками с чем-то. Стул, уже давно шаткий и на который толстым личностям лучше не садиться. У стенки стояла прибитая кое-как к полу кровать. За письменным столом сидел сам судовой врач, Франциск Бонфуа. Он читал книгу, не заметив незваного гостя. - Франциск? - Альфред улыбнулся, проходя в каюту, хватая по пути шаткий стул, подвигая его ближе к письменному столу. И, поставив на правильное, как считал Джонс, место, уселся на него. - Хэй, Бонфуа! - на сей раз реакция последовала мгновенная. Франциск лениво оторвал взгляд от книги. - Да? - Что с пленником? - Ничего особенного, - Бонфуа замечает, что ответ его заставил Альфреда как-то поникнуть, - а чего ты ожидал? - Ну... - Чего-то необычного? - Да! - Альфред активно закивал, ёрзая на стуле. - Не знаю... Может, магии какой-то, или чего-то жуткого, скажем, проклятья. - Одного нам достаточно. - отрезал Бонфуа, мигом заставив Джонса заткнуться. Повисла неловкая тишина. Будто бы траур случился, заставивший мигом поникнуть кучу народу. Хотя, возможно, именно это и было. Хотя Франциск первым нарушает молчание. - Хочешь есть? - У тебя всё ещё остались орехи? - Естественно, - Бонфуа достал из кармана длинного серого фрака небольшой мешочек и протянул его Джонсу. Флибустьер буквально выхватил "подарок" и достал из него несколько почищенных орехов, съедая их. - Откуда? - быстро прожевав и проглотив орехи, спросил Альфред. - Они ужас какие вредные, для тебя хранил, - фыркнул француз, на что Джонс только усмехнулся, понимая, насколько же сильно Бонфуа помешан на здоровом образе жизни и лечении всех и вся. - Спасибо большое. - Только Артуру не говори, - предупредил Франциск. - Он не любит, когда я тебя чем-то угощаю в перерывы, - Альфред энергично закивал, продолжая есть орехи, улыбаясь, будто ребёнок малый. Они сидели ещё минут десять, разговаривая ни о чём и иногда вспоминая былые времена, когда и сам Франциск только-только попал на корабль, а Артур и Альфред ещё не занимали здесь таких высоких постов. И где-то к истечению тех десяти минут, в каюту ворвался Хенрик, весь запыхавшейся, в глазах флибустьера читался чистый ужас, а сам он был бледен будто мука. Следом за ним в каюту к Франциску вбежали ещё несколько пиратов, застыв на пороге и выглядя не хуже чем боцман. - Альфред! Разрешите доложить! - с порога выкрикнул один из флибустьеров, отдавая честь. Альфред от такой неожиданности сначала растерялся, но всё-таки кивнул, быстро убирая мешочек с остатками орехов в широкий карман штанин. Пираты на несколько секунд удалились, а затем чуть ли не приволокли под руки дрожащего как осенний лист Антонио. Вид его напоминал то ли мертвеца, то ли напуганным до ужаса больным инвалидом. Глаза широко раскрыты, губы тряслись, как и всё тело. За всё время, пока Альфред тщетно пытался что-то выдавить из Хенрика, перепуганного флибустьера усаживали на старый стул, и пока Франциск рванул к своим лекарствам, догадываясь, что у Карьедо шок, Антонио ни разу не моргнул, сидя ровно, как его посадили, дрожа и смотря перед собой. И лишь когда Альфред прогнал назойливых флибустьеров за дверь, а Франциск нашёл нужную микстуру, Хенрик начал свой рассказ: - Я отправил Антонио и Феличиано на горт-мачту, паруса спустить. И тут кто-то кричал, что видел тень, которая поднималась за ними... Я не обратил на это внимания. Может от работы у матросов воображение разыгралось, однако спустя пять минут на марсе раздался крик. Все, естественно, бросили работу и побежали смотреть что да как. полезли на верх, где нашли Антонио... Таким, - голос под конец слегка дрожал. Обязанность боцмана - Следить за матросами. Паруса и чистота на корабле не так важны в его работе, ведь после последнего шторма на корабле осталось всего ничего, около тридцати флибустьеров, включая его самого. Неисправность верёвок привела к гибели десяти человек, ещё больше скончалось от осложнившихся болезней. Хенрик чуть не потерял должность и сам не слёг с лихорадкой. Теперь каждый человек на счету. А что, если Антонио сошёл с ума? Или с ним что-то будет не так? После рассказов Франциска о психологии людей, которые приходилось слушать всей команде во время очередного штиля, боцман "Проклятого" сильно волновали вопросы и нравы его людей. - А что с Феличиано? - после небольшой паузы поинтересовался Франциск, находя нужное лекарство и ложку, подходя к Антонио. Судя по голосу, рассказ Хенрика ничуть не впечатлил его. Хотя к такому поведению со стороны француза привыкла вся команда. Внезапно раздалось тихий неразборчивый шёпот со стороны Антонио. Франциск тут же нахмурился, присев перед пиратом на колено, вглядываясь в бледное лицо. - Что? - боцман неуверенно шагнул вперёд, стараясь расслышать бормотание на испанском. Альфред переводил взгляд с Хенрика на Бофнуа и обратно, ничего не понимая. Джонс нервно барабанил пальцами по собственному предплечью, сложив руки на груди. - Мой капитан... - начал тихо переводить на английский Франциск, наблюдая за Антонио скорее с интересом, чем с испугом или же волнением, как остальные присутствующие в этой комнате. - Что он говорит? - спросил Альфред, которого происходящее начинало пугать, ибо такого поведения у испанца ещё никто не замечал. - Подожди, - отмахнулся Франциск, внимательно слушая "больного", который даже не замечал такого обильного внимания к себе, будто бы и не находясь в этой комнате. - Франциск, может быть переведёшь? Бонфуа вздохнул, и, ничего не говоря Хенрику, обратился к пострадавшему по-испански, ожидая его ответа. Антонио взглянул на Бонфуа. Мотнул головой. Франциск заговорил. Успокаивающее, положив при этом руку на плечо пирата, говоря тихо и спокойно, заставляя внимательно слушать себя, будто бы гипнотизируя своим голосом, его уверенностью, спокойствием, c которым он говорил все эти слова, которые никто в комнате кроме пострадавшего не понимал. Когда Бонфуа договорил, Антонио дал ответ. Франциск мигом стал серьёзным, поднимаясь на ноги. Все молча ожидали перевода слов Антонио и уже не из-за того, что это повергло испанца в шок, а скорее из-за того, что сам Франциск, тот, которого ничто уже на этом корабле не удивляло, резко замолчал и всем своим видом показывал, что боится сказать слова. Флибустьер помотал головой, закусил нижнюю губу, взял со столика успокоительное, сделал пару глотков невкусной жидкости, поморщился и поставил бутылочку на столик. После чего взглянул на Альфреда, будто хотел что-то сказать ему, но оборвал себя, только рот раскрыв. Глянул на Хенрика. И, набравшись уверенности, наконец-таки заговорил: - Старый призрак вновь шутит.