Берег Ветра

Mums laiks doties, vai kāds vēl grib pievienoties? ("Neatgriešanās")

Джонни я впервые увидела в школьном спортзале. Это было, кажется, в седьмом классе. Я решила бросить музыкальную школу, но без внешкольных занятий мне быстро стало скучно. Тогда я записалась в спортивную секцию. Ну и конечно, какой же вид спорта могла выбрать такая долговязая жердь, как я? Да, я решила заняться баскетболом. Поначалу я сомневалась, что у меня что-то получится — считала себя слишком неуклюжей. Но, к моему удивлению, у меня открылся спортивный талант, и очень скоро я стала одной из лучших в школе. Однажды весной тренер объявила нам, что некоторые из нас имеют шанс попасть в сборную города, участвовать в районных соревнованиях. Разумеется, я загорелась. Но и другие девчонки в команде жаждали показать себя, а всех все равно не возьмут, так что конкуренция обещала быть жесткой. Я действительно очень хотела попасть в команду, потому начала тренироваться еще усерднее чем прежде. Вот тогда я и познакомилась с Джонни. Как-то раз мы пришли в спортзал, когда там тренировалась команда мальчишек — наши тренеры решили провести совместную тренировку. И я поймала себя на мысли, что не могу отвести глаз от этого парня. Потом я поняла, как глупо это выглядело со стороны, но тогда моей первой мыслью было: «Я и не знала, что такие парни учатся в нашей школе». К моему удивлению он оказался семиклассником (мне казалось, он выглядит старше), и оказывается мы с ним всю жизнь учились в параллельных классах! Почему я не видела (или не замечала?) его раньше — так и осталось для меня загадкой. Когда я поняла, что на тренировке мне придется играть против него — у меня едва не подогнулись колени. Я молилась, чтобы не пришлось столкнуться с ним на площадке. Но все-таки пришлось… Я перехватила мяч и уже готова была отправить его в корзину, но тут у меня на пути возник он — высокий темноволосый парень в красной футболке. В его ярко-синих глазах виднелась усмешка — он был уверен, что сейчас сделает меня одной левой. А во мне внезапно вспыхнула ярость — я покажу этому выскочке, на что способна! Все произошло буквально за доли секунды. Я ловко обошла его и точным броском отправила мяч прямо в корзину. Краем глаза заметила, как округлились от удивления его глаза, и почувствовала себя победителем. Чуть позже я услышала, как он оправдывается перед дружками: «Не, ну конечно, я поддался тогда! Она же все-таки девчонка…» — и во мне вскипел праведный гнев. И как мне мог понравиться этот наглый, самодовольный тип?! И вообще, все они одинаковые… В тот день я решила прийти в спортзал вечером, когда все разойдутся, потренироваться в одиночестве. Я знала, что спортзал на ночь не закрывается — замок давно сломан, поэтому, когда все уже разойдутся по домам, я смогу спокойно потренироваться. Так я и сделала: вечером, когда школа опустела, я осторожно прокралась к спортзалу, но к своему ужасу, услышала за дверями знакомые звуки — ударов мяча о дощатый пол. Похоже, не только я знала о сломанном замке… Интересно, кому еще, кроме меня, так отчаянно хочется потренироваться? Осторожно приоткрыв дверь, я прошмыгнула в зал — и обомлела. Тот самый мальчишка в красной футболке! Мне захотелось развернуться и сбежать, но ноги словно приросли к полу, я просто стояла и смотрела, как он кидает мяч в корзину. Где-то через минуту он, видимо, почувствовал, что уже не один в зале, и обернулся. На секунду он растерялся, но тут же его лицо осветила широкая добродушная улыбка. — О, привет! Не ожидал тебя увидеть. Я испуганно смотрела на него и ждала, что будет дальше. — Честно говоря, я вообще не думал, что тут кто-то появится, — он задумчиво поскреб пятерней затылок. — Думал, потренируюсь немного. Завтра же просмотр, ты же знаешь. Я молча кивнула. — И да, это… Ты извини за сегодняшнее. Ты реально меня классно обыграла. Но, понимаешь, мне сейчас нельзя упасть в глазах тренера, ребят… Я очень хочу попасть в сборную! Я должен туда попасть, понимаешь? Я снова кивнула, чувствуя себя полной идиоткой. — Значит, мир! — он снова широко улыбнулся, и я почувствовала, что краснею, потому что вдруг промелькнула в голове мысль: какой же он красивый, особенно когда улыбается… — Как тебя зовут? — неожиданно спросил он. — Рене. — А я Джонни, — он подкинул мяч одной рукой поймал и внимательно посмотрел на меня. — Ну что, Рене, потренируемся? — и неожиданно с силой швырнул мяч в меня. Я поймала. — Одному как-то не очень тренироваться. А раз мы теперь тут вдвоём, надо пользоваться моментом! Как ни странно, тренироваться вместе с Джонни было в удовольствие. Во мне с каждой минутой крепла уверенность в собственных силах. Я смогу! Я пройду в команду! Я всех сделаю! Время летело незаметно, и когда мы наконец сообразили посмотреть на часы, был уже поздний вечер. Слишком поздний для меня… — Мама меня убьёт! — Да, что-то мы увлеклись… Давай я тебя до дома провожу! И сдам маме лично. И мне так спокойнее будет, и, может, твоя мама не будет так ругаться. Я согласилась. Ведь это подумать только — тебя провожает до дома самый классный мальчик в школе! Мы шли по темным улицам, весело болтали и смеялись, и он действительно проводил меня прямо до дверей квартиры, вежливо поздоровался с мамой и на прощание протянул мне руку: — Ну что, Ренни, удачи завтра! Должна сказать, в команду я попала, но, честно говоря, потом об этом даже пожалела. В школьной команде я чувствовала себя уверенно, там я была «своя», девчонки и тренер мне доверяли, а тут я оказалась «одной из многих» — и мне еще предстояло доказать, что я чего-то стою. И, кажется, испытание я не прошла. После нескольких чудовищных косяков во время игры меня посадили на скамейку запасных — и до конца игры я с нее уже не вставала. Со следующих игр я попросила меня снять. Чувствовала я себя ужасно. Окончательно убедила себя, что в спорт мне дорога закрыта, что даже к этому у меня нет ни малейшего таланта, и вообще, я полная бездарность во всем… Я немного пришла в себя только после истории с плеером Ника. Новое неожиданное увлечение хорошо отвлекло меня от самоедства. Я до дыр прослушивала кассету, переписанную у Ника, я просто влюбилась в эту группу, в эту музыку — никогда раньше не слышала ничего подобного. А дальше и вовсе начали происходить чудеса — во мне вдруг проявилась дремавшая раньше творческая жилка. Я достала с дальней полки синтезатор, который мне когда-то подарил папа, и стала подбирать мелодии полюбившихся песен, а позже и наигрывать собственные мелодии, неожиданно начавшие зарождаться в моей голове. Более того — стали появляться строчки, постепенно складывающиеся в стихи. Месяца за полтора у меня накопилось довольно много «набросков», и я иногда подумывала, что даже можно попробовать писать песни. Но я сомневалась, что справлюсь с этим в одиночку. И именно тогда настало время для еще одного чуда в моей жизни. Время сделать шаг, с которого начался долгий путь нашей Банды. Был ясный летний денек, я ехала на велике по городу, мурлыкая под нос какую-то очередную пришедшую в голову мелодию. Внезапно у меня слетела цепь, и мне пришлось остановиться поправить ее. Не успела я поднять голову, как возле меня резко затормозил еще чей-то велик. — Ренни! Вот это встреча! Я подняла глаза и обомлела. — Джонни! Эээ… привет. — Ну как ты? Как жизнь? Как каникулы? — накинулся с расспросами Джонни. — Отлично, спасибо. А ты как? Кстати, как прошли те соревнования? Я знаю, что ваша команда всех обошла. А ты, наверное, там всех уделал? Джонни смущенно хихикнул и даже немного покраснел. — Ну-у, честно говоря, я почти все время на лавке сидел. Вообще, если сказать прямо, я облажался. Я не верила своим ушам. — Ты?! Ты же звезда школы! Лучший в команде! — Ой, да ладно, — отмахнулся он. — Турнир показал, чего я стою на самом деле. Может, баскетбол — вообще не моё, и в хоккее или футболе лучше получится… Или всё-таки в музыке, чем чёрт не шутит. — В музыке? В каком смысле? — Да так, есть у меня… у нас, то есть, один проект. Хотя, наверное, уже был… — Что за проект? Расскажи, пожалуйста! — взмолилась я. — Да так, ничего особенного. Небольшой проект двух семиклассников. Что-то вроде рок-группы, но это как-то слишком громко сказано. Да и он что-то стух совсем почти, идей свежих не хватает. Мое сердце гулко ударялось о грудную клетку, грозясь выскочить. В голову упорно лезла одна мысль, и я не могла ее игнорировать. А вдруг?.. — Ты играешь? Поёшь? — Есть немного. Одолжил как-то у брата гитару, и понеслось, — улыбнулся он. Я поражалась все больше. Джонни открылся мне с неожиданной стороны. Неужели это мой шанс? — А вы свои песни пишете? Или каверы играете? — Ну, и свои песни есть. Точнее, песня. Одна, — хихикнул он. От волнения уже подкашивались ноги, но я понимала, что должна сказать это сейчас, потому что другого шанса может и не быть. — Слушай, Джонни, у меня к тебе есть предложение! — Предложение? — Деловое. Может, нам замутить свой проект? У меня куча идей и… — я запнулась. Концовка моей речи куда-то потерялась. Джонни удивленно на меня уставился. — Ты пишешь песни?! — Ну… У меня есть некоторые заготовки, думаю, из них можно и песни сделать. — Играешь на чём-нибудь? — Да, на синтезаторе. Стоп, да что я о себе возомнила? Сейчас он рассмеётся мне в лицо… Но он вдруг широко улыбнулся. — Знаешь, а почему бы и нет, давай попробуем. Можешь считать, твоё предложение принято. — Серьёзно? — Ага! Я протянула ему дрожащую ладонь. Он крепко её пожал. Зарождение нашей Банды началось.