Алмазная королева 2. Времена тельмаринцев.

      После того, как все офицеры собрались в зале, начался военный совет.       - Дорогие нарнийцы, - начал свою речь Питер, - не буду вас обманывать, наше положение очень сложное. Лорд Белохвост принёс нам важные сведения, из которых мы узнали, что узурпатор Мираз собирает огромную армию для похода. Цель его ясна: истребить нарнийцев полностью, - сидящие в зале стали нервно перешёптываться, - одна конница узурпатора по численности равна всем нашим силам, но - Питер оглядел сидящих хмурым взглядом, - но они не ведают насколько велика сила нашего упорства, нашей любви к Нарнии, нашей воли! А эти силы иной раз оказываются решающими! - Питер вновь обвёл нас упрямым взглядом, как бы приглашая оспорить его слова. Но все молчали, - да, я верю в нас, в Нарнию, в нарнийцев и в Аслана...       - Аслана? - неожиданно спросил Трам, - вы так уверены в его существовании.       - Да, - твёрдо произнёс верховный король гордо поворачиваясь в сторону гнома, - я видел его, разговаривал с ним. Он коронавал меня, благословил. И после всего этого я должен поверить в то, что Великий Лев всего лишь миф?       - Может, во времена вашего правления, сир, Аслан существовал, - как-то неуверенно сказал Трам, - но он не придёт, он бросил Нарнию много веков назад. Он не вернётся!       - Также ты думал и о нас, - подал голос Эдмунд, - но тем не менее мы здесь!       - Хватит спорить, - вмешалась я, - Питер, закончи свою мысль.       Верховный король благодарно мне кивнул и продолжил:       - Несмотря ни на что, нам нужно применить какую-нибудь хитрость, иначе просто устанем сражаться, прежде чем Мираз пустить в ход треть своего войска.       - Здесь одна только хитрость не спасёт, - неожиданно подала голос Люси, - нужно позвать Аслана.       - И как ты себе это представляешь? - спросила Сьюзен.       - Я же видела его возле Стремнинки, - сказала Люси, - это был точно он, а подтверждением может служить то, что в этом месте мы нашли спуск вниз.       - Ладно, допустим, - Сьюзен недовольно посмотрела на сестру, - но как же нам его позвать?       - Я могу сесть на лошадь и... - но Люси не удалось договорить.       - Что Вы? - воскликнул Трам, - отличная мысль отправить маленькую девочку одну в лес, кишащий тельмаринами.       - Вынужден согласиться, - сказал Питер, - мы не можем подвергнуть тебя такой опасности.       - Ты считаешь, что я не справлюсь? - в глазах отважной королевы показались слёзы обиды, - не доверяешь?       - Послушайте, - мне было искренне жаль Люси, - ведь ей не обязательно ехать одной.       - Ваше величество одобряет план королевы Люси? - почтительно вопросил Рипичип.       - Да, - твёрдо произнесла я, - я верю ей.       Люси с благодарностью и наивной радостью на лице повернулась ко мне. После моего завления большинство присутствующих до этого молчаливо поддерживавшие сторону гнома Трама, стали сомневаться.       - Хорошо, - устало произнёс Питер, - кто поедет с Люси?       - Я могу, - быстро отозвалась я.       - Нет, - возразил Эдмунд, - тебе нельзя по трём причинам: во-первых, ты ещё не оправилась после приключений последних дней, во-вторых, у тельмаринцев на тебя большой зуб, ибо ты сбежала из их плена, в-третьих, если мне не изменяет память, ты всегда славилась, как великолепный стратег...       - Конечно, - согласно кивнул Вербах, распушив хвост, будто это его личное достижение, - её даже между собой называли королевой - воительницей!       - ... таким образом, ты пригодишься здесь, - закончил свою мысль справедливый король, словно не заметив дополнения от горделивого лорда.       - В таком случае, кто поедет? - терпеливо переспросил Питер.       Вызвались сразу несколько: мыш Рипичип, гном Трам и ко всеобщему изумлению Сьюзен.       - Я не одобряю этого плана, - ответила она на удивлённые взгляды со всех сторон, - но Люси моя сестрёнка и в мои обязанности входит сохранение её безопасности.       Спорили долго, но в конце концов кандидатура королевы была одобрена большинством голосов, хотя её братья явно были не в восторге от такого решения. Я тоже голосовала за Сью, ибо видела непоколебимый огонь в её глазах, твёрдую уверенность в собственных силах, а кроме того прекрасно понимала, что ей будет проще ехать с Лу, чем сидеть здесь и с тревогой ждать её возвращения, под нездоровую игру воображения.       - Хорошо, с этим закончили, - хмуро скахал Питер, - теперь давайте подумаем, как нам потянуть время до возвращения королев.       - Сражаться, сир, - воскликнул Рипичип, - до последнего вздоха.       - Можно принять осадное положение, - предложила Сью, - забарикадироваться и отстреливаться.       - Ага, - угрюмо поддакнул Эд, - я не хочу быть заживо погребён под толщей камней, наваленных благодаря катапультам.       - И просто сражаться тоже не выход, - тихо сказала я, - нас всех убьют раньше, чем Люси достигнет места встречи с Асланом.       - Хоть Мираз и жесток, - неожиданно подал голос молчавший доселе Каспиан, - но он уважает традиции своих предков. Одна из них может помочь нам выиграть время.       - Какая же? - нетерпеливо спросила Люси.       - Поединок, - спокойно ответил Каспиан, - мой учитель подал мне эту идею. Проигравший сдаётся вместе со своими войсками.       - Ты наивно полагаешь, что Мираз станет жертвовать своей личной безопасностью в то же время прекрасно осведомлённый в своём преимуществе, - с сарказмом вопросила я, - не верю, что он так благороден и смел.       - Понимаю, ваше величество, - ответил принц, - но я уже сказал, что Мираз чтит традиции своих предков.       - В таком случае на переговоры нужно отправить отличного дипломата, способного надавить на нужные места, - согласилась я.       - На себя намекаете, госпожа? - прищурившись спросил Вербах.       - Точно! - воскликнул Рипичип, - ваше величество всегда славились, как хороший дипломат.       - Ну, нет, - Питер резко покачал головой, - хватит с Элины приключений.       - Тогда давайте пойду я, - предложил свою кандидатуру Эд.       - Хорошо, - тяжело согласился Питер.       - А с ним отправятся минотавр Арк и мыш Рипичип, - распорядился Каспиан.       - Послушайте, - произнесла я, - думая о переговорах мы совершенно позабыли обсудить, кто будет сражаться с Миразом.       - Разве это не понятно? - спросил Питер, - конечно же я.       Эти слова обрушились на меня, как молот на наковальню. Я ожидала этого, боялась этого, но всё же слабая надежда тешила меня своими сладкими лживыми увереньями о совершенной непричастности Питера к этому поединку.       - А почему не я? - очень тихо, почти неслышно, только для себя прошептала я, обречённо глядя в глаза верховному королю.       - Ты - королева, - напомнил Питер, - не имеешь права участия в поединке.       - Такого закона нет, - продолжила я приводить свои никчемные контраргументы, - и потом, я всё-таки старшая королева.       - А Питер - верховный король, - вмешался Эдмунд, - пойми, Элина, - он король над всеми королями и королевами по повелению Аслана.       Всё. У меня больше нет доводов, хрупкая соломинка переломилась, и я пошла ко дну без сопротивления с широко открытыми от ужаса глазами.       - Хорошо,теперь нужно решить, что делать, если Мираз не согласится на наше предложение или же в случае нашей победы тельмаринцы не сдержат слова, - перевёл разговор в другое русло Эд, видимо, для того, чтобы отвлечь меня от тяжёлых дум.       - Сражаться, - вторично за совет предложил Рипичип, вскакивая, - без этого никак!       Мои мысли поплыли куда-то, захотелось прекратить этот совет, оказаться, наконец-то, наедине с собой, подумать, понять происходящие, просто понять! Всё на свете потеряло свой смысл. Ведь поединок Питера - это игра со смертью, попытка к самоубийству!       - Не стоит обсуждать понятное, - сердито сказала я, вставая, - естественно, мы будем сражаться, если потребуется, но позвольте хотя бы стратегию боя разрабатывать не на военным совете, а в более узком кругу, - мне сейчас было плевать на то, что я могу кого-нибудь ненароком обидеть или показаться нарнийцам капризной королевой. Просто прекратить этот вечно длящийся совет! Сей же час! - думаю, наш совет может быть окончен, ибо тем для обсуждения не осталось. Мы будем защищать Нарнию, мы выстоим в любом случае! А в данный момент я считаю, что всем следует отдохнуть и поднабраться сил перед завтрашним непростым днём накануне, я так предполагаю, сражения. Принц Каспиан и верховный король Питер Великолепный, - я невольно сделала акцент на словах ''верховный'' и ''великолепный''. Так была в эту минуту зла на весь мир, а больше всего на Пита, - сами справятся с письмом Миразу, я думаю.       После этих слов я оглядела всю залу, с хмурым злорадством ощущая непонимание с каким нарнийцы на меня смотрели. Начитались историй о благородной королеве, которая, появившись здесь, сначала чуть не убила нарушителей дисциплины, а потом высокомерно удалилась из зала заседания.

***

      Холодный ночной воздух отрезвил меня. Я стояла на небольшом возвышении перед самым входом в склеп. Моя голова болела от переживаний и волнения. Я дрожала, но не от холода, напротив, его не ощущала совсем. Мне было жарко, потому как пылало моё сердце, яростно, горько, прожигая сосуды и не давая дышать.       Аслан! Почему всё так, а не иначе! Это глупо, глупо, глупо! До нервного смеха, до крика, до боли смешно! Почему он, а не кто-то другой, почему я, а не кто-то другой...       Больше всего на свете мне было жалко себя. Впервые больше всего остального. Где же твоё хвалённое благородство, Элина? Куда исчезло? Растворилось? Или оно просто устало сидеть в одном теле и улетело к другому человеку, который достойнее, мудрее, сдержаннее...       Почему сейчас я изменила самой себе? Ведь я сегодняшняя разительно отличаюсь от себя вчерашней, неприступной, доброй, светлой... Куда пропала великая королева алмазного века?... в небытие... в ничто... в никуда...       - Элина? - тихий полувопрос.       Тишина.       - Элина, послушай, - Питер запнулся, - прости меня, пожалуйста! Ты же знаешь, что я не могу иначе. Моё обязательство сразитья за Нарнию, ты же понимаешь.       - Ничего я не понимаю! - странное скованное спокойствие охватило всё моё существо, я неожиданно потеряла способность чувствовать, превратилась в глухую беспощадную машину, - о чём ты говоришь? О каком понимании?       Я ненавижу себя! Ненавижу свою сущность!       Глупо! Просто глупо говорить такое, ранить его душу, поворачивать железо в его груди, отрезая мясо.       - Элина! - призыв к благоразумию, стон о пощаде.       - Я шестнадцать лет, как Элина, - холодно отрезала я.       - Послушай, это глупо! - воскликнул он. Вот и Питер вспомнил это слово, - ты же понимаешь, я знаю! Разве сама ты не сражалась, не подставлялась, не неслась с криком: "За Нарнию! За Аслана!'' впереди войска. Я лишь хочу защитить свою Землю, свою вторую Родину, слышишь? И я спасу её, сумею защитить от тельмаринцев, а ещё отомщу за тебя, Элина! Хватить же изображать непонимание!       - Ах, отомстить! - я не услышала последних слов, ибо это страшное слово больно хлестнуло меня по сердцу, - ах, отомстить значит! Ты ничем не лучше Вендетты, если в твоей голове появились подобные мысли!       Мне опять захотелось исчезнуть, раствориться, убежать в неизвестном направлении. Больно, горько, тошно...       - Стой, - Питер отчаянно схватил меня за талию, когда я попыталась сбежать, сбежать от него, от себя, ото всех, - прости, Элина, я правда не знал...       ''Прости''... ничего не значущее слово, простая отмазка, способ скинуть с себя ответственность. Но с другой стороны, если бы его не было, людям жилось бы в тысячу раз сложнее...       - Обещаю тебе, что не буду мстить, правда! - прошептал мне в ухо Питер, - я понимаю, тебе непросто, но и мне не легко, всем не легко. Давай вместе выдержим всё это, переболеем, переживём...       Больше вырывать не имело смысла. Слёзы градом покатились по моим щекам, тихие всхлипы потрясли холодный воздух ночи.       - Извини, Пит, - шепнула я, кладя голову ему на грудь, - прости, просто я сильно устала, очень сильно...       Иногда человеку нужно побыть недолго слабым и несчастным, чтобы потом продолжить бороться с новыми силами, с новым стимулом, с обновлёнными патриотизмом и трепетом.