Иного духа.

Задание Соника оказалось не столько сложным, сколько муторным: в команде с соклановцами осуществить пару мелких поручений и закупить товаров для отстройки новой деревни. А так как Звуковик самый что ни на есть скоростной, его загоняли туда-сюда за всем что нужно. Бедолагу сильно утомили, но вот он уже оказался на станции, сел на крышу вагона электрички и отправился в путь. — Что за тупость. Владыка нарочно меня так наказал? Лучше бы послал в штаб-квартиру супергероев для самоубийственной миссии, — роптал униженный и оскорбленный. Миссия не его уровня, но практичный глава усмотрел в нем скорого курьера. Зато на голове Соника красовались те самые меховые наушники, на которые он когда-то засматривался. Правда, на той скорости, что он несется, приходилось их придерживать, зато очень спасают от холода, когда стоишь на улице и кого-то ждешь. С каждым днем мороз только крепчает. Зима сулит быть крепкой. Как бы ее пережить? Хорошо, что оставил Сайтаме доспехи и ниндзя-шузы, а то он, городской житель, вовсе загнётся. Подыскать бы ему еще что-нибудь, раз все равно по магазинам и складам таскаешься. Вот только в каком образе пленник будет чаще пребывать? Тогда нужны как мужские, так и женские вещи. Если уходить на недельные миссии, то, получается, в убежище будет девица сидеть. Иль шубку для нее выкрасть? Соник помотал головой и похлопал себя по щекам. С каких пор так серьезно задумывается о быте? Раньше он и не знал, что да где у него лежит, если это не важный стратегический запас. Даже животные, когда таковые имелись, из его дома сбегали клянчить у соседей, ибо шаром покати, а хозяина все нет и нет. Скоростной обеспечил кошками полдеревни. Потому владыка и превращался время от времени в усатых да полосатых, чтобы шпионить за ним. Но теперь в логове живет не кошка и не собачка, а живой человек. А ввиду некоторых обстоятельств Сайтама не пойдет просить у соседей-ниндзя, ибо рискует быть убитым вовсе. Звуковой сжал кулаки. Хотелось домой. — Меня там ждут, — вслух подумал и улыбнулся. Потеплело на душе, представляя, как Сайтама обрадуется его возвращению, станет рассказывать о том о сем. А вдруг скучает? Хотя почему «вдруг»? Если такой бессовестный негодяй как Соник уже соскучился, то добрый Сайтамушка просто обязан думать о нем и ждать. Ну, или Скоростной хотел бы этого. Тут его мысли прервал стук. Ниндзя-разведчик в теплом плаще запрыгнул на вагон электрички. — Пока тебя догонишь, без ног останешься, — запыхался мужчина и плюхнулся, удерживаясь руками за корпус вагона. — Что-то случилось? — нахмурился изгнанник, ибо узнал в нем приближенного владыки. — Да, — тот подполз к нему, так как из-за свиста ветра и громыхания колес плохо слышно. — Демон-Киборг, с которым мы сражались у Монье, нашел твоего пленника. Соник замер — сердце ёкнуло. — Хуже того, владыка столкнулся с ним. Было сражение. Как неприятно. Много на себя берет тот, кто отвечает за весь народ. — И? — Киборг намеревался проникнуть в деревню, но глава внушил, что Сайтама — твоя жена. И тот принял ее, как пленницу, — продолжил информатор. — Расположился в твоём убежище. У слушателя челюсть отвисла. Круто, конечно, что Генос не узнал невольника, но теперь придется отбивать «жену». — В общем, требования чужака — вернуть Сайтаму. Деревенские пока не знают, что у них под носом живет герой класса S, информация секретная. Твоя задача: как можно скорее завершить миссию и освободить нашу гору от опасного чужака. Разведчик не стал задерживаться. Сказал и исчез с глаз долой. Соник задумался. Переваривал новости. Вот так всегда! Стоит куда-то отлучиться, мир рушится. Сначала монахи и Златорог, теперь Генос собственной персоной пожаловал. И не куда-то, а прямо домой. Как бы не догадался, что под личиной девушки прячется тот, кого он так яро ищет. Поезд остановился на станции. Звуковой глубоко вдохнул. — Мне нужен план, — сказал и спрыгнул на платформу. И как теперь бить киборга так, чтобы не нарушить обещания? *** Огонь тихо потрескивал, облизывал брёвна и танцевал. Генос слушал тишину и осматривался: пещера скромная, как маленькая комнатка. В принципе, кроме очага, самодельного стола и настила ничего и нет. Даже у бомжей всякой утвари и хлама побольше будет. Да что там! У бродяг в «домиках» много чего найдешь, они ведь рыскают по помойкам, или добрые люди чего подкинут. А тут шаром покати, но существуют же как-то. Ни книжек, ни телевизора, ни ноутбука — ничего, что организовало бы досуг современного человека. А мобильник Геноса показывает «нет связи». Глушь полнейшая. И живет тут Сая, как зверушка лесная. Побилась и отсыпается — раны зализывает. Вот помрешь так, никто и не узнает. Пленница так тихо спала, что Демон-Киборг забеспокоился. Подошёл и присел в изголовье. Дышит, и Слава Богу. А то уж больно неподвижна. У огня на огрызке металлического профильного листа на трёх ножках стоял почерневший чугунный котелок. В нем вода теплилась, которую наемница использовала для отвара чая. На столе, собственно, нарезанный кусочками-кубиками «чай». Генос все рассматривал его, потрогал, понюхал, но гриб-чагу в таком виде так и не узнал. — Грибочки… — прозвучал сонный голосочек. — А? — киборг тут же обернулся к пленнице. Та лежала на боку, запрокинув голову, и улыбалась. — Там, в лесу на склоне, где мы сражались, мельком увидела опята. Хотела собрать, но забыла. — Ты голодная? — Генос приподнял одну бровь. О чем только думает противник во время боя? Составляет план победы: стратегическое и тактическое наступление или же отступление, если совсем худо, наблюдает за соперником. А тут — бесплатные опята на обед пролетели перед носом! Еще бы о распродажах мечтала между ударами по лицу. Что за отношение к поединку?! Совсем как… как Сайтама? — Да, пожалуй, надо поесть, — Сая лениво потянулась и присела. Растрёпанная, как воробей. — Оденься! — Генос засмущался. Отвернулся. Закипал как котелок. Ну и девки пошли! Женатые себя так не ведут. — Бесстыжая, точно предъявлю претензию твоему драгоценному Сонику, — бурчал стальной зануда. — Его тоже хрен заставишь прикрыться, — усмехнулась она, потирая глаза. Сайтама проснулся с хорошим стабильным настроением, не надо его портить и колебать. — Муж и жена — одна сатана, — Демон-Киборг, напротив, напряжен, коль рядом не свой человек. Сая лениво нарядилась в единственное, что у неё было — облачение для жертвоприношения. Затем представила, какой у нее кипишь на голове — с соломой-то в волосах — и отправилась на поиски расчёски. Генос слушал-слушал возню за спиной, но стоять так к недругу невыносимо. Нельзя подставляться. Мало ли! Осторожно посмотрел на пленницу через плечо. Та стояла в белом одеянии с вырезом чуть ли не до пупка. Зато с серьезным и сосредоточенным лицом расчёсывалась. — Ты недостаточно одета, — тот полностью развернулся и развел руками. — Что это вообще? Оно тебе не по размеру! — Слушай, мы тут живем в чрезвычайном положении, у меня больше ничего нет! — девушка в раздражении вырвала клочок непослушных волос расчёской. — А? С ужасом посмотрела на них. Неужели… О нет, дайте побыть с шевелюрой еще немного! Даже слёзы проступили, видимо, женские гормоны так влияют на эмоции. Генос промолчал. Не умел вести себя с женщинами, если честно. Они словно из другой вселенной. Логике не поддаются, эмоции нестабильны, чего сами хотят — не знают. Но, к счастью, Сая казалась более-менее устойчивой женской особью, если брать в сравнении с теми, кого Генос знает. — Сама виновата, нечего было злиться, — таки родил ответ после глубокомысленных раздумий. Тема волос, пожалуй, самая-пресамая больная для Сайтамы, поэтому… — А ты не зли меня! Я тебя в беспроводной пылесос переделаю! — всё, ярость. Ударник запустил в него расческой, но киборг испепелил ее лазером, отчего та мигом превратилась в жидкую субстанцию и шлепнулась на пол, как птичий помет. У Сайтамы челюсть отвисла: намеревался попасть по стальному лбу «противника», а тут уничтожение летающего предмета высокой важности. — Не-е-е-ет! Что ты наделал, негодяй! — Сая упала на колени рядом с остывающей лужей пластмассы. Сокрушалась. Тут Демон-Киборг слегка надавил рукой ей на темечко. — Это могла быть твоя головушка, так что скажи спасибо, — Генос откровенно подтрунивал. Но Сайтама не распознал насмешки. Напротив, показалось, что приласкали, поэтому, когда Генос шагнул в сторону, схватил его за штанину. Как же сердце Ударника заколотилось-обрадовалось! Если подумать, они снова вместе, и нельзя ругаться, отдаляться. — Чего? — Генос раздраженно цыкнул, но когда обернулся, обомлел. — Стой, — девушка серьёзна, смотрит с надеждой. — Давай мириться. Покушаем вместе? Хорошо, что киборги не краснеют, однако смущение завладело душой: с чего она вдруг так мила? Или в доверие втирается? Открыл рот, но слов не нашел. Ударник воспользовался замешательством: поднялся и толкал к столу. — В компании веселей, — улыбался, тянул за собой. Генос сначала упирался, но вдруг разглядел надпись на спине девушки, когда в суете ее волосы на миг поднялись в воздух: «Агнец». — Что это значит? — оживился киборг, остановив пленницу за одежды, затем приподнял гриву. Что там говорил мальчик, который спас Соника? Сайтаму хотели принести в жертву? Да и фасон на мужскую фигуру. — Что такое? — испугался Ударник и замер. — Почему надпись ритуальная? С чьих плеч сняла? — Сайтама отдал! — та сообразила что к чему. — Его в этом казнить хотели. Сказала и обернулась к зануде-приставале. Тот отпустил её и притих, сел за подобие стола. Задумался. Сая пожала плечами да вернулась к тому, чего хотела: приготовить рис и достать копчёное мясо. — Тебе зайца или фазана? — поставила перед выбором. Демон-Киборг еще больше загрузился. — Мне все равно. Опять холоден, железяка! Как же сложно подружиться. Сайтама огорчался. Где тот милый мальчик? Да, порой его забота больно навязчива, но лучше так, чем вот так. Неужели только из-за силы так учтив и верен? Просыпались прежние страхи. Поставил тарелку с едой — выбрал-таки зайца. — Можно спросить? Генос нахмурился, заподозрив неладное: — Спроси. Сая замерла, пыталась выразить мысль: — Как поступишь, если Сайтама так и останется простым человеком? Тут Лысый Плащ понял, как подло поступает. Мало того, что обманывает, так теперь и выведывает секреты! У Демона-Киборга сжалось сердце: вопрос задел глубоко и болезненно. — Стой! — Сая вдруг потянулась через весь стол и закрыла рот собеседника ладонью. — Забудь, не отвечай. Лучше ему скажи, ведь это он боится. Опустила руку и мягко отползла, пока «мебель» не сломала. — Боится? — Генос, совсем сбитый с толку поведением девушки, теперь был заинтригован. — Да, — с другой стороны, если говорить о себе от третьего лица, то можно и открыться немного. — Что его преданный и… — тут она тепло улыбнулась, отводя взгляд, —…любимый друг Генос, был верен только силе, а не ему самому. Хотелось бы дружить не только из-за способностей, но и просто так. — Неправда! Заблуждение! — выпалил киборг, аж запылал. Решил, что учитель поведал ей о предательстве, о том, как Генос бросил его тогда в больнице. — Я лгал! — сам не понимал, почему открывался пленнице, какой-то наёмнице, чем-то же она располагала. — Лгал! Не из-за этого оставил, а защитить хотел! От смерти, — Генос сбавил обороты, — от безрассудной смерти. Сайтама осторожно, почти незаметно, прижал руку к сердцу. Сказал бы чего, да испугался разоблачения — плотно сомкнул губы, стиснув зубы. — Прости, что-то накатило, забудь, — Демон-Киборг устыдился порыву эмоций, взялся за миску. — Спасибо за еду. Ударник же совершенно бесстрастно посмотрел на свою тарелку. Опять рис покажется со вкусом песка. — Мне нужно выйти, — Сая соскочила с места. — Не убегу, я скоро. Ее затрясло. Генос не устроил допрос, мало ли, вдруг в туалет приспичило. После такого ора собеседник не то что по-маленькому, но и по-большому сходит. Причем неожиданно, глядя прямо в глаза. Сайтама же пошел обниматься с ёлками. Прислонился лбом к жёсткой коре между пушистыми лапами и не мог отдышаться. Успокаивался, но дрожь не унималась. Разбил бы что-нибудь. Просто так, на счастье. А то его ой как не хватает в последнее время. Запрокинул голову. Синее стекло небес обжигало холодом, редкий хищник пролетал над скалистыми хребтами. Парил, искал чего-то или кого-то. Захотелось потеряться, уйти туда, где не будет болеть душа. Но где это место? Сбежать, да? Как последний слабак. Сайтама не мог себе позволить такую роскошь: как бросить друга, что так печётся о нем? Соника, что так болен злобой, но время от времени страдающий от собственного безумия? Мир, в конце концов, который снова будет в опасности, но на этот раз из-за его же одноударной силы? Сел под хвою, прислонил кулак к стволу. Вот ведь незадача! Скорее бы вернуться в строй супергероев, если это возможно. И к Геносу… Опять кошки скребут на душе, и плывет перед взором. От усталости, что ли? Холодно. Но лицо что-то обожгло. Слегка раздражённый долгим отсутствием пленницы, Генос вышел наружу — не мог не подозревать ее даже после слов о том, что не сбежит. — Почему так долго? — голос Демона-Киборга заставил вздрогнуть. — Ты жива? Сая обернулась, но железный юноша словно в тумане. Протёрла глаза — влажные. И лицо тоже. Удивилась, в принципе, как и Генос. Тот чего только не перебрал в своей умной головушке, но не ждал слёз от наемницы. Замялся, но быстро перебрав что-то в уме, вновь уставился на Саю с подозрительным прищуром. «На что она рассчитывает этой демонстративностью? До этого лицо кирпичом и непроницаемо, а тут вдруг расчувствовалась? Да за кого она меня принимает?!» — вспыхнуло в мыслях. — Не сиди тут, простудишься, — таки проскрипел, безрезультатно стараясь хоть как-то смягчить тон голоса. — Зайди в пещеру. Ударник, если честно, устал от вечных приказов от Соника, теперь этот пожаловал. — Пошел на хрен, я в уединении, — огрызнулась та. — Скоро вернусь. Но киборг одарил грубиянку испепеляющим взглядом: — Встала и пошла! Потом своего Соника оплакивать будешь! Сайтаме надоела эта игра, уже запутался что к чему. Для серьезной череды обмана и лукавства мозгов не хватает. — Вот прицепился! Ни минуты покоя… Тогда Генос грубо схватил строптивую пленницу за шиворот — потащил «домой» по кочкам и шишкам. Та без слов отдалась на милость и ждала, когда её в другом месте оставят в покое. Главное, по почкам не бьют, и ладно. После пинков от Соника, таскания уже не так страшны и унизительны. Бросили там же у стола у забытой тарелки с едой. Генос-то свою порцию уже употребил. Но Сая отступала к настилу. Демон-Киборг встал на пути: — Куда? — Греться и спать. — Вот поешь и согреешься, — уже мягче настоял вспыльчивый, но отходчивый Демон-Киборг. — Генос, я… так устал… устала, — Ударник заговаривался, глядел на порцию, сжимал кулаки. У Геноса же вся его суть пошатнулась. Сайтама! Это же Сайтама! Или так помешался на своем учителе, что мерещится невесть что? Так и замер не дыша, если можно так сказать о киборге. Держал за плечо подозреваемую в сайтамости и приходил в себя. Что делать? Кричать: «Учитель, почему обманываете? Это же Вы!» А вдруг обознался? Тогда безумцем покажется, если уже не сошел с ума. Потерял доверие к собственному рассудку. Но если вдруг, чисто гипотетически, эта девушка —заколдованный Сайтама, то… И радость, и гнев обуревает. Зачем скрывается и врет?! Так нагло и беспощадно! Да еще и женой Соника. Ужас! Не-не-не, так дело не пойдет, еще не хватало сексуального рабства пленных. И тут Демон-Киборг вспомнил, как беспощадно ловил ее в лесу. Если безумная мысль правдива, то, получается, причинил боль самому учителю! Плохо, хотя пусть это будет местью за ложь. Но, если честно, от этого только хуже. «Я устал», — типичная фраза Сайтамы, когда расстроен. — Тебе грустно? — Генос подыграл возможному Сайтаме и скользнул рукой по плечу вниз. — Трудно сказать, — Сайтама не заметил, как дублировал старый сценарий. Но киборг-то помнил! Даже с той же интонацией пропела. — Обманщица. — А? — Завтра мы отправляемся в город, поэтому — ешь. — Что?! — Сая изумилась такой новости так же, как когда Соник заявил, что утром — в деревню. Да и Генос стал более ласковым. С чего бы? Убрал кнут? Вспомнил про пряники? Посмотрела на него через плечо. Тот загадочно улыбнулся. Улыбнулся, сволочь! Но почему-то так страшно от этого. Демон-Киборг присмотрелся к её лицу: ссадины, синяки, словно безжалостно били. Не дело ли рук этого неуловимого скоростного козла? Улыбка мигом стерлась. — Я не трогал лица. Откуда побои? — решил докопаться. — Ой, столько всего произошло, уже и не помню, — Ударник пытался вести себя естественно. — Не Соник, случаем? — спросил прямо, чем застал её врасплох. — Ну, я ему просто нос лбом сломала, — честности ему, Сайтаме, порой не занимать. Замолк, но Генос и так все понял. — Мне тяжело, хочу лечь, — Ударник нашел повод прервать неудобный разговор, повернул голову в сторону лежанки, и тут шея обнажилась как раз там, где скоростной мучитель оставил засосы. Демона-Киборга чуть не закоротило. Тогда про сексуальное рабство пленницы он подумал не всерьез, но что тогда это?! Если киборг просто тронулся рассудком, и эта женщина вправду просто очень-очень похожа на учителя и является женой Соника, то все естественно, что на ней остались следы любовных утех от мужа. Но, если все не так, и это Сайтама? То почему у него на шее столь постыдные отпечатки?! Генос пришел в ярость. Не зря снилось, что кто-то звал на помощь. Это его друг так кричал, что аж духом воззвал? Этот Соник со скоростью звука, что ему стоит издеваться над еще ослабшим соперником и… как бы это страшно не звучало: надругаться над ним? Мерзавец! Душа железного юноши разболелась, разрывалась на куски от подобных догадок, но одновременно клокотало от злости, желания возмездия. Не поэтому ли Сайтама его обманывает? Может стыдится такого унижения? А не потому ли он, учитель, когда вышел, плакал, так как нуждался в помощи, но боялся? Геносу аж самому дурно сделалось. Последовал за девушкой, а та, кожей почувствовав неладное, спряталась под покровом с головой. Всё, нету её, окуклилась. «Сайтама, что Вы делаете? Прекращайте», — хотел бы сказать ученик, даже протянул руку, но между ними странная игра в прятки. Так и замер. — Послушайте, — все же начал Генос и присел к ней с краю «постели», поджав пятки к ягодицам. Ударник затаил дыхание. Что-то не так. Раньше на «ты», теперь вдруг соблюдение субординации. — Сая, — продолжил Генос и вдруг хмыкнул. И как он сразу только не догадался обо всем, учитель даже не потрудился завуалировать свое имя. — Хотите Вы того или нет, но пойдёте со мной, теперь я Вас не отдам. Никому. А Сонику не сносить головы, теперь я просто обязан его уничтожить. Ударник затрепетал, знал же: Генос не шутит. Быть битве. Этот ураган невозможно предотвратить, он просто надвигается. Вот бы первого и второго схватить и по лбу друг друга! Да так хорошо, чтобы все желание драться отпало бы. А при обострении повторить процедуру. Сая вдруг села, подогнув шкурку, пристально посмотрела на друга. Тот ничуть не смутился, хотя видел ее недовольство во взгляде. — Тогда я от вас просто сбегу куда-нибудь, — пригрозила в безысходности. Генос усмехнулся и посмотрел на её израненные руки: что она ими делала? Землю рыла? Хваталась за острые камни? За колючие ветки? — Земля круглая, найду, — сказал киборг и взял за ладонь, чуть притянул. Собеседники встретились глазами. Генос — маньяк номер два. Как и Соник. Только хороший маньяк, если таковые бывают. Оба жадные до силы, до Сайтамы. Демон-Киборг вдруг поцеловал избитые костяшки пальцев девушки, но сделал это учтиво, а не любострастно, и сказал: — Отныне ты — моя. Лишь подыграл ему, а Ударника чуть удар не хватил, простите за каламбур. Испугался: вдруг Генос влюбился в незнакомку, которой, по сути, нет?! В этот женский образ, обман. Уж больно друг его стал ласков, бросается столь сильными словами. Как бы потом правда не разбила ему сердце. А если бы Сайтама полюбил таинственную незнакомку, а она бы потом оказалась… Геносом, ну, или Соником. Вот облом. Признаться бы теперь, чтобы не играть на чувствах, но что дальше? А как же планы? Прости, дружище, но незнакомка может просто «исчезнуть». Да он и не узнает, куда она «ушла». Сайтама задумал перехитрить Демона-Киборга, но не предполагал, что его уже разоблачили. Генос просиял улыбкой от растерянности и удивления на лице «подруги». Как долго продлится эта игра? Но на душе полегчало. Завтра можно уйти, ведь, по сути, он нашел то, что искал. Если появится враг, можно будет свершить правосудие, а друга-оборотня разоблачить потом. Так что все обернулось как нельзя лучше. Только одно беспокоило: надеялся, что крыша на месте, а то вдруг так окажется, что на свете Сайтамы две штуки, причем разного пола. Пошёл за одним, получил сразу два, вот это поворот! Хотя, если такое и случится, то увести чужую жену, конечно, плохо, но если это жена Соника, то даже хорошо. Пусть страдает, негодяй! Позарился на учителя, так пусть теперь и у него отнимется. — С ума сошел, что ли? Не говори так, — Сая вырвалась и вновь спряталась под шкурой. Дурак, не влюбляйся в незнакомок, тем более в «наёмниц». Зачем пытаешься спасти от «мужа»? — Не решай судьбу других людей, — продолжила та. — Иногда это необходимо, — не согласился киборг. — Тогда ты не лучше Соника. — Не сравнивай меня с ним! Сколько можно? — Генос затарахтел как трактор. — Все познается в сравнении, — Сайтама порой нарочно сердил его, ибо нечего ему так вести себя. — Так ты меня познать хочешь? — без всякой задней мысли спросил цельнометаллический юноша. Сайтама аж выглянула и нахмурилась, она-то подумала в «правильном» направлении, но оценила игру слов. — А у тебя разве есть «жезл познания»? — вот, Ударник не удержался от пошлой шуточки. Генос вдруг смутился как ребенок. Если бы передним и впрямь была бы незнакомка, то разгневался, но это же учитель. Опустил глазки, замялся: — Если нужно, доктор Стенч сделает таковой… — Стой! Не надо так серьезно относиться к глупым подколам. Прости, — Сая устыдилась. Генос хороший, даже милый бывает, а она так безжалостно его плющит. Сидит он такой, без одной руки, с торчащими проводами, словно брошенная игрушка. Ему хочется вернуться в «семью», но… — Прости, — повторил Ударник и почувствовал себя последним злодеем, чудовищем. Даже ком подкатил к горлу. Когда же все будет как прежде? Генос заметил его горечь. Как бы ему хотелось отнять ношу учителя и понести самому. Ради него сделал бы это с радостью, как бы тяжела она ни была. Но Сайтама не отдает, жадина. Киборг подполз ближе, навис над унывающей красавицей. — Нет, это Вы простите. Я больше не ударю Вас, позвольте отныне быть вашим хранителем, — Генос не забыл про игру, но, если честно, правду говорил. Склонился ниже и поцеловал в лоб. Сая не ждала милостей. Нет, всё как и раньше, только декорации сменились. И роли. — Прикинь бы промахнулся, как я, — как же она проста. — Конфуз бы вышел. Демон-Киборг невольно глянул на её губы и хитро улыбнулся: — А я не промахиваюсь, — сказал да поцеловал в уста. Зачем? Да чтобы знал, что он, Генос, не шутит с отношениями и чувствами, в отличие от некоторых. Никак нет! Ударник приплющился к настилу как от затрещины. Так и застыл, пока искусственно созданные человеком губы не отпустили его. Да, плоть Геноса не настоящая, но выражает свои чувства и привязанности по-человечески. Обнять, поцеловать — этого не отнять, даже если тебя превратят в консервную банку такой, какая она есть; пока существует душа — и железо оживёт. Сая глядела на виновника сего безобразия: в его глазах отразилось мальчишеское детское хулиганство. Должно быть, он был таким лет в пятнадцать в своей семье. Зная Геноса, он бы не открылся так первому встречному или встречной. Тем более, не стал бы в чем-то клясться и целовать. Чтобы его раскрыть, нужно время. Значит… Догадался! Генос не дурак, перехитрить не получилось. Напротив, это киборг тут лисой оказался. — Вот ведь, нигде от тебя не скроешься, — Сайтама тепло улыбнулся, уже нет смысл прятаться, протянул руку, хотел потрепать по волосам. Демона-Киборга вдруг настигло страшное дежавю: учитель так же беспомощно лежал, когда упал с высоты и, ничего не видя, тянул руку. Как и тогда, Генос подставил лицо в его ладонь. Как верный пес, как ласковый кот. Как дитя, а не киборг с боеприпасом равной целой вооруженной армии с танками. Сайтама вздрогнул. Так приятно осознавать, что кто-то тебя любит в этом мире, тем более после череды почти каждодневных поношений. — И я тебя… — Ударник обнял единственного друга, — …люблю. Голова кругом. И железный киборг показался таким тёплым и мягким… мягким… *** Сайтама очнулся в обнимку с медвежьей шкурой. Отстранился и тупо уставился на неё. Сон? — Что за!!! Подскочил. Упал. Все тело словно ватное, голова тяжёлая, перед глазами плывёт. Где я? Что происходит? — Ты чего? — с соседней лежанки поднялся Демон-Киборг и подошёл к нему. Ударник привстал и запрокинул голову. В глазах друга холодное недоумение. Значит… Сердце пронзила боль. А как же все то, что было? Жалкий прекрасный сон! — На каком месте мы остановились?! — потребовала ответа Сая в надежде, что она просто отключилась в его объятьях. — О чем ты? Я нашел тебя, Снегурку, под ёлкой почти бездыханной. Я уже не знал, что делать. Вот это новость! Какое разочарование, граничащее с потрясением. Почему сны столь реальны? Обидно до слёз. И тут в голову врезалась мысль, словно и не его: «Вариант будущего». Точно, ведь его сны часто сбываются. Одно утешало: всё это могло бы стать правдой. Всего лишь вскрылись страхи и желания. Но на этот раз «обломистей», чем во сне с монстрами подземного царства; чем в том, где Генос вернулся. Просто в тысячу раз «обломистей»! Сайтама смотрел на него и представил, как бросается на него и признается во всем: и в обмане, и желаниях, и даже в любви, раз уж они так сроднились по-братски. Вот такой вариант будущего, но… Сжал руками каменистую землю. Готов был расшибить себе лоб, вырвать сердце и бросить в печь, может тогда оно перестанет болеть. Генос вдруг испугался её многозначительного взгляда. — Прикройся, чего оголилась? — гаркнул на нее киборг. Реальность оказалось куда более холодной, голодной и недружелюбной. Именно поэтому он однажды решил стать сильнее. Давать ей отпор, но она снова легла на плечи и спускает с небес на землю. Это сводит с ума! И плевал он на полуголый вид. — Сделай это: прожги сердце, — Сая блажила, сильнее оголилась. Генос опешил, аж отпрянул от этой сумасшедшей: — Белены объелась, женщина? — Да, блин! До сыта! По горло! — сорвалась та и закрыло лицо одной рукой, другой — царапала грудную клетку. Демон-Киборг испугался, что она себе как-то повредит, не хотелось этого: пришлось ударить с ноги, оглушить обезумевшую наёмницу. Подействовало. Она упала как кошка на лапы и посмотрела уже спокойно, но с такой горечью. Генос давно не видел таких печальных глаз, разве что… Вдруг вспомнился плачущий Сайтама в больнице. О, как душещипательно это было! — А теперь расскажи: что случилось? — подсел к ней. Но Сая отвернулась и обняла себя за плечи. Как-то мигом околела. — Эй, я с кем разговариваю? — пришлось поднять ее с холодного пола (все-таки датчики показывали плюс двенадцать в пещере) и отнести на место к тёплой шкурке. Ударник извернулся и обнял ученика за шею. — Что ты творишь?! Отпусти! — ага, делать ему больше нечего, кроме как обниматься с полуобнаженными незнакомками в первую же ночь. Мужская ментальность возопила. Но оттолкнул и набросил на нее меховой покров. — Веди себя прилично! Я ведь не железный, — по человеческой привычке так сказал. Ударник замер, не понимая, к чему эти слова. Зачем отрицает очевидное? — Если я киборг, это не значит, что ты можешь раздеваться и ходить голышом, — Генос чуть склонился и положил ладонь на стальную грудь. — У меня душа смущается. Сайтама вдруг заулыбался, глаза загорелись: такой Генос ему нравился. — Душа, прикрепленная к железным доспехам… В одной крутой манге так было, признавайся, где печать? — Не веди себя как мальчишка! — Демон-Киборг легонько стукнул её по башке в назидание. Но странно, что наемница увлекается мангой. Так и представил себе, как она посылает Соника со скоростью звука за очередным выпуском. Да не за какой-то сопливой романтикой, судя по описанию. Сая уронила взгляд, стала серьёзной: — Прости, я бы давно переоделась во что-нибудь, но доспехи тяжелые и неудобные. Генос бы вздохнул, если бы имелись лёгкие. Выпрямился, схватился за край майки, хотел снять, да одной рукой не получалось, застрял. — Чертов Соник, даже жену не оденет, — роптал из-под одежки, которой решил пожертвовать. — Помоги! Что смотришь? Да-да, Сайтама, срывай с него последнюю рубашку! — Надень под низ, — распорядился киборг, когда освободился. Ударнику было неловко, но ничего не поделаешь, кротко поблагодарил и принял подарок. Теперь ему хватило ума, чтобы отвернуться, прежде чем раздеться и натянуть майку. Генос увидел рану на плече девушки. Она и раньше мелькала, но только сейчас оценил её серьезность. — Откуда прокол? — таки спросил. — Который? — Сая глянула на раненое бедро, должно быть, оно больше болело. Достаточно безобразный. Генос лишь нахмурился: распознал ножевое ранение. Она что, со своими поцапалась? Что-то нечисто. Подошёл ближе, чуть оттянул горловину, но теперь не рана бросилась в глаза, а шея в синих пятнах. Ой, а это уже неприлично, Соник! Отпустил, выпрямился и задумался. Ударник же обернулся: — Замышляешь увести меня в город? — проверял сон на «вшивость». У Демона-Киборга глаза чуть из орбит не повылезли. Да, замышлял, но из-за ран девушки засомневался. — Посмотрим, — ответил сухо. Сайтама притих. Волна эмоций утихла, но данный вариант будущего ему не нравился. Словно кто-то сверху взял и перенес его из одного мира в другой, и теперь все кажется чужим, даже воздух будто бы иной. Хотелось вернуться в те события, что растворились навсегда. — Холодно, — мысли вслух, — тут холодно. Генос нахмурился, анализируя поступившую информацию. — Сейчас дров подкину, — служил по старой привычке, да и жалко стало пленницу, ей и так несладко. — Закутайся лучше. Киборг рукой обдал её паром, в частности сам мех, чтобы согреть, а не ошпарить. Так тоже хорошо, но как бы повысить градус сердечности? *** Ударник сам не заметил, как запустил в утробы своей души червя уныния. Убивали притворство и ложь, он так мечтал увидеть Геноса, но лучше бы они и не встречались. Соник что-то говорил о том, что хандрить нельзя? Да, но этот дуралей как-то чувствовал первые зародыши и мигом пресекал, не давал покоя, вплоть до рукоприкладства. И, что самое странное, помогало! А что теперь? Уныние словно обрадовалось отсутствию Скоростного и, потирая ладони, вгрызлось в самое горло. И травило кровь. Сначала Сайтама прятался от сплина во сне, но там-то как раз опасней всего. Демон-Киборг забеспокоился, девушка ранее была живее, а теперь как-то погасла. Кроме того, она отказывалась от еды. Если раньше только и делала, что спала дни напролёт, то теперь просто сидела, уставившись в одну точку и словно бы растворяясь в ней. Вот-вот исчезнет и поминай как звали. Вставала только по острой необходимости. Нет, Генос пытался выяснить причину её состояния, но в ответ было только: «Не хочется», «тошнит», «оставь меня». Однажды он вышел из пещеры. Надеялся, что смена обстановки прочистит мозги и, возможно, в голову придет какой-либо план. Интересно, что Соник делает, когда его жена такая? Нет, ну понятно, у них другой уровень отношений, но все же. Почувствовал себя виноватым. Вдруг Сая умрет от немощи раньше, чем явится этот проходимец? Тут киборг зафиксировал движение. Слежка? Соник?! Генос вдруг обрадовался до безумия: — Выходи! Выстрелил и выжег огненную тропу. Дым заклубился и из него выпрыгнула черная тень. Ниндзя! — Соник, я притомился ждать тебя в этой глуши проклятых гор! — пафос захватил разум Геноса и, как все паразиты, давал свои бесконечные плоды. Облака пыли чуть рассеялись, и можно было узреть человека. — Ты ошибся, — перед ним стоял другой человек в чёрных одеяниях ниндзя. Разочарование настигло Демона-Киборга, но, с другой стороны, раз приходят шпионы, значит, про них не забыли: — Чего тут вынюхиваешь? Или драться решил? — Нет-нет, просто мимо проходил, — опешил разведчик, поднимая руки. — Ну-ну, — не поверил ему Генос. — Передай Соннику сообщение: что делать, чтобы его жена не померла от хандры? И вообще, мне нужно руководство «по эксплуатации». Пусть поторопится, а то заберу не только Сайтаму, но и её. — Сам скажи, — тут ниндзя протянул сотовый телефон: старенький, один из тех «непотопляемых». — Тут не ловит же. — Если спуститься к подножию, найдешь железную дорогу, — пояснял гость премудрости ниндзя-бытия. — Если взобраться на столб, даже 3G поймаете. Правда, не всегда, но если набраться терпения, то можно. Для Геноса его слова прозвучали как-то так: пойдите в полнолуние с этим зеркалом на перекресток дорог. Встаньте так, чтобы, смотря в зеркало, увидеть полную Луну через правое плечо… Разведчик скрылся с глаз долой. Делать нечего, появилась возможность созвониться с долгожданным противником. Но что делать с Саей? Оставить на неопределенное время? А вдруг это ловушка? Не окажется никакой связи, а девушку умыкнут. Или… или железная дорога есть ловушка! Место встречи с Соником, другими словами. Генос загорелся. Но придется тащить пленницу с собой. О, заодно развеется! А то совсем стухла. Киборг развернулся ко входу в пещеру и чуть не натолкнулся на Сайтаму. Тот заинтересовался шумом снаружи: испугался пришествию Соника сильнее, чем зверя Тацумаки. — Идем! Переодевайся в броню и выходим, — этот кибер-танк не остановить. Сая подозрительно отнеслась к его предложению, нахмурилась: — Куда еще? — К железной дороге, свяжемся с Соником и поторопим его, — киборг повертел перед ней мобильным телефоном. — Давай ты сам, нет никакого желания скакать по горам… — Слушай, я дам тебе поговорить с мужем! Разве ты не должна прыгать от счастья? Генос все пытался определить степень близости их отношений, но что-то никак. Ударник тупо уставился на собеседника. Точно! Соник же муж по сценарию, а он и забыл. — Если начну прыгать, сломаю вторую ногу и тогда точно никуда не пойду. — Собирайся! Я на руках тебя понесу, если что. — Ну-ну, и где же она, твоя вторая рука? — Сайтама отвернулся к проему «дома». — Да и пока дотащишь меня, побьюсь вся. На руках костлявого Соника исстрадаешься, а тут железный ты. От меня останутся одни рожки да ножки. Генос глянул на торчащие провода из плеча. Да уж, непорядок. Надо бы к доктору Стенчу. Киборг последовал за девушкой в пещеру. — Тогда мы идем в город! — очередное заявление, которое, впрочем, не удивило Ударника. Лишь обернулся, бросил на него оценивающий взгляд и ответил: — Хочешь использовать пробел во времени для ремонта? — Да! Последние битвы с Соником, к сожалению, завершились не в мою пользу. Хотелось бы иметь полный боевой комплект. Ударник только хмыкнул и похромал к столу-фанере, бросил свои кости у него и задумался. Генос смотрел на девушку, смотрел да не выдержал: — Чего расселась? Собирайся, я сказал, нечего тут делать! — он все решил. Сайтама вдруг подумал о своем разрушенном доме. — А ты где живешь? Не в общежитии Ассоциации Героев случаем? А меня, наёмницу, пропустят? — конечно, ему очень важно знать, куда они причалят. А она права, власти могут поймать девицу-наёмницу, в тюрьму посадить, а оттуда её спасет Соник. Демон-Киборг почесал свою железную репу. — Снимем номер в отеле, поживем там, всяко лучше этой дыры, а то совсем как зверушка в берлоге, — а вот и решение. Сайтама вдруг размечтался о горячем кофе с молоком, завтраке и Геносе, который по обычаю сидит напротив и о чём-то говорит-рассказывает. Улыбка невольно коснулась лица, впервые за все время продолжительной хандры. Собеседник удивился тому теплу, что проскользнуло во взгляде пленницы. Сразу уютно сделалось. Раньше только учитель мог внушить комфорт киборгу. Вот ведь! Уже не хотелось трогать источник удобства, только бы подсесть ближе и утонуть в нем. Генос пристроился рядом: — Перед отправкой тебе нужно поесть, а то замёрзнешь и ослабнешь. Сказал и ждал ответа. Если скажет нет — заставить! Но Сая теперь и не помышляла об отказе, мечтания о завтраке в отеле пробудили не только хорошее настроение, но и аппетит. — Хорошо, — кивнула и уперлась ладонями в стол, чтобы подняться, но Демон-Киборг поймал её за плечо, не дав этого сделать. — Сиди, я сам приготовлю, — все-таки заботливая натура проявилась в нём. Обрадовался, что та не противится. — А? Правда? Спасибо, — Ударник отвык оттого, что его холят и лелеют не по надобности, а от доброты души. Рис и птица. Порой, чем проще пища, тем она вкуснее. — Сая, а ты давно с Соником? Вот, очередные неудобные вопросы. Сайтама аж вздрогнул, привык правдой рубить, а тут врать нужно, лукавить. — Нет, мы недавно сошлись, — ответ вполне достойный. — За что полюбила? — да-да, за что любить этого морального урода! Ударник задумался: представил, что вопрос не любовного характера, а дружеского. — Просто… просто так… — Это как? — Генос посмотрел на допрашиваемую через плечо. — За то, что я ему нужна, должно быть так. Раньше я была никчёмной, но как стала сильной, рядом тут же стали появляться люди, один интереснее другого. Соник в том числе, но он пришел поздно, у меня уже был друг. Но Скоростного это не смутило… — Ещё бы! — не выдержал Генос, но мгновенно приостыл. — Прости, продолжай, пожалуйста. — Но потом я заболела, — Ударник отвечал слишком очевидно, но, чем виднее спрячешь, тем сложнее отыскать. Киборг вспомнил ту баночку, которую передал глава клана: — Чем? — Неважно. Я потеряла силы и стала еще слабее, чем была. И друг отошёл от меня. Вот теперь стрельнуло в сердце Геноса. Но не за неё, а за Сайтаму. Рассказ один в один! — И тут появился Соник? — за неё продолжил киборг и дивился. — Да, он забрал меня и выходил. — Зачем? В чём выгода? Нет, Ударник не скажет: «Чтобы потом убить на дуэли», это уже ткнуть в спрятанную вещь на видном месте пальцем. — Не знаю, спроси у него. — А ты разве не интересовалась? — как можно жить, не зная ответов на такие вопросы! Генос поражался её равнодушию, мягко говоря. — Раз нужна — уже хорошо. Киборг отвернулся к котелку. Клубы пара выбивались из-под крышки, которая постукивала время от времени. Закипело. — А друг так и не вернулся? — это он о себе любимом. — Вернулся, но поздно. Я уже с Соником. — Вот оно как, но, будь твоя воля, осталась бы с бывшим, не так ли? Или таишь злобу за предательство? Крышка сильнее забила. Сайтама на миг замолчал, прислушался к себе, потом продолжил: — Уже не злюсь, но порой обидно бывает. — Значит, с Соником ты по стечению обстоятельств. Одно радовало, можно смело делать вдовой, есть кому отдать потом. Только бы найти того самого друга, что опоздал. Так размыслил железный мститель, не подозревая, что он и есть тот самый парень, которому посочувствовал как самому себе. Теперь Генос не только Сайтаму раздвоил, так и себя также. Один Соник есть Соник! Хотя, нет, он же участвовал в двух похожих случаях. Вот так и в истории человечества: что-то одно произойдет, а оно вдруг дублируется в разных местах с иной интерпретацией и другими именами. Вот убьешь, к примеру, великана, а подвиг припишут Кингу. Побьешь злодея, и этот подвиг другому пошёл. Так и «размножаются» великие герои и цари! Ладно, Сайтама привык, видимо, этот трюк ему проще всего исполнять. И сейчас «родил» пару персонажей. *** Ударник собирал свои немногочисленные вещи: жертвенный наряд (вдруг обратится в себя любимого), аптечку, «лекарство» от владыки, немного еды, бутылочка с водой и полотенчик. Так, на всякий случай. Размотал эластичный бинт с ноги, чтобы потуже забинтовать, но наклонять корпус тяжело, сразу задыхаешься. Ребра не выдержали серьёзного удара железным кулаком. Ничего, после падения с высоты это ещё не самое страшное. Да и обезболивающие от ниндзя-медиков очень хороши. Особенно мазь: размазал и вообще полноги не чувствуешь, как чужая. Только вот ходить непонятно как, если только прихрамывать. Сайтама выпрямился и посмотрел на ногу, как на врага народа. Сжал и растянул бинт. Готов к сражению! И к боли. — Помочь? — Демон-Киборг нарисовался. — Оторви и выкинь, — отшутилась та, повертев стопой, и зря, стрельнуло, однако. — Цссс! — А культя разве не болит? — съязвил киборг, присел напротив и глянул на опухшую «лапку». Стал серьезным. — Подожди, включаю режим рентгеновского зрения. Он и забыл про новинку от доктора. Сначала они её тестировали, потом Стенч вынимал деталь, дорабатывал, затем снова вставлял. И так часто, что Генос и не помнил: была ли у него эта «способность» или же нет? — А раньше не мог? — возмутился Ударник. Генос поднял на него тяжелый рентгеновский взгляд: — Слушай, пленница, я и так достаточно добр с тобой. Не хами. — О, и Соник частенько так говорит, — Сайтаму настигло чувство дежавю, но лучше бы это было чувство самосохранения. Генос уже не раз просивший прекратить подобные сравнения, ощутимо сжал доверенную ему ногу. Кстати о ней: перелома нет, скорее связки потянула. Так что рентген-зрение можно отключить. — Ай-яй, ты что творишь?! Я тебе сейчас вторую руку сломаю! — подсуетился Ударник, упёрся здоровой ногой в плечо изверга и отпихивался. — А я — ногу, — не сдавался и киборг, тянул на себя. Не желал уступать какой-то девице в словесной перепалке, а уж тем более в физической. — Тогда мы точно никуда не пойдём! — парировал и Сайтама, ни на грамм не уступая. — Будем валяться тут побитыми и разобранными по запчастям, а Сонику потом лечить и собирать, коль вернётся. Генос отпустил упрямицу. Да и чего вызвался помочь? Как перевязать одной рукой? — Этому типу проще похоронить нас в братской могиле, чем вылечить, — не верил он в милостивого наёмника. — А киборгов разве хоронят? Слишком дорогой, всё равно что клад закопать, — раздражённый Сайтама нашел в себе силы перевязать несчастную «деталь». Генос глубоко задумался, потирая подбородок: — Точно, у меня одна рука больше миллиона стоит, а в целом… У девушки челюсть отвисла, а глаза на лоб полезли: это ж сколько денег уходит на ремонт?!! Один удар на миллион — вот она, цена ущерба, что она свершила на днях. Аж пот побежал по лицу в семь ручьев. Генос заметил ее превеликое замешательство, можно сказать, ужас. — Тебя что-то беспокоит? — От-от-откуда у тебя столько денег?! Ты сын миллиардера? — Сайтама всплеснул руками. — Нет, но я из состоятельной семьи, — всё так же серьезно и вдумчиво отвечал железный юноша. — Наше имущество и жизни были застрахованы. После катастрофы, в которой всё погибло, деньги перешли в мои руки. Кроме того, лаборатория, где работает мой доктор, хорошо финансируется различными ассоциациями, в том числе и государством. Я зарегистрирован как часть проекта по созданию кибер-оружия по уничтожению других киборгов, поэтому ремонт оплачивается спонсорами проекта и государством… — Стоп-стоп-стоп-стоп! — Ударник не мог усвоить такого потока информации. — Останови фонтан! Короче и яснее можешь? Тут и Генос чуть не уронил железную варежку на пол. Нет, не от хамства. Две личности разного пола вдруг стали объединяться в одну в голове киборга. Схватил Саю за локоть и притянул к себе, навис, жадно всматривался в лицо. Ударник сам не знал, чего больше испугался: разоблачения по неведанным причинам или же его внезапной близости? Сердце как у мышки заколотилось, пот скатился по виску. — Сайтама… — страшные слова проговорил Генос, от которых носителя данного имени чуть удар не хватил. Киборг пронзал решимостью, но вдруг сунулся носом в шею девушки: — Пахнешь как Сайтама, — ага, его датчики не обмануть, они уже все проанализировали. У Лысого Плаща голова кругом: так его разоблачили или нет? Или это очередной сон? Одно дело, когда это Соник тычется как кот — всерьез уже не воспринимаешь, повадки у него такие звериные: то пошипит, то приластится, а порой и укусит, а коль «зверушка» крупная и дикая, убьёт и глазом не моргнёт, если что-то вдруг не так. А Генос другой, к нему и отношение иное. Душа трепещет, ужасается. Обнять бы это сокровище, которое вдруг таким близким стало, но страшно. Ударить бы, судя по ситуации! А стал ли что-либо подозревать Демон-Киборг? Пожалуй, да, а иначе бы не сократил дистанцию так стремительно. Чуть отстранился и снова заглянул в столь знакомое лицо, в глазах распознал муку и страх. Казалось, что самозванка вот-вот обратится в учителя, как по мановению волшебной палочки, но этого не происходило. Сайтама уже не верил снам, поэтому ожидать той же концовки нет смысла: — Мне больно, пусти. Тихая улыбка вдруг коснулась губ Геноса: — Нет, милая, с этого часа ты под строгим надзором. — Почему? — девушка таки сама вырвалась и отпрянула, чуть не упала, но удержала равновесие. — Я уверен в том, что ты есть Сайтама более чем на пятьдесят процентов, — одним тоном проговорил честный парень Генос. — И подозрения только растут. Сая вновь потеряла дар речи. — Признавайся: ты — Сая или замаскированный Сайтама? — киборг стоял на своем. —Снимай парик, я знаю, что ты лысая! Ударник растерялся и рассердился одновременно (еще бы — лысину задели): — Что за лажа? Глупости! — Хорошо. Тогда поиграем в «детектива и преступника». Мои подозрения возросли до шестидесяти процентов. Но по правде Генос не играл, был суров и серьёзен как никогда. Самозванка отвернулась, пряча глаза и нервозность: — И что ты сделаешь, когда подозрения дойдут до ста? — Когда это произойдет, вряд ли отвертишься. Но заранее попрошу подготовить ответ на вопрос: зачем? Зачем мучаешь меня? Спросил и развернул пленницу к себе. Той нужно сказать элементарное: «Я не Сайтама!» Но такая откровенная ложь не свойственна духу этого человека. Он скорее скажет: «Я бульдожка!» или «Я люблю селедку с сахаром!», но только не отречение от собственного имени. — Нет, это ты меня мучаешь, — Ударник потупил взор. — Мои подозрения возросли до шестидесяти двух процентов. — Да прекрати! — Сайтама рассердился да стукнул по темечку железной башки, нехило так! Не по-женски. — Ой, шестьдесят семь, — Демон-Киборг потёр свою головушку, страшась трещин и сбоя систем. Монстру порой не под силу пробить столь прочную броню, а тут какая-то больная и хромая женщина чуть дыру не проделала. Если проанализировать силу удара, то ого-го получается. — Дай мне собраться уже! Не отвлекай, — потребовал Сайтама, но на деле хотел перевести тему. Нырнул ногами в ниндзя-шузы и встал. Что ж, пора в путь. Перед выходом оглянулся: тихая уютная пещерка служила домом, жаль покидать ее. Тем более, зная, что своего собственного у него больше нет. Поднадоели бесконечные скитания. Все-таки Ударник — домосед до мозга костей. И потеря насиженного гнёздышка, где он полноправный хозяин — трагедия. *** Час пути по скалистым тропам, заросшими сосновым бором, показался вечностью для неокрепшего Ударника. Воздух морозный, застывший, проникал в лёгкие словно битое стекло. Сайтама остановился и посмотрел наверх: небо хмурилось, вырисовываясь между колышущимися деревьями. Казалось, что сам качаешься вместе с ними. Нет-нет, плохая идея идти именно сейчас: тогда, когда не ел предыдущие дни; когда так сильно болят переломанные ребра, тяжело дышать и любой прыжок превращается в муку. Генос ориентировался по встроенному внутри себя компасу. В принципе, киборг чувствовал электромагнитные поля, потому всегда знал где север и остальные стороны света. Он сам проработал маршрут, раз наёмница отказалась быть проводником. Еще один «процент подозрительности» в пользу версии «Сая есть Сайтама». Демон-Киборг остановился и обернулся: девушка застряла перед очередным каменистым спуском. — Спрыгивай, чего застряла? Тут всего-то полтора метра. Ударник представил, как рассыпается по запчастям в лучших традициях Геноса. — Меня кто-то обещал нести на руках, — отшутилась Сая, но села на край обрыва, чтобы соскользнуть вниз. Наивный Генос по обычаю воспринял все слова всерьёз. Подошёл, пока та не спрыгнула: — Если хочешь, могу понести, — предложил и подставил свою широкую спину. — Правда? — растерялась та. Тут Генос улыбнулся, ловил её в «сайтамости»: — Включу обогрев и… Не успел договорить: запрыгнули да обняли руками и ногами. Клюнула раньше, чем поплавок достиг поверхности воды. Генос на миг испугался подобной стремительности. А что если он не сошел с ума и сейчас за него держится не наёмница — жена Соника — а сам учитель? Душа затрепетала. Если все так, то кому причинял боль все время? Нет, тогда сам виноват, раз скрывается, но зачем? Сайтама приютился, прижался щекой к нему, совсем как родной. Грелся. Душа Демона-Киборга вдруг обрадовалась, взбодрилась. Есть кого оберегать, он кому-то нужен, так приятно. *** Только к закату они добрались до железной дороги. Сайтама вдруг вспомнил: именно здесь проходит та электричка, на которой он с Соником добрались до гор. Как же давно это было. По этому лесу его тащил наёмник и вырубил дурманом, и дотащил не до пещеры, а прямо до деревни, которая гораздо выше! Теперь Ударник оценил весь неимоверный труд неуловимого мстителя. А вот и линии электропередач. — Отдохни, — киборг опустил ношу на землю и просканировал местность. Мало ли! Конечно, увидеть мерзавца прямо здесь и сейчас хорошо, но нельзя так безрассудно кидаться под огонь. Вроде чисто, даже мыши попрятались. Ловко вскарабкался на столб, сел и достал телефон. Так-так, «Контакты», имена всякие разные. О, даже «Владыка» есть, только толку ему звонить, если он в глуши на данный момент. Видимо и он покидает свой пост и отправляется в город, а то бы не полагался ему номер. Ладно, дальше, где же этот проклятый? А, вот он «Соник со скоростью…», его полное имя не влезало в справочник телефона. Генос вдруг заволновался. Предвкушал. Палец нажимает на кнопку вызова, но… короткие гудки. Что такое? Нет связи? Только что были две антенные «палочки»! Главное 3G отображает, а связи нет, что за несправедливость? — Ну, что там?! — Сайтама терял терпение. Прислонился спиной к столбу и сидел. — Связь исчезла! Но была, — отозвался киборг. — Но ты же не будешь сидеть там до утра? — Буду… — Эй! Слезай! — Нет. Потерпи, связь должна быть, я чувствую волны! — А я чувствую, как отмерзает задница! — Ничего, отогреем, — Генос сказал машинально, не задумываясь о том, как это будет выглядеть. — Будешь жарить лучом из руки? — невесело пошутил Ударник, уже привыкший, что его все шпыняют. — Нет можно просто… — тут Демон-Киборг замолчал. Вдруг представил то, что говорит. — Просто рукой? Чьей?! — Сайтама же договорил и возмутился. Да уж, был бы Соник со своими звериными наклонностями, то он бы просто «жарил». Жуть! — Задубеешь — согрею, — все, Генос принял Саю в категорию «своих», даже если она не Сайтама. Продолжил следить за связью. Ударник замолк и нахмурился, что-то теплое коснулось сердца. Раз пообещали позаботиться, то, пожалуй, не все так плохо. Вздохнул, поднялся на ноги, отряхнулся. Стоять не хочется, но жопа уже чешется от холода. Генос чуть сотовый не выронил, когда узрел сию деву, чешущую себе зад. Да с таким усердием и удовольствием, судя по лицу. — Сайтама! — А? — Мои подозрения возросли до восьмидесяти процентов. И ты отозвалась! — с радостью разоблачал его киборг. — Я сейчас в таком состоянии, что и на Годзиллу отзовусь, — преспокойно ответила та, не отрываясь от своего интересного занятия. — Хорошо, отмазка засчитана, — тот решил с ней не спорить, да и связь появилась! Есть! Пошли гудки… *** Как много дел, Соник не знал за что хвататься: купить, запаковать, отфутболить тем коллегам, что понесут товар в деревню. И так снова и снова. Конечно, он не один этим занимается, но ему дали список самых редких и отдаленных товаров. Еще и не опоздать на поезд, который едет к подножию их горы. Он был так зол, что доставалось и соклановцам, если те вдруг приходили не вовремя или, по его мнению, что-то делали не так. Скоростной невольно ощущал себя пиксельным героем двухмерной аркадной игры на приставке, где нужно носиться по локациям, собирать непонятную фигню, передвигать ящики, общаться с другими такими же игроками. Брр!!! Время собирать «колечки»! А иначе не ждать бонусов от Владыки. А ещё этот персонаж не забывает мечтать о победе над своим лысым противником. А ещё нужно побить одного вредоносного киборга. Иногда злоба достигала таких высот, что при её спаде разом настигало утомление. Вот и сейчас, лежит он в своей штаб-квартире на футоне без сил. А настроения никакого. Даже что-то вроде отчаяния прокрадывалось в душу, но боевой дух не позволял подобным эмоциям брать вверх. Да, устал, остальное — дело находчивости и ловкости. Только задумал предаться отдыху и сну, как вдруг мелодично заиграла фортепианная музыка — она у него стоит на вызове сотового. Соник ее слушал-слушал и думал: да вроде без косяков сегодня? Иль что случилось? Перевернулся на живот и взял телефон. Это же звонок от разведки! Что-то с Сайтамой? С деревней? С миром, в конце концов? Он так и представил себе, как Генос отправился в поисках крушить и ломать то, что осталось от родного поселения. Это недопустимо! Заволновался, но ответил: — Слушаю! — получилось звонко и бодро, в стиле пионер — всегда готов. — Тогда — слушай, — прозвучал спокойный голос одного из заклятых врагов. Звуковик прочувствовал усмешку в интонации. Откуда у Демона-Киборга его номер? Завалил кого из разведки? Или вообще деревню захватил! — Ты! — не смог скрыть удивления, аж сел на постели, затем собрал всю волю в кулак и тоже усмехнулся. — Вот ты какой проныра. Что тебе нужно? Соник от усталости позабыл по какой причине за ним ходит киборг. — Ты и Сайтама. Кстати, я и не предполагал, что у тебя есть жена? Генос на том конце провода посмотрел на «жену». Та перестала чесать замёрзшую пятую точку и прислушалась к разговору. Согревала ладони дыханием, ведь рядом протекала река из-за которой холодно и влажно. Соник на миг замолчал. Он знал, где можно найти связь в горах, а раз так, то… — Надеюсь, ты её оставил в пещере, а не потащил по горам за собой? — голос Соника вдруг стал серьёзен. — Чтобы ты или твои люди украли ее? Нет, не дождешься! Она со мной, меняю на Сайтаму! Где он? Если он рядом, дай ему телефон! — потребовал стальной похититель. — Не могу, прошу извинить. Видимо, наша битва неизбежна, не так ли? — Тогда бросай все свои дела и приходи сюда! — Слушай, я сам хочу сразиться с тобой, кто бы только знал. Но я в данный момент на задании и вот ну никак не могу отлучиться, даже если бы сильно захотел. Ага, чувак, войди в мое положение! Ты не вовремя. — Так много дел, что не до жены? Генос давил на совесть или что у него там за неё? — Ты герой и не будешь убивать пленницу, ведь так? — не на того напали, такой же специалист. — Хорошо, раз гора не идет к Магомету, то Магомет придёт к горе, — Генос принял решение. — Встретимся в городе, думаю, ты сможешь выделить нам пару часиков. Пот сбежал по лицу Скоростного. Только этого ещё не хватало! — Пленницу с собой потащишь? — вот этого Соник меньше всего хотел. — А ты разве не тащил моего учителя по горам и лесам? Пожалуй, отплачу тем же! Соник вскипел, сжал кулаки: — Слушай, если она умрет, то ты никогда, слышишь, никогда его не увидишь! — А с чего это ей умирать? Хромает немного, потихоньку доползём. Звуковик аж ступней постучал, как кот хвостом. — Эй, она только-только с антибиотиков слезла, её в любой момент может залихорадить. — Она мне руку как стекло вдребезги разнесла, а ты мне что-то втираешь про её слабость. Тут челюсть у Соника-то и отвисла. И чем же Сайтама занимался в его отсутствии, раз такие результаты? Представил себе суровые тренировки до потери сознания. А на деле Ударник продрых все эти дни. Генос же отметил кое-что важное: Скоростной ни разу не назвал жену по имени. Так-так… — Хочешь я дам ей телефон? — вдруг предложил киборг, но не по доброте душевной. Прочувствовать их отношения захотелось. Соник не дурак, заподозрил неладное. — О, да ты добряк, — издевался. — Не откажусь. — Если связь не пропадет, — Генос спрыгнул со столба, протянул трубку, но включил режим громкоговорителя. Сайтама малость опешил: сдался ему этот Соник, но нужно ведь ответить «мужу». Главное не начать с «Чё надо?» Да и последняя их беседа была довольно напряженной после того неприятного инцидента. Пока он думал сказать «Алло» или «Привет!», Скоростной услышал его дыхание в трубку и начал первым. — Извини, милая, — да-да, он знал, чего ждет Генос и играл в виноватого мужа. Сайтама чуть телефон не уронил от неожиданности и на этом бы спектакль закончился. Но Звуковик продолжал показывать мастер-класс: — Тебе приходится страдать из-за меня, моего эгоизма, но ты сильная, прошу простить и потерпеть еще немного. Скоро мы воссоединимся, свет моих очей… «Непотопляемый» разбился об столб. Сайтама недолго терпел, а «свет моих очей» не переварилось вовсе. Аж Генос отпрянул: — Эй, что ты делаешь? — Пустозвоник… — чуть ли не сквозь зубы процедила Сая. Сам же Соник подумал, что связь прервалась из-за глухой местности. Жаль, ведь он только начал игру. Демон-Киборг открыл свой сотовый-раскладушку, подсоединил к себе на подзарядку. — Хорошо, я номер запомнил. Вы поругались, я так понимаю? Сайтама сурово глянул на собеседника через плечо: — Когда он мелет чепуху — убить хочется. — Вы очень разные, — сделал вывод киборг, записывая новый контакт у себя. И да, больше телефон ей не даст, раз так лихо разбивает чужое имущество. За своё она наверняка голову бы оторвала. — В жизни вы тоже так «милы» друг с другом? — продолжил Генос, не отрываясь от гаджета. — Да по-разному, — отмахнулась та и уронила взгляд на разбитый с психу сотовый, который еще и раскололся на несколько частей. — Как же вам тяжко-то живется, — посочувствовал киборг. — Подожди немного… Солнце скрылось за горизонтом и тут же стемнело. Только голубой свет от экрана освещал сосредоточенное лицо Геноса. Пока есть связь, проверял сообщения, почту и всё что можно. Ударник молчал. Вспоминал, как раньше его друг засиживался за ноутбуком по ночам с таким вот серьёзным лицом, быстро клацал железными пальцами по кнопкам. Но сам хозяин дома не раздражался ночной активности сожителя, напротив, было уютно и не страшно. Пусть он, Сайтама, и был сильнейшим, но тихие вечера напоминали об одиночестве. Поэтому раньше он засыпал под шум телевизора, чтобы создать атмосферу «многолюдности», дабы хоть как-то заглушить пустоту. А когда в его доме появился Генос, то перестал так часто дёргать зомбоящик. Присутствие покорного и тактичного парня в сто раз лучше всякой толпы, которая тебя даже не видит и не слышит. Мороз крепчал, изо рта исходил белый пар, а пальцы с трудом сгибались, но Сайтама продолжал стоять смирно и ждать, когда Демон-Киборг закончит, а тот всё никак. Нет, Ударнику не скучно, он бы еще помедлил, только замерзает. Даже подавать голос лень, но надо. — Мяу, — выдавил из себя, заключив в данном звуке жалобную просьбу: «Я тут! Посмотри на меня, очень холодно». Геноса же как током ударило. Оторвался от гаджета. На него смотрели уставшие глаза, но добрые и жалобные. Его подозрения не то, что возросли, а он практически увидел в оборотне того, кого так отчаянно ищет. В душе защемило. Ведь разыскиваемый не снимает маску, прячется. Как разоблачить? Огорчился. Теперь и Генос чуть не сломал телефон, сжав его в руке. Уже неинтересна почта и прочая онлайн-жизнь. Так и застыли, глядя друг на друга. Сайтама ждал ответа, а тот боялся налететь на него с криком «Учитель!» и ненароком сломать в объятьях. А так хотелось. — Знаешь, а я тебя больше не отдам, — тихо, даже мило улыбнулся Генос в надежде, что уговорит Сайтаму сдаться. Того же настигло чувство дежавю: сны сбываются! С ума сойти. Невольно вспоминаешь кое-какие игры. Однажды Кинг перепутал «подкассетник» для дисков и дал тому «те самые игры» для больших мальчиков. Если закрыть глаза на сюжет данных игр и посмотреть на структуру диалогов, вот что имеем: персонажа, с которым ты говоришь, в данном случае Демона-Киборга. А теперь должны всплыть варианты ответов, от которых зависит твоя дальнейшая судьба: первый вариант, сказать, что… в общем, признаться в сайтамости. И? Получится так, как в том сне. Хорошо, но разве не Генос говорил, что сны нужно менять, ведь они о чем-то предупреждают. Какие еще варианты? Ответ может быть либо утвердительным, либо отрицательным. Сказать «знаю», прозвучит подозрительно, даже с намеком на углубление отношений. Женский образ собеседницы может спровоцировать всякие непотребности. Не годится. Ударник поставил крест на «утверждении». Так что там дальше? Отрицание: «Нет, не знаю». Тогда придется выслушать длиннющий монолог с пунктами и подпунктами на тему: «Почему я тебя не отдам». Там может быть все! Не-не! Только этого не хватало. Но что же сказать? Нужен идеальный ответ! Лысый Плащ тяжело вздохнул, поднял свой меланхоличный взор на собеседника, который томился от нетерпения, и наконец проронил: — И чё? У Геноса рот открылся от изумления. Как же обидно! Он ему и так, и эдак, а он! Ух! Мастер-обломастер, словом. Демон-Киборг даже забыл, чего хотел. Чувства, мысли, которые так гармонично переплетались между собой во что-то осмысленное и красивое, разом перемешались, перепутались и рассыпались на непонятные детали и кусочки. Просто — бац! И словом, как одним ударом, вынес всё, что можно. Враги от его слов приходили в бешенство, после чего их ожидало поражение. Генос не позволит себе упасть на тот же уровень. Увернуться бы и не попасть под этот смертоносный кулак. Нельзя гневаться, хотя ой как хочется. Усмехнуться и: — Да ничё! Ты моя и точка. Не только уклонился, еще и «поймал» словом, вцепился мёртвой хваткой и, как бы не отбивался Сайтама, держит крепко, а если понадобится — больно. И нет других слов, чтобы вырваться. Стоит пленница и молчит, словно связанная. — Ну же, скажи что-нибудь, или тебе всё равно? — Генос проверял её на «вооружение». Та лишь вздохнула: — Не погуби в пути, у меня есть одно незавершенное дело, — Сая засомневалась в своих физических возможностях. — А дело важное? Ударник усмехнулся и потопал вдоль железной дороги: — Как божественный уровень тревоги. Демон-Киборг улыбнулся — не поверил. Девушка преувеличивает свои проблемы. А они были. *** В другом измерении, в мире Беззакония, собралась тьма чудовищ разных мастей, их было много, как песчинок в море. И над ними всеми летала тонкая девичья фигурка. — Настал час человечеству встать на колени перед нами! — ликовал Темномир — монстр, похитивший тело и душу Тацумаки, отнявший силу Сайтамы. — Приближается новая эра, в которой мы будем царями грубого материального мира. Прогоним свет, истребим всех непокорных нам и укоренимся в мире раз и навсегда! Его речи лились рекой в уши единомышленников еще долго, но всё о том же. Вдохновлял и будоражил воображение будущим царством, рассказывал планы и мироустройство в целом. Только вот сама Тацумаки не видела и не слышала всего этого, душа томилась и тлела в темнице собственного тела. Она страдала, устала от самой себя, от мыслей. Нет свежей воды новостей и впечатлений, тут нет ничего. Кромешная пустота и бездейство. Казалось, что и времени тут нет. Раньше, глупышка, мечтала, чтобы её никто не трогал, и вот оно — и вправду не тревожат. И что теперь? Когда-то злобу обрушивала на людей, а теперь зло словно рикошетило от границ темницы и поражало её саму. О, как же оно пронзало острыми стрелами! Больше тут невыносимо быть, еще чуть-чуть и сойдет с ума, если уже не того. — Кто-нибудь! Выпустите меня! — время от времени она плакала, когда становилось невмоготу. Даже говорила: «Пожалуйста!» Но никого тут нет, бросили и забыли. Томись, девица, томись, думай думы свои. Вдруг заглянешь внутрь себя — что ты там увидишь? Скверну, пустоту и злобу. Сейчас бы обрадовалась любому уроду, который бы здесь появился и поговорил с ней. Но всё по-прежнему: она одна. *** — Темномир, а что делать с рабами? Кто-то останется за ними приглядывать? К месту сбора в самом его центре появился огромный олень, чёрный как смоль, но с золотыми рогами и копытами. За ним шли некоторые души людей, потухшие серые или же чёрные от злых дел своих. — О, Златорог! Я вижу пополнение в твоей коллекции, — отозвался тот, подлетел к душам и особенно присмотрелся к тёмной душе ребёнка, что стояла безмолвно, но глаза выдавали великое страдание. — И как тебе удаётся уловить таких молодых? Ладно! Думаю, они тут не пропадут, оставим кого-нибудь из наших. На том и решили. — Кстати, я видел Сайтаму, — вдруг сказал Златорог, словно предупредить о чём хотел. Тацумаки сначала замерла, затем погладила бриллиантовый камень, что висел на цепочке. Да-да, «кристалл Сайтамы» теперь зовется этот камень. Темномиру разговор не понравился, но это было важно: — Этот человечишка! Он разве не разбился? — Он пришел на мои земли, смутил моих почитателей. Я хотел его поработить, но вмешались Посланники. Он охраняем Царством Небесным. Будь осторожен, он ещё жив и, говорят, собирается встретить тебя. Златорог до сих пор имел зуб на героя, но ничего не мог поделать с этим. — Какой живучий! Пусть встречает, а то его существование раздражает, как найдемся — убью, — Темномир сжал кулаки. — А если Небеса вмешаются? Как это случилось со мной. — Тогда быть войне, — бросил главный нечестивец и устремил взор ввысь. Пора идти. *** Смятение одолело Соника со скоростью звука. Проспал всего два часа, но за это время кошмар за кошмаром накатывали на него как морские волны. Сначала что-то неясное и мерзкое, чуть погодя страшное. Снился Сайтама: то тьма его окутывала, то окружали тёмные сущности, хватали за руки, за ноги, вонзались зубами и когтями. А он ничего не предпринимает, стоит и даже не пискнет от боли, а глаза такие обречённые. Но очнулся наёмник от другого видения: тонет его лысый друг, задыхается. Звуковик аж сам еле-еле перевел дух и вспотел. Недолго думая, облачился в доспехи, схватил снаряжение и выпрыгнул из окна прямо на ветви деревьев. Ловкой кошкой спрыгнул на землю и побежал. Чутье подсказывало, что неспроста являются эти пугающие сны. Ведь и раньше были «предупреждения». — Сайтама! — вырвалось из уст. Эмоции и тревога захлестнули с новой силой. В прошлый раз врагом оказался Златорог, так что же теперь? Люди? Очередной монстр? Еще он проклинал Геноса, который погнал своего ненаглядного по горам и лесам, но беда не от самого пути, а от того, с чем они могут столкнуться. Соник так отчетливо видел беду, что не было смысла сомневаться в чем-либо. Нахмурился, вспомнив, что горе-путешественники почти у подножия горы. Надеялся, что ребята додумались идти вдоль железной дороги, а не глухим лесом, что стеной встретит их. Генос, как проводник, скорее танком пробьет дорогу пушкой, тут не о чем беспокоиться, но ниндзя хотел бы связаться с ним. На ходу звонил, но не знал он, что данный номер не отвечает не из-за отсутствия связи — поломка всему виной. Цыкнул, попробовал ещё раз. Безрезультатно. Посмотрел на часы. Должна пройти последняя электричка в сторону города. Вот бы их посадить на неё! Завернул за угол и резко остановился прямо перед Кингом. Парни встретились взглядами. Удивились оба. Кинг за миг до этого преспокойно шёл к метро, а тут знакомый неприятель с безумными глазами и взъерошенными волосами. Очко мигом сжалось в приступе страха, но инстинкт самосохранения заставил изобразить самое строгое выражение лица и глянуть волчьим взглядом, от которого даже опытный наёмник отпрянул. Да, трепещи злодей, пока Кинг также страшится! — Стой! Есть дело, — нашёлся Соник, невольно поднимая лапки. Кинг решил, что ему хотят зубы заговорить и сделался ещё суровее. — Дай номер Демона-Киборга, — вдруг попросил Скоростной, повертев в руке мобильник. — Зачем? — Хочу поговорить и встретиться с ним. Срочно! А иначе быть напасти. — Напасти? Земля вдруг затряслась и двинулась с места. Раздался оглушительный рев, словно полчища диких львов напали на город. Соник тут же вспомнил битву со Златорогом, когда разверзались горы и ничего нельзя было сделать. Посреди города образовывалась дымящаяся расщелина, в которую проваливались целые небоскребы и дороги. Как хорошо, что Кинг не успел спуститься в метро — бесславная смерть великого героя настигла бы его. Из-за сильного землетрясения ребята упали на колени и с изумлением смотрели на новый пейзаж. Но на них падал рекламный щит. Скоростной заметил опасность и по старой новой привычке возни с Сайтамой подхватил зазевавшегося Кинга. Тот успел помолиться всем богам за те доли секунды. — Спасибо, — поблагодарил, когда приземлились на более безопасное место. Звуковик только сейчас осознал, что творит. Ай-ай, как нехорошо героев-то спасать! — Ты мне телефон скажешь или нет?! — рассердился и отскочил. Аж мурашки по коже от добряка. Фу-фу! Только Кинг открыл рот, как опять раздался треск земли. — Что происходит?! Чудовище-титан? — недоумевал главный трус Ассоциации Героев, но таки вытащил из кармана мобильник. — Ой, если бы, — ниндзя лишь вздохнул, не нравилось ему предположение. Весь город замер в ужасе, привычный уклад жизни нарушен, словно медведь запустил тяжелую лапу в муравейник и навёл в нем хаос. Из расщелины в окружении вихря из камней и песка вылетела миниатюрная девушка и поднималась в воздух. А за нею лавина теней: рекой растекались по всему городу и кого касались, тех делали монстрами, будь то человек, животное или букашка. Не во всех, конечно, они могли войти, но во многих. — Тацумаки… — прошептал Кинг и сглотнул. — Что? Так это у неё сила Сайтамы? — Соник впервые увидел её вживую. — Да, и плюс её способности. Миру капут, — Кинг умел оценивать ситуацию. Соник сжал кулаки. Как не вовремя! Нельзя было попозже появиться? Из-под земли прямо перед ними вылез ящер с крыльями и схватил Кинга в лапу да взмыл в небо. — Какой шустрый! — Соник выстрелил кунаем, перевязанным леской, но чудище заметило его уловку, поймал другой лапой и бросил обратно. — У меня приказ пленить S класс для публичной казни! — вдруг заявил он. — Некогда мне с тобой, девчонка, возиться! Пошла вон! Отвернулся и набрал высоту — ушел прочь. Звуковик чуть не захлебнулся от возмущения, но делать нечего, пнул ногой с досады, да что-то покатилось. Это же Кинг обронил свой телефон! О, великая сила Провидения, всё не так уж плохо. А что Кинг? Он же вроде сильнейший! Справится как-нибудь сам. Наверное…