Иного духа.

Попробуй разбить меня — ты не поверишь глазам, Попробуй сломать — ты скорее сломаешься сам. Холодный и твёрдый в израненных пальцах — Орудие неандертальца. Согнуть меня даже гораздо сложней, чем сломать, Я маленький камень — зато я умею летать. Холодный и острый осколок гранита, Смерть Голиафа в руке Давида. Fleur «Камень».

Мокрый снег застал путников. Сайтама и так еле шел, а тут теперь глаза залепляются. Неприятно и промозгло. Генос следовал за ним и ждал, когда тот скажет: «Все, больше не могу». Тогда и понесет. Но девушка все шла и шла. Тут рельсы под ногами заскрипели. — Поезд! — Ударник отошел в сторону. Лучи фар прорезали пространство. Электричка! — Генос! — Сайтама побежал. — В город! Она до города! Намеревался зацепиться за вагон поезда, что мчался на полном ходу. — Стой! — перепугался Демон-Киборг, ведь можно удариться об поезд, угодить под рельсы. И все на этом. Пришлось ловить и Саю, и состав: подхватил безрассудную, но бесстрашную «жену» Соника и прижался с ней к корпусу вагона, разбив окно: — Думай, что делаешь! Ругался и сам удивлялся, как все проделал одной рукой. Вот ведь! Сайтама почувствовал себя глупо: вдруг чикнуло бы конечность какую? В общем, он оказался большим оптимистом, чем Генос. Ударник зажмурился так, как будто его сейчас побьют. Да и снег сильно резал на такой скорости. — Пролезай, пока мы не впечатались во что-нибудь! — подгонял его железный хранитель. Сая посмотрела на разбитое окно и осторожно, чтобы не порезаться, вползала первой. Вагон пустой, и хорошо, нечего шокировать людей, если бы они тут были. Демон-Киборг невольно уперся взглядом в… женский тыл. Ниндзя-шмотки хорошо облегали девушку без нижнего белья. Особенно сзади. Генос аж рот открыл и готов был ослепнуть. Мужская ментальность заценила сей вид. Да еще и в движении. Все теперь ему стыдно. Как посмел не отвернуться? Тем более заглядываться на учителя, пусть и с такими формами. Ударник проник в состав и обернулся, чтобы помочь Геносу. — Эй, ты чего? Сломался, что ли? — забеспокоился тот, заметив плотно прижавшегося Демона-Киборга к вагону снаружи. — Залезай, пока и вправду не сшибло. Сайтама тянулся к нему, а Генос не мог избавиться от навязчивого образа, что недавно лицезрел. И страдал от этого. Как тяжко быть хорошим. Но ничего, собрал всю волю в кулак и запрыгнул в окно, оттолкнувшись ногами. Да не знал, что Сая к нему руки тянула. Та не отпрянула, поймала в объятья, да вот незадача, Демон-Киборг уткнулся лицом в мягкую теплую грудь. И сладкий женский запах ударил по носу. — Эй! — но на самом деле Сайтама даже позавидовал ему. Плюхнуться в третий размер лицом… Ух! Бедный Генос испугался подобного недоразумения, отпрянул и чуть не вывалился обратно за борт состава, но Ударник вовремя схватил за ноги. Остальная часть снова снаружи. Голова кругом — какая оплошность! Ну что за дурак? Но времени ненавидеть себя просто нет, иначе вывалится. — Сая! Он бы крикнул и настоящее имя, но так короче. — Какой ты чувствительный, однако, — та преспокойно затащила тяжеленного киборга обратно в салон и усадила, удерживая за плечи. — Ну, ты даешь, а если бы потерялся? — продолжила она. Демон-Киборг глаз не мог поднять. Как же стыдно! — Простите! Прошу Вас — простите! — тот все не унимался, засуетился. Ударник чуть отпрянул: — Тише, ты чего?! — Виноват! Я не хотел! Случайно вышло! Генос сам не свой, вроде недавно ругался, а теперь… — Я случайно! Сая не знала, как успокоить его и за что он вообще извиняется? Взяла да обняла… прижала к груди. Это ведь должно успокоить? Как сказать, Сайтаму, может, это и успокоило бы, но с Геносом случилось полнейшее «фаталити». Завис окончательно и бесповоротно. — Тише-тише, чего загалдел? — девушка провела рукой по волосам, утешала как маленького. «Учитель, вы не понимаете», — Демон-Киборг в ловушке, осталось только закрыть глаза, но голос и до боли знакомые интонации растворяли неприятный осадок, усмиряли. — Ничего дурного не произошло, все хорошо, — Сая продолжала мурлыкать. — Слушай, Генос, я… Замялся. Ведь никто не отталкивал. А в руках тот, кого так ждал, и его наконец-то увозят с этой проклятой горы. Сглотнул. Заволновался. — …Рада нашей встрече. Сполз на плечи железного освободителя. Нет сомнений — это Сайтама. Это вовсе не «я рада знакомству», судя по силе объятий и трепету, тут «рад тебя видеть снова». — Попались, — Демон-Киборг обвил ее за поясницу, а сам прильнул лицом к плечу. — Учитель, заканчивайте игру, я уже давно все понял. Заговорил шепотом. Ударник боялся глаза закрыть. А то как в прошлый раз — хлоп-хлоп и в другом «измерении». Вроде радостно, но горечь проникла в сердце. Получается, что они только что столкнулись после долгой игры в прятки. В прошлый раз Сайтама обманул его, когда отправил за мороженым и исчез с Соником. Столько всего произошло… Демон-Киборг не всегда понимал его молчания, нужно в глаза смотреть, но друг на попытку отстраниться сильнее вцепился. — Сайтама, позвольте посмотреть на Вас, и надеюсь услышать ответ на мой вопрос, — вдруг потребовал Генос. Точно! Вопрос вкратце звучал: «Нафига все это?!» Сайтама научился сокращать километровые фразы в одну. Но… — Прости. А что сказать? Как описать то, что на сердце? Ударник почувствовал себя бессловесным уродом. Тот еще партизан. И не отпускает к тому же! Нужны другие методы воздействия. — Хорошо, давайте с самого сначала: почему не рассказали о Сонике, когда тот впервые пришел в палату? Ударник призадумался. Форма допроса его вполне устраивала, раз монологом не умел. — Не посчитал нужным, — это было честно. — Учитель! С ума сошли?! — Генос-таки схватил опрашиваемого за плечо и посадил рядом, пронзал укоризненным взглядом. — Это же наёмник! Убийца! Как безрассудно с Вашей стороны. Ударник опустил голову, неловко было: — Он не сразу решил меня похитить, скорее, это было спонтанное желание. Поначалу просто навещал, даже фрукты приносил. Да и кому говорить? Доктор не поверил. Безлицензионному Ездоку? Чтобы Скоростной голову ему снес? — тут он поднял глаза. — А тебя тогда уже и след простыл! Сердится. Сайтама до сих пор не простил ему предательства. Как режут его слова. — Ты пришел после, когда мы обо всем договорились, и я не стал менять своего решения, — признался тот. — Договорились?! О чем же? — Демон-Киборг услышал самое главное. Лысый Плащ не сразу ответил. Рассказать все или увильнуть? Но куда теперь от него убежишь? Раз неведение мучает друга, то… — Соник забирает меня, а взамен больше никого из вас не трогает: ни тебя, ни Кинга, ни Ездока. Глаза Геноса увеличивались от очевидности вещей. В сердце — осколки стекла. Все детали вставали на свои места. А ведь наёмник держит слово: достал же его, Демона-Киборга, из реки. Поэтому он, убийца, бежал от схватки. Добровольно связал себя обещанием и не обманывает. А мог бы уйти, не спасти из воды, и не узнал бы Сайтама ничего. Потому учитель и прячется, и терпит мучителя. Да бежит от спасителей. И это несмотря на то, что Генос предал его ранее, сказал, что не нужен. Киборг закрыл лицо ладонью. Горько сделалось. Теперь проклинаешь железное тело за то, что оно не может пролить слёз, даже всхлипнуть от боли или душевной муки. И душе от этого только хуже, бьется и мечется она в этой консервной банке и не может передать свой плач во внешний мир. — Сайтама, — опустил руку и посмотрел на учителя, пусть тот и в ином образе. Сидит побитый, опираясь руками, ибо нет сил у него больше. Убрал длиннющие волосы на одну сторону и не знает, что ответить. И что же Соник с тобой делал, учитель? Этот паразит! Мучил? Истязал? И… Тут он увидел те самые непристойные отметины на шее, нет, они были и раньше на Сае, на жене Соника, но не у Сайтамы! Ярость объяла Демона-Киборга. — Что это?! — потребовал он ответа, оттягивая горловину. Чёткий укус, словно со спины подходили. Неужели и это стерпел учитель? Ударник опешил: не скажет же того, что произошло между ним и Соником? Отпрянул. Да и стыдно как-то. Генос сделал неправильные выводы. — Это не то, что ты подумал! — Сая побледнела, вырвалась и впечаталась спиной в вагон. Сказать, что глупое недоразумение? Неправда, если бы не лобовое столкновение с переносицей Звуковика и бегство из пещеры, то изнасиловали бы и не пожалели. Киборг, естественно, не поверил, но обороты сбавил. Снег из разбитого окна врывался внутрь и тут же таял, когда достигал разгоряченного киборга. А ребята смотрели друг на друга и не находили слов. Сайтама словно спрятался в уголке, даже подтянул здоровую ногу к груди, словно отгородился. Словно виноват в чем-то. Генос сильнее огорчился. Сожалел о своих неудачах и ошибках, из-за которых похитили друга и даже надругались над ним (как он думал). Опустился на пол на колени и склонился перед учителем: — Я не достоин Вас, но прошу, простите и не оставляйте меня, — умолял Генос, чем вызвал крайнее смущение Ударника. — Генос, т-ты чего?! — тот аж вскочил на ноги. — Не надо. — Оставьте этого мерзавца на меня. Ему не жить! — клялся Демон-Киборг, не поднимая головы. Сайтама тоже опустился на колени, несмотря на битое стекло. Одной рукой упёрся в пол, другую положил на стальное плечо. — Да что вы все за мстители такие? Не убивай его, прошу. — Но почему?! — Генос выпрямился от возмущения. Оно бурлило в нем. — Или ты сам хочешь с ним поквитаться? Я не допущу этого! Киборг даже не заметил, как утратил субординацию. — Нет, не хочу его смерти, все гораздо сложнее. Сцепитесь, встану между вами, дураками. Пригрозил, даже нахмурился. Учитель серьезен. Генос оцепенел. Вспомнился мальчик, что подставился под удар и погиб. Страшно. Если смерть незнакомого человека лишь неприятность, то убийство Сайтамы — трагедия. И все ради чего? Чтобы защитить Соника? Зачем? — Я Вас не понимаю, — понурил голову Демон-Киборг. Все не так. О чем только думает учитель? Что чувствует? Их прервал телефонный звонок. Как не вовремя! — Ответь, чего думаешь? — Ударник, напротив, воспользовался случаем, да и не мог уже выносить происходящего. — Простите, — Генос развернул телефон и его глаза округлились. Соник! На его номер? Какой шустрый, однако. Киборг резко встал и прошел в другой конец вагона, чтобы Сайтама не слышал их разговора под грохот ударов колес. — Алло, — ответил сухо, хотя готов был сходу высказать все, что о нем думает. — Генос, давай отложим нашу дуэль, — Соник тоже серьезен. — И этому есть причина. — Что случилось? — киборг в его голосе распознал тревогу. — Тацумаки в городе. И она с собой целую армию монстров привела. Вот и случилось самое непредвиденное, но ожидаемое. Почему сейчас? И что делать? Теперь точно не до Соника. — О, вы догадались сесть на поезд? Хорошо, я встречу вас, — продолжил Скоростной, так как молчание в трубке звучало на фоне шума электрички. — Не надо. Я разоблачил Сайтаму. Ты нам больше не нужен. Но за предупреждение спасибо, — холодно заверил Генос и прервал связь, пока словом не убил. *** — Чертова кукла! — взбесился Скоростной, сжимая телефон. Какое неуважение! И, хуже того, Сайтаму раскрыли. Плохой из него актер! Но, зная характер и привычки, трудно не догадаться. *** Демон-Киборг только намеревался спрятать сотовый в карман, как пропиликало оповещение. — А? СМС-ка от Соника: «Все равно припрусь!». Генос раздраженно цыкнул да написал в ответ: «Прибью! Не смей!». Соник: «А это мы еще посмотрим!». Генос: «Хорошо, тогда оторву тебе яйца для начала». Соник: «Эй! А ты какое отношение имеешь к моим яйцам?» Генос увлекся беседой: «Никакого. Я просто сварю их вкрутую огнем за то, что сделал с Сайтамой». (Скоростной задумался: то ли киборгу поведали историю домогательств, то ли в целом за рукоприкладство, али за превращение его друга в женщину). Соник: «Как он? Все хорошо?» Тут Демон-Киборг невольно поднял взгляд на Ударника и к своему ужасу обнаружил его на полу лицом вниз. — Учитель! Мигом подлетел. Губы синие, одышка. — Что случилось? Где болит? Поднял и переложил на сидение. Коснулся лба — горячий. Температурный датчик определил 39,2 градуса. Ужас! Срочно аптечка. Где она там? Хорошо, что Сайтама бережет свои вещи, не отпустил, когда нырял в вагон. Киборг открыл, но растерялся в выборе: знает, как чинить механику или электронику, но потерял навык лечения живого человека. Сам болел редко, когда был человеком, да и не так серьезно, не считая происшествия после катастрофы с городом. Ладно, за что взяться? Одышка. Как устранить? Почему возникла? Генос усадил девушку, прислонил спиной к стенке, чтобы не падала. Та нахмурилась, оттягивала горловину, жадно глотала воздух. Тогда киборг порвал одежду — освободил шею и грудь до «метки приличия». Только сейчас, при нормальном освещении вагона, можно было разглядеть синяки и кровоподтеки. Откинул волосы назад — на шее не только следы любовных утех, а кольца от пальцев, сжимавших горло. Если раньше сердился на Соника, то теперь ужаснулся. Ведь и он, Демон-Киборг, при первой встречи с Саей, хватал ее за горло, поднимал над землей, устраивал допрос. А та в ответ молила отпустить. «Это мои следы», — с горечью подумал он. И на груди синячище — тоже его рук дело. И как помочь — непонятно. Но сидя Сайтаме вроде лучше, взгляд прояснился, дышит ровнее. — Учитель, — Генос вдруг обнял несчастную. — Простите меня… — Дышать… — Ударнику не до этого, и так тошно, а тут еще прижали. — Простите! — пластинку заело у киборга, но отпрянул. Одышка меньше. Что делать с жаром? Снова в аптечку. Хорошо, что все баночки подписаны, хоть и видно, что самодельные лекарства. А то труба. Нашел жаропонижающее и обезболивающее, да не знал он, насколько мощное последнее. В пакете вода, можно дать запить. Сайтама выпил и не посмотрел, что ему дали что-то очень знакомое (именно это обезволивающее Соник давал ему, когда они поднимались в гору). Доверился рассудительному другу. Тут перед глазами поплыло. Шмяк на плечо опешившего Геноса. Что не так? О, ужас! Все, нет времени — звонок в «Скорую», но там ответили, что не могут выехать к ближайшей станции, так как все машины в городе. Точно! Тацумаки же явилась и разбушевалась, и где теперь найти врача? Наверняка все больницы переполнены, если бы только добраться до доктора Стенча. Тут снова пропиликал сотовый. Соник: «Ты игнорируешь меня или что-то случилось?» Вот ведь чуйка у мерзавца. Неужели другого выбора нет? Гордыня и ненависть к этому типу велики, но лучше обраться к нему, чем потерять учителя. Позвонил. — Алло-о-о! — пропел Скоростной, но придется ему испортить настроение. — Соник, нам срочно нужен врач. — А я тебе что говорил?! — Звуковой рассердился. Кольнул и здорово. Умеет же он больно кусаться. — Так ты сможешь найти врача? Или только болтать горазд?! — Демон-Киборг срывался на крик. Но наёмника не смущала его злоба. — Смогу. У меня в команде есть таковой. А вот и удача. Теперь нужно… нужно попросить его, сказать «пожалуйста» и все такое. Прибить бы его, а не радовать превосходством, но… Генос посмотрел на учителя: как жалко выглядит. Нет, он не должен умереть. Сердце кровью обливается. — Прошу тебя, помоги, — выдавил. Ради себя бы так не сделал. Лучше б сдох. — Он еле дышит, — продолжил шепотом, словно сам задыхается, но от безысходности. У Соника, если честно, у самого сердце замерло от этих слов, искренности. В который раз его противник забивает на гордыню, когда речь идет о Сайтаме? Но перед Скоростным вновь встал вопрос: съязвить или помиловать? — Все так плохо? Уже бегу, — на самом деле хотел сказать гадость, да что-то зацепило. — И это. Присмотри за ним… пожалуйста. Прервал связь. Демон-Киборг с изумлением уставился на мобильник, из которого шли короткие гудки. Ему показалось, что этот маньяк беспокоится о Сайтаме. Такой Соник непривычен. Подхватил учителя рукой. Нужно унести его подальше от открытого окна, желательно в другой вагон. Дует безбожно. — Генос… — тихо простонал Ударник, когда его перетаскивали между сидениями. — Да, учитель! — мигом отозвался Демон-Киборг, но, когда заглянул в лицо, понял, что Сайтама разговаривает в бессознательном сне. Ядро киборга сильнее запылало. На него вся надежда. — Ах… хах… — тяжело дышал несчастный. — Генос, где ты? — Здесь я! Здесь, — тот дотащил друга до соседнего вагона. Плюхнулся на сиденье, а девушку к себе на колени усадил, чтобы придерживать ее как можно вертикальнее. Только уповать на помощь от врага. А что если он обманул? Нет! Этот припрётся, лишь бы не опоздал. Внимательно прислушивался к дыханию и сам замирал, если оно на миг задерживалось. Сайтама, как маленький огонёк, который вот-вот потухнет от малейшего дуновения. Почему не остались в пещере? Зачем потащил по холоду? Ничего бы тогда не произошло. — Прости, — прижался лбом к его лбу. Больно, как же больно видеть муку близких. А обещались стать как братья, не так ли? — Генос, — Сая бредила от жара. — Хочу, как и прежде… ах-ах… жить вместе… кушать… улыбаться… Ну да, про «кушать» Сайтама не забудет даже при смерти. Потаённые мысли всплывали одна за другой. Демон-Киборг слушал и запоминал, как самые важные слова на свете. — И не говори, что больше не нужен, друзья так не делают, — Сая зажмурилась и задрожала, словно от дикой боли, и слёзы скатились по лицу. — Я ведь верю тебе! Генос сильнее прижал ее к себе. «Не нужен» — вот так одним словом и разбиваются сердца. — Тише-тише, все хорошо, я рядом, рядом, — вторил он, а потом извинялся и боялся с ума сойти. Сайтама стал тише, сознание чуточку прояснилось. Задышал ровнее. Одной рукой обнял друга за шею и подтянулся, а то неудобно лежать на железяках. — Помнишь, я кое-что обещал? — вдруг заговорил уже осознанно, другой рукой вытер глаза и лицо. — Что, учитель? — Генос обрадовался: наконец-то ему лучше! — Я… — начал Сайтама, задумался на миг, словно в нерешительности, но таки продолжил. — Я люблю тебя, дружище. И без тебя всё не так. Тут Демона-Киборга чуть инфаркт не хватил. Учитель сказал «люблю»! Аж голова кругом, это самая наивысшая награда, но какая-то горькая на вкус. Чтобы проявить чувства такого равнодушного парня, пришлось пойти на крайние меры, но Генос не к этому стремился. Ему бы просто его вернуть, защитить. Ударник закрыл глаза, приютился и продолжил с теплой улыбкой: — И хорошо, что рядом именно ты, когда так плохо. Я счастлив… — Сайтама, — Генос потерял дар речи. Разве он не перед смертью обещался сказать подобное? — Я никогда больше не покину Вас. Ни за что, — поклялся Демон-Киборг, как верный слуга, любящий своего господина. — И я тоже счастлив. Даже если Ваша сила не вернется, я буду с Вами. Слышите! Генос чуть потряс учителя и продолжил: — Не вздумайте умирать! Я спрячу Вас как сокровище. Хотите, куплю дом и землю и будем там жить? Вы ведь хотели этого, помните? А я буду Вам помогать, Сайтама. Я… Его речь прервали пальцы на губах. Его мягко заткнули. Точно! Слишком много слов. Самый первый урок. Как посмел забыть о нем? Но на этот раз Ударник не рассердился. Убрал руку и скромно улыбнулся: — Глупый Генос, это было бы слишком идеально. Мир не отпустит меня так просто… — Сайтама? Демон-Киборг поспорил бы, но учитель вдруг обмяк и провалился в бессознательный сон. Генос испугался. Хоть и дышит, но недостаточно глубоко. Губы вновь синеют, а лицо бледнеет. И… Произошло невероятное: плечи Сайтамы вдруг стали шире, грудь — плоской, волосы короче. Хорошо, что доспехи — унисекс. Хотя, нет, чуть маловаты. Демон-Киборг поразился превращению, но потом, глядя в знакомое и даже родное лицо, несказанно обрадовался. Но так странно видеть учителя с взъерошенными волосами и в ниндзя-шмотках. Но почему он стал прежним? Так положено? Или его жизнь под угрозой? — Учитель! — Генос попытался его пробудить. — Учитель! Не спите, не пугайте меня. Вы дышите? Учитель! Дышите, прошу Вас! Уложил его на сидение, а сам припал на колени. Приложил пальцы к сонной артерии —пульс есть, но частый. Дыхание с каждой минутой уряжалось и становилось совершенно недостаточным для поддержания жизни. Повторялся тот самый ужас, когда чуть не потерял друга. Но тогда появился Гомо-Гомо Зэк с доктором, который и спас его. А потом операция и тяжелая реабилитация. И надо было Геносу уйти в тот самый сложный миг! — Я бесполезен, — отчаивался Демон-Киборг. — Как же я бесполезен! Захотелось разорвать себя на куски от боли. Взорваться и исчезнуть, если вдруг и Сайтама исчезнет. Но и этот поступок будет бестолковым. Генос собрал всю волю в кулак и попытался выбраться из водоворота уныния, вдруг настигшего его. — Нет сил дышать, тогда я сделаю это за Вас, — решился киборг. Зажал нос и обхватил губами его губы. «Выдохнул». А разве киборги дышат? Но Генос же как-то говорит и не через динамик. Доктор постарался его сделать по образу и подобию человека. Да, он может выпустить поток воздуха для речи. А теперь для спасения жизни. Благо сердце бьется и разносит кислород по сосудам. *** Соник бесцеремонно потащил за собой ниндзя-доктора, рассказывая по пути что к чему. — Стой, тогда нужен реанимационный набор! — женщина не стала с ним спорить. Кстати, это был тот самый доктор, что однажды приходила в дом Скоростного. Тогда, вместе с мальчиками-близнецами. Весь город в руинах и вряд ли поезд приедет в центр этого «Апокалипсиса». Железное полотно разрушено. Наверняка встанет в ближайшей станции-депо и все на этом. Звуковик цыкнул. Делать нечего, придется пилить с ношей на руках за поездом. Там, где еще оставался свет, на экранах телевизоров появилась Тацумаки. Она обещала не разрушать мир, а править им. И показала неполную плененную коллекцию супергероев, в частности класса S. Гомо-Гомо Зэк тоже там был, побитый и связанный титановыми цепями. Кинг привязан к столбу. Остальных Соник не знал. *** Состав вдруг остановился в лесу. Вот бы узнать почему, да Генос не мог оставить бездыханного учителя. Неизвестность пугала. А что, если они не доедут? Что делать? Нет, он готов сколько угодно побыть машиной искусственной вентиляции легких, а если монстры нападут? Что тогда? Киборг чуть отстранился, чтобы оценить состояние друга. Тот вроде задышал сам. Еле-еле, но сам. Поезд снова тронулся. Ехал тихо, словно крался. Из приемника раздался голос машиниста, вещал, что на город напали монстры, поэтому конечной остановкой станет пригородная станция. Только не это! Тихо стало. Небо заволокло дымом, а время словно замерло. Ехали с горки, и теперь виден обезображенный городок. Он потемнел от напасти, настигшей его. Где-то полыхали пожары. Как и в тот день, когда Генос лишился семьи и блуждал по развалинам. И сейчас он близок к потере самого дорого человека, что у него есть. Ничего не изменилось, все повторяется. Что же нужно изменить, чтобы разорвать этот порочный круг потерь и боли? Тут его мысли прервал грохот на крыше. Кто-то пробежал по ней! — Не может быть, — киборг очнулся от мрачных дум. Подошел к окну, чтобы открыть и выглянуть, но только коснулся стекла, как перед ним возникла пренеприятнейшая рожа Соника. С улыбкой маньяка! Генос аж шарахнулся от неожиданности. Скоростной расхохотался, как хулиган из подворотни. Его длинный шарф тоже сотрясался в такт смеха. Да что б его засосало под колеса поезда! Состав затормозил так резко, что Звуковик чуть не выпал, но его поймала доктор и прижала к стеклу. — Хватит дурачиться! Где больной? — женщина высматривала пациента. Генос оторвал окно с рамой и запустил ниндзя-«зайцев» в вагон. Придется довериться наемникам. Но с Соника лучше глаз не спускать. Тот, в свою очередь, тоже подошел к бессознательному вместе с врачом. Но Демон-Киборг поймал за плечо. На деле хотелось поймать за горло и раздавить. Звуковик почувствовал его кровожадность. — Давай не сейчас! Недавно Соник баловался, теперь так серьезен. Встретились взглядами: — Наши чувства взаимны, не так ли? Но мы можем смахнуться в более подходящее время. Он прав. Он чертовски прав! — И… — тут лицо главного провокатора засияло, развернулся и встал почти вплотную к Геносу. — Ты сам бросил его, не так ли? Я лишь подобрал, а не похитил. Дикая огненная ярость раскаленной стрелой вонзилась в душу. Что такое? Сам говорит «не сейчас», так почему провоцирует? Хочет показать кто тут хозяин? — Ты его заточил как пленного. Тебе никогда не понять той связи, что есть у нас. Никогда! Соник прищурился: — Связи? О чем ты? — Злодеям вроде тебя этого не понять. Ты любишь только себя. — Ой, давай без супергеройской чепухи, — махнул рукой Звуковой. — Маразм все это. Тут Генос понял, что перед ним человек, который никогда не испытывал родственной любви к кому бы то ни было. И распинаться — тратить свое время. Тогда почему Сайтама заповедал не убивать это чудовище? — Неужели на свете нет такого человека, смерть которого тебя бы сильно огорчила? — последняя проверка на человечность от Демона-Киборга. — Ну, если умрет Сайтама, то пропадет секрет того, как стать сильнейшим в мире. Пожалуй, это будет потерей потерь, — беспристрастно ответил Соник. Конечно, только из-за силы. Странно, но Генос вдруг вспомнил как раньше Сайтама все допрашивал его, Демона-Киборга: «Не оставишь ли ты меня, если стану обычным человеком?» Теперь он понял чувства Сайтамы в полном объеме. Любить того, кто с тобой только из-за силы. Но учитель, видимо, смирился с мыслью, что его любят за что-то. А когда это «что-то» исчезло, пришлось принять поцелуй «ненужности». Но он не возненавидел, продолжал любить. Поэтому и от Соника он не ждет взаимности в дружбе. Привык любить просто так, «пока нужен». Даже если скажут: «Теперь ты бесполезен». И сказал «люблю», потому что пережил боль потери, но захотелось оставить след своего тепла. Наверняка и Сонику достался жирный кусочек этого света, но он не был воспринят. — Знаешь, раньше я тоже гнался только за силой, и в этой жажде пришел к Сайтаме. Но... — Демон-Киборг вдруг улыбнулся, вспоминая первую встречу с учителем, — …но сильнейший человек мне доказал, что я был не прав. — Ну и в чем же сила? — докапывался ниндзя. Генос приблизился к нему и усмехнулся, глядя прямо в глаза: — К ответу нужно прийти самому. Так не объяснить, это нужно почувствовать. Скоростной отпрянул в растерянности, но затем рассердился. — Ребята, лучше помогите мне! — прервала их женщина. — Его нужно усадить. Врач приготовила длинную толстую иглу. — Что вы будете делать? — забеспокоился Демон-Киборг. — В легких жидкость, нужно откачать ее. — Ясно, — Генос кивнул и попытался усадить больного друга, но с одной рукой как-то криво-косо. Тут сбоку нарисовались дополнительные руки — это Соник присоединился к манипуляции. Если начать его гнать, только поругаются, а ведь он доктора привел. Она же попросила снять верх одежды и чуть наклонить парня вперед. Приложила ладонь к спине под лопатками и другой рукой постучала пальцами по своему среднему пальцу. Звук менялся в зависимости от местонахождения жидкости в грудной клетке. Обработала антисептиком и прошла иглой между ребрами. Тут же брызнула струя, потекла на сидение, на пол. — Как так получилось? — удивлялся Генос. — Он и ранее сильно болел, — доктор посмотрела на побитые ребра и грудную клетку. — А еще его кто-то лихо помял. Парни притихли, Соник даже вспотел. Генос вспомнил, как сильно ударил Саю в грудь. Скоростной — как бил ногами по бокам. Но никто не признался, естественно. Лишь опустили свои очи. Струя из иглы уменьшилась, Сайтама задышал глубже. Простонал и нахмурился. — Эй, хватит уже умирать, — обратился к нему Звуковик, встал на сидение коленями, погладил по спине, затем потрепал и до того взъерошенную шевелюру. — Сайта-а-ама! — Отстань от него! — ревность уколола Демона-Киборга. — Размечтался! — Соник притянул Ударника. Не отдаст игрушку. — Подеритесь еще! — гаркнула на них врач. — Игла еще в теле, осторожнее! Сайтама приподнял голову. Туман еще застилал глаза, но он слышал знакомые голоса. — Генос… Да, он первый попал в поле зрения. И чьи-то руки его сжимают. Обнимают. — Сонь… Ударник вдруг обрадовался. Эта парочка противников не перебила друг друга. Хорошо. Генос же растерялся от ласкового «Сонь». Как же так? Разве не он мучил и истязал тебя? Его убить мало, а ты… Доктор вынула иглу и наложила повязку. — А почему поезд стоит? — удивился Сайтама, ему и впрямь становилось лучше, как только смог полноценно дышать. — Город разрушен, — начал докладывать Демон-Киборг. — Случилось то, чего… Тут ему рот закрыл Соник: — Можно тебя на посекретничать! — и увёл в сторону, желательно в другой вагон. — Да чтоб тебя! Что нужно?! — рассердился Генос. Еще бы! Договорить не дал, тащит куда-то. Совершенная беспардонность! — Я тут подумал, — Скоростной зашептал на ухо, раз тот только на полпути встал и уперся как баран, — не говори пока про Тацумаки. Генос отстранился и недоуменно покосился на недруга. Что еще за интрижки? Нахмурился сильнее. — Поверь мне! — потребовал тот, сжимая кулаки, но затем продолжил шептаться. — Сайтама что-то мутит. Киборг посмотрел на своего замученного учителя, затем схватил Соника за горло и притянул к себе. — Нет! Это ты что-то мутишь, а уныние его настигло из-за тебя, похититель. Благодари Бога, что Сайтама запретил тебя трогать, а то свернул бы шею прямо тут, — Генос чуть не прорычал от ярости, готов просверлить дырку взглядом в башке Звуковика. — Т-с… тупая недальновидная кукла… — закипел и Соник. Как хотелось разобрать эту железяку по запчастям, по болтикам и гаечкам. Но обещание сдерживало. — Опять! Прекратите! — между ними вдруг возник Ударник, положил ладонь на стальное предплечье лучшего друга. — Что вы опять не поделили? Оба соперника повернули голову к нему. Да-да, Сайтама, ты тут главное яблоко раздора. Тот все понял по их сумасшедшим глазам. Сайтама недовольно фыркнул: — Маньяки. Оба. — Учитель! — Генос потерял интерес к Сонику, оттолкнул того, впечатав в стену. — Как Вы? Пойдемте со мной, я укрою Вас, пока не выздоровеете. — А что с городом? Монстр напал? Пойдем, разберемся, — улыбнулся Ударник как в старые добрые времена, когда они на чудовищ ходили, как на рыбалку. — Сайтама, другие герои уже взялись за него, да и в Вашем состоянии будете только мешать, — Демон-Киборг сам того не ожидал, как заиграл по сценарию Скоростного. С другой стороны, он прав: учитель пойдет на монстра, пусть и в таком плачевном виде. Даже на Тацумаки. Вот возьмет и пойдет. Нельзя допустить! — Эй! Я с Вами! — встрял и наёмник, не собирался он терять добычу. Пойдет за ней по пятам как шакал. — Вот пристал. Учитель, позвольте я отобью ему любое желание идти, — киборг принял оборонительную позицию. — И что мне делать? Вы несносны, — Сайтама дико устал от их соперничества. — Накостылял бы каждому, да не в той форме сейчас. Сказал и пошел к выходу, ведь вагон давным-давно открыл свои двери. И чего они там через окно ломились? — Куда Вы? — Генос заметил, что учитель босой. Когда Ударник принял прежний облик, обувь стала мала, потому и снял. Да и куда это он с голым верхом на улицу с больными легкими? Да еще так уверенно. — Прошу Вас, оденьтесь! — киборг настиг его на платформе, накинул на плечи то самое белое кимоно, что лежало в пакете. Ударник остановился, закутался. Лицо по-прежнему сердитое. Демон-Киборг побоялся что-либо сказать, словно Сайтама хочет покинуть не только Соника, но и его самого. «Что-то мутит», — невольно вспомнились слова заклятого нечестивца. Свет от фонарей платформы разгонял тьму, прорисовывал падающий снег, что мигом перемешивался с грязью. — О чем думаете? — Демон-Киборг решил-таки залезть в душу. — Прошу Вас, не таите. Но тот молчал. — Са… Сайтама, — Генос затрепетал духом, но положил руку на плечо. — Не томи. Мне больно от неведенья. Ударник вздрогнул и обернулся: — Это ты что-то скрываешь, ведь так? — затем посмотрел на тёмное тяжелое небо, в котором пролетали странные тени. — Не врите, ребята, Темномир уже тут. Я чувствую это. Генос замер в растерянности: Темномир? Это он о Тацумаки? (Вернее, о том, кто в ней). Затем киборг нахмурился и притянул упрямца за кимоно к себе: — Простите, но Вы не пойдете к нему. Предлагаю затаиться. Вы ведь сами понимаете — один удар и на этом все. Сейчас вся надежда только на… Тут он заткнулся и ослабил захват, потемнел. — …Только на Сайтаму, ведь так? — за него продолжил Скоростной, что запрыгнул на вагон и шел за ними вместе. Женщина-доктор тоже шла рядом с ним, несла реанимационную сумку и слушала разговор. Она всерьез забеспокоилась за судьбу мира. Видела на что способен Златорог, то что же учинит целая армия ему подобных? И вновь Звуковик утверждает о невероятных способностях этого доходяги. — А что остается миру? — добавил Соник и спрыгнул на скользкую платформу, когда состав закончился. — Либо наш «Супермен» становится прежним и сражается с собственным отражением, либо всем нам жить в новом мире, где монстры станут князьями. Или есть другие варианты? — Не взваливай такую ношу на него! — Генос чуть вновь не схватил Соника, но тот выскользнул и очутился за Сайтамой, как за щитом. — Неугодных просто убьют! — парировал наемник и лукаво прищурился. — Тебя, кстати, казнить хотят, Генушка, так что в любом случае сдохнешь и без моей помощи. Тут уже и Ударник ожил эмоциями: открыл рот и вопросительно посмотрел на мерзавца за своей спиной: — Тебе что-то известно? — Да, Тацумаки хочет публично казнить весь S-класс. Говорят, что смерти предадут всех, кто есть в реестре Ассоциации Героев, в том числе спонсоров и администрацию. Чтобы построить новый мир, нужно очистить его от последователей старого режима. Так что, ребятки, вам не повезло. Если Темномир победит, то я лишь предоставлю ему свои услуги. У меня появится новая работа и, может быть, я буду среди тех, кто займется «чисткой», ведь вас, членов Ассоциации, тьма тьмущая, — Соник искренне делился своими гибкими планами на будущее в случае падения мира. — Может не так страшен чёрт, как его малюют. Демон-Киборг аж всплеснул рукой. Так и представил себе, как лежат в грязи с Сайтамой, побежденные в бою, а эта Скоростная скотина все с той же наглой улыбкой идет косить головы врагов Темномира и живет дальше. Ярость! Предатель всего человечества! — Чудовище! — не выдержал Генос и угрожающе раскрыл ладонь, направил на предателя. — Теперь я точно не потерплю твоего общества! Но тот схватился за Сайтаму и заулыбался: — Выстрелишь? — Проваливай! — собрался подлететь к противнику, но Соник вдруг приставил кунай к горлу пленника. — Опять ты за свое, — Ударник уже привык чувствовать шеей лезвие и не боялся. Так, обычные будни невольника. Демон-Киборг поумерил свой пыл. После слов о предательстве Сонику ничего не стоит убить «последнюю надежду мира». Да просто так, чтобы насолить. И брать в пленники доктора глупо — Скоростному глубоко до фонаря, что там с ней произойдет. Это прям не Соник со скоростью звука, а Негодяй Негодяев! Душа темнейшая и страшнейшая. Монстры, что летали по небу, словно заинтересовались происходящим и закружили рядом. Улыбка Соника только шире и шире, безумная, но довольная. — Эй, стрёмные и тёмные! — вдруг воскликнул Звуковик. — Тут герой S-класса! Разве вы их не ищите?! — А?! — герои опешили. Стравил, зараза! Туча мигом ожила, закипела, и на землю попадали чудовища, как каменные глыбы. Зарычали, поползли к ним, окружали со всех сторон, да еще так много. — О-хо-хо, — честно, даже Соник вспотел. Все люди замерли. Что делать? — Соник, ты тупой? — Сайтама сердился на этого провокатора. — Нет, эта идея гениальна! — не согласился тот. — И? — Геноса точно убьют, а вот мне пора переходить на сторону тьмы всерьез. — Всерьез? А ранее ты где был? — Не-не, я был на стороне обычного локального зла, а теперь пора повышать квалификацию. Да и должен же кто-то погрузиться во тьму по классике жанра. Это закон. Раз Генос типичный герой, что умрет за правду, то почему бы мне не пойти? — Соник не шутил, он оценивал ситуацию. — Делай, что хочешь. Нас тут окружают, если что. Демон-Киборг раскусил уловку Соника: натравить монстров, чтобы самому не встревать с ним (по обещанию, если таковое еще в силе), а сам свалит с пленником под шумок! Этот ниндзя тот еще лис! Заговорит зубы и слиняет. Ему не стоит верить, тот и самого дьявола обманет, если запахнет жареным, так и будет бегать от одного к другому. А все потому, что он только себе служит, а не кому бы то ни было. — Герой класса S. Который? — в это время переговаривались между собой вторженцы с другого измерения — Да вот этот, железный, — чудовище, похожее на гигантскую рогатую черепаху, достало журнал с фотографиями и описанием всех героев да уткнулось в страницы. — Демон-Киборг звать. — А остальные? — поинтересовалась очень длинная и ужасающая аскарида, щелкая челюстями и источая смрадный запах, от которого даже другие монстры шарахались. — Их нет в списках, — черепаха, просматривая фотографии, не узнала Лысого Плаща с волосами. — Значит, кушаем, а железяку к Темномиру! — обрадовался монстр-морской-котик и похлопал ластами. Видимо, данный зверь когда-то обитал в местном зоопарке, пока его не поработил житель иного мира. Демон-Киборг напал первым — очертил рукой, палящей огнем. Сайтама преспокойно смотрел, как теплый воздух перемешивался с холодным, создавая иллюзию искривления пространства. Под светом фонарей это смотрелось особо фантастически. Головокружительно. Друг сражается, а ему ничего не остается, кроме как стоять и смотреть. Соник держит и заставляет отступать. Шаг за шагом, чтобы бросить Геноса один на один с монстрами. Киборг бился на износ. Отбивался от смертоносных ударов, поднимался в темноту, чтобы и самому не проиграть и зажарить чудищ. Вот уже этот мерзкий глист прыгает и извивается по железной дороге, как на сковороде. Спёкся. Но куда страшнее другое: Соник уводит за собой учителя, все еще удерживая нож у горла. Скоростной бы давно схватил добычу и убежал восвояси, но его терзал интерес. Чем закончится бой? Победит ли этот железный дровосек или же его разберут по болтикам? Некоторые из врагов пытались подобраться и к ним, но Генос, страшась за Сайтаму, не подпускал никого. Хотя, как раз-таки самый страшный из них держал учителя в своих мерзких когтях и улыбался как самый последний психопат на свете. Ударник успел согреться от жара огня и рук маньяка, что его не отпускает. Но Соник ни капельки не страшил его, несмотря ни на что. Ни безумная улыбка, ни лезвие. Состояние полной невесомости. Вот Генос превозмогает, борется, он куда живее его, кто имеет кровь и плоть. А что он? Хочется вырваться и встать плечом к плечу с ним. Тоже биться из последних сил. За него. За кого-то. Даже если знаешь, что проиграешь. Невольно вспомнился Безлицензионный Ездок. Сколько же в нем страсти, как мотылек в своей тяге к огню. Серьезным противником оказалась черепаха. Ее панцирь ничто не брало: ни удары, ни огонь, а ее лапы и когти сотрясали землю. И вот, киборга зацепило лапищей и отрезало обе ноги. Упал на платформу лицом вниз. Пытался подняться на одной руке. Быть раздавленным какой-то черепахой — бесславный неприятный конец. — Вот и все, — сказал Соник и собрался было уносить ноги, как пленник вдруг подорвался с места. Вырвался из рук, даже не обратил внимания, как лезвие оцарапало горло и хлынула кровь. Скоростной опешил. Так ведь и сонную артерию можно перерезать! Так и замер с расставленными руками. Сайтама же с достаточно большой скоростью бежал на бронированного зверя. Его нужно остановить! Иначе Генос умрет. Демон-Киборг замер. Только не это! — Учитель, нет! Бегите! Бегите в другую сторону, он имел в виду. — Соник! — пришлось опять забыть про гордость. Пусть лучше он вновь заберет его. Скоростной пришел в себя. И правда, чего тормозит? Некогда! Ударник понял, что его хотят остановить. Соник может настигнуть его в мгновение ока. Значит, нужно стать быстрее. Вспомнились старые тренировки. Нахмурился. О, это прекрасное чувство превозмогания! Нужно успеть настигнуть врага, но это еще полдела. А как же сокрушить? Перед внутренним взором предстала встреча с Крабинатором. И слова, сказанные тогда от всего сердца: «Я хотел стать супергероем, который уделывает таких штампованных злодеев как ты…» — …Одним ударом!!! — громогласно прокричал Сайтама, чтобы напугать Скоростного, что уже дышал в затылок. Тот и вправду испугался, но не столько самого звука, сколько силы и эмоций, что были вложены в слова. Соник поверил им и остановился. Ударник, в свою очередь, замахнулся кулаком и отвесил им по панцирю. Черепаха все это время наблюдала за ними как за букашками и не могла предположить, что какой-то простой паренек ударит так, что… Панцирь задрожал и отверзся с противоположной стороны от парней. Из отверстия вылетело все, что было внутри монстра, «украсив» ёлки кишками и прочим содержимым. Досталось и другим чудищам, что наблюдали за битвой и никак не ожидали такой концовки. У Геноса челюсть отвисла, как при первой встрече с Сайтамой. Сила проснулась! Да так быстро. Ура! — Учитель, Вы невероятны! — не сдержал своей искренней похвалы. Типичный Генос. Соник тоже стоял с открытым ртом, но при этом с предовольной лыбищей. Ударник попытался захлопнуть ему челюсть ладонью, но так даже страшнее было. (Кстати, ниндзя-медик слиняла, не по силам ей такой уровень битв). — Сайтама! Это же тот самый Сайтама! Только волосы отрастил! — узнал его кто-то из монстров, чем заставил трепетать остальных. — Бежим!!! — они отступали, утаптывая лесной массив. — Летунчик! — крикнул один из них и небо разверзлось. Там была темная масса, похожая на тучу, она утягивала своих товарищей обратно в небо. Вот как они перемещаются! — Не так быстро! — монстр-ящер, которого уже раньше встречал Соник, вдруг подмял Геноса когтистыми лапами, враз оторвал опасную на его взгляд руку и взмыл в небо. Он проделал это так лихо, что даже Соник не успел глазом моргнуть. Хотя, чего таить, ниндзя порой такой копуша. — Генос! — испугался Сайтама, но уже ничего не поделаешь. Ящер исчез в темном небе вместе с поломанным другом. Из оружия у Демона-Киборга осталось только Ядро, которое можно подорвать вместе с самим собой. — Не бойся, его не убьют прямо на месте, — Соник поймал Ударника за плечо. — Темномир сохранит пленников, пока не соберет весь состав S-класса. Надо же, успокаивает. С чего такая милость? Сайтама недоверчиво бросил на него взгляд. — Отпустишь меня к Темномиру? — спросил прямо. — Нет, — прямо сказал Звуковик и погладил пальцем кровоточащую рану на шее пленника. — Может ты и бьешь так, что кишки наружу выпрыгивают, но ты по-прежнему уязвим. Один удар — и костей не соберешь. — Отпусти. Прошу тебя, — настаивал Ударник, смотрел прямо в глаза. Но Соник неумолим: — Я сказал — нет. Пусть мир падает, а тебя не отдам. — Тогда уйду без твоего разрешения. — Что?! — рассвирепел наёмник, всплеснув руками. Нужно что-то предпринять, иначе и вправду сгинет. Да и с такими кулаками не поспоришь. — А как же наш договор? — шантажировал, указывал на себя и на него. — Прости, позволь побыть лжецом, — искренне извинялся Сайтама, даже взгляд понурил. — Если не спасти Геноса сейчас, то потом будет уже поздно. Но упоминание Демона-Киборга сильнее разъярило ниндзя. Устроил настоящий скандал, как капризная жена мужу: — Опять Генос! Генос!!! Как же меня достало это! Слушай внимательно, Сайтамушка, если посмеешь покинуть меня, я тут же перехожу на сторону монстров и лично казню твоего драгоценного друга во что бы то ни стало. Более того, я украду его, чтобы казнить при тебе! И Кинга, который, кстати, тоже в плену. Всех, кого ты любишь — убью собственноручно! Как и обещал! От злости аж слюной брызгал. Еще бы, столько сдерживался, старался не убивать, а тут вдруг договор разрывают. Обидно! Кулак просвистел в воздухе. Скоростной прижался спиной к остаткам панциря черепахи и замер. Только что пронеслась смерть. И ярость Сайтамы настоящая, сокрушающая все на своем пути. Панцирь затрещал и рассыпался, как стеклянная ваза. А все, что было позади, стало полем. На волосок от смерти. Как же часто она сопровождает наёмника, но в последнее время серьезные противники оказывались не такими уж и сильными. Только Сайтама заставлял сильнее стучать сердце, от его атак бросало в пот. Вот и сейчас задрожали колени, а в горле пересохло. Как же пронзительны и суровы глаза этого обычно спокойного противника. Вот он, прекрасный вкус битвы, но поединок уже закончен поражением Соника. Осталось Ударнику только развернуться и уйти навстречу рассвету. — Нет, — Скоростной заставил себя двигаться. Обнял как можно крепче, утыкаясь в раненое плечо опешившего Сайтамы. — Прошу, не иди, это же… — теперь он его молил. — …Это же самоубийство. Ты разве не знаешь собственной силы? Ради чего напрасно помрешь? Не пущу! Сжимал. До трясучки. — Не волнуйся, у меня есть план, — Сайтама не оттолкнул его, несмотря на боль в переломанных ребрах, такую, что застрелиться хочется. — План? — это слово как контрольный в голову Соника. Чуть отстранился и заглянул в глаза. Проверял на честность. — А он хороший? — Скажем так: результативный. — Просветишь? — мерзавец уже строил глазки, как лисичка-плутишка. — Нет, — твердый отказ. — Почему?! — столько досады на его лице Сайтама не видел никогда. — Главное правило победы: никогда не рассказывай своих замыслов, иначе потерпишь поражение. Скоростной переваривал новую, ломающую все системы, истину. Ну что за человек! — И… — тут и Сайтама обнял его. — Я это делаю не только ради Геноса. Прошу, Сонь, не переходи на сторону монстров, ведь ты стал дорог мне, несмотря ни на что. Слова, пронзающие душу. Вот о чем говорил Демон-Киборг: то, что можно понять только сердцем. Тепло и добро Сайтамы — как огненные стрелы. Впервые их Скоростной почувствовал, когда Ударник кормил его прямо с рук бутербродами. Тогда в него проникла одна маленькая стрелочка, сейчас же словно тысячи пик. — Если тебе так нравится быть злодеем, сыграй, словно ты хочешь выслужиться перед Темномиром и отдай меня ему. Думаю, тогда он тебя не тронет и даже завербует, — радостно предложил Ударник. Соник аж отпрыгнул. Сам он, злодей злодеев, даже не помыслил отдавать Сайтаму кому-либо, тем более Тацумаки. А тут хороший парень — герой Сайтама — такое выдает. Воображение нарисовало его антигероем: как на лицо упала тень, а на губах — ухмылка. Темный Сайтама, пожалуй, был бы страшнее всякого Темномира. Хотя бы потому, что он соблюдает главное правило: не раскрывать свои секреты даже союзникам. Звуковик схватился за голову от подобных мыслей, от которых даже поплыло перед глазами. А Сайтама таки ухмыльнулся, протягивая руку ладонью вверх. — Пойдем? У меня к тебе потом одна просьба будет. Пожалуй, в данном деле я могу только тебе довериться. Генос этого не сделает никогда. — Правда? — Скоростной почувствовал себя наивно влюбленной девицей, которую соблазняют самым наглым образом. — Да-да, Соня-котя, — тот тоже умел быть хитрым, когда очень надо. Жизнь такая научила. И погладил по подбородку, раз прельщать на приключения, то можно и так. — Эй-эй! Я кусаюсь! — звуковик перехватил его руку, но не тут-то было. Его притянули. Наивный, хотел совладать с его силушкой. Ну-ну… — Задача номер один: найти резиденцию Темномира. Думаю, нужно направиться в город, если что, допросим местных монстров, — вот и началось. Сайтама неуклонно целит к главному боссу. Ладонь Соника прижата к груди. Сердце героя спокойно. Его уверенность передавалась и ему, но… Помнились недавние кошмары. Что-то ужасное их ожидает. — Что ты скажешь Темномиру? — Соник понял, что Сайтама не сразу будет махать кулаками. — Услышишь на месте, — тот не признавался, развернулся и потянул старого нового союзника за собой. — Это что-то потрясающее? Только не говори, что будешь умолять отпустить друзей. Это даже не смешно. Я просто сгорю со стыда, если ты это сделаешь. Не смеши злодеев и прочих чудищ. — Нет, у меня есть кое-что, что любят все стрёмные монстры, — таки приоткрыл завесу своего плана. — О, как интересно, теперь я в предвкушении, — заулыбался наёмник. Опасные и волнительные похождения! Это так пьянит и манит. Сайтама тоже радовался тому, что разрешилась грызня с Соником до поры до времени. Но его улыбка мигом стерлась. Мысленно извинился перед ним и Геносом. То, что он замыслил, никто из них не одобрит. Но Соник чуткий. Уже заподозрил неладное, но пока ничего не мог поделать, ведь кто-то держит свой язык за зубами. Остается только действовать по плану и надеяться на смекалку. Сайтама, я притворюсь, что верю тебе без остатка, но втайне слежу за каждым твоим шагом. И, рано или поздно, я догадаюсь о твоих намерениях!