In My Veins

***

— Останусь, — отвечаю я, — только пойдем спать, я с ног валюсь. Он улыбается, ведет меня в свою комнату. Кровать больше прежней, комната больше, больше воздуха и огромное окно. Шеннон достает из шкафа свежую майку и протягивает мне. — Спасибо, обойдусь! — отказываюсь, все еще держу оборонительную позицию. — Ты будешь в рубашке и джинсах спать? Или ты хочешь вообще без одежды? — ухмыляется он. Хватаю футболку. Ну и ладно! И переоденусь прямо здесь, мне не в новинку раздеваться перед ним. Шеннон лег поперек кровати и облокотился на руку, наблюдая за мной. Все-таки наглости ему не занимать. Потом, так естественно, я просто легла рядом, а он обнял меня, как будто делал так каждую ночь. И я уснула.

***

— Харди, ты куда? — Шеннон еще не открыл глаза, он наполовину спал и голос его звучал невнятно и так мягко, что меня это растрогало. — Привет, — я была застигнута врасплох, застегивая джинсы. — Не вздумай уйти. — Мне пора. — Куда тебе спешить? — Меган будет волноваться. — Плевать на Меган, ложись обратно. — Шенн, мне правда нужно, — выглядываю в окно: на улице еще темно. — Я знаю, когда ты врешь, Дженни, так что вернись в кровать. — А если Джаред увидит меня? — Ну и что? Тебе не 17 и он не твой папочка. И мы даже не переспали, Харди. Так что вернись в кровать, — сонно пробурчал он. Я вдруг вспомнила наш первый раз: тогда меня Джаред всё-таки увидел. Я послушалась. Я хотела его слушаться. Это единственный мужчина, от которого я когда-либо терпела приказы. В джинсах и его майке вернулась обратно, он притянул меня к себе и зарылся лицом в мои волосы. Он всегда так делал. — Поспи еще немного, малыш, — промурчал он мне на ухо. За это его «малыш» я была готова отдать все, что угодно. Меня накрыла какая-то сладкая эйфория от этой близости. Такой интимной, такой простой. Такой же, как тогда, когда у нас все только начиналось. Когда нам не нужно было раздеваться, чтобы чувствовать друг друга. Я уже забыла такого Шеннона. Меня разбудил его поцелуй в шею. Щетина приятно колола кожу. Я любила небритого Шеннона. Солнце уже настойчиво пробивалось сквозь плотно задернутые гардины. — Сколько времени? — Почти одиннадцать, — прошептал он и снова поцеловал. — Вставай, нам нужно позавтракать. Я соня, не помню абсолютно ничего, что снилось, да и не нужно. Тот, кого я всегда так жду во сне, лежал рядом и продолжал царапать мне шею, а теперь и плечо. — Если не встанешь, я тебя трахну, — его рука скользнула под майку и спускалась все ниже к джинсам. Если он продолжит, я сама его изнасилую. Пришлось встать. — Приготовишь мне блинчики? — Шенн варил кофе на кухне, когда я вышла из ванной. — Конечно, — соглашаюсь, а сама так надеялась, что есть дома не придется. Просто не помню, когда делала это в последний раз. Люблю готовить блинчики, раньше я это часто делала, да и вообще это первое, что я научилась готовить. Когда все было готово, мы сели за стол. Помещение заполнилось густым ароматом свежесваренного кофе, такого, какой обычно варят в очень хороших кофейнях. Я сделала глоток: кофе прекрасен. Едим молча. Он ест блинчики и меня заодно, глазами. — Почему ты не ешь? — спрашивает Шеннон. — Я не голодна. Кофе вполне достаточно. — Пока не поешь, не выпущу тебя из квартиры. — Не ставь мне условия, — смеюсь. — Я не шучу с тобой, Харди, — он допил свой кофе и стал вдруг серьезным. — Ешь. Я хочу посмотреть, — и он правда не шутил. — С тобой что-то не так, и когда я узнаю что, выпорю тебя так, что ты не сможешь сидеть до следующего Рождества. — Ладно, сделаю тебе приятно, — доедаю блинчик. А я неплохо готовлю, кстати. — Умница, — он ухмыляется, зараза. — Чем займемся сегодня? — этот вопрос ввел меня в ступор. — Ну, наверное, я поеду домой, а ты займешься своими делами? — Сейчас у меня и правда дела, но вечером я заеду за тобой, и мы что-нибудь придумаем. — Но у меня уже есть планы! — протестую я. — Да ну! И какие? — скептически поднимает одну бровь. — Ну..., — я понятия не имею, какие у меня планы, я это только что придумала. — Ладно сдаюсь, — убираю посуду со стола в мойку, — нет у меня никаких планов. — Я знаю, — резко оборачиваюсь, Шеннон почти вплотную приблизился ко мне, не оставляя возможности ускользнуть. Что же ты делаешь со мной, Лето? Хватает меня за бедра и прижимает к себе, не отводя взгляда от моих глаз. Ну знает же, что не смогу сказать «нет», опять вертит мной, как ему вздумается. А я, дура, поддаюсь. И поделом мне, даже если буду оттрахана и выставлена за дверь. Я совсем забыла об осторожности. Приближаю к нему свое лицо и целую. Шеннон немедленно отвечает, запуская руку мне под майку. Да, милый, да... Как мне не хватало твоих губ, прикосновений, взгляда, полного желания! От его полуобнаженного тела веяло жаром. Или это от меня, не знаю. Я почувствовала, как его член уперся мне в ногу. Тогда я вдруг обнаружила, что мои джинсы уже расстегнуты и спущены вниз. Переступаю через них и ногой отшвыриваю в сторону. Шенн стянул с меня свою майку и отправил её на пол. Осматривает меня хищно и с любопытством, улыбается своим мыслям и, не говоря ни слова, разворачивает меня лицом к столу и кладет руку мне на шею, давая понять, что нужно подчиниться. Делаю, как он просит. Спускает мои трусики и осыпает поцелуями спину. От этого всё тело прошибает дрожью. Осторожно входит в меня. Не торопясь, медленно двигаясь, растягивая время. Одной рукой обнимает меня под грудью, а пальцами другой сжимает ягодицу. О, какое же это чудо — чувствовать его в себе! Каждую секунду упиваться его близостью. От наслаждения не могу сдержаться и приглушенно стону. — Шеннон ... пожалуйста, — задыхаюсь, растягивая слоги между вдохами. — Больно, малыш? — Нет. Быстрее, — прошу, еле дыша от счастья. Делает, как я прошу, тяжело дыша, уткнувшись носом мне в шею. Рычит, стонет, сильнее впиваясь пальцами мне в кожу. Практически одновременно кончаем и я стараюсь не закричать, сжимая зубы. Но не выходит. Из груди вырываются неистовые крики. Не узнаю свой голос, никогда раньше так не кричала. Никогда прежде я так не хотела Шеннона. На пике наслаждения Шеннон рычит и кусает меня за шею. Нужно отдышаться, но он не дает мне такой возможности. Развернув к себе лицом и усаживая на стол, снова входит в меня. И снова комнату наполняют мои стоны. Черт, как хорошо! Он затыкает мне рот поцелуем, но теперь моя очередь делать больно. Кусаю его за нижнюю губу, но ему хоть бы что, его рот растягивается в улыбке. Обвиваю его руками и ногами, прижимаюсь к его груди, хочу чувствовать его тепло. Он двигается осторожно, не доставляя мне никакого дискомфорта, покрывая поцелуями мои ключицы и шею. Внутри у меня нарастало напряжение, готовое вот-вот вылиться в оргазм, но он не позволял кончить, играя со мной. То замедляясь, то наоборот — ускоряясь, снова и снова. Он хотел, чтобы мы опять сделали это вместе. Мои ногти вонзались ему в спину, я не контролировала свои руки, оставляя на его коже красные полосы. Наслаждение накрывало нас с головой, я выгибалась всем телом навстречу Шеннону, выкрикивая его имя. — Я люблю тебя, — Шенн прошептал мне это на ухо, вдыхая и выдыхая запах моих волос. Он крепко прижал меня к себе, переводя дыхание. Он еще во мне. Не хочу отпускать его. Кажется, сейчас мы оденемся, и он снова растворится. Я не переживу этого снова. Его руки дрожат. Так странно для него. — Не уходи больше. — Попроси, и я останусь. — Останься. Блять нет, я больше не отпущу тебя. Привяжу за ногу к батарее, чтобы знать, что ты здесь, — он смотрел на меня, проводя большим пальцем по моим губам. — Я бы еще и сожрал тебя, но даже этого будет мало, — он впился в мои губы жадным поцелуем. Что же я натворила? Вот так, опять, стоит мне снять трусы, и голова куда-то девается. Но я же хотела его. Четыре гребаных года я ненавидела, любила, снова ненавидела, презирала, прощала, отпускала его, снова любила, потом опять ненавидела. Но ни на минуту не могла забыть. Я всегда хотела его. Просыпалась и засыпала с Шенноном в голове. Называла других Его именем и сравнивала только с Ним. Он — мое самое большое счастье и он же — самый ужасный кошмар. — Мне пора, — сказал он оторвавшись от моих губ, наконец выйдя из меня. Натянул свои боксеры, помог мне слезть со стола. Я пулей метнулась в душ. Так не хотелось вставать под воду и смывать с себя напоминания о том, что он прикасался ко мне, но вариантов не было. Когда я вышла завернутая в одно полотенце, Шеннон был уже полностью одет, а мои вещи висели рядом на кресле в гостиной. Сам он тактично отвернулся. — Мы только что занимались сексом на столе, а переодеться в одной комнате не можем? — меня вдруг пробило на смех. Какой же он все-таки забавный. — Помоги лиф застегнуть, — подставляю ему спину. Его ловкие пальцы быстро справляются с задачей. Спустя несколько минут мы прощались на пороге дома. — Я заберу тебя к себе, — он прислонился губами к моей щеке. — Сегодня. — Нет, поживу у Меган. — Джейн, не спорь. — Не хочу стеснять вас с Джаредом. Всего пару дней осталось, и кто-нибудь из моих вернется. — Ну и что твоя Меган умеет такого, чего не могу я? — поднимает одну бровь. Хранить секреты, Шеннон. Промывать мне мозги, в конце концов. А ты их только захламляешь. — Тебя отвезти? — Нет, хочу пройтись. — Тогда заеду вечером. — Лучше завтра. — Неужели появились планы? — недоверчиво интересуется. — Мне просто нужно время, Шеннон. Хотя бы до завтра, — целую его и бегу прочь.