understand me

Блондин трясет бедную Аои за предплечья, нервно и довольно невнятно просит «сделать уже что-то с этими огородами, кошками и прочим». Она не успевает увернуться и попадает в натиск если не титановых, то стальных объятий — точно. И теперь Наруто ноет ей о желанных приключениях прямо на ухо. — Л-ладно, я согласна. Поддержу тебя в просьбе дать нам что-нибудь посерьезней, — она отцепляет от себя просиявшего блондина намереваясь отдышаться. — Ура! Спасибо, Аои-не! — Узумаки скачет по дороге, аки горный козел, поднимая столбы пыли, совершенно забыв про обиду на эту «глупую кошку», что успела расцарапать им все лицо, пока Кавасаки не достала из походной аптечки валерьянку. Что она там вообще делала? А у шиноби, бывает, нервишки шалят. — Не за что, — удрученно вышло. Конечно же, она практически не умеет ему отказывать. — Пошли, присядем, я еще подлечу твои боевые ранения, — смешок вырвался непроизвольно. Со своими девушка уже почти закончила, предпочитая оставить большую часть чакры для блондина. Они оба припозднились, застревая до заката в Ичираку. Вот солнце и потеряло яркость, окрашивая во тьму весь привычно-зеленый ландшафт Конохи. — А? Да не надо. Они уже практически зажили, — Наруто смеется и озадачено чешет затылок, когда видит недоверчивую сестру. — Как это? — она резко подрывается и закатывает оранжевый рукав друга, чтобы шокировано узреть небольшие царапины, уже покрывшиеся корочкой и, соответственно, не доставляющих никаких неудобств вообще. — Это… так странно, удивительно! У тебя поразительная регенерация, — серебряные глаза лучатся чуть ли не самым слепым обожанием, а с лица не сходит восхищенное выражение. Когда она обнимает отчего-то смутившегося, но такого же радостного Узумаки, Аои чувствует поистине нетленное счастье. — И все же. Я хочу подлечить тебя, — мягко и прямо гнет свое Кавасаки. Наруто ничего не остается, кроме как сдаться. Девушка картинно взмахивает рукой и, словно фея творит магию, окутывает в полете руку медчакрой, сразу поднося к мигом заживающим остаткам царапин. — Уметь лечить — круче регенерации, Аои-не, — блондин жмурится и улыбается сестре с глубокой нежностью, которую та сразу замечает, ответно улыбаясь и легко трепля топорщащиеся волосы. — Только вот изредка менее эффектно, но ты, наверное, прав, — она заканчивает и, пыхтя, встает. — Не-чан… — Наруто неожиданно грустно улыбается, наблюдая за потягивающейся, как кошка, сестрой. Ему больно видеть человека, которого он любит, но не так, как тому хотелось бы. Это прослеживается во всех движениях Кавасаки, некоторая скованность, граничащая с нервозностью, когда она прикасается к джинчуурики. Беда только в том, что блондин совсем не знает, как и что нужно делать. Обычно, когда такие размышления вновь посещают его головушку, Наруто просто берет и обнимает Аои. И не важно, что она до этого делала, сероглазая всегда в ответ кладет ему теплые руки на спину. Вот и сейчас Узумаки уткнулся девушке в ключицу, принюхиваясь к сладкому запаху валерьяны. Хоть бы он так каждый раз не делал хуже и хуже. — Пошли домой. Нужно подготовиться к завтрашней миссии, — щекой она прижимается к блондинистой голове, наблюдая за катившемся в неведомую пустоту солнцем. В самом деле, ей все равно. У нее свое солнце. — Ага, давай, — но, вопреки своим словам, отпускать Аои Наруто не спешит, с силой закрывая глаза. Вовсе не хочется терять тепло. Интересно, кто кого заснувшего потащит домой?

***

Команду номер Семь резиденция приняла радушно и спокойно; ничто не предвещало беды. Задорный блондин уже чайником кипел и не мог сдерживаться; а потому, уже войдя, он прямо и достаточно громко начал высказывать свое недовольство: — Старик, дай нам уже что-нибудь посерьезнее! — Наруто мельком оглядывает свою команду, взывая к тяжелой артиллерии, в виде стальных аргументов Кавасаки; на Учиху блондин не особо рассчитывал. — Насколько я знаю, генины выполняют не только D-ранговые задания. Ранг С тоже подходит нам. Хотя бы за пределы деревни выйдем, — Аои держит свое обещание, давя информацией и спокойным взглядом. Слова, произнесенные девчушкой, напрягают и пресекают попытки возвратить стоящего рядом Умино. Все, что ему осталось, так это выжидательно смотреть на спину Третьего. — Да-да! — радостный возглас Наруто. Он мало что понимал в рангах даже после лекции сестры, но после, с неунывающим настроем, таки признал, что самое тяжелое им дадут только после становления джоунинами или хотя бы чуунинами. Почему русая загадочно улыбнулась после этого вывода, Узумаки так и не понял.— Мы обязательно справимся с этой миссией. Саске угрюмо смотрит за протестующими, останавливаясь взглядом на Аои, которая ненароком ввязалась во все это вслед за блондином. Конечно, его и самого порядком раздражали миссии в деревне, но гордость не позволяла пыхтеть об этом, точно идиот в оранжевом. Что ж, чем быстрее, тем лучше. — Я согласен с ними, — Саске делает вид, что вообще ничего не говорил, когда Аои одобрительно улыбается ему, подбадривая. — Какаши, ты как? — Сарутоби кидает пристальный взгляд из-под соломенной шляпы на командира команды, и когда тот легкомысленно пожимает плечами, кивает сам себе, изредка усмехаясь, когда смотрит на список миссий нужной сложности. — Что же, хорошо. Ваша миссия: сопровождение человека на его родину. Наруто сразу на радостях подпрыгивает, а-ля кузнечик. И единственная, кого что-то смущает, это Аои, которая чувствует шестым чувством, даже не сенсорикой, подлянку. После стука в дверь Хокаге разрешает войти старику, от которого за десять метров минимум пасло перегаром. От этого запаха брови куноичи взлетели и съехались в кучку при попытке задержать дыхание. Да уж, попали они. А Хокаге-то как гаденько лыбится! — Неужели меня будут защищать эти мелкие детишки? — с издевкой вопрошает старик. Саске напрягается, складывает руки на груди и сверлит пьянчугу взглядом. Наруто подзависает, осмысливая прямое оскорбление, но его потуги ответить в том же тоне благоразумно перебивает Аои: — Куда нам нужно Вас сопроводить? — выделяемое слово режет слух, как острие ножа. Девушке откровенно интересно: старик настолько глуп или просто несведущ в делах нинзя, что, будучи гражданским, так грубо разговаривает пусть даже с самыми низшими, но шиноби, которые и по одиночке с помощью своей волшебной маны на раз-два положат его на лопатки? А там, что закономерно, с кунаем в сердце далеко не погуляешь. — Хех, в страну Волн, — старик прикладывается к бутылке с сакэ и с иронией смотрит на мелкую девчонку, по-видимому, ожидая, что та захлопает глазами и скажет, что не хочет идти так далеко. — О, одна из тех стран, в которой нет скрытой деревни? Все ясно, — Аои садистски ухмыляется и жестом останавливает брата, который порывался навалять старику теперь не столько за отношение к себе, сколько к Кавасаки. Тот удивленно и даже несколько раздосадовано восклицает. — Донесу до Вашего сведения, что любые нинзя, даже еще не выпустившиеся из академии, могут с помощью чакры вытворять нечеловеческие вещи. А то, что вы об этом ничего не знаете, не делает вас бессмертным, я права? Так или иначе, ранг С подразумевает лишь нападение разбойников или бандитов с которыми мы непосредственно сможем справиться. Да еще и страховка в виде джоунина-наставника… Вы поняли, — русоволосая прерывается, морщится от тычка пальцем джинчуурики, что сначала затупил, а затем закатил глаза и всем своим страдальческим видом умолял богов завернуть эту лавочку с лекциями, но, не получив никакого знака свыше, решил самостоятельно это прекратить. — Как говорится: «Незнание законов не освобождает от ответственности», — она даже глаза закрыла, указательный палец вверх подняла, делая нравоучительный вывод. Наруто тяжело вздохнул, скрещивая пальцы, чтобы сестру опять не понесло. Чертова демагогия. Повисло молчание; старик шумно сглотнул, похоже, прикидывая все то, что ему косвенно наобещали. Не обделен человек фантазией, что попишешь. Какаши и Саске, стоявшие не при делах, позволили себе заинтересованные взгляды. Аои умудрилась решить одновременно две проблемы в виде заносчивого алкаша и тупицы, ставившего под угрозу миссию, к исполнению которой они еще даже не приступили. Какаши подметил, что, возможно, с помощью девчонки, которая ему с самого начала так не понравилась, им все же удастся сплотиться в неплохую команду. — Как Вас зовут-то, даттебайо? — блондин резко вклинивается в тишину, чтобы это вновь не сделала Кавасаки. Реакция старика на слова Аои ему целиком и полностью пришлась по душе, и Наруто даже перехотел устраивать мужику «сладкую жизнь». — Я Тадзуна, мостостроитель, — мужик раздраженно клацает челюстью, заставляя себя не грубить и не перегибать палку. Нанял шиноби на свою голову. — Ну, вот и познакомились, — Кавасаки расплывается в милой и улыбчивой гримасе, упирает руки в боки, удовлетворенная более вежливым тоном заказчика. А затем обращается уже к Хатаге: — Какие указания, Сенсей? Какаши оглядывает свою команду, и с неким несвойственным спокойствием, что смогла оставить в этой атмосфере Кавасаки, выдыхает: — Через три часа у главных ворот Конохи. Не опаздывать. «Чья бы корова мычала!» — один из немногих моментов, когда мысли команды действительно сходились. Все мигом разбежались по домам.