Ты - моя тень, я - твоя кровь.

Солнце нещадно палило землю, обжигало кожу, принося утомительное желание схватить назойливый лучик и раскрошить в руке, если бы такое было возможно. Жара утомила даже самых выносливых людей, которые на свой страх и риск высунули головы из домов. Они долго не продержались в огненном аду и поспешили обратно в жилища, хотя переставлять ноги было задачей проблематичной. Иногда люди высовывали головы из окон, чтобы поймать легкий ветерок, пробегавший по пустым улицам настолько редко, что надежда на дуновение оставалась только у самых оптимистичных, да приговаривали: «Чувствую, Повелитель не в духе последние дни. На кого же обрушился Его гнев на этот раз?» Казалось, будто бы каждое существо, каждая пылинка зависела от правителя, что властвовал в этой стране. А стране ли? Может, и в самом мире. А знают ли эти люди, где живут? Как могут называть себя? Или же каждый человек чувствуют лишь желание подчиняться и чувствовать маленький огонек жизни, понимать, что он не принадлежит ему, а тому, ради кого живет существо? Этим вопросом задавались немногие, а если и есть смельчаки, кто задумался, то вряд ли поделились об этом с остальными, опасаясь стать изгоем, и продолжили мирное существование, угнетаемые мыслями о непонимании важности этого самого Повелителя. - Обрушился гнев, да? – раздался хриплый шепот под одним из окон, откуда только что донеслось лепетание о недовольстве Повелителя кем-либо из смердов. Заведя руки за голову, в тени сидел невысокий подросток лет пятнадцати, наблюдая за небом и отмечая про себя, что из-за жары весь мир больше напоминал теперь одно огромное дно с языками пламени, где выход из него сторожат голодные и грязные волки. И выбраться из этой западни невозможно, попытки тщетны, остается не только жариться от зноя, но и дрожать от страха перед острыми клыками тварей, представляющих собой защитников закона. Закрыв глаза, парень прошептал: «Как глупо», и встал с насиженного места, поняв, что если так пойдет и дальше, то он сгорит на сухой раскаленной поверхности. Отряхнув пыльные руки о рубашку, неприятно липнувшую к телу, паренек пошарил в карманах и вытащил оттуда складной ножик. Щелчок, и вот уже в свете солнца блестело лезвие ножа, за которым, видимо, тщательно ухаживали. Отраженный луч ударил в глаза подростка, когда тот тщетно пытался различить в лезвии отражение своих тусклых темно-карих глаз. Обиженно фыркнув, брюнет опустил руку и задумался, опустив голову, отчего две отросшие прядки около щек парня мягко коснулись кожи. - Эй, парень! – крикнули ему из окна, из-под которого он только недавно вылез. – Что это ты здесь творишь? Обернувшись к мужскому голосу, подросток удивленно моргнул, а потом перевел взгляд на нож. «Так вот оно что…», - мелькнула мысль у брюнета, и он ответил собеседнику лишь мягкой улыбкой. Это было несложно – улыбаться прохожим вместо того, чтобы отвечать грубостью, как бы сильно этого ни хотелось. Улыбка – единственное, что поможет тебе спастись от когтей врагов и потерять свой собственный яд. - Искал цветы, чтобы сорвать, - иллюзорно участливо ответил паренек, прикрывая глаза и растягивая улыбку шире. – Моя сестра больна, а ее любимые цветы растут где-то в этом районе. Я не могу не порадовать ее. Мужчина раздраженное цыкнул, но выражение его лица смягчилось. Вранье Альбиога спасло его хотя бы от откровенного гнева. - Ну, здесь их точно быть не может, так что проваливай, а то уж очень ты выглядишь подозрительно, ошиваясь тут, - шикнул он и скривил гримасу, чтобы заставить парня поверить в то, что в худшем случае нарушителю спокойствия могло не поздоровиться. Подросток открыл глаза и чуть прищурил их, борясь со своим желанием подойти и высказать этой зажравшейся свинье все в глаза, как он это делал раньше. Руки сжались в кулаки, и ладонь настолько сильно стиснула рукоять ножа, что мужчина невольно напрягся, заметив этот жест. Бояться подростка не было причин, но почему-то этот юноша был окружен аурой, от которой невольно по спине пробегала дрожь. Она была почти не заметна, но на долю секунды не почувствовать этого невозможно. - Прошу прощения, - сквозь зубы ответил парень, вдыхая горячий воздух и не открывая глаз, боясь, что выдаст себя своим горящим от недовольства взглядом. Мужчина прав – он слишком слаб, чтобы дать отпор. – Но все же, если бы у вас была больная сестра, то вы бы поняли мое состояние. Прошу войти в мое положение и позволить еще немного побыть здесь. Мужчина высунулся из окна и грубо схватил парня за руку, отчего тот вздрогнул от неожиданности. Выхватив нож из рук юноши, он повертел им перед носом незадачливого паренька, чуть ли не задевая его. - Вот придешь сюда без этой игрушки для взрослых – постараюсь войти, а пока до твоей сестры мне дела нет! – прорычал мужчина и кинул нож вниз, и он звонко ударился о сухую землю. - С ножом в руках чтобы твоей ноги и близко не было около моего дома, - буквально выплюнул в ответ мужчина и тут же захлопнул окно на свой страх и риск, ибо отдыхать в душной комнате не было никакой возможности. Парень еще немного постоял на этом месте, осматривая запотевшее окно, а затем вздохнул и разжал кулаки. Улыбка еще не сходила с лица подростка, хотя в глазах виднелось разочарование в собственной неспособности дать отпор другому, а лишь свести на «нет» этот пренеприятный диалог. - Мое имя – Альбиог, приятно познакомиться, - вежливо поклонился парень закрытому окну, а затем развернулся и пошел далее, по дороге пнув нож таким образом, чтобы тот отлетел прямо под окно недружелюбному человеку. – Потом попытайся оправдаться, что нож был не твой. Засунув руки в карманы, Альбиог медленно двинулся по извилистым улочкам, петляя таким образом, чтобы не попадаться лишний раз на глаза прохожих, коих было и так немного. Ему была свойственная нелюдимость. Не от того, что юноша был натурой, склонной к одиночеству, но из-за того, что пока что ему не хватало навыка красноречия для того, чтобы правильно подобрать лестные слова и выбраться сухим из воды. Сейчас один его только вид вызывал у человека подозрение, да и слухи о том, что пять лет назад какой-то мальчишка бродил по улицам и выкрикивал протесты в сторону Повелителя, еще не стихли. - Как давно это было, а так ничего не изменилось, - глубокомысленно заметил Альбиог и поднял взгляд на небо. Мальчишка так и остался мальчишкой. Подростки, не способные заметить грань между зрелостью и детством, не смогут найти правильную дорогу. К огромному сожалению, этот парень сам запутался, что лучше – бороться открыто или же потакать, чтобы потом нанести удар из-за спины. - Я напоминаю себе крысу, - прошептал он с отвращением к себе, горбясь. – Как отвратительно. Спустя буквально секунду из-за угла послышался визг. «Почему именно этот район, полный скотов, стал моим домом?», злился юноша, направляясь в сторону источника звука. Он не знал, что двигало им, ноги сами понесли к эпицентру опасности, а парень в этом не сомневался. Завернув за угол, Альбиог тут же спрятался и уловил взглядом, как зрелый мужчина возвышался над мелким пареньком, который валялся на земле без сил. Глаза брюнета расширились, и он невольно представил себя на месте этого мальчугана. Крики и ор стояли, казалось, на весь район, даже было странно, почему еще никто не пришел посмотреть на это зрелище. - Верни украденное, мелкий засранец! – выкрикнул, брызгая слюной, злоумышленник. Мальчик сжался и закрыл глаза. Необычные для этой местности ярко-рыжие сальные обрамляли лицо, покрытое веснушками, отросшие кончики касались оголившейся шеи, на которой были заметны отметины от синяков. Руки крепко прижаты к месту, где учащенно билось маленькое сердечко, отчаянно стараясь спрятать от мужчины что-то в складках одежды. В глазах не было слез, лишь только страх то ли за свою жизнь, то ли за спрятанную вещь. Альбиог почувствовал, как сердце ухнуло в пятки, когда мужчина схватил ребенка за волосы и встряхнул. Этот жест теперь стал настолько популярным? Но сам не мог сдвинуться с места, словно прирос, он все думал, что попасть в очередную ситуацию было бы верхом глупости, но и оставить все так тоже нельзя было. Юноша знал, что в его районе есть люди, готовые постоять за тех, кого унижали, но все они уже давно разъехались, накопив достаточно средств. Альбиог теперь не видел теперь возможности позвать кого-нибудь на помощь. А что мог в одиночку сделать невысокий неподготовленный к военной службе парень? - Дерьма кусок, как у тебя вообще совести хватило копаться в моих запасах?! – снова раздался крик и глухой удар о землю. Мальчик не выдержал и зашелся в рыданиях. Боль никак не стихала, и выдержать это насилие не было никакого шанса. На коленях были видны царапины от острых камешков. - Я ничего не брал! – в отчаянии выкрикнул ребенок, захлебываясь слезами. - Врешь, спиногрыз! - Не вру! Прошу, оставьте меня в покое! Прошу, сжальтесь! Я ничего не делал! – отчаянно выкрикивал он, содрогаясь. Мужчина довольно хмыкнул и протянул руку к рукам мальчика. Тот вздрогнул и замотал головой, уже догадываясь, какая участь его ждала, если сейчас не сознаться в своем проступке. Но нет, несмотря на то, что мальчик был готов ползать в ногах у мужлана, отдавать что-либо он не собирался. - Проверим твою одежду и тогда решим, кому тебя отдать в рабы, - злобно прошипел мужчина, ухватываясь за складки мятой рубашки мальчика. Рыжеволосый зашелся визгом и задергался, пытаясь как можно дольше ускользнуть от рук мужчины. - Прошу, делайте, что хотите, только оставьте меня в покое! Умоляю! Альбиог сам сорвался с места и выскочил из-за угла. В глазах виднелся огонь и отвращение к этому человеку. Гнев полностью застилал все остальные чувства. Парень пока что остался незамеченным, но вот уже около двух людей, и первым его заметил ребенок. Со слезами на глазах он пытался выкрикнуть слова о помощи, но те застряли в горле, вырываясь лишь хрипом. - Сэр, прекратите! – раздался чужой голос, звонкий и наполненный переживанием. И рука Альбиога, которой он замахнулся на мужчину, ударила того по щеке вместе с еще одной. Ладонь горела от сильного удара о кожу, а в глаза виднелось непонимание происходящего. Мужчина взвизгнул от двух ударов по щекам и прислонил огромные ладони к коже и ошалело смотрел на двух людей, появившихся из ниоткуда. Подросток повернул голову в сторону еще одного участника сцены, расширил глаза, скрипнул зубами и сжал руки в кулаках. Перед его глазами стоял ухоженный парень его лет, выше ростом, со строгим лицом оглядывающим мальчика и мужчину. - Господин, это нечестно – нападать на того, кто слабее вас, - поучительно сказал он и перевел взгляд на Альбиога. Небесно-голубые глаза встретились с темно-карими. Кадык борца за справедливость дернулся, и парень даже отшатнулся, не ожидая увидеть здесь брюнета. С этим движением колыхнулись его длинные, завязанные в низкий хвост светлые волосы. Оба они молча смотрели друг другу в глаза, не в силах вымолвить и слово. - Тебе ли об этом говорить? – прошипел Альбиог, решивший первым нарушить молчание. Кисил, а это был именно он, фыркнул и отвел взгляд. В отличие от Альбиога, он несколько отличался от того задиристого мальчугана, который нападал на того ребенка-монстра. В глазах уже не было видно насмешки, но все же что-то надменное осталось в этом подростке. - А ты, я смотрю, все такое же чудовище, - презрительно проговорил Кисил, кривя гримасу. - Не меняй тему разговора, двуличный урод, - снова шикнул Альбиог, делая шаг вперед и осклабившись, словно голодный змей. – Сам не помнишь, какой был скотиной пять лет назад? Что, совесть проснулась? Или же память изменяет? Я не удивлюсь последнему. - Язык остер на слова, но ты сам настолько жалок, что можешь лишь словами кидаться? – хмыкнул Кисил, видимо, уже позабыв о том зачем он вообще пришел в эту глушь. Перед ним появился кое-кто поинтересней. - Что ты только что сказал? – отрешенно спросил Альбиог, сузив глаза и делая еще один шаг вперед. - У тебя проблемы со слухом? Что, задрожали колени? - Вот сейчас ты не похож на благородного рыцаря, - злорадно отметил Альбиог. Мужчина смотрел на этих двоих, очарованный невероятным контрастом внешности, но такой схожестью характеров. Нет, даже не так. Их менталитет отличался кардинально, но вот эти вспыльчивые подростки не могли остановить свою темную сущность, когда дело касалось их чести, вообще друг друга. Мальчик попытался встать, но ноги его не держали, поэтому он снова рухнул на землю. Два парня отвлеклись и посмотрели в сторону пострадавшего. Альбиог повернулся к Кисилу и бросил: - Возвращайся к своим зажравшимся рыцарям, псина. Поспешив к пареньку, юноша присел около него и подал руку, безразлично осматривая его ранения. Он бы ни за что не позволил сорваться сейчас, в такой важный в его жизни момент. Рыжеволосый моргнул, чтобы слезы скатились из глаз, и положил свою маленькую ручку в аккуратную, но всю в мозолях ладонь Альбиога. Слабая улыбка появилась на лице парня, и мальчик невольно оторопел. Кисил стоял, смотря на старания противника помочь ребенку, а затем закрыл глаза и прекратил обращать на него внимания. «Чудовище под маской человека», - напоследок прошептал он и подошел к мужчине, который недовольно пыхтел. - Сэр, вы поступили неправильно, прошу вас проследовать за мной, - обратился он к нему, протягивая руку. Альбиог фыркнул, не веря в искренность слов блондина. «Отрастил волосы…Прямо как баба», - пронеслась мысль у юноши, когда он помог ребенку встать на ноги. - Да с какого черта я должен слушать мелкоту?! А ну проваливай с моего пути! – возмутился мужчина, еще чувствуя жжение от ударов по щекам. - С того, что я являюсь членом Стражи Порядка, - невозмутимо ответил Кисил, показывая эмблему, нашитую на грудь его рубашки. Альбиог мгновенно пригляделся к обозначению и с удивлением заметил, как на белой рубахе виднелась эмблема в виде щита, на котором была изображена голова черного волка, раскрывающего пасть. Острые клыки напоминали клинки, который каждый из членов носил при себе в случае опасности. Огненно-красные глаза смотрелись более устрашающе, чем сам Кисил, холодно смотрящий на нарушителя порядка. Мужчина оторопел от этой новости, маленькие глазки перебегали с Кисила на Альбиога и обратно. - Ч-что за шутки?! - Прошу вас не кричать, а молча выполнить указания, - стараясь сохранять контроль, вымолвил Кисил, а его взгляд переметнулся на своего противника детства. – Слушай, Как-тебя-там, поможешь мальчику? Хоть какая-то от тебя польза будет. Альбиог дернул бровью и сжал ручку мальчика сильнее в своей ладони, отчего тот сжался. Но парень тут же расслабился, вспомнил сегодняшний случай и сосредоточился. Он хотел всей своей сущностью броситься вперед и прижать этого заносчивого юношу к стене, увидеть страх в его глазах, почувствовать, как тело под ним содрогается. Но Альбиог тут же прогнал эти мысли. Как бы сейчас он ни унизился, он знал, что перед ребенком нельзя проявлять себя с такой стороны, он еще мог пригодиться брюнету, мог сослужить службу, да и сама душа нашептывала парню, что будущее еще все изменит. Нужно лишь подождать. Альбиог поднял взгляд на Кисила, ожидавшего очередного рывка и волны гнева, но получил вместо этого только теплую улыбку. Она так напоминала искреннюю, что блондин даже невольно обомлел, а Альбиог наслаждался произведенным эффектом, все же тренировки дали свой результат. Улыбкой можно было ошарашить противника, влить в него яд, заставить подчиниться, дрожать от страха и, наконец, умереть. Такова стратегия Альбиога – убивай, улыбаясь, учись контролировать свои чувства, держи при себе козыри. - Конечно, я ведь не такой слабак, как некоторые, - проговорил «милая мордашка» и наклонился, чтобы мальчик сел ему на спину. Рыжеволосый сглотнул, все еще прижимая ручку ближе к сердцу, все еще опасаясь, что кто-то мог заметить припрятанное в складках одежды сокровище, и шустро вскарабкался на спину парню. Альбиог поднялся, придерживая мальчика за ноги и кивнув ему, чтобы тот обнял его за шею. - Хоо, какая забота, - несмешливо протянул Кисил и отвернулся, чтоб не лицезреть эту сцену и разобраться с поднявшим на слабое существо руку мужчиной. Этим двоим было все равно, что ребенок украл что-либо, ведь насилие к детям было в любом случае запрещено. Блондин еще помнил эту улыбку Альбиога, и злость сама собой начинала подниматься в нем. Проиграть этому волчонку? Да ни за что на свете. Он изменился, и когда-нибудь, когда настанет время полной власти Стражей Порядка, восторжествует порядок, и этот «тихий мятежник» осознает свое место. Он повернул голову в сторону Альбиога, но тот уже скрылся. Облегченно вздохнув, Кисил повернулся к мужчине, когда тот уже был готов бежать. - Оя-оя, мы ведь еще не закончили, - блеснул всей своей зубной поликлиникой подросток и направился в сторону мужчины, у которого начали трястись руки. *** - Ты, правда, что-то украл у той свиньи? Ответом было лишь молчание. Альбиог закрыл глаза и продолжил медленно шагать, еле терпя жару и вес мальчика, который, в дополнение ко всему, еще и сильно прижимался к парню, будто тот мог защитить его от любой опасности. К сожалению, все это было неправдой, а лишь напрасные надежды. «Пока что…». - Птица… - раздался тихий голос ребенка, и брюнет заинтересованно повернул голову в сторону своего собеседника. - Что «птица»? - Она хотела кушать, у нее было сломано крылышко, - шмыгая носом, выговорил мальчик, показывая Альбиогу спрятанную вещь. – Поэтому и украл хлеб. - Только ради этого?! – ошеломленно поинтересовался парень, который не мог поверить в происходящее. Не то, чтобы в их время люди не были способны на доброту, но все же этот паренек не выглядел обеспеченным, весь его вид показывал бедноту и нужду хоть в каком-то крове. Было удивительно наблюдать заботу о каком-то неблагодарном животном со стороны нищего. - Это…Неправильно? – спросил мальчик, утыкаясь носом в шею Альбиога, отчего тот поежился от щекотки, но и невольно улыбнулся. - Вовсе нет. Просто необычно. На некоторое время Альбиог замолчал, а потом решился. Сейчас во всем можно было увидеть свою выгоду, даже в этом бедняке. Сам он тоже не богат, но мать могла зарабатывать достаточно, чтобы прокормить семью из двух человек. Парень выдохнул раскаленный воздух, а затем обратился к ребенку. - Знаешь, я могу приютить себя, пока твоя птица не выздоровеет, - неуверенно начал он, а, почувствовав, как руки мальчика еще крепче обняли его, лишь усмехнулся. – Но только на это время. - Зачем тебе это? - Любопытство, - не стал скрывать подросток и остановился. – Ты можешь мне кое в чем помочь, и за это получить кров. Мальчик протер слипавшиеся глаза и вопросительно наклонил голову. Альбиог хитро прищурился и посмеялся в душе над Кисилом. Он достигнет своей цели, это он ему обещает. - Как твое имя? – из вежливости спросил юноша. - Кен. Просто Кен, - смущенно проговорил мальчик и опустил взгляд на взмокшую от пота шею парня, за которого все еще держался. К ней неприятно липли кончики черных волос, и Альбиог облегченно вздохнул, когда рыжеволосый хоть немного отодвинулся. - Слушай, Кен…Ты неплохо умеешь воровать. В одном книжном меня интересуют материалы, которые пригодятся в будущем. Я хочу, чтобы ты украл эту книгу, которая хранится на одной из пыльных полок. Она не представляет интереса для других, но мне она нужна позарез. Мальчик неуверенно качнул головой, даже не задумываясь о целях и последствиях. Перед ним его спаситель, отказать ему – грех. - Я согласен. Постараюсь изо всех сил. Улыбнувшись краешком губ, Альбиог почувствовал собственное превосходство. - Эмм…А как вас зовут? – вежливо обратился к нему Кен, утыкаясь носом в мокрые волосы юноши. Альбиог почувствовал, как мурашки пробежали по его спине, а затем поморщился. Он некоторое время стоял, не произнося ни слова, но потом, улыбнувшись, все же ответил. - Альбиог. Мое имя – Альбиог. - Ал…Ал…Альб… Даже не слушая попытки мальчика выговорить слово, он уже унесся в собственные мысли, торжествующе улыбаясь. Ему не было свойственно это выражение лица, но ощущение, будто победа приблизилась к нему на еще один шаг, не покидало Альбиога. Все они познают его собственную правоту, все узнают его имя, и оно будет произноситься с трепетом, с восхищением. «Кто-то говорил о чернокнижнике? Будет обидно не оправдать ваших надежд».