Он не в её вкусе.

      Ну до чего же он красив — просто великолепен, восхитителен, бесподобен, изумителен и ещё много-много всего, и почему она так поздно это заметила? Разве это не очевидно? И Кэролайн незаметно облизывает губы, кокетливо прикусывая нижнюю и не спуская пристального взгляда с босса, такого серьёзного и делового, одновременно строгого и дружелюбного, ведь сейчас идёт совещание с западными партнёрами, решившими сделать инвестиции именно в его компанию. И он так уверенно держится, расписывая все плюсы и достоинства своей фирмы, с лёгкостью парируя сомнительные реплики скептиков и чуть ли не разжевывая бизнес-детали.       Он Бог. Точно.       Она так увлекается наблюдением за Никлаусом, что не сразу замечает вибрирующий в ладони телефон, и только когда Майколсон недовольно поворачивает к ней голову, замечает свою ошибку и, вежливо улыбаясь, удаляется как можно дальше от стола, чтобы её беседа была не так слышна. Закатывает глаза, заранее догадываясь о чём будет разговор, и принимает вызов.       — Кэт, мне сейчас некогда, у меня совещание, — она прикрывает рот ладошкой и косится в сторону мужчин, которые, впрочем, не обращают на неё никакого внимания, полностью погрузившись в диалог с Майколсоном.       — Меня это не волнует. Угадай какой сегодня день?       — Пятница... — Кэролайн разочарованно выдыхает и понимает, что ей уже никак не отвертеться, ну вообще никак.       — Вот-вот, и угадай, куда мы сегодня идём? С тобой, С Клаусом и... Деймоном. Да-да, Деймоном, подруга, который требует своей доли, — Кэтрин прижимает палец к губам и опускается на колени любовника, загадочно улыбающегося и прислушивающегося к их разговору.       — Откуда он вообще узнал?!       — Ты не ночуешь дома уже полторы недели и не говори мне, что ты проводишь время с красивым и накаченным брюнетом, потому что Майколсон далёк от этого описания.       — Чёрт. А я ещё надеялась стрясти с него путевку в Париж. Бесполезно, да? — Кэролайн бросает быстрый взгляд на Клауса, вдруг тоже взглянувшего на неё и нахмурившего брови. Работа есть работа, и личным разговорам на ней нет места.       — Бесполезно. Деймон далеко не дурак. Так что, дорогуша, созвонимся, — Кэтрин бросает трубку и целует довольного Деймона, заглушая его "ну я же говорил, что они вместе", а Кэролайн, уже просчитавая предстоящие растраты, возвращается на прежнее место и встаёт чуть в стороне от Майколсона, поднявшегося со своего места и снявшего пиджак. Жарковато, если честно. Он по инерции кладёт телефон в карман брюк и продолжает общение с быть может будущими партнёрами, пристально его слушающими.       Вдруг в конференц-зале раздаётся едва слышимая трель телефона, и Клаус, извиняясь, запускает руку в карман, доставая оттуда свой "Блэкберри", а вместе с ним... и кружевную вещь мятного цвета, принадлежащую Кэролайн, которая по своей вредности положила её сегодня утром в карман его брюк.       Не женщина, а сплошное наказание. Просто катастрофа.       Но кто же знал, что Майколсон положит телефон именно в брюки, когда он в жизни не использовал их для хранения гаджета?       В помещении повисает неловкая тишина, и Кэролайн шокированно открывает рот, замечая свои трусики на полу и покрываясь ярким румянцем стыда. Она словно в замедленной съёмке наблюдает, как Клаус, сначала застывший от такого конфуза и напрочь забывший о звонке, а потом будто опомнившийся, переводит на неё сердитый взгляд и прожигает им задыхающуюся от стыда девушку.       — Упс... — она произносит это одними губами и нервно сглатывает, тут же беря себя в руки и поворачиваясь к улыбающимся мужчинам с краю, отлично понявшим, что за вещь выпала из кармана Майколсона. Интересно, каким богам ей молиться, чтобы Клаус не убил её тут же? — Думаю, пришло время кофе-паузы.       Её голос дрожит, и Кэролайн, искоса поглядывая на напряжённого начальника и стараясь выглядеть невозмутимо, направляется в сторону выхода. Скорее бы скрыться с поля его зрения и переждать бурю где-нибудь в укромном месте, а кофе может заняться Меган.       — Прошу меня извинить, господа. Возьмём небольшой перерыв, а заодно у нас появится возможность пообщаться в менее формальной обстановке. Я дам необходимые распоряжения. Кэролайн прибавляет шаг и испуганно оглядывается, когда слышит вердикт Никлауса, быстро склонившегося за её трусиками и тут же последовавшего за ней.       — О нет... — как только дверь за её спиной закрывается, она переходит на полубег-полушаг, часто-часто семеня ногами и то и дело оглядываясь. Она должна, просто обязана скрыться, иначе ей не сдобровать, и гнев Клауса будет по-настоящему страшен. Всё же зря она решила подбросить ему своё бельё, и трусикам не место в кармане Никлауса. Совсем не место.       — Мисс Кэролайн Форбс! — его грозный голос достигает цели, и она испуганно оборачивается, вылавливая в коридоре фигуру преследующего её начальника. — Немедленно остановитесь... — он делает большие шаги, желая быстрее достичь видимо проигрывающую ему в скорости секретаршу.       Ну как? Как можно было так опозорить его? Только Кэролайн Форбс могла догадаться сделать такую гадость. Бельё. В его кармане. Немыслимо и так... эротично, ведь только сегодня утром он снял его со своей женщины.       — Простите, босс, — она кричит ему, уже скрываясь за углом и быстро снимая туфли. И чёрт с тем, что о ней подумают сотрудники, всё же своя безопасность важнее.       — Я убью тебя, Форбс. Убью, — шепчет Клаус, едва сдерживая улыбку и принимая как можно более серьёзный вид, когда по дороге встречается Меган, недоумённо оглядывающаяся назад. А это значит, что она встретила что-то странное, Форбс например. — Кхм... Меган, ты не видела мисс Форбс?       — Она зашла в архив, мистер Майколсон.       — Спасибо, и займись, пожалуйста, нашими гостями. Я скоро буду, — он благодарно кивает и, таинственно улыбаясь, идёт в нужное направление. — Архив, значит. Умно, мисс Форбс. Очень.       Там должно быть полно крепкой офисной мебели...