Капитолийская звезда

      На моем счету в банке лежит баснословная сумма денег. Содержание победителя двух игр позволило бы прокормить несколько дистриктов одновременно. Мои мучители дарят мне дорогие украшения из золота и драгоценных камней, шикарную одежду, переводят на мой счет деньги. Я не могу давать эти деньги кому – то кроме мамы и Прим. Но и им я не могу отдать все мои деньги, только на содержание дома и на продукты. Мне нельзя давать деньги, но подарки никто не запрещает отправлять, поэтому я посылаю подарки всем, кого знаю: лекарства, книги, одежду, сладости, игрушки, специально для Хеймитча регулярно отправляю ящик спиртного. Знаю, что все это порадует моих соотечественников. Эффи ругается на меня, но и ей я дарю щедрые подарки, поэтому она лично помогает мне выбирать их. Не знаю, догадывается ли моя сопровождающая, как я провожу ночи, но даже если и догадывается, то старается не показывать сего. За это я ей благодарна. На очередной вечеринке ко мне подходит высокая блондинка. Она тоже победительница. Ее зовут Лайм. Она победила три года назад. Девушка крепко обнимает меня и шепчет на ухо: - Спасибо, – потом, уже отстранившись, она еще раз повторяет, теперь громче. - Спасибо тебе, Китнисс. - За что? - недоумеваю я. - За то, что ты теперь звезда, - до меня не сразу доходит смысл ее слов. Она тоже когда-то была звездой. Но теперь внимание переключилось на меня. - Не за что, - бросаю я. - Не переживай, скоро новые «Голодные игры». Кто знает, может следующий победитель поможет тебе. Мы все через это проходим, - она держит меня за руки и разглядывает. Она очень красивая, немного старше меня, наверное, у нее было море поклонников. - Надеюсь, что так и будет, иначе, я заберу все деньги Капитолия, - Лайм улыбается. - Ты даже не представляешь, сколько денег в Капитолии. Так почему бы нам не постараться его разорить? Лайм ведет меня к своему столику, за которым сидят несколько человек – тоже победители игр. Все они старше меня, но никакого пренебрежения ко мне нет, напротив, они добродушно похлопывают по спине, рассказывают свои истории и подбадривают шутками. Ни слова об арене. Из разговора становится понятно, что каждый из них в свое время был звездой Капитолия. Кто-то месяц, кто-то год, а кто-то как Лайм – целых три года. После нее победители не вызывали такой интерес публики. Только я смогла отвлечь внимание на себя. Каждый из моих собеседников владеет собственным делом. Лайм имеет сеть магазинов одежды, Эдвард, ставший победителем десять лет назад, несколько крупных ресторанов, Мардж – 40 летняя победительница – занимается организацией праздников. Их жизни не закончились, потому что у них остались те, о ком нужно заботиться, родители, дети, родственники. Вспоминаю Хеймитча. Он тоже мог сейчас сидеть среди них и рассказывать о своем винном магазине или еще о чем-нибудь. Но ему не для кого было рисковать. Его лишили родных и близких. Впервые за несколько месяцев, проведенных в Капитолии, я улыбаюсь, разговаривая с победителями, и практически забываю, что ждет меня ночью. Но ночь близится, и спрятаться от нее невозможно. ***       Ждать оставалось недолго. Я пришла в свою квартиру и сразу же заметила кучу коробок на журнальном столике в гостиной. Сначала я подумала, что это очередные подарки от мучителей, но увидев почтовые марки и штемпель 12 дистрикта, поняла, что это за коробки. Это все подарки, которые я когда-то посылала Гейлу и его семье. Игрушки, сладости, одежда, посуда, охотничьи ножи – все это Гейл отправил обратно. Он всегда был гордым, но чтобы лишить свою семью угощений и полезных вещей – такого я от него не ожидала. Он ненавидит меня. Он презирает меня. Внутренний голос шепчет: - Ты сама этого хотела. Ты хотела, чтобы он забыл тебя, отказался от тебя. Да я этого хотела, но я не думала, что это будет настолько больно. Он не прислал даже письма с объяснением. Хотя чего уж тут объяснять. Ему ничего от меня не нужно. Он хочет, чтобы я навсегда оставила его в покое. - Не этого ли ты добивалась? Ты же не хочешь его обманывать. Да, я сама добивалась того, чтобы Гейл меня забыл. На что я вообще надеялась, посылая подарки? На то, что он не будет на меня злиться? Я же знаю, какой он гордый, он не позволял помогать ему, когда я еще жила в 12 дистрикте, а уж получать подарки из Капитолия он не согласился бы даже под страхом смертной казни. Я думала, что уже выплакала все слезы, но они вдруг текут из моих глаз. Я вспоминаю парня и рыдаю. Я очень зла, зла на себя, на Сноу, на весь мир. Я раскидываю посылки, швыряю их в стену, слышу звон бьющейся посуды и рыдаю. Немного успокоившись, я беру бутылку спиртного и выпиваю ее почти всю до дна. Горло горит, но зато истерика проходит. Запинаясь о разбросанные коробки, я бреду в спальню. Чувствую, что алкоголь начинает действовать. Смотрю на себя в зеркало: волосы растрепались, тушь растеклась, платье съехало и порвалось в нескольких местах. И становится смешно. Я смеюсь как сумасшедшая. Понимаю, что это истерика, но ничего не могу с собой поделать. Смотрю на часы: скоро придет мой очередной мучитель. Переодеваясь, мысленно рисую его портрет: пожилой, толстый, лысый, с зеленой кожей и фиолетовыми волосами. Мне кажется, что сегодня придет именно такой гость. Смеюсь над его глупыми ужимками и словами. Немного приведя себя в порядок (по крайней мере, мне так кажется), я чувствую, что хочу есть. Пожалуй, в истерике есть плюс - после нее я хочу есть. Я заказываю богатый ужин и сразу же приступаю к нему. Но не успеваю я съесть ложку риса, как в дверь стучат. На пороге, вместо представляемого мной толстого и лысого старикашки, стоит молодой, широкоплечий парень. Он одет в простые черные брюки и серый свитер. Он совершенно не похож на капитолийца. Его легко можно было бы принять за рядового жителя 12 дистрикта, если бы не идеально уложенные светлые волосы. Ни грамма косметики и блеска, ни одного перышка или бантика. Я даже моргаю несколько раз, уж не напилась ли я до белой горячки? Тем временем молодой человек подходит к столу и садится напротив меня. - Привет, – непринужденно говорит он. - Привет, – я отвечаю точно также. Мне совершенно плевать на этикет и правила. Парень проходит в кухню, замечает мой ужин и садится на высокий стул. - Я ужасно голоден, - он хватает со стола бутерброд и запихивает его в рот, а потом вдруг подмигивает мне. Как же они меня раздражают. Зачем заигрывать, зачем льстить? Ведь все понимают, что я не могу отказать, и в любом случае буду делать то, зачем меня покупают. - Меня зовут Пит Мелларк, – парень улыбается. - Сегодня я твой гость. Призраки погибших трибутов зло улыбаются и потирают ладони.