Капитолийская звезда

Пит Мелларк смотрит на меня, потом на бокалы шампанского и ухмыляется. Мой прошлый гость. Сегодня он в элегантном костюме, но все равно слишком прост для капитолийца. Никаких ярких красок, париков и блеска. - Отстань, – злюсь я. Никак не ожидала его увидеть. Мне почему-то становится стыдно и на щеках появляется предательский румянец. Я ставлю уже пустые бокалы на столик. Но парень только еще раз ухмыляется и шепчет, наклонившись к самому уху: - Очень красивое платье, неуважительно будет, по отношению к Цинне, если ты испортишь его. Я краснею и злюсь еще сильней. Он пытается меня пристыдить, унизить или просто издевается? Ничего не отвечаю, а просто сжимаю руки в кулаки. Сама вспоминаю, как вчера испортила очень красивое платье Цинны. Не хочется повторять вчерашний вечер. - Я не хочу снова тебя откачивать, Китнисс, – продолжает шептать парень. -Ты уж постарайся, чтобы мне не пришлось этого делать сегодня ночью, – его глаза блестят, и на лице сияет приятная улыбка. Он легко проводит ладонью по моим волосам. До меня тут же доходит смысл его слов. Я отстраняюсь и со страхом смотрю на него. Ну конечно, не получил того за чем пришел вчера, поэтому решил получить это сегодня. Мне вдруг становится очень холодно, и я покрываюсь мурашками. Сегодня именно он будет моим мучителем. - Здесь холодно, может пойдем потанцуем? - тем временем предлагает парень. Меня начинает трясти, а в груди начинает зреть знакомое чувство страха и отвращения. Не спасают даже мысли о доме и семье. Пора уже смириться, что я просто вещь, которую продают и покупают. Я никогда не знала, кто придет ко мне ночью, и от этого было не так мучительно терпеть вечеринки. Иногда мне даже было весело, особенно когда я встречала кого-то из победителей прошлых лет, например Лайм. Но сегодня мне нанесли удар в солнечное сплетение. На ватных ногах я следую за парнем. Может если не думать об этом, будет легче? Автоматически хватаю у проходящего официанта еще два бокала шампанского и выпиваю залпом. Пит смеется, но бокалы не забирает. Может, я снова напьюсь, и меня будет тошнить всю ночь? - Китнисс, милая, вы уже познакомились? – к нам подбегает Эффи, - мистер Мелларк, чудесный вечер. Все так прекрасно устроено. У вас чудесный дом, прекрасная атмосфера, музыка, еда, танцы, – Эффи восхищенно смотрит на моего спутника и сыпет одну похвалу за другой. - Рад, что вам понравилось, кстати, можете называть меня просто Пит. Нелегко угодить всем, но я старался. Вы еще не пробовали торт? - Эффи начинает щебетать с парнем, постоянно хлопая ресницами и глупо улыбаясь. Я тем временем отправляю в себя бокал за бокалом. Мне попадается не только шампанское, но, кажется, виски, может быть бренди. Был бы здесь Хеймич, он бы точно разобрался, что это за напиток. Но Эффи вскоре отвлекается от собеседника и, забирая у меня из рук спиртное, гневно шепчет: - Китнисс, это непростительно так напиваться. Не хватало мне, чтобы ты превратилась в Хеймича. Кажется, этот алкоголик плохо на тебя влияет, даже на расстоянии. - Да, мисс Тринкет, нужно за ней присматривать, - улыбается парень, - ее организм не воспринимает алкоголь. Если вы не против, мы потанцуем,- парень берет меня за руку и тянет на танцпол. Алкоголь уже начинает действовать, поэтому я легко поддаюсь. Он обнимает меня за талию одной рукой, а второй рукой поднимает мою ладонь и кладет себе на грудь. Я поднимаю на него глаза, но его взгляд направлен куда-то поверх моей головы. У него голубые глаза, мужественный подбородок и гладкая кожа. Это даже лучше, что он не смотрит на меня, я даже позволяю себе расслабиться и посмотреть по сторонам. Сама не замечаю, как кладу голову на плечо своего партнера. Музыка слишком медленная, такую редко услышишь на капитолийских вечеринках, алкоголь уже полностью овладел головой и телом. От парня приятно пахнет. Аромат легкий, свежий, совсем не похож на те приторные ароматы, которыми пользуются капитолийцы. Мне нравится этот аромат, я даже стараюсь вдохнуть его поглубже. Думаю о доме, завтра обниму Прим, буду гладить ее по голове. Ее волосы такие мягкие и, наверное, отрасли ниже пояса. Моя маленькая сестричка, я представляю, как зарываюсь в ее белокурые волосы и выслушиваю от нее нескончаемый поток историй. - Эй, дождись ночи, - я вздрагиваю, совсем не ожидала. Лежу на плече парня, одной рукой глажу его волосы на затылке, а другой поглаживаю мягкую ткань пиджака. Мне достаточно трех секунд, чтобы понять, что я делаю. Часто моргаю и хочу отстраниться от парня, но он крепко держит меня в объятиях. Лицо заливается краской, и я прячу взгляд. - Тихо, тихо. Не вежливо так себя вести, - он крепко сжимает меня. – На нас смотрят репортеры, - и парень продолжает меня кружить. Я теряюсь в пространстве и в итоге поддаюсь партнеру, который ослабляет хватку. Как я могла настолько расслабиться? Я вдыхала его запах. Я гладила его волосы. Что теперь обо мне подумают? Как это вообще выглядело со стороны? - У него такие же светлые волосы как у Прим, ты перепутала, – твердит мне внутренний голос, как бы оправдывая мой поступок, и продолжает: - А ткань, она такая приятная, мягкая, теплая, она напоминает лесной мох, которого так много в 12 дистрикте. Музыка заканчивается, и мы останавливаемся. Я все еще продолжаю двигаться по инерции, но наступаю на подол собственного платья и чуть не падаю. Меня вовремя ловит мой партнер. Он крепко держит меня под локоть и тянет на украшенную цветами сцену, на которой установлен микрофон. Ноги на высоких каблуках плохо слушаются, но парень крепко держит меня, помогая взойти по ступеням. Я миллионы раз поднималась на сцену, чтобы официально открыть вечер. Ничего сложного: улыбнуться, пожелать всем приятного вечера, поблагодарить хозяина за прием и все. Но никогда еще я не была настолько пьяной. Мы подходим к микрофону, и меня тут же ослепляют тысячи вспышек фото и видео камер. Я бы давно уже свалилась, но Пит крепко меня поддерживает. Я наваливаюсь на его плечо и только голову стараюсь держать прямо. На лице появляется заученная улыбка. - Здравствуйте, уважаемые гости, - произносит он в микрофон. - Я рад, что вы посетили мой скромный праздник, - Раздаются восторженные крики и аплодисменты. - Благодарю. Прошу вас чувствовать себя как дома. Веселитесь, наслаждайтесь угощением и напитками, - он смотрит на меня, загадочно подмигивает и добавляет, - мисс Эвердин желает вам приятного вечера и советует не увлекаться спиртным, иначе можно вместо приятного общения с гостями получить весьма неприятное общение с унитазом. Гости смеются, аплодируют и кричат. Камень брошен явно в мой огород. Во мне начинает бурлить злость. А парень продолжает: - Советую всем попробовать чесночной икры. Она просто великолепна. Скажу вам по секрету, мисс Эвердин ее просто обожает и просила, чтобы я специально для нее заказал это угощение. Желание моих гостей – закон, прошу подать бутерброды, - проворный официант тут же взбегает с полным подносом бутербродов. Вот мерзавец! Он издевается надо мной. Запах ужасный, но я улыбаюсь и с театральным удовольствием съедаю закуску, потом беру еще одну. Вот так-то! Пусть мне противно, но и тебе тоже будет противно сегодня Мелларк. Смотрю на парня, но он только улыбается. Он все еще держит меня за локоть. Мы стоим и позируем фотографам, в руке у меня бутерброд, который я не могу съесть. Тошнота уже подступает к горлу, а фотографы никак не уходят. Голова начинает кружиться и я думаю, что вот –вот меня вырвет прямо в прямом эфире, на глазах у всего Панема. Парень смотрит на меня и подает знак репортерам и фотографам, что съемка закончена. Он помогает спуститься со сцены и ведет куда-то прочь из зала. - Совсем не обязательно было есть его, Китнисс, - он выводит меня к туалету и заходит вместе со мной в свободную кабинку. Я с удивлением смотрю на него. - Выпей, – парень достает из внутреннего кармана пиджака маленький флакончик с зеленой жидкостью. - Что это? - удивляюсь я. - Это лекарство, давай, выпей и тебе станет легче. Тебя вырвет и все пройдет. Я опять краснею. И отвожу глаза. Не хочу, чтобы он смотрел, как меня тошнит. Он как будто читает мои мысли. - Да ладно, я уже все видел вчера. А если ты не прочистишься, то не дотянешь до интервью. Думаю, что президенту это не понравится. Поднимаю на него взгляд. Вспоминаю Прим. Только ради нее. Я беру у него флакончик и говорю: - Выйди,- он послушно выходит из кабинки, но не из туалета. Я немного медлю, но потом выпиваю содержимое маленькой бутылочки. На вкус очень приятно, пахнет мятой и медом. Я задираю платье и встаю на колени перед унитазом. Туфли тоже решаю скинуть. Волосы спадают на лицо, стараюсь их захватить руками, но выпускаю подол платья и, путаясь, валюсь на бок. Слышу легкий смешок, и тут же сильные руки поднимают меня. Парень устраивает меня в прежнее положение, только захватывает волосы руками. Как раз вовремя - я тут же извергаю из себя все съеденное и выпитое за сегодня. Сразу же становится легче. Даже голова немного проясняется. Парень поднимает меня на ноги, разворачивает к себе лицом. Я не смотрю на него: слишком стыдно. Он ведет меня к раковине – я умываюсь. - Все нормально? – голос серьезный и беспокойный. - Да, –шепчу я. Смотрю на себя в зеркало, поправляю прическу и макияж. Пит исчезает и через мгновение появляется снова с моими туфлями. Наклоняюсь, чтобы надеть туфли, но алкоголь еще управляет моим организмом, и я чуть не падаю на кафель. Он снова не дает мне упасть, уже который раз за вечер. Пытается выглядеть хорошеньким в моих глазах? Или просто помогает мне не разбить нос? Подняв меня, он быстро наклоняется и берет меня за ногу. По спине тут же начинают бежать мурашки – не выношу прикосновений. Но парень просто помогает мне надеть туфли, немного поднимая длинный подол платья. В туалет заходит кучка изрядно подвыпивших девушек. Они громко смеются, и не сразу нас замечают, но когда замечают, то замолкают и с интересом смотрят на нас. Интересно, что они себе представляют? Подол моего платья лежит на плечах парня, а сам он сжимает мои ноги. Но парня вроде это не смущает. Он оправляет мое платье, поднимается, берет меня за руку и, извинившись перед девушками, выходит из туалета. Я слепо следую за ним. Мне стало гораздо лучше, больше не тошнит, но голова слегка кружится. Я пытаюсь идти сама, но у меня это плохо получается, я путаюсь в подоле, подворачиваю ноги, и в итоге снова облокачиваюсь на плечо своего сопровождающего. - Где ты была? – к нам тут же подбегает Эффи. Она вопросительно смотрит на меня, потом на моего спутника. - Там уже собралась сотня журналистов, чтобы взять интервью. И все ждут только … вас, - она с упреком смотрит на меня и с улыбкой на парня. - Прошу вас, не стоит так переживать, репортеры никуда не убегут, – вежливо произносит Пит. - Я показывал мисс Эвердин свой дом. Из меня вылетает нервный смешок. Наш осмотр ограничился лишь туалетом. Но Эффи, успокаивается и ведет нас к большой арке украшенной цветами. Там столпилось куча репортеров с камерами. Мы проходим под арку и меня опять ослепляет яркий свет. Я невольно наваливаюсь на своего соседа, чтобы не упасть. Они задают вопросы. Мне и Питу. Мы по очереди отвечаем, парень шутит, я стараюсь, чтобы мои ответы были хотя бы связными. - Мистер Мелларк, вы организовали две прекрасные игры. Они действительно стали самыми зрелищными за последние 10 лет. Квартальная бойня вне всяких сравнений. Скажите, что ожидать в этом году? Я тут же покрываюсь мурашками, меня пронзает волна боли и отчаяния. До меня постепенно доходит смысл вопроса. Пит Мелларк - распорядитель «Голодных игр». Это он два раза пытался меня убить. Призраки погибших трибутов нервно перешептываются между собой и поглядывают на меня.