Капитолийская звезда

Привожу в порядок свой макияж и прическу. Гейла мне не вернуть – пора бы уже смириться. Он не хочет ничего принимать от меня. Но помощь им нужна - Хейзел явно дала понять. Нужно найти способ незаметно от Гейла передать ей деньги. Она возьмет. Не ради меня – ради детей. Внезапно слышу выстрелы и громкие крики. Выбегаю на дорогу. На луговине, возле забора двое миротворцев избивают кого-то дубинками. Мимо меня пробегает еще трое. Они кого-то скрутили и ведут в дом правосудия. Когда проходят мимо меня, я замечаю, кого они ведут.Это Гейл. Лицо разбито, вся одежда залита кровью. Он еле передвигает ногами. - Гейл, – я не узнаю свой голос. – Гейл... отпустите его. - я подбегаю к миротворцам. - Прочь пошла, – рявкает кто-то. - За что вы его поймали? - не отстаю я. - Нарушил закон, – миротворец протягивает руку. В руке мертвая птица. - Он говорит, что подобрал ее возле забора, она уже была дохлой. Но такие птицы водятся только в лесу. - Прошу вас, отпустите его. Он ни в чем не виноват. Он сказал правду, я видела эту птицу. Она валялась возле забора. Разве запрещено подбирать падаль? Я нервно дышу. Они все остановились и теперь смотрят на меня. Гейл, похоже, потерял сознание, потому что перестал двигаться, а просто повис на руках миротворцев. - Как зовут? - обращается ко мне командир. - Китнисс Эвердин, – громко отвечаю я. «Эвердин… Победитель… Это же Китнисс Эвердин… Из Капитолия приехала. Парень, вроде ее знакомый», - раздаются фразы среди миротворцев. - Мисс Эвердин, я капитан Колдуэл, - командир здоровается со мной и выглядит смущено. - Мои ребята, заметили этого нарушителя у забора. Хотя к забору подходить запрещено. Даже, если он и просто подобрал эту птицу, мы должны его отвести в штаб для выяснения обстоятельств. - Капитан Колдуэл, – мой голос становится слаще меда, а на лице появляется самая приветливая улыбка, – я родом из этого дистрикта. И с детства знаю этого парня. Его зовут Гейл Хотторн. Он ненормальный. У него не все хорошо с головой, – вру я и даже не краснею. Нужно спасти парня. – Спросите любого, он часто ходит по дистрикту и собирает всякую ерунду,- миротворец недоверчиво смотрит на меня. - Вы же недавно приехали, и еще не успели ко всему привыкнуть. Этот парень, он совершенно глуп, он не понимает, что делает. Он совершенно безумен, – да простит меня Гейл. Я должна убедить миротворцев, – он не первый раз подходит к забору, пару раз его хорошенько ударило током, все думали, что он раз и навсегда перестанет туда ходить, но как видите… - Сумасшедший? - Да, совершенный дурак, – киваю я и с сочувствием смотрю на Гейла. – Отпустите, его. - Я не могу, мисс Эвердин, это противоречит инструкции, – он выглядит растерянным и оглядывается на своих парней. - Капитан, - я кладу руку на его плечо и тихо говорю, чтобы слышал только он, – не обязательно всегда следовать инструкции, иногда, отступление от правил приносит гораздо больше выгоды, чем точное следование им, - снимаю кольцо с большим зеленым камнем и кладу в нагрудный карман капитана. – Прошу вас, пожалейте этого несчастного. Я только что дала взятку. Что если он ее не примет? Меня тоже схватят и посадят в тюрьму. Смотрю в глаза командира. Он растеряно улыбается. Потом поворачивается к миротворцам. - Ребята, отпустите этого ненормального. Мисс Эвердин говорит правду. А если он не в себе, то нам может не поздоровиться. К дебилам отношение особое. Мы сюда приехали, чтобы не допустить восстания, а не дебилов ловить. Они бросают Гейла на землю, но уходить не торопятся. - Мисс Эвердин, можно автограф? – наконец, решается кто-то из них. - Конечно, для вас, что угодно, - я быстро чиркаю свои каракули на бумажках. В голове застряла мысль о восстании. Что за бред? Какое восстание в нашем дистрикте? На Гейла стараюсь не смотреть. Он сильно изранен, но я не могу сейчас к нему подойти. Вижу, как он начинает шевелиться и тихо стонет от боли. Его нужно срочно отвести к моей маме. - Мы можем вам чем-нибудь помочь? - смотрят на меня миротворцы. - Было бы чудесно, если бы вы проводили меня до дома, а то мне не хорошо при виде этого парня, - я киваю на стонущего Гейла, - или может быть, вы отнесете его домой? Он кажется, живет где-то здесь. Никогда не получалось управлять толпой. Ужасно боюсь, что они раскусят мою игру, но миротворцы слишком хотят угодить мисс Эвердин. Впервые в жизни я благодарна моей популярности. Она гораздо сильнее меня. Я делаю вид, что не знаю точный дом, где живет парень, но конечно я его прекрасно знаю. Указываю на знакомую дверь. Миротворцы стучатся, и вскоре на пороге появляется Хейзел. Она бледная и в глазах страх. - Кажется, здесь живет Гейл? - говорю я. Женщина смотрит на меня и не может ничего ответить, лишь кивает головой. - Отлично, его нашли на луговине, - произносит Колдуэл, - что произошло, мы не знаем. Мисс Эвердин любезно согласилась помочь. Могли бы сказать спасибо, что его не забрали в тюрьму. - Спасибо, – шепчет Хейзел. Миротворцы заносят бесчувственного Гейла в дом. Взглядом стараюсь показать Хейзел, что так нужно ради его же безопасности. Миротворцы провожают меня до дома. Всеми силами стараюсь показать, что уже забыла про Гейла, но душа просто обливается кровью. Стараюсь, смеяться над их шутками и улыбаться комплементам. Даже приглашаю их домой на чай. Но они отказываются. Машу им рукой, а как только они скрываются за поворотом, тут же бросаюсь домой. - Мама, Мама, Мама! - кричу я. - Где ты была?- из гостиной выходит Эффи, - еще 15 минут и мы бы опоздали на ужин к мэру. - Плевать, - отмахиваюсь я. - Как ты можешь, Китнисс? - Мама! - снова ору я. - Немедленно собирайся! - Что такое, дорогая? – мама выглядывает из кухни. Она удивлена. Я никогда ее так не звала. - Мама, - я бросаюсь к ней на шею и быстро шепчу, чтобы не услышала Эффи, - Гейла избили миротворцы, он дома, ему нужна помощь. Умоляю, спаси его. Она молча кивает головой и тут же скрывается в кухне. Слышу, как она хлопает дверцами - собирает все необходимое. Нужно отвлечь Эффи. Я хватаю ее за руку и тяну наверх - в свою комнату. - Ты же не хочешь опоздать, - рычу я в ответ на ее просьбы не тянуть. Лишь бы с ним все было в порядке. Весь ужин я думаю о Гейле и молю небеса, чтобы все было хорошо. Мама спасала и не таких больных. Эффи постоянно дергает и толкает меня в бок. Но я совершенно не могу сконцентрироваться на беседе и то и дело говорю что-то невпопад. - Да что с тобой? - говорит Эффи, когда мы выходим из дома мэра. Она обижена на меня, но мне все равно. Все мысли только об одном. Захожу в дом. Прим спит. Мамы нет. Почему она так долго? Неужели все так серьезно? Быстро скидываю платье и переодеваюсь в штаны, свитер и выскальзываю за дверь. Бегу к дому Хотторнов. Дверь не заперта и я вхожу. Гейл лежит на столе и тихо стонет. Глаза закрыты. Он в одних штанах и я вижу, что его тело покрыто синяками. Миротворцы били его дубинками – могли и отбить что-нибудь. Сердце сжимается от увиденного. Хейзел тихо рыдает в углу, дети лежат в кроватях, но я знаю, что они не спят. Мама хлопочет у плиты – варит какой-то отвар. - Хорошо, что ты пришла, мне нужна помощь, – тихо говорит она. – Ему нужно вправить плечо. Будешь его держать. Я молча киваю. В такие моменты мама становится командиром. Она полна решимости, в ней столько силы, что я чувствую себя ребенком. Вот бы она всегда была такой живой и участливой. Молча следую за ней. Лицо Гейла распухло. Губы и бровь разбиты. Глаз заплыл. Мама наливает отвар в стакан и дает его Хейзел. Та послушно пьет. - Держи его крепко, а я буду дергать. Мама берет парня за руку, а я обхватываю его тело и наваливаюсь, стараясь все же не причинять боли. Он открывает глаза и начинает стонать? - Не трогай меня… - У него бред, – тихо говорит мама, а потом неожиданно дергает его руку, и дом наполняется диким криком. Ему больно. Но он тут же облегченно выдыхает. Мама подносит к его губам воду и заставляет пить. Я плачу. Это я во всем виновата. - Пусть, она уйдет. Не могу ее видеть… - стонет Гейл. Мама кивает мне и я послушно выхожу на улицу. Сажусь на крыльцо и смотрю в ночное небо. Он ненавидит меня. Он страдает из-за меня. Он голодает из-за меня. Я во всем виновата. Лучше бы я умерла на арене. Но теперь, уже поздно. Мне вечно гореть в этом огне. Я приношу только страдания. Я никого еще не сделала счастливым. Мама выходит примерно через час. Она выглядит уставшей. - С ним все будет хорошо, – тихо произносит она. - Спасибо, – выдавливаю я. - Что произошло, Китнисс? - Я потеряла его, мам. - Зато он остался жив, думаю, это лучше. Мы обе прекрасно знаем, что она говорит об отце. Пусть Гейл бежит от меня как от прокаженной, зато, он будет жив. Призраки погибших трибутов одобрительно кивают головой.