Капитолийская звезда

Просыпаюсь в больничной палате. В руке торчит игла от капельницы. Голова, да и вообще, все тело ноет от боли. Очень хочется пить. Пытаюсь встать, чтобы осмотреться кругом. Но даже голову поднять трудно. Со стоном ложусь обратно. - Привет, наконец-то очнулась? – cо стула возле моей кровати поднимается Прим. Я ее и не заметила. – Что-нибудь хочешь? Я только киваю головой. - Пить?- догадывается она и быстро подносит стакан с водой к моим губам. Я жадно выпиваю его до дна. - Спасибо. Сколько я уже тут лежу? - Два дня. - Два дня? – округляю я глаза. - Да, ты потеряла сознание в планолете. Видимо, сильное переутомление. Но теперь все будет хорошо. - Конечно, ты же за мной присматривала. - Вообще-то, я только ставила тебе капельницы. Присматривали за тобой Пит и Гейл. Они поочередно дежурили возле твоей кровати. Сначала Гейл, потом Пит. Я пришла около часа назад. Как ты себя чувствуешь? - Как будто меня переехал поезд. - Это от падения. Пит сказал, что тебя отбросило взрывной волной. Кстати, я видела ролик. Китнисс, теперь мы точно сможем поднять восстание. Твой призыв…он такой живой. Я чувствую, что что-то изменится. - Что изменится? - Ты даешь людям надежду. Только одно это может изменить все. Я тяну руки к сестре, чтобы обнять ее. Она делает то же самое. - Какая же ты у меня становишься взрослая и умная. Я люблю тебя, – ласково произношу я в ухо сестре. - Я тоже тебя люблю, Китнисс, но тебе отдыхать нужно, – она высвобождается из моих объятий. - Через час принесу тебе ужин, а пока можешь поспать. Прим выскальзывает за дверь. Я морщусь, поворачиваясь в постели. Спать мне совсем не хочется, поэтому я пытаюсь сесть. Даже, если тело не подчиняется, нужно заставить его. «Соперник не даст поблажки» - вспоминаются слова Боггса. Я через силу, стиснув зубы, поднимаюсь на локтях. Жду, пока боль немного утихнет. Потом поднимаюсь на руках и сажусь на кровать. От резкого движения, начинает кружиться голова и темнеет в глазах. - Эй, далеко собралась? Тебе отдыхать надо, – громкий голос Гейла приводит меня в чувства. – Прим сказала, что ты пришла в себя, – он укладывает меня обратно на кровать, не обращая внимания на мои жалкие попытки сопротивляться. - Но мне нельзя лежать, Сноу не будет ждать. - Китнисс, прекрати брать всю ответственность только на себя. Ты не должна в ущерб себе работать на Мелларка и Койн. Ты хорошо потрудилась в восьмом. Теперь твоя задача отдыхать, а работают пусть они. Нет, только не разговор на эту тему. Я уже давно решила, что мне делать, кого слушать и кому и что я должна. Не хочу спорить с Гейлом. Я послушно ложусь на кровать. - Прим сказала, что ты сидел всю ночь возле меня, пока я была без сознания. - Да, одну ночь. Я бы просидел хоть неделю, если бы не твой мнимый женишок. Он воспользовался своим положением, мерзкий капитолийский выро… - Гейл, прекрати, - обрываю я парня. – Я благодарна тебе за то, что был рядом. - Я всегда буду рядом, Кисскис. Я смогу защитить тебя от Капитолия без всякого притворства и обмана. - Слишком поздно, – качаю головой. - Никогда не поздно. Ты можешь послать этого Мелларка куда подальше. Можешь сниматься в роликах одна. - Нет, не могу. Пит помогает мне. - Помогает? Чем? Своими поцелуями и объятиями? – Гейл вскакивает на ноги и принимается ходить по больничной комнате. - А тогда, в его комнате, когда я вас застукал, вы что репетировали предстоящую съемку? Ты что не видишь, какими глазами он на тебя смотрит? - Гейл, мы уже говорили на эту тему, я прошу, не начинай все снова. - Я люблю тебя. Я не могу спокойно смотреть, как ты обнимаешься с другим, даже, если того требует ваша чертова игра. - Ты ведешь себя эгоистично. - Правда? Почему это? Может, потому что моя девушка целуется с другим? - Я не твоя девушка. Ты меня прогнал, ты отказался от меня. - Но я не знал, что ты вынуждена исполнять приказы. - Ты меня даже слушать не стал, а я хотела все тебе объяснить. - Все совершают ошибки. Я признал свою вину. - Думаешь, мне от этого легче? Как я могу быть уверена, что в следующий раз ты поверишь мне, а не кому-нибудь другому? Как я могу быть уверена в том, что ты меня не бросишь, узнав какие-то компрометирующие меня факты. - Есть что-то, чего я не знаю? Помимо того, что ты была капитолийской звездой, обманывала всех и давала взятки миротворцам? Так, похоже, что Гейл не знает, что президент продавал мое тело. Не хочу от него что-либо скрывать. Но язык не поворачивается сказать об этом. Набираю в грудь воздуха побольше, чтобы рассказать, кем я на самом деле была в Капитолии, но дверь открывается и в комнату заходит Мелларк. - А вот и женишок, – усмехается Гейл. – Я пойду, Кисскис, а то меня сейчас стошнит от этой слащавости. Еще увидимся, – брюнет выходит за дверь. - Прим сказала, что ты пришла в себя, – будто бы не услышав колкости в свой адрес, говорит Пит. – Как себя чувствуешь? - Спасибо, нормально. - Он тебе ничего не сделал? - Нет. Гейл не причинит мне вреда. - Я бы так не думал. Ты видела, какими глазами он на тебя смотрит? - И ты туда же? Знаете что? Меня ваша любовь и ревность уже достала. Если ты пришел, чтобы разговаривать со мной о Гейле, то можешь сразу уходить. - Извини. Я пришел тебя проведать. - Когда у нас собрание? - Собрание? - Да я хочу пойти на него. - Нет, ты слишком слаба. Тебе нельзя на собрание. - Я не могу сидеть в четырех стенах. К тому же не хочу, чтобы меня считал слабой. Потеряла сознание во время вооруженного налета. Разве символ революции может себе позволить такую роскошь? - Это не роскошь. Это переутомление, плюс сильный удар о землю. - Все равно, я не хочу, чтобы Койн лишний раз радовалась моей слабости. - Собрание сегодня после ужина. - Можешь зайти за мной? - Конечно, – он улыбается – у меня еще несколько дел, я зайду после ужина. - Пит, – он уже доходит до двери и оборачивается, когда я окликаю его. - Да? - Спасибо, что был со мной… там в восьмом. - Но я не сдержал слово, я отпустил тебя и ты пострадала, – он быстрыми шагами возвращается к моей кровати и садится рядом со мной. – Если бы я не отвлекся на карты и маршруты, которые показывала Пейлор, мы смогли бы спрятаться. Я увел бы тебя. - Нет, я не об этом. Спасибо, что помогаешь мне. Поддерживаешь. - Всегда пожалуйста. Но тебе не требуется моя помощь, ты сама все делаешь блестяще. - Это ты. Я не могу объяснить, но это твоя заслуга. - Давай не будем спорить. - Не представляю, чем я тебя смогу отблагодарить? - улыбаясь говорю я, но тут же осознаю сказанное. Чем я могу отблагодарить Пита? Человека, который любит меня. Только своей взаимностью. Но ее то я и не могу дать. Видимо прочитав мои мысли, Пит тихо говорит: - Ты мне ничего не должна. Просто постарайся себя беречь. Твоя безопасность – главное для меня, - он встает и выходит из комнаты. Гейл и Пит. Они такие разные. Одного я знаю с детства, с другим знакома всего лишь несколько месяцев. Гейл такой импульсивный, вспыльчивый, нетерпимый. Он может вспыхнуть от малейшей искорки. Я думала, что могу довериться ему, но теперь боюсь его реакции на любое свое заявление. Я думала, что люблю Гейла, но теперь не уверенна, что это так. Я была уверенная, что ненавижу Пита, но и в этом я теперь сомневаюсь. Этого парня невозможно ненавидеть. Он такой добрый, заботливый, уравновешенный. Он полная противоположность Гейлу. Стоп. Кажется, я пытаюсь уверить саму себя в том, что Пит лучше Гейла. Но это не так. Или так? Пит никогда меня ни в чем не упрекает и не обвиняет. Он не требует от меня того, чего я не могу дать. Гейл же наоборот – требует от меня невозможного. Ну как он не может понять, что я это делаю только ради безопасности Прим. Я не создана для любви. Я не хочу думать о мужчинах. По крайней мере, не сейчас. Война – не лучшее время для этого. Я не могу выбирать между ними двумя. Я не люблю ни одного из них. То, что я считала любовью к Гейлу – было всего лишь попыткой отделаться от кошмаров. Я давно понимала это, но отказывалась признаться самой себе. Я люблю Гейла, но только как брата. Он был рядом в трудную минуту, он смог мне помочь. Теперь мне помогает Пит. Теперь, главное не допустить, чтобы признательность к Питу не переросла в притворную любовь. Как же это сложно. Как же это не справедливо. Я ужасный человек. Использую других в корыстных целях. Прим отвлекает меня от размышлений. Она приносит мне ужин, и я съедаю все до последней крошки. Потом прошу сестру принести мне одежду. Я ведь не могу появиться перед Койн в больничной рубашке. Переодевшись, я заглядываю в зеркало. На меня смотрит бледная, растрепанная девушка. Такое ощущение, что она не причесывалась недели две. Я быстро распутываю волосы рукой, заплетаю косичку, заправляю выбившиеся пряди и умываюсь. Стало лучше, но не намного. Щиплю себя за щеки, чтобы появился румянец. - Китнисс, ты им в любом виде нравишься, – говорит Прим и заговорщицки улыбается. – Они сидели возле тебя, когда ты бредила и кричала что-то во сне, и не убежали, хотя было довольно страшно. - О чем ты? – я делаю вид, что не понимаю. - Да ладно, ты же знаешь, что они оба влюблены в тебя. - Прим, я не могу сейчас думать о парнях. - Просто ты запуталась. Ты не знаешь, в кого из них влюблена. Раньше был только Гейл, но теперь появился Пит, который во многом превосходит Гейла. Я не говорю, что Гейл плохой, просто… - Прим, как я могла пропустить тот момент, когда ты так выросла. Вот уж не думала, что младшая сестра будет давать мне советы, как общаться с парнями. - Это слишком заметно и только ты не хочешь признать очевидное. - Пожалуйста, давай не будем об этом говорить. Ты права, я запуталась, я не понимаю своих чувств. Но сейчас не лучшее время для любви. - Для любви вообще нельзя подобрать какое-то определенное время. Она либо есть, либо ее нет. - Значит, у меня ее нет. Я не люблю ни одного из них. - Не умеешь ты врать. - Так, утенок, хватит учить меня. Лучше дай мне какое-нибудь обезболивающее, – Прим смеется и достает из кармана шприц. Поставив мне укол, она уходит проверить нескольких пациентов. Я ложусь на кровать и жду, когда подействует лекарство. Постепенно ощущаю, как по телу разливается приятное тепло, мышцы расслабляются, а боль исчезает. Я закрываю глаза. Как же приятно не ощущать боли. - Китнисс, ты спишь? – тихий шепот над самым ухом. Я резко открываю глаза и встречаюсь со взглядом Пита. – Я думал, ты спишь. - Нет, просто лежала. - Не раздумала идти? - Нет. - Тогда, пойдем. - Да конечно, - хватаюсь за протянутую руку.