Капитолийская звезда

Открываю глаза, но темнота никуда не исчезает. Я несколько раз моргаю, чтобы прогнать темноту, но все мои попытки тщетны. Мне требуется некоторое время, чтобы понять, что темнота не в моих глазах, темнота - кругом. Я нахожусь в каком-то темном помещении. Лежу на бетонном полу, под головой свернутая куртка. Прислушиваюсь и различаю дыхания нескольких человек. Сажусь и стараюсь рассмотреть, кто лежит рядом. - Пит? – шепотом зову я. - Дай ему поспать, он просидел возле тебя почти все время, пока мы здесь, – отвечает Лайм, тоже шепотом - Лайм, где мы? - В каком-то подвале. - Кто еще выжил? - Шесть человек из отряда победителей, Боггс, два оператора, мальчишка Джош и твой красавчик брюнет. - Гейл жив, – выдыхаю я. - Ага, только надышался дыма. И обгорел немного. Боггс ранен в ногу. Почти всех сильно порезало стеклом. - Сколько мы тут уже находимся? - Не знаю. Около суток. Есть охота. У тебя нет ничего в рюкзаке? - Нужно экономно использовать провизию, – раздается слабый, но командный голос Боггса. – Кто не спит? Оказалось, что почти никто не спал, кроме Пита, да Гейл был все еще без сознания. Крессида включила свет на камере и все принялись оглядывать подвал. Лайм оказалась права – все были ранены осколками. Нога Боггса перебинтована, а сам он был ужасно бледным. Джош держался за руку. Еды ни у кого не было, так же как и воды. Мы не могли долго оставаться здесь, рискуя умереть от жажды. Крессида предложила сделать небольшую вылазку и поискать провизию. Других вариантов все равно не было, поэтому Боггс согласился. Решено было отправить Крессиду, так как она единственная, помимо Пита, который спал, знала Капитолий, и меня, так как я единственная получила меньше всего ранений (потому что, как оказалось, меня прикрыл Пит). Взяв свой лук, я последовала за Крессидой. Она уверенно повела меня по пыльным коридорам. - Пока Сноу думает, что мы все сгорели в канализации, но вскоре они обнаружат, что нескольких человек не достает. Мы в относительной безопасности, нас не ищут, но у нас очень мало времени, - тихо проговорила моя спутница. – Мы ушли не далеко от того места, где был взрыв и если нас начнут искать, то быстро найдут. - Нам нужно уходить. Только вот куда? - У меня есть одна идея. Только это очень опасно. - Что за идея? - В Капитолии тоже есть повстанцы, нам просто нужно до них добраться и попросить помощи. - А если они не помогут? Они же могут просто испугаться. - Только не Цинна. - Цинна? - Ну конечно, если он еще жив, то обязательно поможет. - Что значит, если жив? – мой голос дрожит. - Сноу не дурак, он прекрасно знает, кто сшил твою одежду. Но все же, я думаю, что он не будет убивать его. Цинна приносит большие деньги президенту. Его наряды пользуются колоссальным спросом. Нужно увидеться с ним. - Но как? - Мы проберемся в одну из квартир и позаимствуем у хозяев одежду. Переоденемся и незамеченными доберемся до Цинны. Только у нас очень мало времени. Я не совсем поняла план Крессиды, но решаюсь ей довериться. Мы поднимаемся из подвала и попадаем в холл жилого дома. Поднявшись на самый верхний этаж, мы стучим в одну из дверей. Нам открывает пожилой мужчина. Я пускаю ему в грудь стрелу – он падает, не издав ни единого звука. Мы с Крессидой тут же забегаем в его квартиру и закрываем дверь. Я благодарю небеса, за то, что больше никого дома не оказалось. Крессида оттаскивает тело мужчины на кухню и, возвратившись, тут же начинает распахивать все шкафы. Меня поражает ее хладнокровие. Мы находим несколько париков, море косметики, сотню платьев, костюмов и обуви. Быстро смыв с себя грязь и кровь, мы переодеваемся. Крессида накладывает нам искусный макияж, и теперь мы уже похожи на обычных жительниц Капитолия. Свою одежду мы прячем в этой же квартире. Крессида берет пистолет, а вот мой лук приходится оставить. Сделав быстрый вдох и выдох, спускаемся вниз и выходим на улицу. На нас никто не обращает внимания. Люди куда-то торопятся. По улицам ходят патрули миротворцев. Привычная веселость, свойственная капитолийцам, будто улетучилась. Война пробралась и сюда. Она никого не обошла стороной. Капитолийцы в страхе и плохо это скрывают. Крессида уверенно ведет меня по улицам столицы, что-то рассказывая про свою собаку. Я делаю вид, что слушаю и даже иногда смеюсь в ответ. Наконец, мы доходим до высокого дома, на первом этаже которого располагается огромный магазин. Крессида тянет меня за руку и заводит внутрь. К нам подходит молодая девушка и спрашивает, нужна ли нам помощь. - Да, моя подруга хочет прикупить наряд, точнее заказать. Скажите, мастер на месте? – Крессида нарочно усиливает свой еле заметный капитолийский акцент. - Да, конечно, – девушка исчезает и через несколько секунд выходит вместе с Цинной. Мое сердце тут же делает кувырок в пятки и обратно. Мой стилист похудел и осунулся, под глазами – залегли глубокие тени. Он сильно хромает на левую ногу и я замечаю, что рука у него забинтована. Он приветливо улыбается нам, оценивающе осматривает с ног до головы, несколько секунд задерживает взгляд на моем лице и приглашает нас присесть на диван. Я почти уверенна, что он сразу же нас узнал. Хочу броситься к нему на шею, обнять, расспросить, что с ним происходит. Но вместо этого широко улыбаюсь. - Рад вас приветствовать в своем ателье. Что бы вы хотели? - Если бы мы знали, что хотели, то не спрашивали вас, – отвечает Крессида. – Нам нужна помощь профессионала. - Понимаю, – кивает Цинна. - В таком случае, пройдемте в примерочную. Девушка-помощница приносит несколько платьев, я захожу в кабинку и мужественно примеряю одно за другим. Цинна смотрит, что-то записывает в блокнот, а потом заходит в примерочную и начинает помогать мне надевать и снимать платья. - Я думаю, что смогу вам помочь, хотя это будет не просто. У вас своеобразная внешность, - произносит Цинна. – Вы можете приехать ко мне в мастерскую? Чтобы мы смогли плодотворно поработать над заказом. Цинна говорит двусмысленно, но я понимаю, это для того, чтобы не привлекать внимание. Возможно, в его ателье стоят камеры. - Конечно. Вы меня просто спасете. Вы не представляете, как мне нужна ваша помощь, – говорю я. - Ну тогда, сегодня в десять вечера. Адрес вам даст моя помощница. Стилист разворачивается и уходит, не оборачиваясь на меня. Мы выходим из ателье и идем обратно к нашему дому. Крессида, опять что-то рассказывает, а я стараюсь смеяться, только вот теперь у меня плохо получается. Я думаю, а что если Цинна не сможет нам помочь? Что если наш план провалится? Наконец мы доходим до дома. Крессида направляется в ту, квартиру, хозяина которой я убила. Вспоминаю, что нам нужно найти еду и воду, да еще и одежду взять для остальных. Им придется переодеться, чтобы незамеченными пройти по городу. Времени у нас остается все меньше и меньше. Мы собираем немного еды, воды и складываем в рюкзак Крессиды. В мой я складываю одежду и косметику. Остальное мы надеваем на себя. Уходя, Крессида запирает дверь. Осторожно спустившись в холл, мы скрываемся в подвале. В темноте, да еще с тяжелыми рюкзаками идти трудно. Крессида пыхтит и тихо ругается. Я несколько раз спотыкаюсь и чуть не падаю. Наконец, мы видим тусклый свет впереди. - Почему так долго? - Где вы были? - Все в порядке? - Нашли еду? На нас накидываются все одновременно. Пит и Джош подбегают и помогают снять рюкзаки и верхнюю одежду. - Все хорошо? – шепотом спрашивает Пит. - Да, – киваю я. - Что с вами? - смеется Джош. Мы с Крессидой смываем яркие краски с лица и рассказываем. Точнее, рассказывает Крессида, я только киваю в знак согласия и иногда вставляю редкие фразочки. Крессида рассказывает про Цинну и про наш план. - Это опасно, – отрицательно кивает головой Боггс. - Мы можем сидеть здесь и ждать, когда нас найдут миротворцы Сноу, а можем попробовать убежать. Если нас поймают, в любом случае мы умрем, – вступается Лайм. – Кто за то, чтобы сидеть здесь и помирать от голода? – никто не поднимает руки. - А кто за то, чтобы попробовать план Китнисс и Крессиды? - руки поднимают все кроме Боггса и Пита. - Извините, мужчины, но почти единогласно, - пожимает плечами Лайм. Все разбирают еду и садятся есть. - Вы правы, сидеть в подвале и ждать, пока нас найдут – не вариант. Нужно уходить и как можно скорее. Но обращаться за помощью к Цинне… это может быть ловушкой, – говорит Пит, садясь рядом со мной. - За ним могут следить. В его мастерской могут устроить западню, и мы сами придем в руки к Сноу. - У тебя есть другие варианты? - с набитым ртом спрашивает Лайм. - Да, я как раз думал над одним из них. - То есть мы зря рисковали? – вскрикивает Крессида. - Вы поступили очень легкомысленно, могли бы и посоветоваться со всеми. Мы тут с ума сходили, когда вы не вернулись через полчаса. - Пит, мы проголосовали, большинство за то, чтобы отправиться к Цинне, – возмущается Лайм. - Ладно, только давайте разделимся. И будем группами добираться до мастерской. Нужно придумать условный знак. Если все будет в порядке и никакой засады не будет, то первый, кто доберется до Цинны, подаст какой-нибудь сигнал. Например, откроет окно. Если окно не откроется, то это ловушка и нам придется искать убежище в другом месте. Все соглашаются с этим предложением. До вечера еще много времени, поэтому отряд решает отдохнуть. Пит и Боггс садятся за карту и рисуют какой-то план. Я сажусь рядом с Гейлом. Он бледный, на лице ожоги и царапины. Почему он так долго не приходит в себя? Я беру его за руку. Какой же он беззащитный. А что если с ним что-то серьезное? Вдруг дым был ядовитый? Он слишком долго пробыл внизу. Я убираю прядь с его лица и провожу рукой по щеке. Сейчас Гейл не злится и не хмурится. Это тот самый Гейл, который когда-то оберегал меня, с которым мне было спокойно. Я наклоняюсь и целую его в губы. - Всегда бы так просыпаться, – шепчет он и раскрывает глаза. Я распахиваю глаза и смотрю на него. - Так ты пришел в себя? - Твой поцелуй привел меня в чувства. - Гейл, я не… - Я тебе не безразличен, Кисскис. - Так не честно, - слишком громко говорю я. Пит отрывается от карты и смотрит в нашу сторону. - О, охотник пришел в себя, – констатирует Лайм. - Меня оживил поцелуй Китнисс, – улыбаясь во все зубы, говорит Гейл. Я резко убираю свои руки, которые все еще держат лицо парня, и оборачиваюсь к Питу. Вижу в его глазах пустоту. Эта пустота говорит о том, как ему больно. - Этот поцелуй ни о чем не говорит, – растерянно шепчу я. - Ну, конечно. Всего лишь о том, что я тебе не безразличен, – продолжает улыбаться Гейл. - Тебе нужно поесть, – так же тихо говорю я и протягиваю ему банку с консервами. Сажусь в угол, подальше от обоих парней. Пит не смотрит в мою сторону. Гейл, напротив, постоянно оборачивается в мою сторону и улыбается. Я ложусь на пол и закрываю глаза. Но не сплю. Просто лежу до тех пор, пока меня не окликает Лайм. - Эй, пора собираться, подруга. Я встаю и начинаю переодеваться в ту одежду, которую успела затолкать в рюкзак. Узкие, но удобные брюки, яркий широкий пиджак и туфли на высоченном каблуке. Крессида помогает уложить волосы и нанести макияж. Трудности возникают с Боггсом и Гейлом. Они наотрез отказываются переодеваться в капитолийские наряды. Наконец, удается уговорить их надеть хотя бы пальто, чтобы скрыть солдатскую форму. Лайм, Крессида и Пит наносят всем макияж. Мы забираем с собой все вещи, заметаем, как можем, следы нашего пребывания. Пробираемся к выходу из подвала, через который мы сюда и попали первый раз, и начинаем делиться на пары. Я подхожу к Питу и беру его за руку, но он легко ее высвобождает и говорит, не глядя на меня: - Лучше, если в каждой паре будут один Капитолиец и один человек, который ни разу не бывал в столице. Так как мы идем не все вместе, и дорогу знают не все, то предлагаю поделиться подобным образом, - со мной в пару Пит ставит Гейла. Сам берет в напарники Боггса. Они идут первыми. Вторыми идут Лайм и Джош, третьими, через полчаса, выходим мы с Гейлом. - Что же он тебя бросил? – тихо говорит Гейл, как только мы выходим на оживленную улицу Капитолия. - Он не бросил. Это часть плана, - как можно спокойней отвечаю я, но голос дрожит. - Признайся, что я тебе не безразличен. - Гейл, сейчас не время… - Ты поцеловала меня. - Потому что пожалела. - Потому что хотела. - Гейл, пожалуйста, ты обещал… Парень резко останавливается, останавливает меня и целует в губы. От растерянности, я не знаю, что делать и принимаю поцелуй. Он отстраняется и улыбается. - Знай, что я не сдамся. Я буду за тебя бороться. - Зря ты так сделал, – хочу ударить его, но руки беспомощно падают вниз. Я прибавляю шаг и больше не смотрю в сторону брюнета. В голове начинает проясняться. Мне не нужен Гейл с его напором, и грубостью. Мне нужен Пит, с его нежностью и заботой. Я причинила ему столько боли. Сможет ли он меня простить? Гейл что-то говорит, но я его не слышу. Пит пошел первым, а вдруг там и правда ловушка. Его могут поймать, посадить в тюрьму или казнить. И во всем виновата я. Я почти бегу к дому, в котором находится мастерская Цинны. Вот уже виден вход. Останавливаюсь и тревожно всматриваюсь в окна. Почти во всех горит свет. А вот и окно мастерской. Я часто бывала здесь, примеряя наряды, поэтому не перепутаю точно. Второй этаж, самое крайнее окно. В нем горит свет, но створки плотно закрыты. Вообще все окна в доме закрыты. Я стою как вкопанная. Что-то не так. - Пошли, нельзя тут останавливаться, – Гейл тянет меня прочь. - Нет, окно закрыто, – говорю я. - Вот именно. - Окно закрыто, значит… - Значит, Мелларк был прав. Пора уносить ноги. Нужно найти вторую пару. - Нет, они же там, - трясущимся голосом произношу я. - Китнисс, они знали, на что шли, – он с силой тянет меня в ближайший сквер. - Но им нужна помощь. - Нам самим бы она не помешала. Давай, скорее, пока нас не заметили, – парень берет меня за локоть и ведет в сквер. У меня на глаза наворачиваются слезы. Там Пит. Он попал в ловушку. Ему нужна помощь. Но что я могу сделать? У Гейла под пальто мой лук. Но в кого стрелять? - Может, они просто забыли про сигнал? – предполагает Гейл. Но я только киваю головой. Пит не мог забыть свой собственный план, да и вообще, Пит никогда ничего не забывает. - Давай подождем, последим за входом, - мы садимся на лавочку. Гейл обнимает меня за плечи, но я не обращаю на это внимания. Я думаю, как помочь Питу. Проходит полчаса, потом час, потом два. Мы продолжаем сидеть на лавочке. Гейл болтает о чем-то и нервно смеется. Я то и дело смотрю на заветные окна. Никто из отряда не появляется в нашем поле зрения. Как мы теперь будем искать друг друга? У нашего плана были значительные недоработки, Пит это видел. Ну почему мы его не послушали? - Эй, смотри, - тихо шепчет Гейл. Свет в доме начинает гаснуть. Один за другим тухнут окна. А потом открываются двери, и из них выходит какой-то человек. За ним выходят двое миротворцев, которые ведут связанного Боггса, и еще двое, которые ведут связанного Цинну. Последним выводят Пита. Человек, видимо командир, что-то говорит своим солдатам - они смеются. Потом подзывают еще каких-то людей. Наконец, возле входной двери стоит человек двадцать. Я не могу понять, что происходит. - Они знали на что шли, – шепчет Гейл, – мы должны спастись. Только не выдай нас. - Дамы и господа, громогласно возвещает голос одного из солдат. Сегодня, вы станете свидетелем публичной казни мятежников, которые отважились завязать революцию, - прохожие удивленно сходятся к миротворцам. Образовывается небольшой круг. Боггса, Пита и Цинну ставят к стене и направляют на них оружие. Меня начинает трясти от страха и слез. Гейл обнимает и прижимает меня к себе. Толпа становится все больше. - Лучше не смотри. - Их расстреляют? - Китнисс, пожалуйста, не смотри,- он прижимает меня к себе со всей силой. - Развязать их, – командует командир миротворцев. Пленников развязывают. – Это последние повстанцы, кто уцелел. Остальные, в том числе, Китнисс Эвердин, уже обезврежены силами миротворцев. И так будет с каждым, кто решится пойти против Капитолия. Приготовить оружие. – Кричит он.