Три желания

Никогда не думай, что ты иная, чем могла бы быть иначе, чем будучи иной в тех случаях, когда иначе нельзя не быть. (Алиса в Стране Чудес)

      Он помог мне подняться на ноги.       - Хорошо просишь, прелесть моя. Не желаешь повторения? - и я почувствовал, как к моей пояснице прижался немалых размеров член. - Знаешь, я долго пытался выполнить условия проклятия, - шёпотом на самое ухо. - Вереница девушек прошли через эту поляну и ни разу - ни разу! - цветок не откликнулся на их попытки его пробудить. Я к ним даже не выходил, только наблюдал издали.       Ощущение острых кончиков клыков, прочертивших неглубокие дорожки по шее вниз, заставили напрячься, но закончилось всё поцелуем в оставшийся от Волка шрам чуть ниже левого плеча. Я немного расслабился под его лаской, совершенно не рассчитывая в следующий момент взвыть от боли, когда почувствовал, как невидимые клыки вспарывают кожу, оставляя повторную метку поверх старой. Бессознательно рванулся вперед, но был удержан обхватом его сильных рук.       - Ахуел ты что ли, каннибал недоделанный?! - верещал я, наблюдая, как из места укуса вытекает струйка крови. Однако это кусачее чудовище тут же провело, по всей видимости, языком по месту укуса, и на моих глазах рана стала затягиваться, оставляя лишь багровый шрам.       - Тш-ш. Колдунья поставила условие, и оно ещё не выполнено, мой мальчик: “Снимется заклятье, вернётся человеческий облик, когда сила двоих напитает распустившийся бутон”. А теперь посмотри внимательно на цветок - лепестки сомкнуты. А это значит, - он прижался к моей заднице членом, - это значит, что нам предстоит еще раунд. На этот раз я не собираюсь сдерживаться и не буду смотреть со стороны. Да и должок у меня перед тобой - сам же просил… мм… выебать тебя.       - Стесняюсь спросить, я так и буду в этих долбаных наручниках? - спросил Серого, понимая, что ответ может быть любым, не понимая только, как бы мне хотелось: с ними или без них. Ощущения от того, что в чём-то ограничен не по своей воле, были определённо необычные, заводящие, вот только удобно ли будет с ними трахаться? Ой-ё-о-о… дожили. Приехали, приплыли, блядь. Я всерьёз переживаю, каково мне будет с ними, не заморачиваясь о том, как можно допустить саму мысль о сексе с мужиком?!       - Если спрашиваешь, значит, не уверен, как тебе хочется, - негромко проговорил мне Серый. - Оставлю пока.       И как-то я вдруг понял, что погорячился, ещё совсем недавно требуя у Серого выебать меня. Оргазм был крышесносным, спасибо, всё круто, но может, на этом и остановимся?!       - Может, не надо, а? - так, на всякий пожарный, спросил я невидимку.       - Нет, парень, идти надо до конца. Я тебе всё объяснил только что, - с явно выраженными нотами недовольства ответил голос. - Смирись. И не злоупотребляй моим хорошим к тебе отношением.       Да чтоб тебе.       - Ладно. Ебать тебя конём. Действуй, раз уж я так встрял.       - Я ж говорю, ты - прелесть! - заливисто смеясь, ответил Серый. - И материшься... ну просто феерично! Расслабься, это главное. И уж поверь, умереть от первого раза я тебе не дам. Наверняка даже понравится и в дальнейшем жить не сможешь без крепкого мужского члена. Чем чёрт не шутит?       В следующую секунду мои опустошенные яйца вновь оказались в его тёплой руке, а влажный, горячий язык коснулся упорно разглядывающего своим единственным глазом землю члена, змеёй лаская его по всей длине. Язык протиснулся между шкуркой и головкой, вращаясь по её окружности, проникая в дырочку уретры, и снова вокруг головки. Реакция не заставила себя ждать: кровь наполнила мой ствол, на глазах увеличивая его в объёме. Я почувствовал, как мой конец медленно, полностью погрузился во влажное тесное пространство, абсолютно невидимое для меня... это что-то. Невидимые пальцы тихонько оттягивали мою мошонку, щекотали ногтями под ней, а мой вздыбленный член всё продолжали сосать, прижимая языком к нёбу, вбирая до самого основания и ненадолго задерживаясь в таком положении, чтобы вскоре снова отпустить его на волю и опять насадиться на него до упора.       Я понимал, что эти его ласки - не полноценный минет, поэтому и не задумывался о собственном оргазме, слегка волнуясь, как оно пойдёт у нас дальше. Он всё же освободил меня от наручников, и я осторожно разминал запястья, щедро сдобренные отметинами от них, а местами напоминая о недавнем плене содранной кожей.       - Ляг на спину, - услышал я его негромкий голос.       Повиновался, и мои колени развели в стороны и приподняли. Принялись поглаживать нежную кожицу на сгибах бёдер одной рукой, по пути от одной ноги к другой ощупывая и тихонько оттягивая яйца, слегка надрачивая член. Снова из воздуха появилось масло и очутилось щедрой порцией у меня на мошонке, стекая прямо в дырку ануса.       А затем я почувствовал, что в задницу что-то проталкивается.       - Ты что, уже входишь?! - ошалев от неожиданности, спросил я.       Он снова засмеялся.       - О святая простота, ты перепутал член с пальцем! Прелесть! Ну прелесть же! - Он продолжал хохотать. Я как-то засмущался.       - Откуда мне знать, как у вас, геев, всё происходит?! Да и не вижу я тебя ни разу, хватит прикалываться надо мной, заебал ржать, как над дурачком!       - Ну-ну, не увлекайся грубостью, - спокойно проговорил он. - Я растяну тебя пальчиками, чтоб легче войти. И поверь, когда я по-настоящему войду, ты это поймешь и ни с чем не спутаешь. И запомнишь!       Снова издал смешок. Вот пустосмешка!       Начав разминать мою дырку, он постепенно проталкивал палец дальше, проминая стенки, и вдруг дотронулся до простаты. Ну да, знаю я о наличии этого немаловажного органа у мужчин, более того, не раз упрашивал Катьку помассировать её, начитавшись советов какого-то уролога, на что она неизменно отвечала, что “ни в чьей жопе ковыряться не будет”. При этом сама не отказывала мне в анальном сексе, когда я изредка её просил. Своеобразная она у меня.       А вот Серый был, разумеется, не брезглив. Более того, я прекрасно понял, что проделываемые им манипуляции давно не в новинку для него. Но как же… убийственно приятно, просто до чёртиков. Эти поглаживания там, внутри, по ней, давали такое пробирающее до дрожи удовольствие, что я невольно задвигал бедрами навстречу невидимому пальцу.       - Я добавлю второй палец, - предупредил он меня, прекратив ласку. - Потом будет третий.       - Да хоть пятый… - простонал я, - только нахера ты остановился?! - И снова этот его обязательный смешок.       Третий палец поначалу причинил дискомфорт, но Серый отвлек меня минетом, заглатывая член по самое некуда, и вскоре я снова расслабился, похерив все ненужные мысли и просто кайфуя от новых острых ощущений.       - Перевернись на живот, - словно сквозь вату услышал я его команду.       Несмотря на то, что подготовил меня он правильно, раз я под конец этой подготовки сам насаживался на его чумовые пальцы, его головку, медленно входящую в меня, я прочувствовал каждым миллиметром своей задницы, едва не прокусив себе губу от резкой боли. Пиздец, мне как будто целку порвали! Я аж взмок, дышать был не способен! У девчонок, насколько я могу судить по рассказам друзей, это происходит очень болезненно - верю на слово, самому попадались уже всему обученные девушки. Через некоторое время мне удалось расслабить напряженное тело, чему также способствовало то, что Серый остановился, позволяя мне привыкнуть к его объёму, а сам целовал, не прекращая, мою шею, спускался, насколько мог, по позвоночнику вниз, то проводя языком, то прихватывая губами кожу. Одной рукой он, по всей видимости, упирался о землю, а другую просунул к моему немного опавшему члену, надрачивая его.       - Потерпи, прелесть моя. Я постараюсь не затягивать, - ласковым шёпотом мне в ухо.       - Давай уже, - просипел я в ответ.       Он вошёл в меня до конца, я понял это по прижавшемуся к моей пояснице животу, и сразу же двинулся назад, задев по пути простату скользящим движением. И снова тем же макаром, и снова, и вот уже я стону в голос от того, как неведомое, ни на что прежде не похожее удовольствие, от души сдобренное острой болью - бля, вот в этом, пожалуй, и был весь цимус для меня: боль плюс кайф - продирает до печёнок. Я и предположить не мог, насколько это заебись! В груди - и не разберешь что: то ли волны жара, то ли наоборот, а в растаявших мозгах только одно речитативом: обоже как же мне ахренительно, как же мне ахуительно и афигительно.       И ещё мне до мушек перед глазами хотелось увидеть, наконец, его, моего невидимку, его шальные ярко-серые глаза, и тоже ласкать его, и член его увидеть и насадиться на него по самые гланды, и проглотить его сперму, всю без остатка и в него, чёрт его подери, войти, чтобы он, видимый и настоящий, тоже подмахивал мне, сжимая пальцами траву и выдирая её с корнем. И чтобы он, одурев от смеси боли и пульсирующего по венам кайфа, отдавал всего себя, захлёбываясь стонами - как я сейчас под ним. А что бы и нет?! Я за товарищество и братство! Раз уж втолкнул меня в мир однополой любви, пусть тоже подставляется. Может, мне сверху даже больше понравится, я ж, не попробовав, не узнаю!       Внезапно он вышел из меня и, судя по издаваемым им низким голосом стонам, стал кончать, да на тот цветок, который мы чудом не смяли во время нашей случки. И тот вдруг встрепенулся и застыл, подняв кверху тугой бутон. Не знаю, не догадываюсь даже, что на меня нашло, но я придвинулся вплотную к аленькому, обхватил кулаком свой член и начал быстренько так дрочить, кончив почти сразу за моим зачарованным ёбарем на этот цветочек - спермоглот. А как его ещё назвать? Обычную воду ему, понимаешь, не надь. Ему, видите ли, надобно вещество, выделяемое мужскими половыми органами и содержащее половые клетки.       Ярко-алый, с удлинёнными лепестками в белых, как снег, разводах - вот каким был распустившийся от нашей кончи цветок.       - Слушай, ну теперь-то тебя можно увидеть? - в отчаянии спросил я, сгорая от нетерпения снова заглянуть в его демонические глаза…       ...Но мне не суждено было получить ответ: в следующее мгновение я стоял посреди заснеженного тротуара у открытой двери с какой-то висящей деревянной вывеской на поскрипывающих цепях. Как это задолбало - после каждого крышетёчного секса, когда хочется спокойно отлежаться и вдумчиво покурить, оказываться в новом месте и новой сказке. Еще бы понять - куда на этот раз меня занесло…       Из двери, пребольно столкнувшись со мной, вышел пошатывающийся… Серый! Меня аж в дрожь бросило, еще слишком свежи были в памяти воспоминания и ощущения того, что он творил с моим телом только что. Мозги размякли от одного его вида, а его запах заставил непроизвольно сжаться очко, и болезненность этого действия напомнила мне о нехилых размерах члена Серого. От столкновения с ним, я поскользнулся на обледенелом тротуаре, запутавшись в длинных шерстяных юбках, и со всего маха грохнулся на ту самую, настойчиво напомнившую о себе, пятую точку.       - Извини, Герда… - бля-а-а, ну с какого я так подсел на этот голос, что даже не сразу понял... как это он меня назвал?!       - Не стой на пути, девочка, - манерная дамочка подхватила моего Серого под локоток, ловко направляя в стоящие тут же у дроги сани.       Я забарахтался, пытаясь подняться в этих неудобных юбках.       - Эй, Серый, ты куда это намылился?       Но, еще несколько минут назад, по моему внутреннему времени, страстный мужчина, уверенно утвердивший надо мной свою власть, сейчас только вскользь провел по мне прозрачным серым взглядом, спокойно откидываясь на парчовую спинку шикарных саней, запряженных оленями.       Вслед за этой парочкой из тех же дверей выскочил приземистый мужичок с натянутым на объемном пузе передником.       - Госпожа, вы забыли муфточку!       Дама благосклонно протянула монетку в обмен на часть своего одеяния и откинулась на плечо своего спутника.       - Трогай!       Олени сами сорвались с места, обдав мою обескураженную физиономию снежным крошевом.       - Это что за фифа такая была? - хрипло спросил я у возвращающегося обратно мужика.       - Снежная Королева, конечно. Кто ж еще? Пиздец Каю. Хороший парнишка… был.       А я так и стоял посреди улицы с открытым ртом. Вот такого “прозрачного” задания, но и, похоже, самого трудного из всех трех не ожидал, сразу признаюсь. Чтоб тебе… заснуть под хахалем, добр-р-рая девочка с косичками!       В предыдущих “локациях” я попадал, так сказать, в комфортные условия. Мне не приходилось решать, что же делать дальше. Все, что требовалось - это плыть по течению, и оно само приведет меня к выполнению задания. Здесь же все было иначе.       Во-первых, “хорошей девочке” Герде, насколько помню, пришлось чуть ли не год до Кая того добираться. А у меня нет столько времени. Почти сутки я провел в сказке с Серым Волком, еще сутки в саду Чудища Лесного. Сколько мне там до свадьбы осталось? Максимум дня три-четыре на поиски выделить можно. То-то и оно!       Во-вторых, я, в отличие от той самой Герды, точно знаю, где Кай. В Чертогах Снежной Королевы. Только вот что мне делать теперь? Идти, как в сказке, через бабку-травницу и возлюбленных венценосных особ - это только время терять понапрасну. Нужно сразу искать способ добраться до Чертогов Королевы. А вот тут как раз и начиналась полная засада. Куда мне податься такому… гхм, такой девочке маленькой, всего-то на две головы выше вон того толстяка, что вернул большую варежку Королеве, а сейчас руководит погрузкой на стоящую у тротуара повозку круглых бочек и каких-то ящиков.       - Поторапливайтесь, увальни, не хочу по лесу в темноте тащиться. Меня уже ждут во дворце Принца и Принцессы, свадьба на носу! И так задержаться пришлось, обслуживая неожиданно нагрянувшую в город Королеву, - мужик почесал пузо под натянутым уже вместо передника полушубке и беспокойно посмотрел на небо. - Эй, сын, ты где? Нам ехать!       Из двери выскочил парень, такой же низенький, но еще не успевший нарастить пузо сравнимое с папашкиным, и запрыгнул на козлы, протягивая широкую ладонь более медлительному отцу. Я понял - это мой шанс!       - Дяденька, дяденька! - подлетев к трактирщику, ухватил его за рукав, чуть не навернув мужика с облучка. - Возьмите меня с собой. Пожалуйста! Я… мне… мы с мамкой на кухне во дворце работаем, помогаем готовить на пир, а я… а я папке еду отвозила, теперь не успеваю вернуться. Ну возьмите! Я легонькая, - я уже залазил в кузов, не дожидаясь решения хозяина движимого имущества. - Как перышко, вы и не почувствуете.       Все, теперь отсюда не вылезу до самого конца. Все ближе к цели будет. А там посмотрим, может еще что подвернется под руку.       - Н-ну… - мужик видать допетрил, чего от него хотят. - Ладно. Не мешайся только.       И мы двинулись. Я свернулся в комочек у самого бортика, за бочками, стараясь сохранить тепло, и практически уснул - уж больно долго мы катились под деревьями по грунтовой дороге, подпрыгивая, словно на карусели, по ухабам - когда послышались крики и гиканье со всех сторон. Распахнув глаза, я свел их чуть ли не к переносице, рискуя заработать косоглазие - передо мной в деревянный край повозки воткнулась стрела, подрагивая оперением. О… однако! Признаться, мысль, что я здесь могу сдохнуть, давненько не посещала меня, еще с тех времен, как Волк, вместо того, чтобы съесть, возбудил до невозможности, а дровосеки, поугрожав для приличия топорами, сожрали все бабушкины запасы с кухни.       Сходу, научившись ползать, перебирая ягодицами, моя тушка, не включая мозг, на одних инстинктах, ломанулась прятаться среди ящиков - авось там стрелы “команчей” не достанут мой нежный организм. Но прямо перед моим носом в бочку воткнулся лабрис¹ с короткой ручкой, вызвав небольшой фонтан, обдавший меня с головы до ног кислятиной, считаемой, походу, трактирщиком от чего-то вином. Вы думаете это и был пиздец? Это вы глубоко заблуждаетесь, потому как трясущийся боров на козлах, изо всех сил нахлестывающий и так уже хрипящих лошаденок, вдруг заорал благим матом на сына:       - Чего сидишь? Не видишь - догоняют! А ну быстро скидывай крайние ящики! Главное уйти целыми. Живо-живо!       А этот… начинающий садист, не иначе, не придумал ничего лучшего, как прямо с козел, уперевшись всей биомассой в борт, толкнуть стоявшую у меня в ногах бочку. Такой подлянки я, признаться, не ожидал, потому с криком “Бля-а-а!” полетел под ноги преследователям. Следом, придав ускорения моей тушке и добавив добрых и нежных чувств к моим попутчикам, приземлился ящик, за ним второй, третий… Когда повозка скрылась за поворотом, а распластанного меня окружили вооруженные люди не очень приятной, мягко говоря, наружности, вокруг была сюрреалистическая картина похлеще полотен Дали: с нижних ветвей деревьев свисали гирлянды сосисок; дорога, словно драгоценными камнями, была усыпана мясными рулетами, сочной бужениной; связанные за лапы цыплята покачивались с куста, жизнеутверждающе помахивая ощипанными крыльями; чуть в стороне расплывалось пятно от разбитых банок с вареньем, добавляя цвета в окружающий бело-черный пейзаж; а посреди всего этого великолепия восседал мокрый я, нежно прижимая к груди круг желтого сыра.       - Д-драсте, - я непроизвольно сглотнул, когда к моему горлу прикоснулось острое лезвие. - Угощайтесь… все для вас…       - Мама! Это мое! - вперед на невысокой, но изящной пегой лошадке выехал непонятного пола подросток, сверху закутанный в цветастый платок по самый нос. За пояс толстых ватных штанов были просунуты пара коротких мушкетов, один из которых тут же был вытащен и направлен мне в лицо. - Мама! Она смешная, хочу ее в свой зверинец! Хочу- хочу-хочу-у-у-у!       Я от пронзительного крика выронил сыр и поспешно заткнул уши. Дайте ему все, что он просит, даже если это буду я, только заткните, наконец, эту сирену! Из задних рядов разбойников показалась высокая статная женщина, довольно устрашающей наружности: по плечам раскинулись нечесаные черные лохмы, один глаз прикрывала повязка с поблескивающим камешком в центре, тонкие губы, окрашенные в алый цвет, плотно обхватывали мундштук длинной резной трубки. Вытащив ее изо рта пальцами с обломанными ногтями, укрытыми обрезанными на концах толстыми вязаными перчатками, она выпустила в сторону струю дыма и проскрежетала низким прокуренным голосом:       - Деточка, она вся твоя, милая. Давно я ничего не дарила своей крошке. Первый Разбойник, - она обернулась к находящемуся чуть за спиной признанной мною, наконец, в подростке Маленькой Разбойницы довольно крупному мужчине на, под стать ему, громадном вороном коне. - Доставь в комнаты дочери и проследи, чтобы девочка, играя с новой куклой, не поранилась.       О! Если не обращать внимания на то, что меня связали, словно рождественского гуся перед тем, как поместить в духовку, и, не слишком церемонясь, закинули перед собой на лошадь поперек седла, то программа минимум была выполнена: к разбойникам Герда попала. Осталось уговорить их указать мне путь к Снежной Королеве и помочь с транспортом, чтоб не пришлось переть пешкодралом. Ха, всего-то! Да после Волка и Чудища, не страшны мне никакие разбойники! Гхм… не, не подумайте, не в том смысле! Мне, кроме Серого, никто не нужен… бля-а-а, че-то я заговариваться начал. Вернуться в реальность мне надо из этих “снов разума”, вот и выполняю условия той ненормальной девчонки. И вообще - меня невеста ждет!       - ...нет. Никаких походов к Снежной Королеве, даже не выдумывай!       Из огромного сундука, стоящего почти посреди комнаты, торчала только чуть прикрытая короткой юбкой задница Маленькой Разбойницы, закопавшейся в нем с головой. Справа уже выросла куча разноцветных шмоток, которые девчонка определила, как годные для ее новой “куклы”, а слева сиротливо валялись несколько невзрачных тряпочек, не удовлетворивших вкус новоиспеченной хозяйки.       - Ты видела, какое у меня разнообразие коняшек! Мы будем на них днями напролет кататься! Ух! - она вывалилась из необъятных недр сундука и накинула мне на голову женскую шубку с белой опушкой. - На! Дарю! И вот юбочку эту… и вот эту… и вот… не знаю, что это, но тоже - дарю!       Я подхватил полетевшие в меня вещи и попытался снова:       - Мне Кая нужно вытаскивать. Загибается парень в Чертогах Снежной Королевы. Как ты не поймешь?!       - Надевай! - замотала головой Разбойница, топая ногой. - Я хочу играть в лошадки!       - Что, прям как есть сейчас? - смирился я.       - А что не так? - удивленно протянула девчонка, вытирая кулаком под носом.       - Да как-то подаренные вещи, хоть и явно ношеные, но чище меня, - я оттянул на себе пропитанную вином и мясным соком юбку. - Хоть сполоснуться бы, что ли…       - Ты полезешь в воду? - глаза Разбойницы чуть не превысили размер лица. - Зимо-о-ой? - еще громче протянула она.       - А что мешает воду нагреть и налить в бочку? Да хоть здесь, в комнате. Тут достаточно тепло, чтобы не задубеть, - я пожал плечами, втайне надеясь, что мне все же позволят смыть с себя застоявшийся дух. Пусть побриться не судьба, но трехдневную щетину перенести легче, чем провонявшее кислятиной тело.       - Хорошо… - девчонка кинулась к двери, но у самого порога притормозила. - Я сейчас велю принести бочку и воду. Первый Разбойник, присмотри за ней, чтоб не сбежала! А ты, - она уткнула в меня палец, - пообещай, что потом мы поиграем в лошадок!       - Хорошо… - на какие жертвы не пойдешь, ради ощущения чистоты.       Дверь за Маленькой Разбойницей с грохотом захлопнулась. Послышался удаляющийся топот ног, а Первый Разбойник стал спиной к проему вплотную, словно опасаясь, что я сейчас начну пробиваться с боем наружу. Хотя… признаться, подобная мысль мелькнула у меня в мозгу, но глядя на габариты стража, позорно сбежала искать остальные - поумнее.       - Гхм! - я аж подпрыгнул, не ожидая такого раскатистого звука от этой молчаливой до того горы. - Я так понял, что тебе очень нужно убраться отсюда, и побыстрее?       - Эмм… да.       - Значит так, девочка, мне нужно, чтобы Маленькая Разбойница не считала меня пустым местом, еще одной своей игрушкой, а прислушивалась ко мне.       - А-а-а… ну… - я удивленно почесал в затылке, пытаясь сообразить, каким боком тут одно и другое, типа я и Разбойница.       - Атаманша уже сдает позиции, но шайка в дальнейшем будет слушаться ее дочь. Эту не наигравшуюся в куклы пигалицу. И через время мы все по миру пойдем! - он упер в меня неподвижный взгляд из-под кустистых бровей. - Поняла?       - Да! - я чуть не отдал честь, выпрямившись во весь фрунт. - Я не совсем понял, правда… э… а я тут при чем?       - Поможешь, чтобы она меня заметила, отличила от стенки - я помогу тебе сбежать и добраться ко дворцу Королевы. Баш на баш.       - А ты не пробовал соблазнить девчонку? - я уже вовсю обмозговывал открывающиеся передо мной возможности. - Она, судя по виду, уже давно созрела. Трахни ее до звездочек, так чтоб в рот потом умильно заглядывала и только о твоем хуе и думала - она и будет делать, что ты подскажешь!       - Гхм!.. - он чуть не подавился, выпучив глаза на меня. - Ты странная… девушка… говоришь такое! Но… - он помялся на месте, пряча взгляд. - Я думал об этом, да и хочу я… ну… это! Но она же кроме своих коняшек и не видит ничего и никого! Готова целыми днями на них кататься: глаза горят, щеки красные, даже стонет, - но слезать ни в какую!       - Да ты что говоришь? - я чуть не заржал в голос, представив, как Маленькая Разбойница трется о седло. - Будет тебе внимание, поверь, есть идея. Я сейчас купаться, а ты иди, транспорт мне подготовь, сегодня твою проблему и будем решать.       - Хорошо, - насупился Первый Разбойник, недоверчиво глядя на меня из-под бровей. - Обманешь, попробуешь сбежать - догоню, мало не покажется!       Вскоре дверь распахнулась, и внутрь ворвался маленький вихрь, тыкающий пальцами во все вокруг и строящий тащившихся за ним разбойников.       - Так, бочку в центр... воду лейте аккуратно, не люблю лужи... ты куда встал? Не видишь - там вещи моей новой игрушки! А ты куда уставился? Это мои драгоценности - пошел вон! Все? Налили? Пошли вон! Вон! Прочь! - она остановилась напротив меня, чуть не пританцовывая. - Ну, чего застыла? Лезь в воду! Скорее! А потом играть!       Я обдумывал дальнейшие действия, медленно стаскивая с себя слипшуюся от вина шубку. Но видать, Разбойница восприняла мою медлительность иначе.       - Первый Разбойник, а ты чего уставился? Пошел прочь за остальными!       - Да-да, - поспешил я вмешаться, пока бугай не возмутился, усиленно ему подмигивая. - Через полчаса приходи, мы как раз успеем. И ты… успеешь.       Он посмотрел на меня долгим тяжелым взглядом, но, молча развернувшись, вышел за дверь. Я же окинул фронт работ внимательным взглядом: н-да-а, эта девчонка меня не то, что не возбуждала, не совсем мой типаж, конечно, но к ней и прикасаться-то было… мягко говоря, неприятно - грязи сантиметров пять нарастила, не иначе. Ладно, будем решать вопросы по мере поступления.       - А-а, мыло есть? - я поставил на дно в воду деревянный табурет, взятый рядом со стоящим в углу столом, и, быстро скинув остатки одежды за прикрытием бортов бочки, залез внутрь.       - Оно же щиплется! - возмутилась девчонка, но нетерпеливо подтянула к самым стенкам бочонка еще один табурет и водрузила на него глиняный кувшин с широким горлышком. - Вот. И давай быстрее! Копуша!       Я зачерпнул душистой массы, явно предназначавшейся когда-то для каких-то высокопоставленных господ, и намылил тело. Ох, ка-а-айф! С силой помассировав голову, взбивая в волосах пену, я закрыл глаза и проронил, как бы вскользь:       - А в “лошадки” можно играть и с людьми. Так даже намного… э… приятнее, - и ушел с головой под воду, смывая мыльные потеки с тела.       Как я и думал, моего выныривания уже нетерпеливо ожидали: я чуть не столкнулся с любопытной мордашкой Разбойницы, нависшей над водой.       - Врешь!       - Неа-а, - лениво протянул я, делая вид, что не вижу ее заинтересованности, и продолжая поливать себя водой. - Не вру. Удовольствия больше уж точно, и разнообразие бонусом.       - И-и… ты умеешь?       - Пф! Канеш.       - Учи! - требовательные нотки этой привыкшей к моментальному выполнению любого желания капризули заставили улыбнуться. - Немедленно вылазь из воды и учи!       - Зачем вылазить? - я потянулся за новой порцией мыла. - Это ты ко мне залазь, тут даже удобнее будет. Раздевайся, давай.       - Ну, если ты меня обманула!.. Я… да я… - она скинула одежду и, поморщившись, залезла ко мне, - я тебя убью! Из пистоля! Вот! - она стояла передо мной, укрытая водой чуть выше пояса. - Давай уже играть!       - Не торопись, - я притянул ее к себе между колен и стал старательно намыливать. - Тут немного другие правила: чем тщательнее подготовка, тем большее удовольствие в конце. Уж поверь.       Я понимал, что рискую, не давая Разбойнице обещанного “всего и сразу”, как она привыкла за свою жизнь. Но хотелось просто понять, что за зверек передо мной, кроме того, что это “чумазое девочко”.       - Я же говорила - щиплется! - возмутилась девчонка, дернувшись в моих руках.       Но я удержал ее на месте, усадив верхом на свое колено и поливая водой. Хм, а она симпатичная оказывается, ну-у, если бы я предпочитал пацанок, конечно: бедра по-мальчишечьи узкие; короткие черные волосы; огромные злые глазищи и тонкий нервный рот. М-да, хорошо, что меня никто не заставляет с ней целоваться - у Серого и то привлекательней губы. Но это лирика. Грудь решила не отягощать своим присутствием данное тело, так, слегка набухнув холмиками и на том посчитав миссию выполненной. Ничего, есть куча мужиков, не уважающих вымя в бабах, хотя я сам и люблю, за что в этом месте подержаться, не скрою.       Меня совершенно не беспокоила совесть насчет того, что я собирался сделать. Это как прохождение квестовой компьютерной игрушки: перед тобой поставили миссию - будь готов ее выполнить, чтобы перейти на следующий уровень. Жаль, что с Серым не получалось полностью отключить себя. Надеюсь, что когда это все закончится, и я вернусь в реальность - жизнь моя так же вернется в прежнее русло. Очень надеюсь. А пока…       Я подхватил Разбойницу под ягодицы, вот они смотрелись шикарно - упругие округлые полушария, хороший результат игр в “лошадки”, и потянул девчонку на себя, проходя бедром у нее по промежности.       - Давай, скачи сама, как тебе приятнее, - проговорил ей на ухо, то прижимая бедрами вплотную к себе, то позволяя сползти чуть ниже по ноге.       Она быстро разобралась в принципе и уже вскоре сама, вцепившись мне в плечи, скакала на моей ноге, вжимаясь и выгибая тело мне навстречу.       - Потом… ты мне расскажешь… зачем переодевался девчонкой…       - Конечно, - не стал спорить я, левой рукой подхватывая ее под спину, правой ладонью вжимаясь в ее живот, одновременно проталкиваясь большим пальцем между нашими телами.       Сейчас, вот тут, еще немножко согнуть и… Разбойница вздрогнула, когда подушечка большого пальца задела клитор. Девчонка сразу задвигалась на мне более настойчиво. Блядь, мне совершенно не нужно, чтобы она сейчас кончила. Я убрал пальцы.       - Верни! - я чуть не оглох от крика над самым ухом. - Верни немедленно, а то!..       - Тш-ш. Мы сделаем по-другому. Перекинь через меня ногу. Ну, чувствуешь? - я подался бедрами чуть вперед, скользя стволом между губок и проходясь головкой по набухшей горошине. - Тпру-у-у, - я перехватил Разбойницу за талию, замедляя ее разогнавшийся темп. - Не в воде, пора перебираться на сушу.       - Тебя не поймешь, - захныкала она, ударяя кулачками мне по груди. - То лезь в воду, то не надо воды!       - Сейчас заметишь разницу, - я приподнял обхватившую меня плотно ногами девчонку повыше и засосал правую горошину соска.       - Ой! Это что за… нежности? - она непроизвольно выгнулась навстречу моим губам.       - Очень нужные нежности, - я потеребил торчащий сосочек языком и поцеловал второй, одновременно с тем опускаясь в широкое кресло у изголовья постели. - Разве не бегут дорожки удовольствия вниз? Туда, где особенно горячо?       Маленькая Разбойница тут же вновь оседлала мои бедра, плотно обхватывая ногами и пропуская член между пульсирующими губками.       - Бегут, но… телячьи… нежности… - и она вновь “поскакала” на мне, требовательно притянув мою голову к груди.       Я улыбнулся такой непосредственности, прикусывая соски, намеренно царапая их колючими щеками, затем спускаясь ниже и языком вылизывая нижний край небольших холмиков, там, где уже прощупывались ребра. Одновременно я следил, чтобы плутовка в своем энтузиазме не наделась случайно на мой член - мне абсолютно не хотелось “продолжения банкета”. Все делалось только для определенной цели. Сбежать. Потому приходилось придерживать девчонку за талию, не давая разогнаться как следует, что вызывало протестующие стоны.       Когда движения Разбойницы стали хаотичными, все быстрее гоняя ее тело на моих бедрах, а головой она уже мотыляла из стороны в сторону, зажмурив глаза и закусив нижнюю губу, я просунул сзади между раздвинутых ягодиц ладонь и быстрыми ударами двумя пальцами придавил промежность между анусом и влагалищем. Девчонка взвизгнула на высокой ноте и, мелко вздрагивая, упала мне на грудь, изо всех сил прижимаясь к моему телу. Я тихонько поглаживал ее по еще слегка подрагивающей спине и смотрел в бешеные глаза Первого Разбойника, незадолго до того вошедшего в комнату и застывшего на пороге.       - Ну что, понравилось? - я приподнял за подбородок девушку и заглянул в ее лицо с все еще прикрытыми пушистыми ресницами глазами. - Лучше, чем на лошади?       - Да-а-а-а! - теперь блестящие глазищи уставились на меня в упор. - Хочу еще!       - Ну… ты поняла принцип игры? - она уверенно закивала головой, чуть подавшись на мне бедрами вперед, скользя по моему так и не опавшему члену на природной смазке, как на салазках. - Знаешь, а на более крупном мужчине намного приятнее, - заговорщицким шепотом произнес ей в самое ушко.       - Да-а-а? - она обернулась к двери. - Первый Разбойник! Хочу играть в лошадки!..