Все краски жизни
18 октября 2015 г., 17:40
Глубинные тропы были построены гномами в самые незапамятные времена, как бы не до самого Арлатана. Пожалуй, доведись столкнуться эльфийским и гномьим историкам на этой почве, не избежать бы воя до небес и попыток вырвать убелённые сединами волосы – но у эльфов нет историков.
А вот у гномов – более чем, и те, кто специализируется на древней истории, с удовольствием будут живописать вам, кто, когда и по какому праву основал тот или иной тейг. И о том, какие дороги их связывали. Впрочем, россказни есть россказни, даже достоверные. Чтобы понять, что такое Глубинные тропы на самом деле, вы должны увидеть их сами.
Они – величие. Сама песня Камня застыла в искусной резьбе на их стенах, огромные статуи предков с достоинством и суровостью глядят на путников под ногами.
Они – прошлое. Давным-давно застыла порода там, где когда-то неспешно несла себя магма, пышущим жаром освещая дорогу бесчисленным караванам, снующим из одного тейга в другой. Стены исчезают во мраке, высокие потолки утопают во тьме, словно лишь чёрный космос у тебя над головой, и только иногда выхватит факел случайного путника раскрошившееся лицо статуи.
Они – опасность. Ушли из своих домов гномы, забаррикадировались в Орзаммаре, но на их место пришли новые жители. Костры порождений тьмы разгоняют вековечную тьму, их визги и крики наполняют тишину, их клинки, когти и кулаки поджидают забредших под землю. Ничем не лучше их гигантские пауки и глубинные охотники – сожрут, и косточек не останется.
Гномы юга не часто забредают дальше своего единственного тейга, ещё реже здесь оказываются наземники. Но поток их, пусть и скуден, не иссякает. Редкости, отсюда принесённые, могут озолотить своего владельца – особенно, если из всего отряда вернётся он один. Кроме них далеко уйти на Глубинные тропы рискует лишь Легион Мёртвых, да Серые Стражи, ибо таков их долг.
Впрочем, последние бывают не прочь совместить приятное с полезным.
По каменным плитам Глубинных троп я привыкла ступать с утроенной осторожностью. Во-первых, в любой момент можно было наступить на притворившегося камнем глубинного охотника, во-вторых, столь же внезапно можно было почуять порождений тьмы, и в-третьих, гулкое эхо шагов, отражающееся от высоченных потолков и голых стен, пугало меня до предательского холода в животе.
Глубинные тропы вообще странное место. Я здесь уже не первый раз и даже не первый год, но, я думаю, человек не может привыкнуть к этому. Всё такое чужое, такое... нечеловеческое. Когда-то гномы построили эти величественные туннели в знак своего всевластия в подземном мире. И ты, оказываясь здесь, волей-неволей склоняешь голову перед владыками и мастерами прошлого. Прошлого, затерявшегося во тьме и пыли, навеки сохранённого в камне... В общем, Тропы были неприятным из-за порождений и нависающих где-то там вне поля твоего зрения тонн камней, но по-своему поэтичным местом.
– Говорят, человек ко всему привыкает, но я не уверен, что это относится к Глубинным тропам, – тихо поделился мыслями, вторящими моим, Натаниэль, коротко взглянув на потолок. Даже магический шар, сияющий на полную мощность у нас над головами, как маленькое бледно-голубое солнце, едва пробивал темноту до потолка, по которому гуляли смутные тени от подрагивающих лучей пульсара.
– Это просто поразительное место, – согласилась я.
– Или это ты просто нагнала страху своими страшилками про Пожинателей, – хмыкнул Нат, не слишком склонным к лирическим размышлениям, долгим, во всяком случае. – А мы так ни одного и не встретили.
Я уничижительно покосилась на него. Это мои-то тщательно продуманные теории он называет страшилками?! Разжалую в энсины!
– Скоро будет тейг Кадаш, – поспешил вмешаться Тровальд, главный в отряде гномов, посланном нам навстречу. Основные силы из Орзаммара прибыли несколько раньше нас и уже успели со всем комфортом расположиться в тейге. Я надеюсь, что со всем, потому что предполагала наше пребывание здесь долгим. Торчать всё это время в коридоре, где нет никаких оборонительных сооружений, не говоря об удобствах, было бы весьма глупо, а самым близким к Амгарраку, к замеченным проявлениям активности Пожинателей и единственным по эту сторону Морозных гор тейгом, был тейг Кадаш. Кроме того, он имел массу других преимуществ.
– Отлично, а то по мне – самое время перекусить, – довольно мотнула головой я, под тихие смешки сопровождающих нас гномов. Они вообще находили аппетит Стражей довольно забавным. Что ж, думаю, зрелище нескольких десятков Стражей, раздирающих даже с виду не съедобное вяленое мясо, как будто бы это их последний обед, может показаться либо смешным, либо инфернальным. Пусть уж будет первое.
– Да у тебя любое время – самое время перекусить, – беззлобно поддел меня Натаниэль. Сам такой, бе-бе-бе. – Пойду скажу остальным, чтобы поднажали, – я выразила согласие кивком, и Страж-констебль скоро исчез, хотя его громкие приказы прибавить скорость ещё долго исправно доносились до головы колонны эхом – сначала хорошо слышимые, а потом причудливо искорёженные.
Идти пришлось, пожалуй, чуть дольше, чем мне представлялось. Или время просто коварно замедлило свой ход? Мне вдруг очень-очень захотелось под солнце. Эта мысль отозвалась в груди неприятным нытьём. Уже несколько дней не проходит... Серж, наш старший целитель, всячески уверял меня, что это просто нервная реакция на не нравящееся мне место, и что мне разом станет лучше, как только я покину Тропы. Ну да, как будто у меня была возможность сделать это. Оставалось только не подавать виду, тем более, что, когда я шла, мне было легче, и не пить постоянно мятные капли, чтобы не вонять лекарствами за версту.
Но как бы там ни было, на очередном повороте мы столкнулись с наблюдательным постом гномов. Вернее, они вылезли откуда-то, до этого буквально маскируясь под камни. Один из них тут же бодрой рысцой умчался вперёд нас в тейг Кадаш, чтобы доложить о скором прибытии Стражей. Осталось пройти ещё пару поворотов, и...
Внизу спуска раскинулся тейг Кадаш. Я видела не так уж много гномьих городов, но этот нравился мне едва ли не больше всех, исключая, разве что, Орзаммар. В Орзаммаре много вкусной и горячей еды, это серьёзное преимущество.
В этом было что-то странное, что-то непривычное глазу и несоответствующее подспудным ожиданиям – гномья монументальность в лучах солнечного света и заросшая мхом и корнями. Но тейг Кадаш был именно таков. Интересно, обрушился ли потолок этой огромной жилой пещеры (куда, кстати, гномы девали всю породу, которую им приходилось выдалбливать? Или это природное образование?) сам по прошествии времени, или же жители города сами проделали в нём дыры, чтобы эльфам, нашедшим здесь когда-то убежище, было хоть немного легче под землей? Пожалуй, тейг Кадаш так и остался странным памятникам дружбе двух народов – камень и зелень. Я позволила себе немного задержаться, любуясь видом внизу. Пошедшие трещинами от сжимающих их корней здания были словно полем битвы между творениями рук разумных и природой. Танцующие возле мостиков в косых лучах света пылинки предавали тем особенную воздушность. Кто-то громко прошуршал в зарослях папоротника. Тейг Кадаш был покинут, но был жив. Удивительно.
Правда, сейчас он был не совсем покинут. Нарушая картину лирического забвения, по улицам тут и там шныряли гномы. Все в доспехах, все при оружии. Сотня воинов, присланная Орзаммаром. Отряд из легиона мёртвых и какой-то захудалый дом воинской касты, решивший снискать себе участием в этом походе расположение Белена. Я слышала о таком способе продвинуться от Огрена. Когда-то его дом тоже добыл себе славу похожим образом... И для самого Огрена всё потом закончилось довольно печально, но это дело давным-давно ушедших лет. Впрочем, услыхав о наших новых союзниках, гном пробурчал что-то нецензурное и сплюнул прямо под ноги, причём мои, из чего я сделала вывод, что к лучше бы Огрену не приближаться к этим охотникам за славой.
– Хорош мечтать, – одёрнула меня Сигрун, прокравшись откуда-то сзади. – Там уже волнуются, почему стоим и смотрим на тейг, как бронто на новый загон.
– Ну вот, только я пытаюсь найти хоть что-то красивое на этих ваших Глубинных тропах, как тут же меня обламывают, – горестно вздохнула я, начиная спуск. Лестница была, казалось, ровно такой же, как и в тот день, когда строители вытесали последнюю её ступеньку.
Вблизи улицы тейга Кадаш выглядели не менее странно для человеческого глаза. Что значило жить в таком месте? Гномьи домики, чьи размеры издалека не вызывали никакого интереса, вблизи казались отчего-то маленькими, хотя были не менее монументальными, чем все остальные строения.
– Страж-командор! Приветствую вас от имени дома Свендир, – чуть ли не из-под земли прямо передо мной нарисовался гном, выглядевший удивительно мажордомисто для такого места. – Я должен передать вам, что лучше всего сохранились дома в западной части города, поэтому вашим людям лучше разместиться там же, – "там же", очевидно, потому что гномы тоже не дураки в осыпающихся домах жить. – Кроме того, леди Свендир и легионер Эрунд ожидают вас как можно скорее в главном штабе. Ориентируйтесь вон на тот пролом, – я проследила взглядом направление, указанное коротким толстым перстом гнома. – Штаб примерно под ним, возле него выставлена стража. Это всё, Страж-командор, – поклонился гном и исчез столь же проворно, сколь и появился. Точно из слуг, сразу видна орзаммарская выучка. Мне даже стало как-то его жалко – очевидно, очень грустно находиться на Глубинных тропах, не умея держать в руках оружие и полагаясь только на других.
– Отлично, скоро буду, – пробормотала я больше себе под нос, чем ему во след. Так, ладно, пора за дело. Запад, значит? Я развернулась лицом к колонне и прокашлялась, чтобы лучше кричалось. Хорошо хоть акустика здесь неплохая. – Старшие Стражи! Займитесь размещением. Вольф, ты за главного, пока мы не вернёмся! – из общей массы Стражей раздались отдельные согласные междометия. Признаться честно, иногда мне не хватало чёткого солдатского: "Да, мэм". – Серж?! Се-е-ерж?! – наконец маг-целитель помахал из толпы рукой, обращая на себя внимание. – Серж, на тебе проверка медикаментов, потом коротко доложишь! – крикнула я через головы остальных Стражей. Старший целитель что-то согласно крикнул в ответ. Ну вот, теперь можно искать и гномье начальство. – И пусть кто-нибудь уточнит, где лежит наша часть припасов! – вспомнила я про самое главное, закричав двинувшимся выполнять приказы Стражам. И вот ржать вовсе не обязательно! Я укоризненно покосилась на подхихикивающую вместе остальными Стражами Сигрун.
– Это прозвучало очень встревожено, – призналась гномка, разводя руками. – Прямо панически.
– Я вовсе не паниковала, и ты это знаешь, – насупилась я. Как будто бы я одна здесь жру в три глотки и волнуюсь по поводу припасов! – Скройся с глаз моих, сегодня ты у меня в немилости, – Сигрун ужасно любила поболтать о жизни с кем-нибудь из легионеров при встрече и совсем не любила штабные сборища, так что я решила избавить её от этого. Одного Натаниэля пока хватит. Не получивший распоряжений Страж-констбель догадливо оставался рядом со мной.
Вон на тот пролом, да? Я ещё раз задрала голову к потолку пещеры. Создатель, как будто небосвод пытаешься рассмотреть, так высоко! А ведь на карнизах вдоль стены тоже стояли дома – особняки аристократов. И как им было не страшно на такой высоте жить?
Штаб размещался внутри очередной каменной коробки, о чём гласила надпись угольком над отсутствующей дверью. Перед входом несла вахту пара гномов, чинно кивнувших бородами при виде нас с Натаниэлем. Внутри было только несколько каменных столов и пять гномов. Причём трое вышли почти сразу, как только мы вошли внутрь.
– Страж-командор! Амелл, сколько лет, сколько зим! – просияв где-то в глубинах бороды, выскочил вперёд Эрунд, один из младших командиров в Легионе Мёртвых. Я, конечно, надеялась на общество Кардола, но и Эрунд отличный мужик – с ним мы были знакомы по большому налёту на Кэл Хирол, когда оттуда были окончательно вытурены порождения тьмы.
– Привет, дружище, – с чувством я похлопала эту гору мышц и железа ростом мне до пупка. Эрунд был удивительно низкоросл даже, пожалуй, для гнома. – А это, я так понимаю?.. – покосилась я на гномку у него за плечом.
– Айвэ Свендир, глава дома Свендир из касты воинов, – с достоинством представилась воительница, высоко подняв светловолосую голову. Я не смогла определить, был ли этот почти белый цвет её родным, или она красилась, или уже успела где-то поседеть. Айвэ была достаточно молода для главы дома – едва старше меня, наверное. – Это большая честь для нашего дома сражаться плечом к плечу с Серыми Стражами и вами лично.
– Будьте столь же храбры и настойчивы, как и в тот день, когда согласились отправиться сюда, и скоро для Серых Стражей будет честью сражаться рядом со Свендирами, – экспромтом ляпнула я что-то высокопарное из области гномьей дипломатии. Судя по блеску в глазах гномки, получилось, как надо.
– Ну что ж, предлагаю сразу приступить к делу, – Эрунд засуетился, раскладывая карты на столе, передвинутом в центр комнаты. Он сохранился только по той простой причине, что был полностью сделан из камня, и, пожалуй, переместить его было не таким простым делом. – Здесь мы отметили найденные следы Пожинателей... – гном как-то странно протянул конец фразы, намекая на какое-то продолжение.
– Но ни одной встречи с ними? – догадливо спросил Натаниэль. Я нахмурилась, склонившись над картой. Три отметки были нанесены на туннели, уходящие в западном направлении, как раз к Амгарраку. Странно, что ни одной твари до сих пор нам не встретилось... Могут ли они избегать встречи? Или мы пока просто толпимся на границе их набегов? Но почему они не ушли сколько-нибудь далеко за четыре года?
– Именно, – резким тоном ответила Айвэ, неприятно выдернув меня из задумчивости. – Ни единой, Страж-констебль. И, признаться честно, сейчас мы не очень уверены...
– В том, что Пожинателей достаточно, чтобы вы не зря сюда тащились? – подняла я на неё тяжёлый взгляд. Гномка стушевалась, но согласно кивнула. Прекрасно, просто прекрасно! Что, теперь каждый залётный гном имеет право подвергать сомнению полностью обоснованные теории человека, сведущего в магии? Зачем я только вытребовала помощь у Орзаммара, сделала бы всё с силами Стражей, зато всякие умники не лезли бы под руку со своими мыслишками и соображеньицами!
– Леди Свендир, Стражи здесь потому, что верят в реальность этой угрозы, – дипломатично вмешался Натаниэль, пока я исходила желчью и мужественно удерживала язык за зубами. В груди заныло сильнее обычного. Дурацкое сердце.
– Пожинатели – хотя и особенный, но всё же вид одержимых, – переборов первое возмущение, я снисходительно процедила объяснение. – Единственный способ для них увеличить численность – призвать других демонов, а уж это они могут делать в количестве от весьма скромного до почти неограниченного. Поскольку мы понятия не имеем, какой демон был призван первым и каких он протащил за собой, лучший вариант...
– Предположить, что всё очень плохо, – закончил за меня Эрунд. – Да, Командор, мы тебя поняли. И всё же... В окрестностях сейчас нет не то что Пожинателей, даже порождений не видать! Во всем тейге – ни одного! Это всё крайне... крайне странно, – задумчиво почесал он бороду.
Пожалуй, даже более чем. Ведь и нам на пути не встретилось даже завалящего глубинного охотника. Я думала, всех распугали недавно появившиеся в округе гномьи войска, но если здесь вообще никого не было... Создатель, пусть это будет хорошим знаком!
– Может, их всех уничтожили Пожинатели, – пожала я плечами. – Или... нет, не знаю, что или.
– Что ж, если рядом никого нет, значит, нам придётся пойти поискать, – Натаниэль подошёл поближе к столу, очевидно тоже желая поглядеть на карту. Интересного на ней было мало – гномы давно не были столь далеко от Орзаммара, а потому их карты Троп, соединяющих Кадаш и Амгаррак, были времён конца Древней эры. За это время, разумеется, всё должно было сильно измениться из-за ходов порождений и обвалов.
– Нам нужна дальняя разведка, это правда, – согласился Эрунд.
– Следы Пожинателей встречали на юге. Пожалуй, стоит поискать для начала южнее, а не западнее тейга, – пришлось мне признать необходимость хоть как-то установить число Пожинателей чуть более точно, чем "больше, чем нам этого хотелось бы". То есть, я была всеми конечностями за эту здравую идею, но сейчас она выглядела как отступление от уверенности в своей правоте. А я была уверена в своей правоте! – Стражи замечали их здесь и здесь, – я ткнула пальцем в несколько точек на карте, которые хорошо запомнила. – А вы здесь, здесь и вот в этой области. Да, всё выходит – юго-запад тейга Кадаш.
– Ну хорошо, так и поступим. Но я думаю, детальнее планы стоит обсудить, когда вы устроитесь в тейге и отдохнёте с дороги, – предложила Айвэ. Да, дамочка явно не из той стали, из какой обычно плавят гномьих воинов. Вот Эрунд недовольно хмурится – ему явно хотелось прямо сейчас созвать разведчиков и кое-кого из командиров рангом помельче, чтобы немедля приступить к разработке плана. Нет уж, спасибо, мне сначала надо пообедать... И, пожалуй, выпить мятных капель. Проклятые Глубинные тропы.
***
– Что это такое? Если бы не этот вопрос, тишина, сгустившаяся в столовой, была бы почти полной. Все, кто был в этот момент не занят, пришли посмотреть на открытие Эйнхартом готовой фрески, а те, кто был занят, освободились и пришли чуть позже, сразу вливаясь в молчаливо-ошеломлённые ряды. Как-то не оказался готов киркволльский Круг к принятию современного орлесианского творчества. – "Битва за Казематы", г'азумеется! – презрительно поджав губы, оповестил жаждущую ясности общественность мастер Эйнхарт. Я, наверное, должен был что-то сказать, но пока не выходило. Я просто тупо пялился на эту несчастную картину. Единственное, что мне лезло в голову – мысль о том, что если Эйнхарт вдохновлялся Киркволлом, перед тем как это написать, у нас сейчас всё хуже, чем мне даже казалось. Краснолириумная Мередит, состоящая сплошь из углов, скалилась на Защитницу, позади них сражались товарищи Защитницы, тоже угловатые, с ожившими статуями, не имевшими ни единой округлости, на фоне Казематов, не бывших такими геометричными и пугающими в лучшие свои годы. Защитница прихрамывала на одну ногу, историческая достоверность – на обе, но в целом картина смотрелась достаточно эпично. – Даже знать не хочу, где здесь я, – пробурчал непосредственный участник "битвы за Казематы" в моём лице. – По-моему, вон там, – любезно подсказал Брадан, ткнув рукой поближе к левому верхнему углу. – А по-моему, это элемент архитектуры, – усомнился я. – Ну, кто-то так долго торчал в этом дворе, что немудрено и перепутать... – захихикали за другим моим плечом. – Эй, не делай вид, что не понимаешь шуток! – возмутился Фарель. – Я их понимаю. Когда они смешные, – с достоинством возвестил я и снова повернулся к картине. Нет, ну кровь Андрасте, этот мазила умеет же рисовать нормально! Особо впечатлительные до сих пор, заходя в часовню, ударяются в слёзы восхищения. Хотя, конечно, нарисуй Эйнхарт Андрасте так же, как и Мередит, его бы просто порвали... Но тем не менее! Здесь же люди едят. А алая страхолюдина на стене у кого хочешь отобьёт если не сон, то аппетит точно! Не из углов на фреске была только Защитница, стоявшая к зрителю спиной. И из-за этого она казалась какой-то... неуместной, что ли? Такой, какой она бывала и в реальности. Так мы и стояли – оригинальнейшая фреска, целая толпа народа, ожидающая командорского вердикта, чтобы то ли хаять, то ли хвалить художника и плотный запах похлёбки на куриных головах на всю столовую. Кто-нибудь, заберите меня отсюда. – "Битва за Казематы", так "Битва за Казематы", – думаю, ввязываться в какие бы то ни было споры сейчас бесполезно. Оставалось только повторять волшебную мантру: "Мы за это не платим". Но, пожалуй, обедать в столовой я сегодня не буду. Почему рисовать этот геометрический кошмар нужно было ровнёхонько напротив моего места?! – Эй, ты куда собрался, командор?! – раздался оклик Фареля, когда я стал протискиваться сквозь толпу к выходу. – Пойду ещё поработаю, – отговорился я, хотя настроения не было никакого. – Тогда я сейчас зайду к тебе в кабинет, нужно отдать кое-какие бумаги, – с энтузиазмом отозвался Брадан. Ему так понравилась капитанская должность, или похлёбка уже тоже поперёк горла стоит? Я поймал себя на том, при мысли о еде начинал думать об Амарантайне, а при мысли об Амарантайне – о еде. Уж больно эти вещи связаны. Всего два слова: Серые Стражи. Еда-еда-еда. Я уже сбился со счёту, сколько раз маниакально пересчитывал запасы, пытаясь убедиться, что мы дотянем хотя бы до озимых. Но это мало помогало – всего было в притык и если урезать. Житницы у реки Минантер были поистине бездонны, или я мог бы договориться с амарантайскими поставщиками, тем более, что никто не помешал бы мне прикрыться именем Амелл в её отсутствие, но... Гавань Киркволла была в ужасном состоянии. Ничто с посадкой ниже, чем у лодки, не могло войти в воды города, не рискуя распороть днище. А работы по расчистке ещё чудовищно далеки от завершения, зато сезон зимних бурь – уже на носу. А по суше... Что ж, это был единственный наш путь поставок, но сейчас с Киркволлом торговали неохотно – чему тут удивляться? Если только через Стракхевен, отчаянно рвущийся помочь... Все знают, что Стракхэвен только спит и видит, как бы подмять соседей и особенно Город Цепей, а тут ещё и этот Ваэль... Мы и так получили от них немало помощи. Но просить ещё – это всё равно что вручать ключ от города прямо тамошнему принцу. Ещё моё нынешнее положение осложнялось тем, что предаваться мрачным думам в мрачных Казематах было легко и понятно, а вот в Казематах, выкрашенных в приятные глазу милые оттенки – уже не очень. Я поспешил шмыгнуть в свой мрачный кабинет и склониться над выщербленной поверхностью стола, чтобы ни что не отвлекало меня от моих скорбных размышлений. Скрипнула дверь в комнату. – Ты не очень рад меня видеть, – скорее отметил, чем спросил Брадан, заходя внутрь с пачкой бумаг и знакомой длинной банкой. – Я просто хотел побиться головой об стену в одиночестве, – вздохнул я в ответ, разгибаясь над столешницей. – Ну и что это? – Это? – капитан покосился на бумаги так, словно совершенно забыл об их существовании. – Ах, это. Так, ерунда, отчётность, чтобы была. Потом будем ближе к старости читать и смеяться. – Вот я тебе об этом просил? Я до конца жизни не забуду этих художников от слова "худо", – моё недовольство было совершенно оправдано – и так в Казематах писчей бумаги днём с огнём не сыщешь, а мы её ещё будем на ерунду всякую переводить. – На кривую дорожку ступаете, командор, – нехорошо прищурился Брадан. – Под ковёр, значит, делопроизводство суёте... – Там ещё кое-какие запросы от администрации Наместника, капитана стражи, результаты проверки... а, в общем, хрень всякая, сам потом прочтёшь, – это была не такая уж и хрень, но я не стал отпираться. Честно говоря... А-а, да что толку жаловаться. Работы много, и как всё успеть переделать за оставшееся время? Отплытие в Амарантайн одновременно казалось сродни отправлению к престолу Создателя во плоти и судным часом одновременно. – Какие-то проблемы? – вдруг спросил у меня Брадан, и я понял, что всё это время залипал на бумаги на столе немигающим отсутствующим взглядом. – Да нет, – покачал я головой. Вот кому я вру. Мы тут вкалываем почти круглые сутки семь дней в неделю, а проблем ни разу не становится меньше?! Решаем одну, а на её месте вырастает сразу три! Нет, ну добро бы это были наши старые добрые проблемы с магами крови и одержимыми... Но куда там! Чем дальше, тем больше эти проблемы похожи на какой-то бред сумасшедшего! Я даже не знаю, за что хвататься – за работу или за голову! Демон забери, у меня вообще стоическое ощущение, что я работаю не развалинах Круга, а на руинах какого-то детского приюта. Во всяком случае, магам явно не хватало умения вести себя по-взрослому, особенно некоторым. Лориц потом ещё долго извинялся за ту дурацкую историю с Эйнхартом, потому что, видите ли: "Лучше я Вас разок выставлю дураком, и наши недобитые либертарианцы будут себе довольно хихикать по углам, чем они сами затеют какую-нибудь пакость". Список можно было продолжать до бесконечности. От постоянных капризов в первые дни после Права Уничтожения, когда маги требовали вернуть их обратно в уютные спальни, которые лежали в руинах (и зачем потребовалось их крушить?), и покормить "нормальной едой", до историй вроде сегодняшней. И это не считая настоящего детского приюта – тот, который был при Церкви и который некому стало содержать, когда Андерс оную Церковь подорвал. Пришлось и за это взяться храмовникам. Придавливая, правда, жадность и опасения того, что на всех нас припасов не хватит. Хотя ещё стража помогала, а теперь и Наместник. Может, ещё и обойдётся. И если подростки постарше хотя бы вели себя прилично, то дети помельче всё пытались набраться храбрости и потыкать в Мередит палочкой. Надо кстати её убрать. А куда? Да и похоже, она вообще вросла в камень. Демон, куда не плюнь, всё у нас не слава Создателю... – Ничего такого, просто немного замотался, – закончил я фразу под недоверчивым взглядом Брадана. Как будто мы в разных Кругах работаем... – Ладно, если я тебе ни за чем не нужен, то я пойду, – собрался на выход рыцарь-капитан, но застрял в дверях, высунув голову в коридор. – Командор, тут Тико мчится... судя по лицу – кого-то убили! Тут же раздалось бряцание доспехов, и через несколько мгновений действительно появился сэр Тико – молодой храмовник заметно вспотел, но даже не запыхался – значит, хорошо я их тренирую, правильно, и нечего мне ныть, что слишком долго и мучительно! – Рыцарь-командор!.. – звонко выкрикнул храмовник, вытянувшись по струнке, но тут же затараторил: – Там Норстон! И художник! И... Из кабинета мы вылетели чуть ли не галопом, даром что приготовились стартовать заранее. Норстон был одним из крайне преданных сторонников Мередит, и даже сейчас крайне резко относился к критике её действий. Да он же просто убьёт этого Эйнхарта за его мазню! И только этого мне не хватало! На этот раз немая сцена поджидала нас в коридоре рядом со столовой. Маги и храмовники кружком столпились вокруг участников действа и не слишком торопились уступать дорогу. – Все разойдитесь! – крикнул я, решив, что тело будет намного удобнее выносить по безлюдному коридору. – Мы сами здесь разберёмся! – Да в общем-то и не надо... – пожал плечами Эйнхарт, когда его стало видно в поредевшей толпе. Всё ещё недоверчиво оглядываясь, обитатели Казематов расходились по своим делам, открывая картину почти что невероятную: тоненький художник, скромно спрятав руки в карманах штанов, стоял у стеночки, а возле его ног, потеряв сознание, валялся здоровенный Норстон в полном доспехе, только что без шлема. – Мхм... М-м? – на более умный комментарий меня не хватило, как и моего товарища. – Ну что со мной будет? – пожал в ответ плечами художник. – Коли уж архидемон в форте Драккон меня не сгубил, то куда там храмовникам... Кажется, я начал понимать Мередит и её методы. Тут ничем, кроме массовых казней, не поможешь. Интересно, если весь мир вокруг меня планомерно сходит с ума – то это правда мир тронулся или только я?***
– Ну что ж, полагаю, такой план разведки будет наилучшим, – подытожил Эрунд на третьем часу обсуждений в штабе. Ну слава Создателю, я уже думала, что никогда не выйду из этой ужасной каменной коробки. Правда, ночевать мне придётся в другой каменной коробке... Может, вынести спальник на крышу? Они здесь плоские, ведь водосток никогда не был нужен. – Если бы... Если бы мы только знали больше об этих тварях, – вздохнула Айвэ. – Тогда и от разведки было бы больше толку. – Будем надеяться, мы сможем узнать больше, – ответил Натаниэль, устало потерев лоб. Только Сигрун ещё бодро водила пальцем по карте, переговариваясь тихо о чём-то с разведчиком из Легиона. Я вышла из штаба и вдохнула полной грудью. Наконец-то... А, проклятье – воздух снаружи почти ничем не отличался от воздуха внутри. Никакой вечерней свежести, которую я подсознательно ожидала. Я немедля надулась на этот разнесчастный тейг. Сзади ещё раз невообразимо скрипнули каменные – эти гномы совсем чокнутые – петли. – Солона, ты уверена, что... – о чём-то хотел заговорить со мной Натаниэль, я обернулась к нему, но разговор не задался. – Смотрите! – разразился чей-то истошный вопль. Я бешено закрутила головой – куда смотреть-то? По полу пронеслась стремительная тень. По полу?! Тогда... По потолку, быстро цепляясь всеми шестью лапами, неслась бело-серая, длинная туша. Пожинатель! Но какой... Не та двуногая уродливая жиробасина, а стремительный... таракан? Тьфу. – Наверху! Сбейте эту хрень! – насколько могла быстро и понятно отдала я приказ, судорожно соображая, чем бы мне шарахнуть по Пожинателю. Для начала сосредоточиться бы на нём... Взгляд вечно с него как будто соскальзывал. К потолку взметнулось несколько арбалетных болтов, волшебных стрел, огненный шар, молния и заморозка. Куда там! Прошивших мёртвую плоть болтов тварь и не заметила, от огня уклонилась, а от заморозки лишь покрылась инеем. Ни сталь их не берёт, ни магия! Я уже давно стремглав мчалась по улицам, следуя за несущимся по потолку Пожинателем, надеясь сама не зная на что. Хотя вот же – определённо тварь бежит к туннелю, ведущему на Амгаррак! Но что же часовые? Они даже не успели поднять тревогу... Уловили направление движение Пожинателя и другие Стражи – туда, к отдалённому островку света, где должны были стоять стражи, стекалось всё больше воинов. Бежала туда и я, и Натаниэль, и Эрунд с Айве, хотя коротконогие гномы давно приотстали. На бегу я кинула ещё одну молнию, но, конечно, промахнулось. По-прежнему летели в серо-белую, едва различимую во мраке, тушу стрелы и болты, и заклинания, но Пожинателю было всё ни по чём. Он только уходил в сторону, и едва приостанавливался, если что-то задевало его. – А-ай, проклятье! – под ноги не вовремя попался камушек, и я впечаталась носом в мостовую. Наверху грохнул очередной огненный шар. Что-то шлёпнулось рядом. Натаниэль почти тут же рывком поднял меня с земли, и мы побежали дальше, но я успела разглядеть тонкую трупно-серую трёхпалую конечность с огромными когтями. Опалённый, пятиногий Пожинатель, кажется, даже не заметил потери – головой вниз, не снижая скорости, он ринулся по стене к тоннелю. Несущие вахту стрелки буквально нашпиговали его стрелами за то время, что тварь бежала по прямой, но увы – это не принесло никакого результата. Снизу едва ли не изнывали те, кто успел добраться до места встречи, желая нашинковать вторженца мечами. Я туда не успела. И честно... Слава Создателю. Пожинателю надоело быть подушечкой для иголок. Он задержался перед тем, как юркнуть в туннель. Задержался – и вся передняя линия бойцов взорвалась, разлетевшись алыми брызгами по стенам и людям. Остальные оторопели – на долгие-долгие секунды. Пожинатель успел скрыться. – Нет, нет, отставить преследование! – лёгкие горели огнём, сердце настойчиво лезло через горло наружу, но я смогла крикнуть. Кажется, весь лагерь был готов ломануться в туннель следом за тварью, убившей их товарищей, но это было бы сейчас безумием. Мне пришлось ухватиться за Натаниэля, чтобы устоять. Нет, небольшая пробежка не могла меня так подкосить. Создатель, куда я привела своих товарищей?! Просто... просто на заклание?! – С-с-страж-Ком-мандор, неужели это?.. – неверным языком спросила Айвэ. Она была напугана. Вокруг сейчас было много напуганных лиц. – На моей памяти Пожинатели таких фокусов не откалывали, – мне удалось сказать это вполне спокойно. Надеюсь, удалось. Повисла тишина, в течение которой лично я пыталась подумать хоть одну мысль, но они все расползались. Как Пожинатели по потолку... Да что ж это такое. – Часовые... надо забрать их тела, – наконец внёс предложение Эрунд. Бедолаги. Они, наверное, даже не успели сообразить, что на них обрушилось, прежде чем умерли. – А если Пожинатель ещё там?! – крикнул ему вслед Натаниэль. – Займите боевые посты и ждите, – хлопнула я Стража-констебля по плечу, бросаясь догонять командира легионеров. – Вы и вы, за мной! Было выставлено три поста по два человека в пределах слышимости друг друга. Мало, но их задача – только предупредить, боевая вахта находилась в самом тейге, занимая внутренние укрепления. Но никто из них не заметил Пожинателя. На него было трудно смотреть даже тогда, когда я точно знала о его присутствии... Наверное, тварь отвела глаза. Но почему следующие друг за другом посты так и не услышали ни звука лопающихся тел, ни грохота падающих доспехов? Я додумывала эту мысль как раз тогда, когда мы с Эрундом и ещё пятёркой гномов и Стражей дошли до первого от нас поста. Часовые... Установленные в стенах факелы освещали закованные в броню фигуры. Они не были растёрзанными, даже не лежали мёртвыми – стояли себе навытяжку и в ус не дули! Что за... – Эй, да вы что, оглохли и ослепли, что ли?! – в ярости взревел командир легионеров, сжимая кулаки и гневно ускоряя шаг. К нему поспешил присоединиться ещё один легионер. – Столько народу погибло, а вы хоть бы... – Нет, Эрунд, стой, тут что-то... ...не так. Моё предупреждение опоздало. Командир из Легиона добежал до одного из часовых, схватил его за плечо, дёрнул... Он едва успел шлёпнуться наземь, как просвистел огромный молот. Звякнул, вылетев из руки Эрунда его топорик. Пляшущий свет выхватил огромные клыки, неестественно бледную кожу "часового" и чёрный провал на его горле. В следующий момент он изогнулся под тысячей разных углов, корчась в "духовной темнице". – Ааааа!!! Другому легионеру повезло меньше – нежить повалила его и почти сразу вскрыла горло. В свете факелов пасть её стала чёрной. Мертвец кинулся на того же Эрунда, но теперь легионер не сплошал и воткнул вовремя выхваченный кинжал нежити прямо под челюсть. Против свежих зомби самое оно. Со скелетами труднее... – Амелл. Что. Это. За. Х?.. – Магия крови, – я принялась объяснять раньше, чем Эрунд закончил. – Я же говорила, Пожинатели умеют поднимать мертвецов... Ну и, похоже, ещё парочку трюков освоили, – пробормотала я в конце. – Но зачем эта тварь была здесь? Она шпионила за нами? – продолжал допытываться у меня гном. Из коридора послышалось шарканье и звон. Вот почему никто ничего не услышал. Часовые так и упали. Их убили и тут же подняли. Наши мёртвые товарищи будут сражаться против нас... – Я не знаю, Эрунд, не знаю! – всплеснула я руками. Легионер что-то пробурчал в ответ, поудобнее перехватывая поднятый с земли топорик. Кажется, там было что-то про разведку... Мертвецы дошаркали до круга света, и я на время забыла про гномьи слова.
