Дурдом в моей голове

Я провожала маму со слезами на глазах, ведь эта святая женщина спасла меня от страшных и мучительных пыток моего новоявленного "друга", заговаривая его до нервного тика. А ведь Сатана и не подозревал, что я ходила в музыкальную школу… Но после двух «наишикарнейших» песен в моём исполнении он понял, почему я так недолго занималась музыкой. – Мамочка, ты приезжай ко мне почаще, – нараспев проголосила я, косо поглядывая на Люцифера, который улыбался во все тридцать два зуба, прямо как ангел. Ой, да он же и есть ангел! Как нело-о-овко получилось… Но вот ехидная улыбочка Люцифера давала повод поразмышлять о своей безопасности. – Конечно! Я через недели две к вам вновь заеду, пригласим Люка! Мама подмигнула Люциферу и скрылась за дверью. Этот неловкий момент, когда твоя мама запала на Сатану. Но зато у меня есть «недели две», чтобы избавиться от падшего. Две недели. Время пошло. Лучшая защита – нападение. Конечно, нападать на Люцифера и пытаться огреть его скалкой я не буду, потому что точно знаю, чем всё закончится, а вот подпортить крылатому нервы могу… И тут во мне проснулся демон. Да чего греха таить, во мне проснулся настоящий хитрожопый Рыцарь Ада! – Итак... – театрально начала я, закрывая входную дверь. – Итак? – ехидно переспросил Люцифер. Набрав в легкие воздуха, я заорала текст песни: – Расцветали яблони и груши, Поплыли туманы над рекой. Выходила на берег Катюша, На высокий берег, на крутой. Выходила, песню заводила Про степного сизого орла, Про того, которого любила, Про того, чьи письма берегла.* Медведь на ухо наступил? Нет, это не про меня. По моим ушам прошлась целая толпа медведей с музыкальными инструментами. Запугать до смерти Люцифера? Могу, умею, практикую. По его лицу было видно, что он, мягко говоря, в шоке. Но на этом я не закончила музыкальный вечер. На этот раз мною была выбрана достаточно стебная песня. Думаю, её хватит, чтобы взбесить Люцифера. Слегка пританцовывая, я запела: – Как-то шел сатана, сатана скучал, Он к солдатке одной постучал. Говорит, я тебе слова не скажу, Говорит, просто так посижу, Отдохну, говорит, слова не скажу, Просто рядом с тобой посижу. А солдатка живет много лет одна, Отдохнул у нее сатана, Через год на печи ложками звенят, Может пять, может семь сатанят. Полсела сатанят скоро набралось, Все равно у меня есть вопрос, Виновата ли в чем мужняя жена? В ней с рожденья сидит сатана. К дорогуше своей я б ушел давно, Да стоит на пути черт Махно, И пока я хожу, езжу на войне, Ты, Маруся, не верь сатане.** С каждым новым словом этой песни лицо Люцифера становилось все более шокированным и мрачным. Мне же было очень весело, ведь я представляла Бриенну Тарт в роли солдатки и Люцифера в роли Сатаны соответственно. Ну и полсела этих сатанят. О, это была бы шедевральная картина. Последнюю строчку песни в моём ужасно прекрасном исполнении услышал, без преувеличения, весь дом. Об этом свидетельствовал грохот в квартире на этаж выше и стук по трубам. – Я так клево пою, что соседи начинают аплодировать по батарее! – осипшим голосом проговорила я. – Да нет, это демоны из Ада тебе по трубам стучат! – нервно дергая глазом, проговорил Люцифер. – У них так даже мученики не орут! – А у нас тут свой, персональный Ад! – гордо проговорила я, уперев руки в бока.