Лифт

Пушистый плед. Шампанское. Два бокала. Конечно, от шипучего напитка не станет теплее, зато желание под бой курантов загадать можно. Я и рингтончик на будильник поставил подходящий. Осторожно притворив дверь, я бросил взгляд в сторону лифта и обомлел. Неширокий проём, с таким трудом приоткрытый нами, сменился сомкнутыми дверьми. Захлопнулся! Быстрый взгляд вверх, но линейка этажей не отображала ни одного символа. Бросившись к лифту, я начал молотить в закрытые створки, выкрикивая её имя. Тишина. Скорее всего, кабина каким-то непостижимым образом пришла в движение и теперь находится совершенно на другом этаже. Не замечая ступенек, бросаюсь вниз, останавливаясь на каждой площадке, чтобы найти Наташу. Но нет, нет, везде тишина. Остаётся только второй этаж и верхние. Мчусь вниз, чуть не сбиваю с ног какого-то человека. Чёрт! - Эй, парень…! - Извини, - бросаю через плечо, - спешу! Вот и двери. Не сбавляя темп, бросаюсь на них. - Таша! – словно в пустоту. - Всё… всё в порядке, - слабый голос едва проникал сквозь створки. - Всё в порядке, - эхом облегчение сорвалось в ответ, - ты напугала меня. Тишина. Может, дышу слишком громко? Да, пожалуй. Эта незнакомка смогла заставить вспышку поразить все жизненно важные органы: сердце, там, лёгкие… Лирика, одним словом. Задержав дыхание, прислушиваюсь, стараясь уловить её малейшие вибрации. - Что за…? Таш, всё нормально? Ты уверена? - Угу… - то ли всхлип, то ли протяжный вздох в ответ. Непонятная суета, скрытая от глаз, заставляла воображение разыгрываться, совсем выбивая из колеи. Паника. Стоп. Нервы стоп, стоп! Что-то произошло? Почему не признаётся? Явно ничего хорошего! Думай. Да, что думать? Открывать, чёртов лифт нужно! Дрожащими от нервного напряжения пальцами начинаю отжимать проклятые двери. - Блин блинский! Не поддаются. Таш, ты сколько уже сидишь там? - Часа пол-полтор-ра… - Ты совсем замёрзла? Надень свою куртку поверх моей, больше толка будет. - Н-не м-могу. Она меня в ступор ввела, что там происходит, чёрт! - В смысле? Таш, я ничего не понимаю… - Ребята скоро придут? – перебила - не хочет отвечать, значит. Я присел на корточки возле рифта. Закурил. Никотин – ты лучший допинг для спокойствия и, пожалуй, лучшее блюдо сегодняшнего праздника. - Наташ? - Да-а? – мне кажется или её голос действительно слабее с каждым мгновением? - Ты не доверяешь мне, почему? - С чего ты взял? - Ты не откровенна, что-то ведь произошло? Почему лифт обвалился? - Н-не зн-наю… Может трос оборвался? -Трос оборвался, двери захлопнулись, лом…, - куда делся лом, спрашивается?! – Таш, а где лом? Его не было на площадке! Мне показалось, или она плачет. Мать вашу! Да что здесь происходит?! Страшные предположения, как нелегальные эмигранты населили мою голову, пуская сознание в хоровод. С какой же силой могли двери захлопнуться? Соответственно, лом вылетел как сумасшедшая пробка шампанского! А если её задел неудачно?! Сигарета за сигаретой. Стук в двери лифта удар за ударом, превращаясь в дробь. Тишина. Звенящая. Пугающая! Обезнадёживающая. Выкрики её имени. Ни звука. Всё без ответа. Мольбы о помощи. Никакой реакции. Что же я делаю не так? Не доверяю случайностям? Так вот, пожалуйста! Я весь ваш, вы, грёбанные высшие силы! Если вы такие всемогущие, какого чёрта?! КАКОГО ЧЁРТА, Я СПРАШИВАЮ?! Зачем, вы даёте человека? Может быть того самого. Может быть единственного… Чтобы забрать?! Ублюдки! Чего добиваетесь? Покаяния? Да пошли вы! Фильтры, тлея жгут пальцы, шарящие по дверям в надежде. В надежде увидеть её улыбку. Едва, одними углами губ. В надежде увидеть себя в отражении её глаз. Какого бы они не были цвета. Неважно! Главное, что они – те. И она – та. Целиком и полностью. Верю ли я в чудеса? Да, чёрт возьми, верю. Как последний слабак, для которого они придуманы. Потому что они для меня придуманы. Потому что они мои. И она моё, моё чудо. И ни за что не откажусь. Своё не бросают. За своё борются. - Я смогу, Наташ, слышишь? - одними губами, практически касаясь холодного металла дверей, глухой вибрацией встречая движение лифта. Тронулся. Как выдох свободы. Или это я тронулся? Телефон отозвался из кармана бодрыми ударами курантов.