Тьма Уильяма Картера

      Тени всегда чувствовали настрой своего хозяина. Когда он танцевал с Чарли они с шипением отползали подальше, не выдерживая давления ярких и чистых эмоций. Когда же пришел Гудини они осмелились приблизиться и, оставаясь как можно незаметнее, с упоением напитывались азартом и ненавистью. Каждый глоток для них сулил силу, каждый всплеск давал новые возможности и они благодарили хозяина за пищу, беспрекословно ему подчиняясь.       Максвелл заметил шевеление своих подопечных и поспешил приказать им убраться подальше. Тени с легким недовольством уползли обратно в сад, оставшись следить за хозяином издалека и готовые в любой момент броситься ему на помощь. Однако Максвелл не спешил раскрывать свои карты перед Гудини. Пусть это станет сюрпризом для глупца иллюзиониста, который думает, что уже понял схему всех его фокусов.       - Дуэль, - он с вызовом вышел вперед, остановившись в метре от соперника.       - Могу ли я сам выбрать трюк?       - Выбирайте все что угодно. Я повторю любой ваш фокус не прибегая к отмычкам.       Лицо Гудини немного дрогнуло, но не изменило своего улыбчивого и учтивого выражения. Иллюзионист старался держаться как можно спокойнее и достойнее, словно все происходящее лишь небольшая шутка. Максвелл был бы рад доказать ему обратное, но ранить или калечить соперника он пока не хотел. Скрипя сердцем стоило признать, что такая шумиха приносила обоим немалый доход, а желтая пресса лишь подогревала интерес толпы. Так зачем убивать курицу, которая несет золотые яйца сама того не зная?       Тем временем гости засуетились и часть из них нетерпеливо столпилась позади Гудини, не решаясь даже приблизиться к этим двоим. Лица иллюзиониста им было не видно, но вот Максвелл представлял из себя пугающее зрелище. Слабый свет электрических ламп почти не разгонял тьму вокруг него и мрак за его спиной как-то странно шевелился. Людям казалось, что тени и правда были живыми, а хрупкая Чарли, закутанная в фрак иллюзиониста, вот-вот будет поглощена неведомыми демонами.       - Как вы смотрите на освобождение из запертого железного гроба? – наконец произнес Гудини и толпа восторженно зашептала.       - Замечательная мысль, но я предлагаю усложнить задачу, - Максвелл сверкнул глазами. – Это будет освобождение из кандалов и из запертого железного гроба, который опустят в реку Сан-Франциско. Думаю эту дуэль можно устроить уже завтра прямо на главном мосту. Верно?       Вопрос был обращен к толпе, которая стояла затаив дыхание. Вперед них вышел мэр Юджин Шмиц и оценивающе смерил взглядом двух иллюзионистов. Взвесив все «за» и «против» он, наконец, произнес:       - Ладно, я даю вам свое разрешение на проведение дуэли, но у меня есть одно условие.       - Какое? – настороженно спросил Гудини.       - Если в течении пяти минут кто-то из вас все еще не выберется, я прерываю дуэль. Мне не нужны трупы.       - О, вам не стоит волноваться. Я выберусь из любого гроба, - Максвелл взглянул на соперника. – Даже из своего собственного.       Гудини предпочел благоразумно промолчать и не отреагировал на провокацию. Он просто прошел вперед с гордо поднятой головой и толпа расступилась перед ним. Люди медленно последовали фокусником, предвкушая утром замечательное шоу.       - Макси, - Чарли аккуратно дотронулась до его руки. – Все будет в порядке?       - Не волнуйся, - почти ласково ответил он. – Я не только выберусь до того как этот выскочка выберется, но еще и принесу тебе подарок.       На следующее утро газеты с объявлением о дуэли между иллюзионистами разлетались как горячие пирожки. Весть распространилась настолько стремительно, что к условленному часу мост через реку был забит до отказа. Люди желали увидеть чудо и уходить просто так не собирались, несмотря на пронизывающий ветер и сильный осенний холод.       Меньше чем за одну ночь была возведена небольшая деревянная ложа прямо перед основанием моста. Рядом с ней поставили ограждение, чтобы взволнованные зрители не подходили слишком близко. Чуть поодаль приготовили скамейки для специальных гостей, которые должны были наблюдать за зрелищем с комфортом. Остальным же приходилось ютиться либо на мосту, либо встать по берегам и ёжиться от холода.       Железные саркофаги привезли почти к самому началу на двух крупных грузовиках. Гробы прицепили к небольшим кранам с ручным подъемом и полностью подготовили их к спуску. Дуэлянтам оставалось лишь занять свои жуткие гробы и, при должной сноровке, выбраться из них раньше, чем закончится воздух или время.       Все утро бедная Чарли не могла найти себе места даже не смотря на то, что понимала и знала о силе Великого Максвелла. Она приехала вместе с ним на автомобиле и день начинался вполне нормально, если бы не один очень важный разговор.       - Чарли, возьми его, - фокусник протянул ей Кодекс. – Мне его оставить не разрешат.       Девушка молча приняла гримуар и всего на мгновение ей почудилось, что книга в руках задрожала. К его замогильному холоду она уже давно привыкла, но теперь Кодекс вел себя несколько иначе. Естественно помощница забеспокоилась.       - Макси, ты точно уверен…       - Да, я уверен, - Уильям резко прервал её. – Таково условие дуэли, но мне не впервой.       С этими словами он в очередной раз достал сигару и закурил, стараясь чтобы дым шел в окно. Естественно это его немного успокоило, но отсутствие книги все равно сильно усложняло дело. Сколько он использовал тени, около него всегда был Кодекс, пусть даже к нему не нужно было прикасаться. Сейчас же дело обстояло несколько иначе, ведь его и гримуар будет разделять не только расстояние, но и толща стали, погруженная в воду.       Естественно он не был бы Великим Максвеллом, если бы не призвал несколько теней заранее. Они неотрывно следовали за своим хозяином, цепляясь к любому уголочку тьмы. Шустрый Скитс и небольшой Страхоклюв должны были обеспечить ему комфортную и безболезненную победу на дуэли, но на сердце все равно было не спокойно. Что-то должно было произойти, но что именно Уильям не понимал.       - Приехали, господин Картер, - произнес водитель, остановившись прямо напротив кранов с гробами.       - Держи книгу у себя и никому её не отдавай, - выходя из машины фокусник еще раз взглянул на погрустневшую девушку. – Не волнуйся, я справлюсь.       А если не справлюсь, то все будет плохо не только у меня, но и у зрителей, которым не повезет оказаться рядом с тем, кто решит отобрать у тебя Кодекс, - мысленно добавил он, закрыв дверь автомобиля.       Новенький Форд слегка затрясся и медленно пополз к зрительским ложам, где для помощницы уже приготовили место в самом первом ряду. Уильям, ощущая как скребутся на сердце кошки, проводил взглядом уезжающую машину. Поворачивать назад было поздно.       - Пройдемте в шатер, - вежливо позвал Картера один из организаторов дуэли. – Вам нужно подготовиться.       Через час все было готово для представления. Люди порядком продрогли, но зрелище двух фокусников, которые вышли к своим металлическим ящикам, быстро приободрило толпу. Оба, как и говорилось изначально, немного дрожали от холода, стоя в одних трусах. Кандалы на руках и ногах сильно мешали передвигаться и поэтому обоим помогали приставленные люди.       Визуальные различия между Гудини и Максвелом были колоссальные и даже издалека их можно было с легкостью отличить. Владелец Кодекса Умбра был не просто худым, он был скорее похож на скелет обтянутый белой кожей. Казалось, что еще чуть-чуть и его снесет очередным порывом ледяного ветра, но фокусник крепко стоял на ногах и с вызовом смотрел на своего соперника. Знаменитый Гарри Гудини был его полной противоположностью. Молодой и ловкий, достаточно подкачанный и сильный с нормальным и здоровым цветом лица вызвал у женской половины зрителей восторженный вздох.       - Займите свои места, - громогласно скомандовал мужчина с секундомером и, пока иллюзионистов закрепляли в металлических гробах, продолжил. – У вас будет только пять минут на то, чтобы выбраться из заточения. Потом мы поднимаем ящики и вызволяем вас.       Когда Гудини лег в свой саркофаг к нему подбежала жена и нежно поцеловала. Бедная женщина очень волновалась и была готова вот-вот расплакаться. Безусловно трогательная сцена, но Картер постарался заглушить в себе зарождающиеся нотки зависти. По нему никто из родственников плакать не будет, ведь с родными он давно порвал все связи. Чарли же, как только Ричардсон подсуетится, забудет о чародее как о страшном сне.       В этот же момент саркофаг с громким лязгом закрылся и Картер оказался в том что ему подчинялось – абсолютной тьме. Гроб покачнулся, а затем медленно пополз вниз. Как только он коснулся воды, Уильям почувствовал сковывающий холод ледяных волн реки.       Времени мало, - он запаниковал, но легкий, почти неслышимый шёпот привел его в чувство и фокусник прислушался.       Господин, зачем вы так рискуете? – это был нежный бархатистый женский голос от звучания которого по телу разливалась небывалая сила. – Вам же подвластен целый мир.       Кто ты? – спросил Картер, ощущая, как тени пробираются ему под кожу, как пробуждают все органы чувств, как дают способность свернуть горы и преодолеть любые препятствия.       У меня много имен, - тихо прошептала она. – Я была еще до того как люди появились на этом свете и я видела как создавались миры. Я то, с чего начинается сама жизнь.       Ты пришла из Кодекса? – Уильям все не унимался, съедаемый любопытством, но воздух начинал постепенно заканчиваться, а тело сковал сильный холод.       Это не важно, - иллюзионист был готов поклясться, что среди кромешной тьмы саркофага он увидел когтистую лапу, протянутую к нему. – Тебе надо выбираться отсюда, мой любимый Уильям.       Борясь с головокружением он схватился за нее и ощутил, как что-то резко выдернуло его из заточения. Несколько секунд вокруг была кромешная тьма, но затем она расступилась и сквозь пульсирующую в голове кровь фокусник расслышал первые звуки. Он был на свободе.       Тем временем где-то там, далеко от того места где он оказался, сидела Чарли и крепко прижимала к себе его Кодекс. Девушка наблюдала за происходящим с трудно скрываемым волнением. Полковник Ричардсон сидел рядом и искренне старался успокоить бедняжку.       - Не волнуйтесь вы так, Шарлотта, - он незаметно взял ее за руку. – Ящики скоро вытащат. Они не успеют задохнуться.       - Я-я-я не знаю, что происходит. Мне страшно, - Чарли была готова вот-вот расплакаться, но неожиданно Кодекс как-то сам собой выскользнул из её рук и упал на землю.       Бескрайнее чувство страха мгновенно прошло, а сердце словно окатили ведром холодной воды, отчего оно начало постепенно успокаиваться. Терзавшая её паника прошла так же быстро как и началась. Раньше при контакте с Кодексом она такого не испытывала.       - Ох, вот видите, вы обронили книгу, - раздосадовано произнес Ричардсон и наклонился чтобы ее поднять.       Когда его пальцы были в нескольких сантиметрах от гримуара он совершенно отчетливо увидел языки тьмы, выползающие из-под обложки. Не веря своим глазам полковник наблюдал за тем как несколько теней сформировались в заостренный коготь и больно царапнули по руке, отчего он даже подскочил.       - Вас разве не учили, что чужое трогать нельзя? – от обладателя голоса у Ричардсона побежали мурашки по коже. – Или вы решили поиграть с моими подопечными?       Военный молниеносно повернулся и увидел Великого Максвелла собственной персоной. Что-то в нем изменилось, словно бы человека сломали и сделали заново. Тени, те же что и были около Кодекса, витали в непосредственной близости от иллюзиониста. Одетый в свой привычный чёрный костюм он выглядел еще более устрашающе чем обычно. На побледневшее лицо, впалые щеки и синяки под глазами никто уже не обращал внимания. Теперь Максвелл изменился и изнутри и он это прекрасно осознавал.       - Как вы выбрались? – спросил Ричардсон, с трудом сдерживая дрожь в голосе.       Проигнорировав вопрос военного он лишь ухмыльнулся своими побледневшими губами и молча поднял Кодекс. Бережно отряхнув свой гримуар Максвелл почувствовал, как книга ласково ложится к нему в руки. Тени были рады снова видеть своего обновленного хозяина.       - Уильям! – напряженную паузу прервала Чарли, обняв иллюзиониста. – Боже, как я рада что ты жив!       - Шарлотта, это для тебя, - в его руках тут же возникла роза, которую он поспешил аккуратно заправить девушке в волосы. – Подарок, как я и обещал.       Ощущая её прикосновения Максвелл в очередной раз чувствовал, как тени постепенно отступают. Даже засев глубоко в его сердце они не выдерживали под напором светлых и добрых чувств, которые испытывал Уильям Картер находясь рядом со своей верной помощницей.       Где-то там, далеко-далеко от них, рабочие вытаскивали саркофаги и еще не подозревали что же увидят там. Ящик при открытии Максвелла оказался заполнен странным едким дымом. На самом дне сиротливо лежали цепи, которыми он был опутан. Гудини же, в способностях которого никто не сомневался, не смог выбраться из саркофага, но полностью сбросил с себя кандалы. Его, полуживого, достали несколько человек и погрузили в карету скорой помощи. Бедняга повторял всю дорогу одну и ту же фразу:       - Тьма, она живая! Она была живая!