Услышь меня, Воля Ада: Черное золото

      Сон - еще одно мерзкое свойство души с высокой духовной силой, то есть и синигами в том числе. Потребность в нем - нечто еще более отвратительное и непредсказуемое, благодаря чему все ваши планы могут полететь в тартарары. Особенно, если вы не спали почти столетие.       Что-то неуловимое неприятно щекочет мою щеку, и, недовольно рыкнув, я тут же сонно отмахиваюсь. Слышу какой-то странный шелест, напоминающий хлопанье легких крыльев... а потом нечто опять начинает противно щекотать мое лицо. Я переворачиваюсь на другой бок, накрываясь покрывалом с головой, и странное создание наконец оставляет меня в покое. Сон снова начинает одолевать меня, однако длится все это блаженство сравнительно недолго.       С грохотом распахивается дверь моей комнаты, и я слышу чей-то слоновый топот, от которого начинает подрагивать пол. — Имферна! — прямо с порога вопит знакомый голос. — Фр-р-р... — бормочу я, ничего толком не соображая, и прячу голову под подушкой, заглушая этот дикий вопль.       Вошедший издает презрительный смешок, а потом делает шаг и бесшумно совершает какое-то движение. Покрывало со свистом слетает с меня и отправляется куда-то в сторону, однако этого оказывается мало, чтобы полностью разбудить меня. — Подъем!       Я снова бормочу что-то невнятное. Голос кажется мне знакомым, даже слишком - до тошноты, однако заставить себя встать и снова окружить себя компанией наивных идиотов мне хочется еще меньше, чем слушать эти вопли. Я даже была бы рада забыть, где сейчас нахожусь, хотя бы на мгновение, но этот факт въелся мне в разум настолько глубоко, что никак не отвертишься.       Вошедший недовольно рычит. — Да вставай же! У нас тревога!       Последнее слово все-таки играет свою роль ведра с ледяной водой, из которого меня в теории надо бы окатить, поэтому я резко сажусь и со стоном распахиваю глаза. Ожидаю увидеть мерзкий яркий солнечный свет, однако, к счастью, обманываюсь в своих ожиданиях. Солнце еще толком не встало - какая же рань! Будь проклят этот готеевский устав!       Раздраженная, я резко оборачиваюсь и вижу слегка взбешенного Коджи с моим покрывалом в руках. На груди адского Оракула поверх темной мантии появилась изящная перевязь, которая удобно закрепила длинных посох за спиной. Изумрудные глаза Коджи яростно сверкают, а совсем рядом с ним в воздухе парит что-то маленькое и темное - я различаю изящные черные крылья и мерные волны реацу, исходящие от нее во все стороны. Адская бабочка. — Чего орешь-то с утра пораньше? — усмехнувшись, лениво потягиваюсь я, подливая масла в огонь. Вместо ответа Оракул швыряет в меня покрывало, и мой смех становится приглушенным из-за слоя ткани, который оказывается на мне. Я небрежно отбрасываю его в сторону. — Полегчало? — Едва ли, — мрачно отзывается Коджи, прислоняясь к дверному косяку. Темная энергия давит на него со всей силы, однако Оракул явно не собирается снова демонстрировать мне свои слабости.       Я показательно зеваю, ожидая объяснений. — Так из-за чего весь шум? — На нас напали, вообще-то! — Да ладно, серьезно? — со смехом перебиваю его я, медленно поднимаясь на ноги. Издевательства над Коджи совершенно точно поднимают мне настроение. — А я думала, что ты мне завтрак в постель принес. Какое разочарование!       Он вспыхивает от возмущения. — А тебе все смешно. — Разумеется, — фыркаю я, приглаживая растрепавшиеся волосы и бросая быстрый взгляд в зеркало на стене. Меня определенно раздражает темный цвет, слишком яро напоминающий о прошлом, но выбора, увы, нет. — Так в чем дело?       Коджи с мрачным выражением лица молча кивает на дверь и, не дожидаясь меня, молнией оказывается в коридоре. Я подозреваю, что этот его порыв и вовсе никак не связан с очередной стычкой - скорее всего, он просто хотел побыстрее убраться из моей воистину адской комнаты. Злорадно ухмыльнувшись вслед Оракулу, я поднимаю свой Зампакто с пола и изящно выплываю в коридор, беззаботно прикрыв дверь. Разумеется, вчера вечером я не думала снимать перед сном обычную форму - мне и так есть на что еще тратить свое драгоценное время, тем более, этот образ ненастоящий.       Так ничего и не объяснив, Коджи в ускоренном темпе движется к внутреннему двору - наиболее быстрому способу выбраться из барак. Не совсем легальному, потому что в мое время ни капитан, не лейтенант не жаловали прохвостов, которые удирали наружу по крышам. Однако в этот раз я буду только рада пробежаться верхом, хотя бы ради того, чтобы испортить каким-нибудь богатеньким лентяям милое утро.       Вопреки воплям Коджи о нападении, на улице - гробовая тишина: ни одного крика, взрыва, даже писка. Тут может быть только два варианта: либо все спят и всем плевать, что наиболее вероятно, либо все уже где-то там, на каком-то воображаемом поле боя, на котором и происходит это неотмеченное нападение. Оракул продолжает вести меня куда-то через внутренний двор (когда это он успел здесь освоиться?), однако раздражение берет вверх, и я резко останавливаюсь, выразительно складывая руки на груди и требуя объяснений. Если меня посмели поднять ради какой-то учебной тревоги, им лучше не показываться мне на глаза еще ближайшую сотню лет. — Или ты мне говоришь, какого черта тут творится, или я сделаю так, что ты останешься тут навечно, — я невинно улыбаюсь, едва Коджи удивленно оборачивается, — обещаю.       Он хмурится, с неодобрением глядя на меня. — Вообще-то, сражение в самом разгаре - и ты хочешь потратить бесценное время на пустые разговоры? — Да почему из тебя, огрызок, все надо клещами вытягивать? — взрываюсь я. — Ты можешь внятно объяснить, что происходит?! — Выявился очередной прихвостень твоего старого знакомого! — почти шипит Оракул. — Довольна?       Я сладко улыбаюсь. — Да.       Он бормочет что-то нецензурное себе под нос, а потом снова разворачивается. Я только замечаю, как исчезла в сюнпо знакомая черная мантия. Всерьез подумываю, чтобы позлить его и постоять на месте еще немного, но раз папаша подослал нам своего очередного цепного пса... что ж, игра действительно стоит свеч. Я усмехаюсь и исчезаю в сюнпо.       Коджи явно спешит - я смотрю на его напряженное лицо и, честно говоря, не понимаю только одно. Если они все давно отправились на поле боя... какого черта сразу не позвали меня, а очнулись только сейчас?       Это же я спрашиваю вслух. — Ну... — Коджи замялся. — Что "ну"? — фыркаю я. — Это я попросил пока тебя не трогать, — наконец отзывается Оракул.       Наверное, я смеюсь слишком громко, и он настороженно оглядывается вокруг. Предлесье отвечает глухим эхом. — Это еще зачем? — Забудь, — буркнул Коджи, резко ускоряясь.       Я снова хохочу, однако в этот раз уже не получаю никакого ответа. Оракул снова ускоряется - и так, что я едва успеваю догнать его. Он молча продолжает путь, а меня все больше и больше веселит такое странное проявление заботы. Что это на него нашло? Если я один раз опустилась до того, чтобы заступиться за него перед синигами, то это ничего не значит.       Я в странной задумчивости провожу весь оставшийся путь, следуя за Коджи. Одинаковые деревья мелькают одно за другим - он ведет меня куда-то в самую глубь. Готей 13 явно позаботился о том, чтобы в этот раз резня происходила как можно дальше от Сейрейтея. Хорошо это или нет - думаю, мы скоро узнаем. Никто не застрахован от того, что может напасть, пока мы все будем черт-те где.       Спустя несколько минут я уже начинаю понимать, что где-то поблизости и правда драка - по всей округе разносится шум, в воздух взлетают искры реацу, доносятся странные выкрики... Коджи заметно торопится, и я даже понимаю, почему - волны духовной силы совершенно явно говорят о том, что Готей сейчас явно не в выигрышном положении. Ха, а когда было иначе?       Сделав рывок, я грациозно обгоняю Коджи и, ослепительно улыбнувшись, стремительно пробиваюсь вперед. Он усмехается и едва не врезается в дерево. Я все же прикрываю рот рукой, сдерживая смех, чтобы не обнаружить нас. Паранойя паранойей, но черт его знает...       Наконец деревья словно расступаются, и я вижу... еще один каньон? Приглядываюсь и понимаю, что это просто последствия мощного взрыва - всплеска чьей-то реацу. Однако, драку мы все же не застаем - лишь остаточные порывы духовной силы. Посреди каньона как ни в чем ни бывало бродят фигуры в черных формах, все что-то разыскивая и разнюхивая.       Все пропустила! Я и не сдерживаю досадный стон. — Ну ты и медленный! — Я медленный? — фыркает Коджи. — По-моему, это кого-то другого было невозможно поднять из уютной постельки. — Я не спала сотню лет, — небрежно откидывая каштановые волосы, отвечаю я. — Имею полное право.       Коджи усмехается и кивает вниз. Я пожимаю плечами и тут замечаю, что где-то посередине каньона как раз ковыляет знакомая фигура в белоснежном хаори. Интересно, он вчера вообще вернулся или нет?       Оракул ловко спрыгивает вниз, и я следую за ним. Наше появление не остается незамеченным - синигами оборачиваются, и среди них я замечаю уже знакомые лица: Ренджи и Куросаки о чем-то негромко беседуют (неудивительно, что Коджи направляется к ним), а Рукия терпеливо объясняет что-то кучке рядовых синигами. Бьякуя здесь единственный капитан - судя по всему, это он заведует всем этим зоопарком. Видок у Кучики тоже не очень. Полагаю, он был одним из тех, кто лично участвовал в поимке преступника. А где, кстати, сам преступник?       Я в недоумении оглядываюсь, однако тут же натыкаюсь на ехидную ухмылку. А всего мгновение назад утро казалось мне почти добрым. До этого момента. Показательно убирая Зампакто в ножны, Кэзуки снова презрительно ухмыляется мне. Позади я вижу смутно знакомые физиономии компании его дружков. Я морщусь от отвращения, а он отвешивает мне театральный поклон. — Надо же, вы все-таки рискнули почтить нас своим присутствием, Ваше Величество.       Синигами вокруг начинают оборачиваться. Краем глаза я вижу, как наша нарастающая перепалка привлекла внимание окружающих - троица во главе с Коджи и Абараем уже быстрым шагом ковыляет в нашу сторону. Так же поступает нахмурившийся капитан Кучики. Кэзуки продолжает ухмыляться, и я не понимаю, чего он добивается - чтобы его за все сразу отделали на глазах Готея 13? — Или ты наконец захлопнешь свой грязный рот, или я помогу тебе закрыть его навсегда, — многозначительно улыбаюсь я, кокетливо сверкая алыми глазками. — Прошлого раза тебе, наверное, оказалось слишком мало.       В этот раз на лице офицера Шестого отряда вспыхивает такая злоба, что я даже начинаю сомневаться, что он все-таки синигами. Хотя, и правда, откуда еще могло сбежать такое лживое чудище? Только из Сейрейтея. Я замечаю, как Коджи резко ускоряет ход, и у меня возникает странное желание сейчас же приковать его цепями к земле, но... пусть живет, так уж и быть. — Ах, ты... — Довольно.       Капитан Кучики как тень вырастает за моей спиной. С другой стороны тут же оказывается Куросаки и компания - они ничего не говорят, а лишь молча сверлят взглядами Кэзуки, который, похоже, даже сейчас не собирается успокаиваться. Бьякуя словно читает мои мысли и кивает кому-то впереди. Офицер уже открывает рот, чтобы опять что-то сказать, однако пришедшие синигами одаривают его такими взглядами, что даже мне бы стало немного не по себе. Так или иначе, его уводят подальше. — Ты бы посадил своего пса на цепь, — небрежно громко бросаю я капитану Кучики. — Посмотри, он уже на людей начинает кидаться. Может быть, его усыпить?       Кэзуки где-то позади начинает что-то вопить, но его быстро затыкают. Надо же, какой у меня быстрый карьерный рост: от изгнанницы до столь важной персоны. — Имферна, — укоризненно начинает Ренджи. — Что? — фыркаю я. — Я не думала цепляться к этому кретину, но он, видимо, получает удовольствие от публичных унижений.       Коджи провожает странным хмурым взглядом Кэзуки, и меня пробирает смех от всей этой развивающейся ситуации. Неужели Старейшая и это могла предвидеть - что послала со мной не полезного помощника в сражениях, а личного заступника? По-моему, уж кто-кто, а я точно могу постоять за себя. В отличие от этого самого заступника. Что-то странное тут творится...       Ичиго чешет репу затылок и многозначительно смотрит на Рукию. Кстати, по сравнению со вчерашним днем, сегодня временный синигами выглядит на редкость неплохо - по крайней мере, он перестал походить на того, кто может вот-вот грохнуться в обморок. Младшая Кучики кивает и выходит вперед, выуживая из складок формы несколько бумаг - видимо, снова отчеты. Бьякуя уже протягивает руку, чтобы забрать их...       Яростная волна смутно знакомой темной реацу, очень похожей на мою собственную, накрывает меня с головой. Я не успеваю сообразить, что это значит или что происходит - просто срабатывает давно уснувший внутри меня рефлекс. — В сторону! — рявкаю я.       Я замечаю ошеломленные взгляды, однако все беспрекословно исчезают в сюнпо. В следующий миг на этом месте словно бомба взрывается чья-то темная реацу, поднимая в воздух клубы пыли. Синигами резко оборачиваются и тут же отступают подальше, образуя плотное кольцо. Мне некогда разглядывать, кого там куда раскидало - сжимаю зубы, улавливая отголоски такой знакомой силы... и ее источник. Глаза капитана Кучики прямо напротив меня слегка округляются, и я понимаю, что не ошиблась.       Ренджи что-то кричит своим подчиненным - те разбегаются в стороны словно тараканы. Я почему-то ловлю себя на том, что ищу взглядом Оракула - тот оказался ближе всех к источнику взрыва. Он небрежно взмахивает посохом, и огромный алмаз вспыхивает, прогоняю прочь чужую скверну вокруг него. Я приглядываюсь сквозь поднявшуюся пыль... и вижу два сияющих алых глаза. Теперь направленных прямо на Коджи.       Вот же кретин! Если кому-то в свое время надоедало жить, это псих просто выпендривался в чем-то незначительном перед моим многоуважаемым папашей - в минуты его безумства все выходило еще эффектнее, чем сейчас. Но надо же было именно в этот момент додуматься... Сжав зубы, я резко исчезаю в сюнпо. Коджи мгновенно ощущает неладное, а именно пристальное чужое внимание, направленное на него самого. Внезапные алые огоньки в оседающей пыли куда-то исчезают, и я понимаю, что дело явно дрянь.       Оракул ощущает атаку еще раньше меня - он взмахивает посохом, однако с такой деревяшкой ему тут и делать нечего. Призывая собственную реацу, я в последний момент я вклиниваюсь между ним и безумцем, который когда-то являлся моим отцом, пока его не подчинили себе силы Ада.       Алые огоньки теперь сверлят меня взглядом, и я показательно сверкаю глазами ответ. Коджи что-то кричит, но для меня этот мир уже перестал существовать. Осталось только одно. И эта цель - прямо передо мной.       Прежде чем пыль оседает полностью, алые огоньки отступают, но я не даю им уйти, и тут же исчезаю в сюнпо, призывая такие родные адские цепи... как вдруг нужный источник духовной энергии резко исчезает. В недоумении я останавливаюсь прямо посреди каньона, обходя пронзительным алым взглядом мир вокруг.       Абсолютно все синигами замерли на своих местах. Я хмурюсь, в то время как моя рука медленно тянется к месту расположения меча. Сейчас как раз тот момент, когда можно ожидать абсолютно чего угодно. — Вот уж никогда не думал...       Услышав низкий бархатный голос у себя за спиной, я резко оборачиваюсь. — ... что Готей 13 опустится до того...       Я ошеломленно замираю - потому что даже сейчас не узнаю своего отца в мужчине напротив меня. — ... чтобы просить помощи у Ада.       Он изменился почти до неузнаваемости... на удивление в лучшую сторону. Белоснежные волосы после адского заточения перестали походить на сосульки - теперь они короткие и элегантно зачесаны назад. На остром подбородке у него все же сохранился шрам, оставленный как раз мной в той роковой битве. Мешковатую черную форму Абэ Рэйден сменил на длинную небрежно распахнутую, но перевязанную черным поясом темно-серую рубашку. В высоких сапогах, заправленных в широкие черные брюки, едва заметно сверкает оружие. Спустя еще мгновение пронзительные алые огни меркнут, и вот я уже как будто в зеркале смотрю в свои собственные аквамариновые глаза.       Как-то сложно сказать, какие именно чувства сейчас меня обуревают... поэтому, пожалуй, лучше не будем об этом. В неловкой тишине слышится лязг меча - капитан Кучики хмурится и выуживает Зампакто из ножен. Точно так же поступают Ренджи и Рукия. Куросаки как-то странно смотрит на все это, и мне начинает казаться, что реацу моего папаши на него плохо повлияла. Взгляд Коджи мечется от меня к моему отцу - чувствую, сегодня мне не отвертеться от очередного выноса мозга.       Абэ Рэйден с полу-улыбкой окидывает меня взглядом снизу вверх. Несомненно, он прекрасно знает, кто сейчас стоит перед ним. Знает или хотя бы подозревает, что меня отнюдь не постигла его жалкая участь марионетки и... наверняка догадывается о том, зачем я здесь. И при всем этом, он все равно продолжает смотреть на меня как тогда, когда я заносила над ним оружие в решающем ударе - будто я в последний момент все-таки одумаюсь.       Я ухмыляюсь в ответ. Черта с два. Полу-улыбка отца начинает таять на глазах.       Мы не виделись в глаза ровно с той битвы и как мне, незадолго после возвращения, посчастливилось мельком лицезреть, во что его превратили Нижние уровни Ада. Но сейчас... меня терзают смутные сомнения, что нас разводят как детей. — Но, пожалуй, все равно рад встрече, моя дорогая д...       И я резко вскидываю руку, не давая ему договорить. Две темные адские цепи с грохотом показываются из-под земли с двух сторон от отца и со свистом несутся к цели. Он едва заметно хмурится и так же легко уворачивается, а я уже исчезаю в сюнпо.       Только старшее поколение капитанов Готея 13 знает о нашем родстве - ни о каких молодых или лейтенантах речи и быть не может. И что-то мне не особо хочется, чтобы лишняя информация дала им повод рушить мои драгоценные планы. Вижу, что Коджи бросается следом, однако тут же метаю в него убийственный взгляд - пусть только попробует влезть, попадет под раздачу и точно отправится следом. Бьякуя кивает остальным, и все отступают, освобождая как можно больше пространства в центре каньона. Хоть у кого-то здесь есть мозги!       Абэ Рэйден с таинственной улыбкой выхватывает серебристо-серый Зампакто из ножен на черной перевязи. Меч уже начинает искриться мерным графитовым оттенком. Я вздрагиваю от неожиданности, но уворачиваться уже поздно. Резко останавливаюсь и вскидываю руки, призывая к себе цепи под куполом собственной реацу, а в следующий миг во все это со скоростью света летят тысячи тончайших черных игл. Около десятка все же просачиваются - я чувствую, как теплая кровь начинает ручейком течь с моего левого виска.       Едва атака прекращается, я сверкаю глазами, как вдруг... цепи не сдвигаются ни на миллиметр. Глаза мои на мгновение округляются, но я слишком поздно осознаю, что в этой мини-борьбе мне ловить нечего. Я пытаюсь исчезнуть в сюнпо, однако одна из цепей уже крепко приковала мою ногу к земле.       Стискивая зубы, я вскидываю голову и вижу усмехающегося Абэ Рэйдена, который с явным удовольствием на лице уже взмахивает рукой. Цепи задрожали и на этот раз со свистом понеслись уже в мою сторону. Я слышу чей-то хриплый злорадный смех и звонкий голос с противоположной стороны, который зовет меня по имени.       Ну-ну, это мы еще посмотрим, кто тут главный. Выхватывая Зампакто, я ломаю стены, которые так тщательно возводила Старейшая, запечатывая мою силу.       Мощный выброс духовной энергии сталкивается с летящими в меня адскими цепями. Взрыв сотрясает свежий предрассветный воздух, подбрасывая ввысь мелкий мусор с земли. Я даже не удосуживаюсь сдвинуться с места - ему следует зарубить себе на носу, что я не боюсь никого в этом мире. Тем более его.       Белоснежные пряди волос изящно взлетают ввысь, вопреки законам гравитации. Левый глаз вновь видит через призму реацу - полу-обломок маски вернулся на свое законное место. Один из рукавов формы исчез, а сила, дремавшая во мне в ненастоящем облике синигами, наконец пробудилась. Я ощущаю ее приятную пульсацию... она, как и я сама, жаждет свежей крови.       Резко взмахиваю своей блестящей косой, разгоняя пыль. Слышу слегка безумный хохот, почему-то так похожий на мой собственный. — Уже лучше!       Я сверкаю глазами. Призма на левом глазу тут же безошибочно сообщает мне о приближении источника реацу, и я молниеносно ухожу в сторону, но не слишком далеко. Пусть подберется поближе. Краем глаза я вижу, как Абэ Рэйден снова выуживает свой Зампакто, однако на этот раз, к сожалению для него, все будет по-моему.       Я резко оборачиваюсь, и мои верные цепи уже делают свое дело - слышится знакомый перезвон. Отец вздрагивает от неожиданности и едва успевает отскочить подальше. Он тут же отказывается от идеи использовать силы меча - вместо этого он резко останавливается на приличном расстоянии и тоже взмахивает руками. Встретив неожиданно мощное сопротивление, я пошатываюсь от неожиданности.       Все вокруг перестает для меня существовать.       Абэ Рэйден тут же пользуется моим замешательством. Мир начинает кружиться перед моими глазами, но я упорно стою на своем, до последнего держа оборону. Дикий гул стоит в моих ушах, однако я прикладываю все усилия, чтобы с позором не проиграть это противостояние... а потом с нотками настоящей паники начинаю замечать, что цепи хоть и медленно, но все же все сильнее накреняются именно в мою сторону, чтобы я ни предпринимала.       А на другом конце противостояния отец надрывает горло от смеха. — Ну же, покажи мне все, чему успела научиться! — с хрипотцой кричит мне он.       Я не сдерживаю рык, и неописуемая животная ярость придает мне сил. Я особо не помню тех мгновений - перед глазами остается лишь смутная картинка, как цепи начинают противно звенеть, а потом и вовсе с лязгом несутся в обратную от меня сторону.       Я отдам все, чтобы наконец приставить косу к его шее.       Аквамариновые глаза отца на мгновение округляются, но меня уже не остановить. Едва учуяв свое хотя бы малейшее преимущество, я мгновенно еще больше усиливаю напор - резко отталкиваюсь от земли, оказываясь в воздухе между многочисленными адскими оковами. Замешательство Абэ Рэйдена длится всего несколько мгновений, но этого для меня больше чем достаточно - издав боевой клич искаженным от силы голосом, я резко несусь вперед.       Блестящие черные цепи словно змеи вьются в воздухе вокруг меня, преследуя свою истинную цель. Я ожидаю, что отец и сейчас выкинет что-то из ряда вон выходящее, однако... он просто стоит на земле, с ухмылкой глядя на меня. Словно думает, что я передумаю. Все мое естество чует подвох, однако останавливаться уже поздно. Окружив себя плотным ореолом собственной реацу, я с новыми силами продолжаю свой такой бесконечный путь.       Откуда-то позади как из тумана слышатся чьи-то странные выкрики, однако я не даю им отвлечь себя от цели номер один. Призма на глазу ясно говорит о том, что нужный мне источник реацу еще внизу. Адские оковы настигают жертву первыми - я слышу, как они с грохотом вонзаются в землю и с шипящим звуком исчезают в ней. Вопреки всему моя интуиция как-то странно дремлет... поэтому всякие домыслы не могут остановить меня.       Я направляю в блестящую косу немного своей духовной силы, готовясь к разрушительному удару... как сквозь пыль замечаю странное золотистое мерцание.       Неожиданность играет свою роль - с меня мгновенно слетает весь настрой, и мне приходится остановить атаку. Притормозив, я оказываюсь чуть дальше от странного источника энергии. Едва ноги касаются твердой земли, глаза мои начинают полыхать алым с новой силой от неконтролируемой ярости. Что еще за детские фокусы?!       Но черта два это все закончится так. Несмотря на все, я все же рискую приблизиться, держа верную косу наготове. Позади снова слышатся какие-то вопли, напоминающие не то радостные, не то ноющие... однако мне плевать на всех и вся, пока рядом хотя бы намек на цель номер один во всей моей жизни. Шаг за шагом я медленно приближаюсь к странному свечению - земля вокруг, напоминающая решето от вонзившихся в нее адских цепей, дымится от темной энергии. Моей энергии. Я подхожу еще чуть ближе... и замираю от изумления.       Странного рода тело, которое и является источником этого свечения, снаружи ничуть не пострадало. Все та же одежда, волосы, даже перевясь с мечом на поясе... Пораженная, я снова смотрю в слегка блеклые знакомые аквамариновые глаза... которые кажутся все более прозрачными. Как и все остальное.       Понимание ударяет по мне слишком больно.       Я шумно выдыхаю от своей беспомощности. Меня обвели вокруг пальца! Использовали дешевый трюк, чтобы выведать, насколько хватит меня и моей новой силы! Зато Абэ Рэйден, оказавшийся ненастоящим, тепло улыбается мне, но больше не говорит ни слова. Все во мне снова начинает закипать... пока внизу, под исчезающем эфирным телом, я не замечаю странный сверток. — Что ж, до встречи, дочурка.       И полупризрак с шипением растворяется в воздухе, оставив после себя сноп мерцающих искр реацу.       Я на мгновение прикрываю глаза, скрывая накатившую с новой силой ярость от того, что он все-таки посмел произнести это слово вслух. Разговоры и поздравления позади резко затихают. Я чувствую на себе десятки ошеломленных, недоверчивых взглядов, но все равно наклоняюсь и поднимаю с пыльной земли очередное послание. Слегка дрожащей рукой отбрасываю назад белоснежные пряди. Внутри примятого свитка - странный серебристый медальон с мерцающим аквамарином посередине... и я вздрагиваю от ужаса, едва вспоминаю, кому он когда-то принадлежал.       А нехитрое послание, выведенное знакомым убористым почерком, гласит:       "Если ты не понимаешь по-хорошему, придется нам вновь скрестить свои клинки - может быть, тогда я добьюсь чего-то большего. Вызываю тебя на поединок, дочурка. Через день, ровно в полдень на шестом полигоне. И еще: я знал, что ты придешь. Абэ Рэйден".