Услышь меня, Воля Ада: Черное золото

      Отвратительно-жалостливые завывания Эйко буквально слышны на всю округу. Может быть, даже за пределами Готея 13. Будто кто-то включил дешевую мелодраму на бесконечный повтор. Если бы враг не мог нас обнаружить сам, ему было бы вполне достаточно просто следовать за этими слезливыми воплями - сработало бы даже лучше и точнее любого сенсора.       После той стычки в лесу Коджи не издал ни звука по дороге обратно. Я восприняла это как высшую степень понимания моих слов и не стала переубеждать его, позволила себе перевести дух и собраться, наконец, с мыслями. Можно было бы и сразу догадаться, что как раньше все равно ничего не будет - я поставила перед собой одну цель, теперь найду другую, если первая все же умудрилась не остаться в живых, и среди этого нет места для третьего лишнего. Для такого огрызка тем более. А со Старейшей по этому поводу у меня еще состоится длинный и не самый приличный диалог.       Едва мы входим на территорию Шестого отряда, золотоволосая пиявка, выскочившая из-за угла самой первой, с завидной готовностью вешается на шею Коджи. Я невозмутимо обхожу их и иду вперед. И только потом за ней прибегают и остальные: слегка запыхавшийся Абарай, Куросаки, Рукия, а также иные и прочие члены этого зоопарка. И только Бьякуя спокойно выходит последним. — Имферна! — возмущается Ренджи, эмоционально жестикулируя. — Наконец-то! Мы уже собирались идти за вами...       Я коротко оборачиваюсь. Поймав мой взгляд, лейтенант замолкает на полуслове. Более не обращая на него ни малейшего внимания, я со зловещей грацией прокладываю себе дорогу вперед, игнорируя возобновившуюся боль в боку. Толпа расступается. Смутно слышу шепот, какие-то бормотания, но мысли мои уже опять далеко отсюда. Странные ощущения после столь долгожданной победы слегка померкли, но не угасли полностью - я по-прежнему искусно делаю вид, что все просто прекрасно.       Снова оборачиваюсь. Все собравшиеся во внутреннем дворике недоуменно таращатся на меня. Я вижу, как Абарай чуть склоняется к Коджи и, даже забыв о повисшей на шее Адского оракула Эйко, нервно бормочет: — Эй... что у вас там произошло? — и ровно после этого вопроса к ним придвигается с десяток любопытных ушей.       Единственный нормальный среди этого сброда - на кого я сейчас и смотрю, - это, как ни странно, капитан Кучики. Он заметно хмурится, в его глазах тоже читается немой вопрос, адресованный мне лично. В какой-то момент у меня возникает острое желание рассказать ему все, от начала и до конца, какой хаос здесь творится - здесь и за моей спиной... но я вовремя вспоминаю, что вокруг все-таки полно синигами. Пропасть.       Я громко фыркаю, заставляя Ренджи снова замолчать на полуслове. — Не у того спрашиваешь, Абарай, — я зловеще прищуриваюсь. — Будь предельно осторожен... Стоит ему только открыть свой рот, как из ниоткуда мгновенно возникает уйма проблем.       Адский оракул виновато потупляет взгляд, а лейтенант переводит недоуменный взгляд с меня на Коджи и обратно, явно пытаясь угадать, что настроило меня против Коджи еще сильнее. Ичиго и Рукия переглядываются, и их немой диалог явно заканчивается полным взаимопониманием. Я буквально кожей чувствую, как Бьякуя дырявит меня взглядом, ожидая объяснений, но у меня не получается найти сил снова повернуться к нему. — Все! Представление окончено! — громко объявляет лейтенант, оглядывая своих многочисленных подчиненных. На их лицах почти одновременно возникает жгучее разочарование, но уходить никто особо не спешит. — А-ну, разойтись! Кому сказал?       Под череду недовольных бормотаний синигами начинают толпиться у входов в бараки, уже не стесняясь и бурно обсуждая увиденное. Грозно уперев руки в боки, Ренджи пристально наблюдает за тем, как Шестой отряд почти в полном составе покидает внутренний двор, а потом неожиданно оборачивается и выразительно смотрит на Эйко, которая, кажется, намертво приклеилась к Коджи. — Тебя это тоже касается, дорогая.       Я усмехаюсь. Она поджимает губы и упорно качает головой, надеясь стоять на своем до последнего. Пока Абарай снисходительно объясняет ей, что к чему, позади я слышу шорох шагов. Несколько долгих секунд, и вот Бьякуя уже оказывается рядом со мной. У меня хоть и идеально получается делать вид, что все просто изумительно, но Кучики - единственный, кого в такой ситуации не получится обмануть. Это даже раздражает. Совсем чуть-чуть.       Тем временем золотая пиявка яростно спорит с Ренджи. Тот уже недовольно хмурится, потому что избавиться от назойливой синигами оказалось не так-то просто, как он думал, однако Коджи аккуратно, но все же решительно отстраняет ее от себя. Эйко беспомощно таращится на него, и Адский оракул вымученно улыбается: — Я в порядке, правда. Нам... многое стоит обсудить, — он почему-то поворачивается ко мне. — Я не хочу впутывать тебя в это.       Разумеется, не хочешь. Какой прок будет от любимой игрушки, если она сломается?       Эта мысль и без слов отражается на моем брезгливом лице. Я даже не скрываю тени ядовитой улыбки, и Коджи поспешно отворачивается, вновь вымученно улыбаясь своей ненаглядной. Эйко выглядит на редкость недовольной, но выбора в этой ситуации у нее точно нет - поэтому она лишь коротко кивает и, вздохнув, плетется вслед за остальными. Оракул рассеяно смотрит ей вслед. — Какая драма. — Я театрально прижимаю ладонь к щеке и покачиваю головой. — Я аж слезу пустила... — Хватит, — обрывает меня Коджи, резко оборачиваясь. — Перестань. Я все понял. — Да неужели? — притворно удивляюсь я, но держать себя в руках уже не могу. — Когда? Только сейчас? Или точно в тот момент, когда нас обоих чуть не отправили обратно на тот свет?       Остальные изумленно наблюдают за нашей внезапно разразившейся перепалкой. Ренджи аж ошеломленно приоткрывает рот, потому что нечего ему вставить в этот диалог, а я убийственно улыбаюсь, наслаждаясь своей правотой словно желанной победой. Адский оракул снова потупляет взгляд под моим напором, и, в конечном итоге, ни на один из моих вопросов ответа так и не последовало.       Первым опомнившийся Куросаки решительно встает между мной и Коджи. Я вскидываю голову и почему-то только сейчас замечаю нехорошие изменения, которые коснулись временного синигами. Он заметно бледен, и эта жутковатая аура вокруг его реацу стала еще мощнее... Ах, да, я совсем забыла. Он скоро должен потерять свои силы... и, вероятнее всего, эта история с Абэ Рэйденом станет для него последней в Обществе Душ. — Имферна, — негромко говорит Ичиго, — что все-таки произошло? — Да ничего особенного, — небрежно отмахиваюсь я. — Она победила его, — тихо отвечает Коджи, и вокруг воцаряется гробовое молчание. — Вот что произошло.       Взгляды четырех пар глаз уставились на меня как на ожившее привидение. Как-то слишком резко оказавшись в центре внимания, я недовольно фыркаю и демонстративно отворачиваюсь, так и не сказав ни слова по этому поводу. Даже не могу понять, почему, с одной стороны, мне так не хочется открыто признавать это вслух. — В каком смысле... победила? — тупо переспрашивает Абарай. — В прямом, — глухо отозвался Адский оракул, опасливо покосившись на меня. — Я смог найти подземное логово по остаточному следу, а она... смогла найти меня. Рэйден был там с каким-то прислужником и ждал нас... словом, завязалась бойня. Имферна нанесла решающий удар. — Пауза. — Его еще и придавило обломками.       Снова тишина. Пустой внутренний дворик отвечает тихим шорохом травы на ветру. Все тщательно переваривают сказанное и не могут понять, как на это реагировать. А я никому и ни за что не скажу, что все это кажется настолько подозрительным, что я непременно пойду проверить то место, чтобы избежать неприятных сюрпризов. Только не сейчас - стоит немного отдохнуть и набраться сил, а заодно...       Острая боль с силой пронзает левый бок, да так, что на миг темнеет в глазах. Шумно выдохнув и перегнувшись пополам, я рефлекторно прижимаю руку к животу... и тут же понимаю, что конкретно таким образом дало о себе знать. Ох, проклятье, как же не вовремя! — Имферна? Ты в поря... — и Рукия тут же замолкает, едва я медленно отнимаю от живота уже окровавленную ладонь.       Реакция общественности следует незамедлительно. Я вижу, как широко раскрываются изумрудные глаза Коджи и как хмурится капитан Кучики. Надеюсь, они оба не настолько наивны и не думали, что после любой стычки с таким, как мой отец, можно выбраться целым и невредимым? — Аккуратнее! — в сердцах восклицает Ренджи. — Не убирай, прижми крепче! — командует мне Куросаки. — Я же не умираю, идиоты! — огрызаюсь я, невольно морщась от боли.       Оба усмехаются. Дышать становится чуть тяжелее, сердце начинает отбивать бешеный ритм, и я вскидываю голову, хватая ртом воздух и пытаясь восстановить ровное дыхание. В следующую секунду мне на плечо опускается чья-то теплая рука - сохранять здравый рассудок становится значительно сложнее. Именно так, а не наоборот. Я перевожу взгляд на Бьякую, который изучает меня своим проницательным взглядом. — Достаточно на сегодня, — как всегда коротко говорит капитан Кучики. — Ренджи, пошли за кем-нибудь из Четвертого отряда. Вам двоим стоит отдохнуть. Остальное обсудим позже.       Обсудим, ага, как же. У меня на эту ночь уже просто грандиозные планы... поэтому придется им обойтись как-нибудь без меня. Надеюсь, у Бьякуи не хватит наглости приставить ко мне надзирателей - а в любом другом случае скрыться будет проще простого. К чему мне опять ненужные свидетели? От одного такого вон одни сплошные проблемы.       Все кивают, и я вместе с ними.       Я задумчиво смотрю в темное зеркало, висящее в моей комнате.       Слишком многое произошло за этот безумный день. Прошло всего несколько часов с того, как наконец село солнце, и меня не покидает мысль, как сбежать отсюда как можно незаметнее. После того, как мою рану залечили и крепко перевязали, ко мне, благо, не наведывался никто с изумительной новостью, что пора продолжить наше искрометное обсуждение. Добрый знак это или нет - пока рано судить.       Я скрещиваю руки на груди и подхожу к окну, задумчиво накручивая на палец белоснежную прядь волос. На подоконнике так и остался стоять пустой поднос, на котором мне принесли еду. После трапезы стало полегче, и я окончательно убедилась в том, что медлить нельзя - надо идти сегодня. В темноте едва ли можно разглядеть очертания близлежащей стены - ночь выдалась на редкость безлунная. Слишком, слишком идеально, чтобы упускать такую возможность.       Но еще рано. Напротив - слишком много света в окнах, многие синигами еще не спят. Мне незачем поднимать настоящий переполох, чтобы потом встретиться с укоризненным взглядом Кучики. На этот раз есть дельце поинтереснее, зачем собственноручно все портить?       Знать бы еще, куда подевался Укротитель. Папаша тогда сказал, что тот больше не появлялся в его рядах. Мне бы очень хотелось, чтобы этот гордый кретин все же послушался меня в тот раз, перед первым поединком, и убрался отсюда подобру-поздорову, пока есть такая прекрасная возможность. Может быть, он замышляет что-то еще? Против меня? Нет, вот это вряд ли, у него было полно возможностей вставить мне палки в колеса. Против Готея 13? Было бы весьма не плохо. Очень даже заманчиво. А, может быть, против отца? Я едва заметно ухмыляюсь. Если увижу этого хозяина зверинца, непременно уточню.       В дверь раздается мерный стук, и я вздрагиваю от неожиданности. Ох, проклятие... если это Коджи, у которого явно вошло в привычку являться ко мне по ночам, я его в порошок сотру и развею по Нижним Уровням.       В следующий миг дверь распахивается, и мой рот даже приоткрывается от удивления, когда я вижу, кто явился ко мне собственной персоной. Проигнорировав мой изумленный взгляд, капитан Кучики молча приближается, и у меня наконец получается справиться с собственным удивлением. Вот это поворот сюжета. Что же привело его сюда? — Ну надо же, — фыркаю я, первой нарушая тишину. — Какие высокопоставленные гости. И, главное, посреди ночи.       Он не обращает внимания на мой тон. — Как ты себя чувствуешь? — Только не говори, что пришел только за этим, — я довольно усмехаюсь. — Я действительно ждала кого угодно, хоть черта из преисподней, но точно не тебя.       Бьякуя хмурится. Я умудряюсь разглядеть, как блекло сверкает золотистая отделка его белоснежного капитанского хаори, но в темноте невозможно увидеть, что написано у него на лице. Это даже кажется забавным. Я поворачиваюсь и делаю несколько шагов прочь от окна. Почти похоже на азарт. На охоту. — Почему? — Ну... — я не выдерживаю и не успеваю подавить хитрую улыбку, — потому что негоже капитанам по ночам шастать по комнатам своих подчиненных. Хоть и бывших.       Он качает головой, не оценив моего очередного подкола. Я не без интереса ожидаю, что будет дальше. Логика подсказывает мне лишь два варианта развития событий: либо он все же пришел по делу - к примеру, выслушать мою версию событий, обсудить какие-то неясные детали или еще что-то такое, либо... плохи мои дела. Я даже радуюсь, что мы находимся в темноте. — Я пришел сюда, чтобы убедиться в том, что ты не убежала искать новые неприятности.       Во мне жгучая досада борется с искренним восхищением. Вот это проницательность! Неужели было достаточно одного взгляда, чтобы понять, что на уме у меня что-то есть? И это что-то - явно не из ряда здравого смысла. Собственно, как всегда.       Я изображаю самое натуральное, искреннее удивление и лишь развожу в стороны руками. — Не понимаю, о чем ты.       Он медлит с ответом, а лихорадочно соображаю, как сделать так, чтобы все мои планы не пошли коту под хвост на ровном месте. Конечно, Кучики не так-то просто обмануть или запутать, особенно, когда он видит меня насквозь, но... почему бы не пойти на хитрость? Любого можно заставить играть по своим правилам, будь то Бьякуя, сам Генерал или хоть дьявол из Преисподней.       Я жду ответной реакции, чтобы знать, как действовать дальше, однако капитан Кучики вдруг качает головой. Сложно сказать, что это может сейчас значить - я уже открываю рот, чтобы увести разговор в немного другое русло, однако Бьякуя меня опережает: — Ясно. Останавливать тебя нет смысла.       Удивленно таращусь на него, так и не найдя в голове достойного ответа. Нет, это совершенно не честно, это против правил - обладать такой проницательностью! Куда можно подать жалобу?       Бьякуя смотрит меня долго, выжидающе, и наконец я сдаюсь. Таинственно улыбаюсь и первая отвожу взгляд в сторону, безмолвно признавая его победу в этом нелегком раунде. Что ж, ладно, здесь мне точно нечем крыть. Кучики легко раскусил меня, судя по всему, еще днем, поэтому остается только надеяться, что он оценит мои мотивы правильно. — И когда ты понял? — С самого начала, — он подходит еще чуть ближе, я могу разглядеть нахмуренное лицо. — Это было очевидно. — Что ж, даже так... — лениво произношу я, растягивая гласные. — Нужно будет подтянуть актерское мастерство. — Имферна... — Я не собираюсь искать новые неприятности, — продолжаю я, — мне и своих хватает выше крыши. Просто... хочу убедиться, что все действительно кончено. И что нам не придется ожидать никаких веселых сюрпризов, слишком... слишком гладко все получилось. У меня дурное предчувствие.       Бьякуя на миг прикрывает глаза, будто обдумывает сказанное, а потом вновь смотрит на меня. Я с каким-то странным замираем сердца жду, что он мне скажет, а другой частью разума недоумеваю: с каких это пор мне нужно чье-то разрешение? Капитан Кучики задумчиво рассматривает выражение моего лица, и у меня вновь возникает странное ощущение, что он видит меня насквозь. Аж мурашки по коже. — Хорошо, — наконец отвечает Бьякуя, и мне даже не верится в услышанное, — но будь осторожна. Это может быть ловушка.       Я театрально закатываю глаза, но он все равно хмурится. Странно вообще все это, на самом деле, и со мной тоже творится что-то странное - с начала и в мыслях не было возвращаться туда, а вот потом... что ж, может Кучики в чем-то и прав. Не к добру все это. Тем не менее, оставляю при себе все сомнения и почти бодро улыбаюсь.       Но все же, с одной стороны, мне даже нравится, что кто-то может вот так понимать меня с полуслова. Я почти уверена, что Бьякуя хотел пойти со мной или, на крайний случай, отправить еще кого-то, чтоб не дать мне шататься по ночам в одиночестве, но не сделал этого. Потому что знал: в этой истории я хочу сама поставить точку. — Слушаюсь, капитан. — Он снова хмурится, а я улыбаюсь еще шире. — Если со мной что-то случится, вы точно узнаете об этом первым. — Я серьезно, Имферна. — Я тоже!       В голове у меня возникает мысль, что этот разговор может растянуться до утра и, судя по всему, Бьякуя тоже это понимает. Что ж, ничего не поделать, мне слишком нравится подкалывать его, а в таком духе можно общаться очень и очень долго. Поэтому, как бы мне не хотелось остаться здесь с ним подольше, я решительно отворачиваюсь, пока все не зашло значительно дальше, как на аллее роз, подплываю к окну и распахиваю его настежь. В комнату врывает прохладный воздух с улицы.       Я оборачиваюсь. Капитан Кучики одиноко стоит посреди комнаты и смотрит на меня так, словно я ухожу на войну, на верную смерть, и мы больше никогда не увидимся. Он вот-вот передумает. Усмехаюсь и подмигиваю ему. — Выше нос, капитан! Утром я еще задам вам взбучку.       Он открывает рот, чтобы что-то ответить, но я, засмеявшись, уже исчезаю в сюнпо и быстренько скрываюсь в тенях каменных улиц, ловко петляя среди них. И на душе становится удивительно легко, как не было уже довольно давно. А еще возникает странное желание поскорее вернуться, чтобы выполнить данное на утро обещание.       К моему удивлению, темный лес пестрит различной ночной живностью: всякие бабочки, летучие мыши и даже светлячки. Последние определенно в абсолютном большинстве, но именно благодаря им, кажется, не так темно. Мне, по сути, все равно, тьма вокруг или нет - я могу лишь привычно сверкнуть алыми глазами, и картинка будет даже лучше, чем днем, но сейчас, почему-то, не хочется этого делать. Ох, кажется, с этими дешевыми мелодрамами я и правда становлюсь сентиментальной. Какая жалость.       Изящно петляя между деревьями, я постепенно приближаюсь к месту недавнего сражения. Найти его во второй раз оказалось проще простого - концентрация остаточной духовной силы тут по-прежнему невероятно высока. И с каждым проклятым метром моё дурное предчувствие лишь усиливается. Было бы совсем скучно, если б получилось иначе, так что... осторожность все же не помешает. Я ведь обещала Кучики взбучку.       Рэйден всегда был любителем сюрпризов, особенно, неожиданных - и, зачастую, с летальным исходом. Совсем нелепо проиграть - наверняка тоже часть его плана, ибо он слишком искусен и умен, чтобы вот так просто позволить мне избавиться от себя. Нет, самое главное еще впереди. И, раз папаша, загорелся идеей помахаться со мной кулаками один на один, так оно и будет - добьется любой ценой. Зачем ему такой спектакль - уже совершенно другой вопрос. Хочет отомстить за прошлый раз? Или взглянуть, чего я стою?       Я постепенно замедляюсь. Тени могучих крон деревьев вокруг начинают редеть, многие светлячки остаются позади, ощущая неприятное давление духовной энергии. А давление тут действительно ого-го, будь здоров. Чуть впереди - знакомая опушка, а дальше - смутные, но вполне различимые черты обвала. До сих пор в воздухе, помимо остаточной реацу, витает гадкий запах сырой земли и глины.       Что ж, вот я и здесь. На первый взгляд, никаких ловушек, вообще ни следа чьего-либо присутствия, кроме нашего днем. Какова ирония. Глаза окутывает знакомая алая пелена, и я вообще перехожу на шаг, пристально осматривая окрестности. Рука рефлекторно ложится на рукоять Зампакто - мало ли что? Вертя головой на все 360 градусов, я медленно приближаюсь к знакомому обрыву. Собираюсь с духом гораздо дольше, чем следовало бы, а потом наконец подхожу к краю и смотрю вниз.       Эпицентр остаточной реацу, разумеется, находится именно там. Сфера на левом глазу улавливает множество, огромное множество частичек реацу, почти настоящее цельное полотно, кажется, что сама темнота сильнее сгущается именно здесь. Но тела там нет, совершенно точно. Я прищуриваюсь, потому что теперь меня интересует не совсем это.       На первый взгляд устроенный мною завал выглядит абсолютно нетронутым, но этого быть просто не может. Я чуть наклоняюсь вниз, чтобы получше рассмотреть и тут же замечаю огромную дыру с другой стороны кривой стены подземного коридора. Мысли у меня мгновенно обращаются именно в это русло, и я все же спрыгиваю вниз, бесшумно касаясь ногами земли.       Снизу прекрасно видно все масштабы произошедшего. Я нетерпеливо пробираюсь чуть вперед, избегая острых выступов и огромных камней. И только когда я лично заглядываю в остатки коридора, то вижу ту самую дыру - и не просто дыру, а огромное углубление. Вполне достаточное для того, чтобы там поместился человек... пытаясь спастись от обвала.       Все становится ясно как день. Я резко вскидываю голову и вижу сверху еще одну дыру - уже ведущую прямиком на поверхность. Незаметную снаружи потому, что сверху был тонкий слой травы и чего-то еще, чтобы отряды, если бы они пошли на поиски днем, не поняли, что к чему и дали время прийти в себя. Умно. Но дело определенно дрянь.       Я высовываюсь наружу и хмурюсь, еще раз оглядывая временное поле боя. Что ж, этого следовало ожидать. Мы победили в битве, но пока не выиграли войну. А значит... — Прекрасная ночь для прогулок, не так ли?       Сердце пропускает удар, а глаза расширяются от удивления. Схватившись за прохладную рукоять, я резко оборачиваюсь... и сталкиваюсь с ним буквально лицом к лицу. Абэ Рэйден стоит менее чем в метре от меня, абсолютно невредимый, галантно заведя руки за спину, и учтиво улыбается. — Я ждал тебя, дочурка. Есть разговор.