Иногда они возвращаются

От стрел и от чар, от гнёзд и от нор —

Богиня Иштар, храни мой шатёр.

«Мельница»

      Оберштамфюрер же, перенеся напарницу на террасу, переместился в спальню на первом этаже. Там было пусто.       Шрёдингер проскользнул в гостиную.       Там, спиной к нему, выглядывала в окно девушка в форменной одежде.       Больше никого в комнате не было. Мальчик уже собирался исчезнуть, когда горничная обернулась и тихо вскрикнула, прижав кулачок ко рту.       Он обезоруживающе ей улыбнулся и приложил палец к губам, призывая к молчанию. Девушка послушалась.       — Ты знаешь, где сейчас твой хозяин? — спросил по-итальянски оборотень, подходя ближе.       Побледневшая горничная покачала головой.       Мальчик вздохнул. Похоже, первоначальный план молниеносной атаки провалился.       Он повернулся и шагнул к выходу, не желая показывать свои способности посторонней. И в это мгновение широкий кухонный нож пронзил его шею. Шрёдингер, совсем не ожидавший этого, упал на колени, захлёбываясь кровью. Когда через секунду он воскрес, девушки и след простыл.       — Ну ладно... — мальчик подобрал орудие убийства и бросился следом.       Коварную прислугу он нашел в конце коридора, в узкой арсенальной, уставленной всякими редкостями. Девушка стояла перед высоким мужчиной с примесью азиатской крови в невозмутимом лице и что-то ему объясняла.       От дверей оберштамфюрер метнул тяжелый нож. Но неизвестный выбросил руку и сбил его в воздухе, не меняя выражения темного лица.       — Ну хорошо…       Шрёдингер вытащил оба браунинга и взвёл курки. Девка, вскрикнув, бросилась в боковую дверь.       — Куда?! — дульные срезы повернулись следом, но тут сильный удар бросил мальчика на колени. — Ах ты ж…       Шрёдингер, зверея, перенесся противнику за спину, но и тут его встретил тяжелый, ломающий челюсть, кулак. Мальчик покатился по полу, вскочил у стены, щеря окровавленный рот и вытащил свой нож.       Они с бандитом начали медленно сходиться. Оберштамфюрер понимал, что столкнулся не с рядовым костоломом.       Мальчик сделал пробный выпад, мужчина легко ушел влево, схватил со стены алебарду и ударил оборотня по спине. Шрёдингер упал, чувствуя, что ему только что сломали хребет. Че-ерт. Он попытался встать и град ударов древком алебарды обрушился на его светлую голову.       Наплевав на технику безопасности, мальчик переместился на несколько секунд в подвал и, восстановившись, вернулся на поле боя.       Противник ждал его, но не смог предугадать, где наш герой возникнет. Оберштамфюрер ухватил со стойки массивный палаш и, мгновенно перемещаясь, принялся наносить удары. Мужчина отступал перед мелькающим подобно молнии клинком, а Шрёдингер тем временем успевал еще пинать его туфлями с подкованными подошвами.       Бандит уже не парировал удары, а только беспомощно закрывался руками. Все же пару раз он еще достал мальчика, но все раны оборотня тут же затягивались. Сам мужчина такой способностью не обладал и через две минуты такой бешеной атаки упал на колени.       — Я Чудовище Черной Лагуны, я Ужас Ночи!* — прошипел Шрёдингер, целя палашом по шее противника.       Мужчина поднял руки, защищаясь, и тяжелый клинок отрубил ему кисти и распорол горло. Тело, дергаясь, завалилось на пол.       Из кармана рубашки убитого выпала пачка сигарет и металлическая зажигалка. Мальчик нагнулся, поднял их и, вставив сигарету в рот, процедил сквозь зубы:       — Они мне дали имя Номер Один!!       Поджег сигарету, затянулся, выпустил кольцо сизого дыма и закашлялся.       — Тьфу, и как они это курят?!       Выплюнув сигарету, он слегка пнул труп, сказав напоследок:       — Я Чудовище Черной Лагуны, я весел и мил! — и переместился в комнату, куда убежала горничная. Комната была пуста, распахнутая дверь вела в сад.       Шрёдингер шагнул наружу и оказался в кольце охранников, под прицелом десятка автоматов.       — Эхей, ребята!..       На первой линии, мрачно улыбаясь, стояла та девушка-горничная.       И все бандиты разом нажали на спусковые крючки. Но оберштамфюрера уже не было на том месте, где он только что стоял. Мужчины не сразу это поняли, а когда до них дошло и они прекратили бесполезную стрельбу, за их спинами возник наш мальчик с пулеметом наперевес.       — Сдохните, маза-факеры! — улыбнулся он и нажал на гашетку.       Сильная отдача сдвинула Шрёдингера на полметра назад, но он твердо уперся ногами в каменистый грунт и поливал разбегающихся противников свинцовым дождем. Вот мелькнул белый фартук… Оберштамфюрер повернулся всем корпусом и тонкая девичья фигурка упала, перерезанная пулеметной очередью.       — L'ebe wohl!**       Мальчик отбросил пулемет, подобрал валяющийся «Магнум» и отправился искать Рип.