Take my hand/ Возьми меня за руку

      Чанёль заглушил мотор и лениво размял ноющую шею. Это был определенно тяжелый день, и он все еще лелеял надежду, что Бэкхён все же встанет на его сторону и квартира встретит его не кромешной темнотой и тишиной. Забрав из багажника продукты, купленные по дороге домой, Пак направился к лифту. У него дома был довольно ограниченный набор продуктов, потому что сам он питался, в основном, едой по доставке. Благо в 21 веке в Корее услугу доставки предоставляли почти везде. Однако на случай, если Бэкхён захочет приготовить что-то сам, продуктов, что купил Пак, должно хватить. Да и не для красоты все же в его доме стоит двухстворчатый холодильник. Замок одобрительно пискнул на введенный код и впустил хозяина внутрь. В кухонной зоне горел верхний свет, у стола, оперевшись локтями о столешницу, стоял Бэкхён. Брови парня плавно опускались и поднимались, в такт покачивающейся выпяченной попе, ладошки лениво подпирали голову, глаза что-то упорно выискивали среди кучи буклетов на столе. Юноша был крайне занят своими размышлениями и мелодией, что играла в его голове, и не заметил, как медленно из темноты прихожей, пересекая зал, к нему подошел Чанёль, и поднял взгляд только тогда, когда на стол рядом опустились пакеты с продуктами. - С возвращением! – танцор медленно выпрямился. Его голос прозвучал чуть приглушенно, мягко, а на губах играла легкая улыбка. Он обвел взглядом пакеты и встал рядом с Паком, заглядывая внутрь. – Стратегические запасы? – ловкая ручка скользнула в первый. Пак обнял парня за талию, целуя в висок и следом утыкаясь туда носом. - Я рад, что ты тут. – Бэк ответил молчанием, но Чанёль почувствовал, как хрупкое тело прижалось к нему ближе, а дыхание на секунду сбилось с четкого ритма. Они продолжали стоять, обнявшись, пока Бэкхён с любопытством щенка потрошил пакеты. Бэк копошился все сильнее, чему Пак явно мешал, и, как бы ему не хотелось, в итоге парня все же пришлось отпустить. - Я хотел заказать что-нибудь, чтобы, когда ты приехал, мог сразу поесть. Боялся, что не успею приготовить сам. Тем более что выбор продуктов у тебя не велик, – устремившись с горкой овощей к раковине, проговорил Бэк. – Но раз ты принес нам продукты, я все же, пожалуй, приготовлю ужин сам. Чанель улыбался, наблюдая за Бэкхёном, и то, как он немного неловко орудовал на его кухне, подолгу пытаясь отыскать что-то. - Не жди никаких изысков, - включая рисоварку, предупредил Бэкхён. – И кстати… - он рассеяно огляделся, – …будет неплохо, если ты поможешь, это все же твоя кухня, - развел он руками. Чанель усмехнулся и, пообещав скоро вернуться, скрылся в комнате, чтобы переодеться в более комфортную одежду, нежели классический костюм. Готовить с Бэком было… уютно. Он неплохо орудовал ножом, был крайне сосредоточен на готовке и каждый раз, когда Пак крал у него поцелуй, тыкал в отместку локтем в бок, ворча, что так они никогда не поедят. Но такая реакция только подстегивала Чанёля хулиганить и дальше. Ни во время готовки, ни во время трапезы они не касались темы статьи. Вместо этого разговаривали обо всем отвлечённом. Бэк рассказал о Тао, Чанель о своих студенческих годах; целовались, точнее Пак лез с поцелуями пока не начал получать «заряды» с едой прямо в рот, когда в очередной раз потянулся коснуться чужих губ. - Хочешь чего-нибудь выпить? – спросил Пак, исследуя содержимое холодильника и поглядывая на Бэка, убирающего остатки посуды в шкаф. - Я видел у тебя в холодильнике колу. А в одном из шкафов чипсы. После ужина они устроились на диване. Пак попытался уложить Бэка в свои объятия, но тот изъявил желание остаться в вертикальном положении и тогда Чанёль сам увалился к нему на колени. Пить в таком положении не получалось, поэтому, в конце концов, ему пришлось подняться и теперь он опирался на спинку, в пол-оборота развернувшись к Бэкхёну, закинувшему ноги на колени мужчины и наслаждающемуся легкими поглаживаниями горячих пальцев в районе лодыжки. При желании танцор мог в любую минуту откинуться назад и лечь на спинку дивана. Взгляд Чанёля был устремлён на экран телевизора, но мысли его были совсем в другом месте – он думал о парне, за которым наблюдал краем глаза. Для Пака было непривычно проводить свой вечер на диване, да и еще не в одиночку. Он чувствовал себя отчасти странно, словно он не он. Однако ощущение тепла чужой кожи и уюта… Его словно поместили в совершенно другую реальность, где не существует никаких деловых сделок, проблем, СМИ и всего мира в целом. Только эта гостиная с тихими звуками телевизора и мерного дыхания парня, что сидит на расстоянии вытянутой руки и даже ближе. Голова медленно повернулась в сторону Бэкхёна, с интересом наблюдающего за событиями на экране. Чанёль вернул взгляд прямо, пытаясь отыскать тот же интерес что и у парня, но громкий звук дал трещину в вакууме, что еще минуту назад дарил умиротворение, а теперь мысли хлынули в голову потоком цунами. Телевизор снова был позабыт. Чанёль думал о том, что произошло в его жизни за какие-то неполные полгода. Его жизненная прямая стала кривой, после встречи с Бэком. Не то чтобы его прошлая жизнь была спокойной. И в ней адреналина было не мало. Сейчас же Пак не мог точно сказать ничего. Умом он понимал, что все эти чувства, от которых перестаешь думать головой и слепо следуешь за сердцем, обычные гормоны или еще какие-то непонятные химические реакции организма. Но сердце… оно кричало, вопило, отчаянно рвалось снова и снова к одному единственному человеку. Словно мозг каждый раз всплескивал руками и уходил из черепной коробки, хлопнув крышкой. Мол «ой ребят, давайте тут без меня». И эти осознания не спасали. Особенно сейчас. Да, он говорил, что если нужно будет, он оставит Бэкхёна. Будет приглядывать за ним через людей Кенсу. Вот только ему была нужна своя ежедневная доза Бэкхёна. Порция прикосновений, запах, объятия… присутствие. Смотря на клюющего носом парня, ему впервые в жизни хотелось громко кричать и громить все вокруг от отчаяния. Руки дрогнули, сжимая чужое тело в объятиях. Но здравый рассудок еще не вышел из игры. - Ты уже засыпаешь, идем, – он придержал заваливающегося парня. - Ой, - Бэк потер глаза и вздохнул. – И правда. Сейчас. – Он поднялся, собирая со стола пустые банки и пакеты, и направился в кухонную зону. Пак выключил телевизор и направился к лестнице. Бэк догнал его на середине пути, и они вместе рухнули на кровать, забираясь под одеяло. И уже прижимая к себе сопящего парня, Чанёль напряженно смотрел на свет луны в прорехах шторы. Их вынужденное расставание будет невыносимым. Он сам, своими руками перекроет им кислород. Пак уверен, что Бэк тоже будет страдать. Но он сделает это, если другого выхода не останется. Сделает ради Бэкхёна. И он лишь надеется, что Бэк переживет это, что не задохнется. А потом, когда все это закончится, примет его назад. Потому что иначе чувства Чанёля окончательно затянутся удавкой на артерии, наказывая так символически за все его ошибки.

***

На улице с каждым днем становилось все холоднее, и с самого утра Чанёлю в голову вдруг пришла мысль, что Бэку срочно нужно, сию же секунду, купить парочку новых теплых вещей. Танцор в течение всего завтрака убеждал Пака, что ему не надо ничего покупать, что у него все есть. Мужчина же оставался непреклонен и предложил компромисс: за вещами они поедут вместе. Но уже по дороге к магазину Паку кто-то позвонил, и ему пришлось высадить Бэка у ближайшей автобусной остановки, извиняясь поцелуем. Бэкхён решил, что раз уж так выпало, то неплохо бы было наведаться к себе. На автобусе он добрался до своего района, забежал в магазин за кое-какими продуктами и уже поднимался по лестнице, когда с удивлением и насторожённостью обнаружил, что дверь его комнатки приоткрыта. Он медленно и опасливо толкнул дверь и с осторожностью заглянул внутрь. По центру стоял стул, а на нем сидела девушка, которую он видел всего раз в своей жизни, но встречать которую снова никакого желания не было. Кобра, как в их первую встречу про себя окрестил девушку Бэк, сидела, сложив руки на груди и закинув ногу на ногу. На губах её блестела легкая улыбка, смешанная с яркой помадой, а от взгляда темных глаз у Бэкхёна кожа покрывалась мурашками. Какое-то время они молчали, смотря друг на друга. - Ну, привет, - девушка медленно поднялась со своего места, пряча руки в карманы куртки. Бэк молчал. Он мог поклясться, что видел рукоять пистолета, выглядывающего из-под куртки. – Удивлен? – ему было не интересно, как она сюда попала (долго ли умеючи). Больше волновало, зачем она к нему пришла? Приказ ли это сверху или самоволка? И если приказ, то какой? – Ууу, да ты напуган, – девушка игриво подмигнула. – Расслабься. Я с посланием. – Мягким движением руки она отбросила пару прядей со лба назад и уже без улыбки продолжила. – До босса дошли слухи, что тебя отстранили. И причины он тоже знает, – постепенно расстояние между ними сокращалось. – Кажется, щенок забыл, кто его хозяин. – Бэк не заметил каких-либо манипуляций рук со стороны девушки. Но мог поклясться своей жизнью, что сейчас, именно в эту секунду, ему в живот упирается дуло. Девушка видела с трудом подавляемый страх в чужих глазах и бледность и без того светлой кожи. Громкий смех заставил Бэкхёна вздрогнуть. – А ты миленький. Я бы даже назвала тебя красавчиком, – глаза её за секунду похолодели, - жаль только сучка. Пристрелить бы такую давалку, как ты, да только за тобой еще должок. Слушай меня и внимай, Бён Бэкхён. В твоих же интересах как можно быстрее взяться за голову и снова начать нести золотые яички, а иначе… - солнечное сплетение обжёг метал пистолета. – Думаю, мужику своему с дыркой в животе ты будешь уже не нужен. Так что возвращайся на сцену поживее. Надеюсь, мы друг друга поняли. В конце своего монолога девушка улыбнулась, смотря на бегающие глаза и дрожащие губы парня, а затем резко обошла его и скрылась за дверью. В голове у Бэка хаотично метались мысли подгоняемые страхом. Неожиданный визит выбил его из равновесия, ноги подкосились, и он с трудом дотянул до матраса, служившего кроватью. Распластавшись на клетчатом одеяле, юноша уперся взглядом в потолок, пытаясь успокоить колотящееся в груди сердце.

***

- И как прикажешь это все понимать? – Чанель отложил в сторону договор и посмотрел взглядом, не предвещающим ничего хорошего, на вытянувшегося в струнку финансового директора. – С каких пор мы идем на такие уступки при подписании договоров? - Господин Пак, я… - Вот именно. Ты. Еще раз допустишь это – разницу заплатишь сам, из своего кармана. А с этим договором… подписать на новых условиях. Все ясно? Свободен! Мужчина поклонился и поспешил ретироваться из кабинета, подальше от испепеляющего взгляда начальника. Как только за нерадивым подчиненным закрылась дверь, Чанель вздохнул и потянулся к чашке с давно остывшим кофе. Дела шли неважно: господа партнеры, словно стервятники, почуявшие добычу, начали наглеть, предъявляя совсем уж заоблачные условия. Контракты, хоть и заключались, были на таких условиях, что в прежние времена Чанель бы совсем от них отказался, нежели бы подписал. Криминальные авторитеты, с которыми Пак был в хороших отношениях, стали высказывать непонятные претензии. В жизни явно пошла какая-то черная полоса. Конечно, все это было далеко не впервые, но сейчас Чанель буквально ощущал ту болезненную уязвимость, что вошла в его жизнь вместе с очаровательным брюнетом. Все проблемы можно было бы решить за неделю – приструнить партнеров, наладить контакт с криминалом, снова направить акции компании на вершины фондовых рынков… но все планы разбивались о неизвестно откуда взявшуюся боязнь навредить Бэкхёну. - Чанель? – в кабинет вошел Кенсу. – Ты в порядке? - К чему этот вопрос? - У тебя в приемной сидит финансовый директор в полуобморочном состоянии. А Мэй попросила меня тебя не злить, так как ты и так не в духе. Что-то случилось, босс? Чанель кивнул в сторону бумаг, так и оставшихся лежать на его столе: - Господин финансовый директор решил заняться благотворительностью по отношению к одному из банков. Подписать контракт на таких условиях – слишком подозрительно. Проверь его на наличие связей с руководством банка, что-то здесь не так. - Будет сделано, - кивнул До. И, кинув взгляд на телефон Чанеля, спросил: - Почему ты не берешь трубку? Сехун, не дозвонившись до тебя, поднял на уши весь мой отдел. - Они с Лэем что-то выяснили? – встрепенулся Ель. – Я попросил выяснить, кому должен Бэкхён. Расплачусь с его долгами – хоть один камень упадет с моих плеч. Мысль о том, что скоро Бэкхён будет свободен от груза долга, согревала замерзшую душу Пака. Конечно, он не был наивен и понимал, что все не так просто, как кажется. Но надежда, как известно, умирает последней. - Кстати, о камнях на плечах. Тебе еще одна весточка. На стол лег листок с несколькими фразами. Внутри неприятно кольнуло предчувствием новой волны, покрывающей все.

«Господин Пак Чанель! Ваше упрямство не делает Вам чести. Поумерьте свой пыл, Ваше любопытство не принесет добра»

Чанель почувствовал, как внутри заворочался отвратительный комок из иголок, расцарапывая все внутреннее спокойствие. Белый лист смялся под пальцами, дрожащими от тихой злобы. - Чанель… - Кенсу буквально почувствовал, как изменилась атмосфера в кабинете. Босс словно превратился в опасного василиска, готового убить одним лишь взглядом. – Мы справимся. - Конечно, - голос Пака едва был похож на привычный. – Поднимай весь свой отдел, а мы с тобой едем к Сехуну. И не дай дьявол, если они ничего не разузнали.

***

Кенсу проявил крайнее благоразумие, не пустив Чанеля за руль. Потому что к концу их поездки, что длилась всего-то полчаса, Пак настолько нервничал, что, казалось, его эмоции затопят весь Сеул. Пухлые губы сжались в тонкую полоску, а руки сжались в кулаки настолько сильно, что тонкая кожа на перчатках вот-вот была готова лопнуть. - Чанель, все будет в порядке. - Какого черта, Кенсу?! – рявкнул Ель. – Что происходит в этом чертовом мире? Почему какая-то тварь решила, что может действовать мне на нервы, сыпать угрозами… а мы даже не можем понять, есть ли у нас основание их опасаться! - Давай сначала послушаем, что узнали парни. А уже потом будем решать, что делать. Несмотря на показное спокойствие, внутри Кенсу плескалась лава. Его самолюбие было не просто уязвлено, оно было растоптано – как этому мерзавцу удавалось раз за разом обходить все блокировки, не попадаться ни в одну ловушку и при этом не оставлять никаких следов? Кенсу, доведенный до бешенства наглостью неизвестного хакера, не мог смотреть на то, как Чанель сгибается под тяжестью ударов. Его босс пережил многое, и эта ситуация была бы рядовой, если бы не одно но… Чанель впервые переживал о ком-то сильнее, чем о себе или о компании. Квартира хакеров была все так же чиста – видимо, Исин до сих пор был под впечатлением от новых знаний о плесени. Дверь и в этот раз была не заперта, позволяя войти, не дожидаясь, пока кто-то из парней соизволит подняться со своего места. - Босс, зачем тебе телефон, если ты никогда не берешь трубку? – поинтересовался Сехун, не отрываясь от монитора ни на секунду. – Мне пришлось звонить начальнику службы безопасности и отвлекать его королевское величество от насущных забот. - Сехун, не нарывайся, - предупредил Кенсу, которого порядком заколебали извечные подколы младшего. Исин выглянул с кухни и, окинув взглядом Чанеля, приободряющее улыбнулся: - Босс, ты кошмарно выглядишь. - Спасибо, Исин, - Чанель усмехнулся. - Проходите в гостиную, думаю, у Сехунни есть кое-что, что поднимет тебе настроение. Кенсу, может, кофе? - Не откажусь, - улыбнулся До. – Чанелю не предлагать, он и так на нервах. Ему бы ромашкового чая… - Обойдусь и без чая, - проговорил Пак, заходя в гостиную и усаживаясь на стул перед Сехуном. Младший фыркнул, отрываясь от монитора: - Выглядишь неважно. Но у меня есть кое-что, что тебя может успокоить. Или наоборот, встревожить сильнее – это уж как посмотреть. - Сехун, - с нажимом проговорил Пак, - ближе к делу. Се поднял руки в успокаивающем жесте. Если честно, ему нравилось вот так тянуть кота за хвост, испытывая терпение босса. - По долгу твоего очаровательного любовника можем сказать следующее – ниточки ведут в одно из казино. Предсказуемо, не так ли? Но вот только казино непростое… мало того, что оно закрытое, так и постоянные посетители – преимущественно мафия. Как могли родители Бэкхена попасть именно в это казино? Их бы и на порог не пустили бы. - А если казино было другое, но владелец один? - Я думал над этим, такой вариант возможен. Но есть еще одна загвоздка. Босс, это мафия, они скорые на расправу. Им нет смысла ждать кучу лет, пока твоя дива в шелках расплатится с долгами. Легче убить его и продать на органы. - Сехун! - Ах, прошу прощения, господин Пак, что позволил себе такие страшные слова, - ухмыльнулся мелкий паразит. – Чанель, я серьезно, здесь что-то нечисто. Если бы им нужны были деньги, эти люди нашли бы способ их забрать, и идея с органами не нова – я знаю, о чем говорю. Почему Бэкхёну оставили его квартирку? Она ведь тоже стоит каких-то денег. - На что ты намекаешь? - Чанель, - в гостиной появился Исин с подносом. – Мне очень жаль, но… возможно, этим людям от Бэкхена нужны совсем не деньги. И мы узнали кое-что еще. - Что? – Чанель потер виски. Дело принимало совсем другой оборот. Ради Бэкхёна он бы мог договориться с кем угодно! Пусть даже с мафией, с полицией, да хоть с самим дьяволом! Деньги не проблема. Но, если им не нужны деньги… то что тогда? - Кенсу, у меня будет просьба – приставь к боссу охрану, - Исин сунул в руки Чанелю чашку с ромашковым отваром. – Будет нелишним. - Может, вы перестанете говорить загадками? Ладно Сехун – он любитель потрепать нервы, но ты, Исин… - Нам удалось отследить адресата предпоследнего сообщения, - резко ответил Сехун. – Отгадай, откуда было оправлено сообщение? Даю подсказку – заповедник райских птичек, приют для сеульских богачей… Нет, сегодня ты как-то тормозишь, босс. Не догадался? Весточку прислали из кабаре. Чанеля словно ударили – тупая волна пронеслась по всему телу, остановившись где-то в висках и на кончиках пальцев. Он всеми силами гнал такие мысли от себя, не давал себе даже шанса даже задуматься о том, что Бэкхен связан с посланиями. И вот теперь – без компромиссов и без вариантов. - Босс, будет глупо отрицать, что долг Бэкхена и сообщения для тебя никак не связаны. Я бы поставил миллион долларов, если бы он у меня был, что за этим стоит один и тот же человек. Кто-то очень хочет до тебя добраться, и только вопрос времени, когда он попытается воспользоваться для этого Бэкхёном. - Чанель, я сегодня же приставлю охрану к Бэку. Клянусь, на каждом метре будут наши люди, - Кенсу хотел было взяться за телефон, но Исин остановил его: - Не стоит. Люди, что стоят за всем этим, явно не дураки. Они в два счета заметят, что в кабаре появилось много новых лиц. И тогда только богу известно, что они придумают. - И что ты предлагаешь? Оставить Бэка без защиты? – вскинулся Пак. – Как я могу оставить его одного, когда знаю, что ему грозит опасность? - У Сехуна есть план… Се усмехнулся и потянулся на стуле, разминая мышцы. Выждал эффектную паузу и, дождавшись нетерпеливого чанелевского «Да ты будешь говорить, или нет?!» с достоинством проговорил: - Вместо охраны – кучи мужиков у которых на лбу написано, что они непростые люди, в кабаре пойду я. Присмотрю за твоим возлюбленным, - Сехун проигнорировал яростный взгляд Пака, - и заодно посмотрю, кто из кабаре работает на мафию. - Не строй из себя шпиона, - посоветовал Кенсу, делая глоток кофе. – Ты насмотрелся фильмов про Джеймса Бонда? - Мне некогда смотреть фильмы, я работаю, знаете ли, - съязвил Сехун. – Чанель, соглашайся! Я справлюсь, вот увидишь. - Что же такое произошло, раз сам О Сехун соизволил поднять свою задницу со стула? Неужели так заинтересовался кабаре? Или… - Кенсу не смог отказать себе в удовольствии подколоть парня, - Сехунни хочет, чтобы его первый раз произошел с умелой райской птичкой? - Заткнись! – пунцовый Сехун отвернулся от смеющихся парней. Причем тут райские птички? Конечно, Се, как и любой другой, хотел побывать в кабаре, но что поделать, если его положение слишком низкое? Ни денег, ни власти… Но сейчас, парень, в первую очередь хотел понять, как получилось, что все происходило у Пака практически под носом, а он даже не заметил. Хотя, что с него взять… влюбленные люди – всегда тупеют. - Ладно, Сехунни. Раз ты так хочешь – пожалуйста. Завтра я устрою тебя в кабаре, - махнул рукой Чанель.

***

- В чем дело Исин? Вы нашли что-то еще? Почему как обычно не вызвали к себе? – Кенсу приземлился на стул напротив хакера. После их дневного визита ему на телефон пришло зашифрованное сообщение с неизвестного номера и только потому, что он был не последним человеком в сфере программирования, он понял, от кого оно и в чем его смысл. - Это не подтверждённая информация, скорее мои домыслы, и я хочу поделиться ими с тобой потому что… - он на мгновение замялся, подбирая нужные слова. – Ты сам поймешь почему, когда я расскажу. До кивнул, бросив подошедшему официанту принести чашку крепкого кофе. - Все ниточки, что мы нашли, ведут в кабаре и… к Бэкхёну. Не думаю, что есть смысл повторять сейчас все то, что мы обсуждали днем, но тебя не навел этот разговор ни на какие мысли? – До замер. Да, после у него появились кое-какие мысли, но он запретил себе думать об этом. - По взгляду твоему вижу, что ты понимаешь, о чем я. – Лэй подался вперед, помешивая пенку в стакане трубочкой. – Бэкхён. Если его не стали разбирать на органы не просто так, а намерено. Если послали его в кабаре намерено. Если спланировали… - До резко выставил руку вперед, прерывая речь хакера. - Хватит, Син. Бэк в этом кабаре очень давно, как бы эти люди могли спланировать их связь с Паком? Или ты думаешь, они каким-то образом заманили туда Чанёля и влюбили его в Бэка? - Возможно, они и не рассчитывали на то, что он влюбится, просто обратит внимание. Но Чанёль со своими чувствами просто сыграл им на руку. – Син наклонялся все ближе и ближе, огонь в его глазах разгорался все ярче. До в свою очередь мрачнел. - И что ты предлагаешь? - Мы с тобой будем копать под Бэка. - Что? - Выясним все о нем, даже мелочи. - Ты же понимаешь, что будет, если Пак узнает? - Он не узнает. А даже если узнает… Кенсу, Чанёль ведь важен для тебя? Подумай, если я окажусь прав, и Бэк приманка, Чанёль потеряет все. - Включая любовь. - … мне жаль. Но я хочу перестраховаться. До сжал пальцами переносицу, обдумывая слова Исина. Как же, черт возьми, ему поступить? Ведь если Бэк… Стоило признать, что и ему самому не хотелось верить, что тот парень, которого он знал, может оказаться ненастоящим. - Ладно. Но мы сделаем все, чтобы Чан об этом не узнал. - Обижаешь.

***

- Сухо, можно? – директор кабаре оторвал взгляд от бумаг и посмотрел на дверь. В проеме стоял его нерадивый работничек, которого еще сутки назад он собственноручно был готов придушить. - Что ты хочешь, Бэкхён? – откладывая бумаги, со вздохом спросил Мён. - Извиниться, – окончательно закрывая за собой дверь, сказал Бэк. – Ты был прав, я поступил очень опрометчиво. Совсем не думал о кабаре и о ребятах. Мне стыдно. Я знаю, что ничего не могу исправить, но … позволь мне вернуться и работать еще усерднее. Пожалуйста, – Парень в умоляющем жесте сложил руки у груди. Чунмён прошелся рукой по волосам и глубоко вздохнул, прикрывая напряженные глаза. - Что, прижали тебя, да? – глухо спросил босс. Он знал, почему Бэк пришел. Когда пелена гнева сошла, Мён более трезво оценил свои действия. Он не собирался отстранять Бэка, он сказал это в порыве, и уже позже понял, что тем, кто привел к нему Бэкхёна, такое точно не понравится. Видимо эти ребята со стальными яйцами решили пойти не к Чунмёну, чтобы указать ему на ошибку, а сразу прессанули мальчишку. Ублюдки. Чунмён поднялся из-за стола и подошёл к парню. - Я очень надеюсь, что впредь ты будешь осторожнее, Бэк. Послушай меня, этот Чанёль, он совершенно из другого мира. Может тебе и кажется, что он как манна небесная придет и спасет тебя, решит все твои проблемы, но это не так. Он наиграется и исчезнет. – Мён ожидал, что после таких слов его полоснут злым взглядом. Однако в ответ мальчишка промолчал. – Ты вернёшься сюда разбитый, и мы примем тебя, потому что ни у кого из нас нет выбора. Поэтому, впредь я прошу тебя, прежде чем совершить очередную глупость, которая поставит под удар нас всех, подумай хорошенько и вспомни, что и кто для тебя важнее. Бэкхёну однозначно не нравились слова его босса. И он бы сотню раз уже возразил, но, признаться, у него были причины промолчать. Первая - ему нужно было прощение и разрешение вернуться к выступлениям. Он всей душой желал избежать еще хотя бы одной встречи с той дамой. А вторая - где-то внутри, в самой отдалённой части своей души, была частичка, крупица, которая соглашалась с Сухо. Чанёль и правда был слишком сказочным для него. - Я тебя услышал и понял. Мне правда жаль. – Сухо долго смотрел в глаза своему подопечному и со вздохом сдался. - Ладно, можешь выступать.

***

- У Ифань! Ты что, совсем страх потерял?! - Да с тобой скорее рассудок потеряешь, черт бы тебя побрал, Хуан Цзытао! Кабаре готовилось к очередному грандиозному вечеру. Все до единого суетились, занятые приготовлениями. До открытия главных дверей оставалось чуть меньше получаса, и именно этот момент Крис решил выбрать для серьезного разговора. Во всеобщем хаосе и напряжении он вдруг резко ощутил накатившую волну раздражения, грозящую потопить его неизвестностью и негодованием, если в ближайшее же время он, наконец, не добьется ответа и не прекратит терзать себя и свои мысли. - Хватит уже бегать. Мы взрослые люди, Тао. – Хуан попытался выдернуть руки из крепкого захвата и, громко хлопнув дверью пустующей кухонной кладовки, уйти, но то ли хватка Криса и правда была такой крепкой, то ли не так уж и сильно танцор сопротивлялся. – Прекрати вырываться! - Крис зло тряхнул танцора. – Мне надоело, что ты избегаешь меня и игнорируешь все намеки, - чуть поумерив пыл, ровным голосом продолжил У. – Хотя это даже и не намеки. Я устал от твоих игр и равнодушия. – Тао было некомфортно, но даже он понимал, что им необходим этот разговор, даже если за ним не последует логический конец. – Если тебе нравится делать вид, что ты ничего не замечаешь - ладно, я скажу прямо. Я влюблен в тебя, Хуан Цзытао, и я буду добиваться тебя всеми способами, хочешь ты того или нет. – Цзы прищурил глаза, изучая лицо напротив. Слова прозвучали, теперь его ход. - Если кто-то из нас двоих и не понимает намеки, так это ты, - на этих словах танцор сумел высвободить свои запястья от оков чужих ладоней. – Очевидно же, что если я не отвечаю, то это потому, что для меня это ничего не значит. Лишь игра. - Зло ухмыльнувшись, Тао сделал шаг назад, вовремя увернувшись от попытки Криса вновь схватить его за запястья. - Лжёшь! – глаза У горели гневом. - Ты можешь тешить себя этим сколько хочешь, Крис. У меня нет к тебе никаких чувств. – Внутри, где-то глубоко, Тао ненавидел самого себя за такие слова. И лишь все громче и громче мысленно кричал себе, что так правильно. Так верно. - Лжешь, - прошипел Крис и бросился к Тао. Танцор кинулся к двери, но стоило лишь сделать шаг за порог, как в спину врезалось крупное тело, а грудь оплели руки, и по инерции они вместе вывалились за пределы каморки в переходную, где хранились картонные коробки с различной утварью. Тао не оставлял попытки высвободиться из кольца рук и убежать, но неожиданно ощущение присутствия кого-то третьего заставило его замереть и поднять взгляд. И словно молния, пробив крышу здания, ударила в пол, разбив помещение пополам. Глаза Тао встретились с широко распахнутыми глазами их босса. Ким Чунмён. С идеально уложенными волосами цвета спелого граната, сияющий, статный, в деловом костюме, ведущий под руку неизвестную даму. Крис позади Тао также замер, заметив парочку. Повисло молчание. Тао пытался незаметно высвободиться из ни на грамм не ослабевающего захвата. Широко распахнутые удивленные глаза босса вызывали желание провалиться под землю. - Охохо, какие страсти! – голос женщины раздался совершенно неожиданно, разрушая напряженное молчание. Крис нехотя, но все же отпустил Тао, тот в свою очередь шарахнулся в сторону. И Чунмён это заметил. – Мённи, это так здорово, когда прямо на работе разворачиваются такие страсти. Главное, чтобы они не вредили бизнесу. – Смех, последовавший за фразой, отдался мурашками по коже каждого. Мён, кажется, наконец начал постепенно приходить в себя и рассеяно улыбнулся на судя по всему шутку дамы. - Действительно. Тао боялся поднять глаза на Сухо. То, что произошло, грозило нешуточными последствиями. Помимо того, что Тао отталкивал Криса из-за желания хорошей жизни для последнего, была и еще одна причина - Сухо. Китаец знал, что их босс испытывает чувства к Ифаню, и не смел становиться преградой между ними. В какой-то степени даже побаивался. А сейчас они так глупо и по-дурацки попались ему на глаза, и неизвестно какие выводы сделает для себя Чунмён. И если Тао боялся, что мужчина решит, что они с Крисом вместе и зажимаются по углам в рабочее время, то Крис наоборот радовался этому, потому что теперь Сухо наконец-то поймет, что шансов у него нет. Теперь, когда он увидел все собственными глазами, он должен отступиться. - Госпожа Ли, прощу прощения, что вы стали свидетельницей такой сцены…. - Ахахах! Ну что ты, Мённи! Эта лучшая часть нашей экскурсии! - Мина, поверь, у меня в кабаре есть сцены и поприятнее на вид, - эту фразу Чунмён старался произнести так, чтобы услышала её только госпожа Ли, но по иронии дошла она до ушей каждого, и двоим парням, которым изначально фраза не предназначалась, почувствовали укол вины и легкого раздражения. - Ну, если ты обещаешь… - женщина чуть навалилась на мужчину и потянула его дальше, подмигивая замершим на месте Крису и Тао. Оба еще долго слышали удаляющийся голос неизвестной «Госпожи Ли». Перед глазами у Тао стояло лицо Сухо и его взгляд, который он как бы незаметно перед самым уходом бросил на Криса. И этот взгляд заставил Тао ненавидеть себя. Крис тоже его видел. Гадкое, мерзкое чувство обрушилось на него, растекаясь внутри, заставляя чувствовать себя тварью. Ненавидеть себя за то, что был слабаком, и не смог найти в себе силы и поговорить с Чунменом, выяснить все до конца. Зато к такому же разговору с Тао рвался изо всех сил. И теперь он оказался в том положении, в которое сам же себя и загнал. С Чунмёном, которого он растоптал своей трусостью и слабостью, и Тао которому он, кажется, вовсе не нужен. Шум кухни привел Цзы в сознание первым. До открытия оставались считанные минуты, и танцор поспешил вернуться в гримёрки, пока Крис не решился возобновить бессмысленный разговор. Тао ушел, не оборачиваясь на застывшего мужчину, не замечая скупые слезы отчаяния в чужих глазах.