Все дороги ведут обратно

Оперативный штаб 13, месторасположение засекречено, 4 августа 2003 года Она застала Колсона в его кабинете. Присев на краешек стола, он вертел в руках статуэтку самолёта, прототипа мобильного штаба, а из включенного патефона доносились негромкие звуки азиатских мотивов. - Как ты себя чувствуешь? – спросил Фил, когда Мэй вошла в комнату и закрыла за собой дверь. - Нормально. – Девушка слегка улыбнулась, невидимым шефу движением повернула замок. – Шейла хорошенько меня заштопала, так что… - Она вытянула вперёд руку с перебинтованным предплечьем. – Как новенькая. - Хорошо. Когда Мэй подошла ближе и остановилась в нескольких шагах от него, Фил отложил статуэтку в сторону. - Я хотела поблагодарить тебя, - произнесла Мелинда. - Опять твоя любимая тема… - покачал головой Фил. – Команда. Помнишь? - Ты не обязан был прыгать за мной. – Её руки легли на его плечи, он замер. – Ты же предупреждал. - Прекрати. - Позволь сказать… - Лёгкое, почти невесомое касание губами мужской щеки. – Спасибо. Она прильнула к нему, почувствовала ответное возбуждение, скользнула ладонью по его ширинке. Через мгновение Фил страстно её целовал, одной рукой привлекая к себе, а второй беззастенчиво задирая майку и стягивая лифчик. Небольшая грудь идеально уместилась в его ладони, он нежно ласкал и грубо сдавливал. Когда Мэй расстегнула ремень и «молнию» его брюк, Фил перехватил её руки, встал со стола и прижал Мелинду к его краю так, что её бёдра оказалось между его ног. Ещё пара нетерпеливых манипуляций, и их тела соединились. Он вошёл жёстким толчком, обхватил ягодицы и погрузился в неё глубже. Мэй оторвалась от его губ, судорожно втянула ртом воздух, потом снова поцеловала. Их языки вели сладостную борьбу, тела содрогались в едином ритме. Мелинда гладила его, скользя ладонями под рубашкой, царапала кожу, а Фил в ответ ускорял толчки, вдавливаясь в неё с каждым разом сильнее. Услышав очередной стон, он замедлил движения, и Мэй тут же протестующе потянулась к нему. - Фил… - Что такое? – Он сам с трудом узнал собственный голос, так сильно ему не сносило крышу, кажется, никогда. - Я… Он отстранился, усадил её на край стола, раздвинул бёдра и погладил её промежность, легонько, но настойчиво пробираясь пальцами внутрь. Мелинда откинулась назад, опершись руками о столешницу позади себя, попыталась притянуть мужчину ближе, обхватив ногами его тело, но Фил удержал дистанцию. Рука до сих пор побаливала, но все ощущения сосредоточились сейчас в ином месте, там, где ласкал её Фил. Она извивалась в такт движениям его руки, тихо постанывая и кусая губы. Через мгновение, не выдержав, стремительно поднялась, ухватила его за ворот рубашки и жадно поцеловала. Он убрал руку, позволил придвинуться ближе и снова медленно вошёл в неё. Мэй сделала движение навстречу, вдавливаясь пятками в его бёдра, прижимаясь теснее, но он не спешил. Неторопливые толчки, влажные переплетённые тела и невозможность оторваться друг от друга. Фил чувствовал её дрожь и от этого заводился ещё сильнее – зашкаливающее сексуальное напряжение требовало выхода, и он с трудом сдерживался, превращая всё происходящее в сладостную пытку для обоих. Острожное движение – и громкий стон, приглушённый его поцелуем. Ещё раз – и её рука под рубашкой царапает его спину. Ещё – и она кусает его губу до крови, придавая игре языков едва заметный солоноватый привкус. - Пожалуйста… - шепчет она ему на ухо, прикусывает мочку. Фил прикрыл глаза, снова поцеловал её, нежно, стараясь запечатлеть в памяти каждый изгиб губ, каждую шероховатость языка, тёплого и влажного. Когда он снова посмотрел на Мелинду, она беззвучно произнесла два слова, которые окончательно сорвали его стоп-кран. Движения ускорились, он вбивался в неё всё сильнее, всё глубже, жёстко, почти грубо. Она стонала в голос, уткнувшись в его шею, тесно прижавшись. Потеряв счёт времени, они отдались без остатка этой яростной гонке и почти одновременно содрогнулись в экстазе. Хриплое дыхание и неясный шёпот. Крепкие объятия и нежелание отпускать друг друга. Фил первый поднял голову, посмотрел на Мелинду и улыбнулся краешком рта, заправив ей за ухо мокрую тёмную прядь волос. - Мэй… Странный едва уловимый звук привлёк его внимание. Как будто… Колсон посмотрел вниз – на кончик его ботинка капала красная жидкость. Он перевёл встревоженный взгляд на перебинтованную руку Мелинды – повязка пропиталась кровью насквозь… - Мэй! Она едва не подскочила на кровати, тяжело дыша. Влажная от пота простынь сбита в кучу, майка и пижамные шортики липнут к телу, в висках пульсирует от нестерпимой боли. Мэй перебралась на край кровати и спустила ноги на пол, попыталась встать. Сделала пару неуверенных шагов, странная слабость в теле заставила вернуться. - Что за чёрт… Опершись локтями на колени, она помассировала виски. Кажется, стало чуть легче. Часы в изголовье кровати показывали половину третьего ночи, а ведь она заснула совсем недавно. Подобные сны и раньше посещали её, тревожили, выбивали из колеи, но никогда прежде ей не было так плохо по пробуждении. Мэй пощупала повязку на руке – мокрая, кое-где проступали алые пятна крови, совсем свежие. Когда головная боль окончательно отступила, Мэй предприняла вторую попытку подняться. На этот раз она прошлась по комнате практически без проблем и неприятных ощущений. Нужно было сделать перевязку, да и пару таблеток аспирина не мешало бы проглотить. До медблока по длинному коридору от её комнаты всего-ничего – метров двадцать. Мэй преодолела уже половину пути, когда боль снова дала о себе знать. Поморщившись, девушка продолжила движение, используя стены как опору. Ну вот, на месте. От её присутствия свет в медблоке автоматически включился, и Мэй на мгновение прикрыла рукой глаза, привыкая к яркому освещению. - Так, - тихо пробормотала девушка, медленно продвигаясь вглубь кабинета, - обезболивающее… Очередной приступ слабости – и Мэй едва не потеряла равновесие, вовремя ухватившись за край стола и смахнув на пол какую-то склянку. Звук разбившегося стекла показался оглушительным. Не хватало ещё всех перебудить. Грей, кажется, до сих пор не вернулся с дружеской сходки. Максвел если и копошился в своей лаборатории, то она находилась слишком далеко, чтобы он мог услышать здешний шум. Шейла давно дома, с семьёй. Разве что… - Что делаешь? Фил. Он стоял в дверях медблока, подпирая плечом косяк. Мэй вытянулась в струнку и, постаравшись придать выражению лица беззаботность, обернулась. - Ты чего не спишь? – спросила она, игнорируя заданный ранее вопрос. - Проснулся. – Фил кивнул на её руку, которую девушка старательно прятала за спиной. – Болит? - Немного. – Она попыталась изобразить улыбку. - Хотела сделать перевязку. Обманывать Колсона не имело смысла, он внимательно смотрел на Мэй и, казалось, видел её насквозь. - Давай помогу. - Я могу сама… Вялые протесты не возымели действия, Фил подошёл ближе, извлёк из одного из многочисленных ящиков необходимые для перевязки инструменты, усадил Мэй на высокий табурет и встал рядом. От его пристального взгляда не укрылась облепившая стройное тело майка, стянутые в «хвост» влажные волосы и сжатые в тонкую линию губы. Нахмурившись, Колсон приподнял подбородок девушки, ощутил исходящий от кожи жар, заставил её посмотреть в глаза. - Ты совсем идиотка? В два шага он оказался возле дежурного компьютера и нажатием нескольких клавиш отправил Шейле на мобильник срочный вызов. - Зачем ты её беспокоишь? – недовольно пробурчала Мэй и буквально сползла с табурета, держась за край стола. – Немного голова побаливает, ничего серьёзного. Фил с лёгкостью усадил её обратно. - Ничего серьёзного? Да ты на ногах еле держишься. Покажи… Мэй послушно вытянула вперёд руку, и Фил начал аккуратно разбинтовывать её. Когда почти полностью пропитавшаяся кровью повязка была отложена в сторону, взору агентов предстало весьма тревожное зрелище – место глубокого пореза было припухшим, вперемешку с кровью из раны сочилась светлая желеобразная субстанция. - Что это за хрень? – нахмурилась Мелинда, с трудом поворачивая голову, чтобы разглядеть ранение получше. – Не похоже на… - Нет. Фил промыл порез, потом нанёс на края раны антисептическую мазь. Прежде, чем он успел перебинтовать предплечье, снова показалась кровь. - Что ты чувствуешь? – спросил он. - Почти ничего. – Её голос становился слабее. – Голова болит. - Потерпи. Он всё же закончил перевязку, убрал с её лба непослушные пряди. Кожа, казалось, стала ещё горячее, тело Мэй сотрясалось от крупной дрожи. - Тебе нужно переодеться во что-нибудь сухое, я принесу. Мэй удержала его за руку. - Не уходи, пожалуйста. На неё вдруг впервые с момента пробуждения нахлынул безотчётный, почти животный страх. С её телом происходило что-то странное, иммунная система медленно сдавала позиции. Она ощущала это, так ясно, как будто всё происходило у неё на глазах – борьба организма с чужеродным вторжением… - Я вернусь через минуту, - пообещал Фил, легонько сжав её ладонь. - Останься. Пожалуйста. Просто обними меня. Фил колебался. Его сердце болезненно сжималось каждый раз, когда их взгляды встречались. Он не хотел видеть это, не хотел верить, но рассудок был непреклонен – она угасает. Прямо сейчас. Её голос слабел. - Мне станет легче, обещаю. Послав к чертям все правила, он подошёл ближе и крепко обнял её. Прошло несколько минут, прежде чем Мэй затихла, перестала дрожать, уткнулась носом в его шею и сцепила руки за его спиной. - Те люди… - Её шёпот был еле слышен. – Отчего они умерли? Фил на мгновение прикрыл глаза, коснулся губами её волос. - Не думай об этом. – Он и не заметил, как тоже перешёл на шёпот, словно это был особенный язык, предназначенный только для них двоих. - Потерпи ещё немного. - А если… Шейла не сможет… - Молчи. Береги силы. - Я… Фил погладил её по волосам, а через мгновение почувствовал, как руки, обнимавшие его, безвольно опустились.