Мой вечный Свет

      В прозрачном утреннем воздухе, что переливался под лучами разноцветного света, льющегося из витражного окна, дрожащими тенями собралось тёмное невесомое облако. Вытянулось, слегка касаясь мраморного пола, обретая форму короля. На лице призрака тени открылись ярко светящиеся синие глаза и показала блеск тонкой стальной огранки королевская корона, покрытая неопадающим инеем. Серый полупрозрачный туман лёг на плечи чёрной накидкой, фигура обрела чёткие линии, и вскоре возник истинный Король монохромного мира – Широганэ, в обычной, видимой ипостаси. Лёгким движением руки он откинул с глаз белые пряди чёлки и быстрым шагом прошествовал вперёд по коридору, где свернул в зал совещаний, оказавшись там в полнейшем одиночестве.       Совещание по традиции было назначено на одиннадцать утра, и потому здесь всё ещё витала ранняя утренняя прохлада и тишина воздуха, без лишних разговоров и телодвижений. Син приподнял кресло, отодвигая его от круглого стола. Установив кресло, как надо, он присел в него, закинув ноги повыше, и прикрыл глаза, предавшись размышлениям.       Но просидев недолго — пару минут, Широганэ хмыкнул, одним этим звуком выказывая всё своё отношение к созданному каламбуру мыслей в своей голове. В полнейшей тишине коридора раздались целенаправленно приближающиеся, но очень тихие крадущиеся шаги. Син медленно обернулся к дверям, вслушиваясь и готовясь принять как можно более равнодушный вид, лишь глазами показывая своё раздражение к вошедшему и потревожившему одним своим существованием размышления Короля о важных делах. Но, несмотря на все приготовления, шаги проследовали мимо дверей зала совещания и удалились. Это был почти провал гениального плана морального подавления сожителей своим авторитетом. Широганэ аж ноги спустил со стола и прождал ещё какое-то время, ожидая, что прошедший мимо вернётся. Но он не вернулся. Отворив двери, Король раздражённо вышел из зала совещания и направился в ту же сторону, куда удалились шаги, дабы покарать наглеца, посмевшего не пожелать ему «доброго утра».

* * *

      Часом ранее в покоях монохромного Дворца, где обитает свет, после прошедшего приключения, чуть не стоившего жизни всем королям, проснулся Акира. Он был уже крайне уставшим от только предстоящих дел престольных, и потому не особо торопился покидать тёплую постель. Но, лениво приоткрыв один глаз и тут же открыв второй, молодой король увидел напротив лицо Широганэ с чуть подрагивающими белыми ресницами, в чутком предутреннем сне. Жизнь только один раз делала с ним смертельное сальто. Теперь пришла очередь второго раза.       Лёжа на спине, владыка всех теней ласково прижимал к себе верную подругу – катану. «И пояса верности не надо», — подумал Акира, крайне осторожно перебираясь через чутко спящего Короля и стараясь его не зацепить. Реакция резко разбуженного сина была более чем предсказуема, и Акира рисковал остаться без полюбившейся части тела. Перекинув и вторую ногу через верную тень, парень теперь твёрдо стоял на полу, пусть и колени предательски дрожали от перенапряжения связок. «Теперь, — сказал про себя он, — я имею полное право на реабилитацию и отдых».       Ведомый только спасительным инстинктом сохранения жизни, ибо угадать, в каком паршивом настроении проснётся его Тень, не особо хотелось, Акира, захватив свою одежду, босиком прокрался из спальни и юркнул за двери своих покоев. Сейчас главное — проверить, как там Коу и Шисуи с девчонками-рей.       Убедившись, что все выжили и в относительном порядке, исключая более тяжёлые повреждения у Коу после схватки с Хомураби, Акира оставил их отдыхать, приказав только Призванным королям явиться на совещание.       Улучив момент, когда никто не баламутит воду в горячих источниках, он прямиком направился туда, где в тёплой неге решил окончательно проснуться наедине с собой и захваченной газировкой.       Утро начиналось великолепно; переливалась вода из нескольких невысоких фонтанов, шелестели пузырьки в газировке, он закрыл глаза и спустился ещё ниже, позволяя горячей воде щекотать кожу на подбородке. Ничего не могло тревожить его в такое сладкое время. Он почти задремал и стратегически пропустил чьи-то шлёпающие шаги по мокрым камням. Некто, плеснув водой, невидимо опустился в завесе густого тумана.       — Шисуи? — позвал он того, кто мог встать так же рано. Но поздно вспомнил, что тот после встречи с Акирой ушёл в теневую часть дворца, навестить своего короля.       Ответа нет. От утренней расслабленности не осталось и следа, припомнились все ужасы, перенесённые накануне, и кожа сама собой покрылась мурашками, и голос дрогнул.       — Кто здесь? Коу?       Акира подтянул поудобнее ноги, чтобы можно было быстро встать в боевую стойку, приподнялся из воды и только тут вспомнил, что драться теперь ему предстоит врукопашную. Оружие — алмазный тесак огромных размеров — превратился в пограничный столб. И всё же он попытался собрать в ладони свет. Если уж не зарезать противника, то хотя бы ослепить, чтобы сбежать. Свет, ярко засияв, начал вытягиваться в руке, приобретая черты…       — Трусливый крольчонок.       Сказано было с громким фырканьем сдерживаемого смеха, и стало очевидно, кто решил составить компанию юному Королю. Вспыхнув, свет в руке с хлопком погас, так и не показав своих очертаний.       — Фу ты, чёрт! — ругнулся Акира и с облегчённым вздохом опустился обратно в воду, потянувшись к газировке. По качающимся волнам неглубокого озера поползли тени, разгоняя туман и являя на другой стороне снежно-белую фигуру, наполовину видимую из воды. Акира ошалело хлопнул глазами и отставил газировку, когда Широганэ поднялся в полный рост и, осторожно ступая, начал приближаться к нему, пересекая дымящееся озерцо. Своей наготы теневой Король ничуть не смущался, он знал, что великолепен, что подтверждал заметный румянец на щеках парня и его нервные елозящие движения.       — Пока Призванные зализывают свои раны, а подданные были отправлены мной проверить сектора Границы, Вы бессовестно наслаждаетесь жизнью, Ваше Величество?       — А ты решил присоединиться? — решил понаглеть истинный свет.       — Не спалось.       Широганэ опустился напротив, под водой прикоснувшись к коленкам парня ладонями и придерживая их от лишних движений. Акира, выдавив из лёгких весь воздух, вжался в камни лопатками, когда почувствовал, как приподнявшийся Широганэ осторожно опустился на его бёдра и сжал их ногами.       — Широганэ, — попытался остановить его Акира, перехватив руку, скользнувшую вниз от груди, — для этого есть другие места.       — О, так ты не против продолжить в других местах, — хитро подмигнул соблазнитель и, с силой вырвав свою руку, резко опустил её под воду, крепко сжав напряжённую плоть парня. Акира подавился на вдохе.       — Я не… это, только не… ты же обещал, что после не надо будет!       Син склонился ещё ниже, обдав дыханием мгновенно затвердевший тёмный сосок парня и не выпуская из ладони его член, коснулся на пробу кончиком языка заинтересовавшее его возвышение на груди. Акира, вывернувшись, чуть завалился вбок, мгновенно оказавшись носом ниже уровня воды, вызвав волны от пузырей. Пришлось спасать утопленника. Проворно соскользнув с ног юного покорителя водных пространств источников, Широганэ перехватил парня под руку и с силой выволок его на мокрые камни.       Откашлявшись, Акира воззрился на своего спасителя взглядом, полным любви и обожания, сетуя только на то, что перочинный нож остался у него в кармане королевской одежды.       — Угомонись. Я лишь пошутил. Скоро совещание, свет мой. Одевайся. — И ушёл в направлении раздевалки.       — За такие шутки в зубах бывают промежутки.       Раздвоение личности, по ходу, никуда не делось, а только ещё более укрепилось и взросло.       Выждав без малого полчаса, Акира чутко прислушался к удаляющимся шагам по направлению выхода.       — Широганэ! — хватит уже терпеть подобное отношение. Сейчас или никогда. Коварный план отмщения созрел мгновенно в юношеском мозгу. — Стой же! «Ага, сейчас он подойдёт и узнает всю силу моего гнева. И воплей же будет, когда я его искупаю в одежде».       — А ты, я смотрю, тоже нисколько не изменился. И не вырос. В моих глазах, — раздался голос Короля там, откуда его совсем было не ожидать. С потолка. — Какой вид!       — Ах, ты ж…       Всё чаще Акира начал воспринимать своего напарника больше как живое существо, коим эта криво ухмыляющаяся с потолка тень не являлась.       — Набрался сил, да? — буркнул рей, не сводя глаз с силуэта, качающегося в переливах света и тени потолка. — Удобно тебе?       — Скорее, сбросил дисбаланс. И да, удобно. Тебе этому трюку ещё учиться и учиться. — И исчез, полностью растворившись в темноте.       Проворчав ещё что-то, обличающее мораль всяких гадливых нечистей, Акира, на всякий случай прислушавшись к отчётливо удаляющимся шагам за дверью купальни, поднялся и ушёл в раздевалку.

* * *

Одиннадцать часов утра. Зал совещания. Экстренный созыв.       Одиночество теней и лучей света первыми прервали оба светлых короля, быстрым шагом вошедшие в зал совещания и занявшие свои места. Шисуи ещё немного покопался в наскоро написанных рапортах рей и син, отметив полную стабилизацию Границы и исчезновение лишних стражей.       — Они избирательно исчезают или как? — не удержался от вопроса заинтригованный Акира.       — Кокучи и хакуа – противоположности единого. Исчезает один, с ним исчезнет и другой. Их количество остаётся всегда равным. В плохие времена, что мы пережили, стражей было неисчислимое множество, их создавали свет и тень, чтобы стабилизировать разрывы в завесе. Теперь же Граница сбалансирована и во множестве стражей нет нужды. Отработавшие своё, они исчезают. Через пару месяцев останется равное количество хакуа и кокучи, нужное лишь для патрулирования Границы. Очевидно, что выбор падает на самых ослабленных, и повреждённых, и тех, у кого нет пары. Окончательное решение принимаете вы – Истинные Короли, основываясь на подсчёте изменчивой протяжённости Границы и её уязвимости.       — То есть Широганэ единолично, в приступе плохого настроения, назло мне, может уничтожить пару десятков кокучи, и на моей стороне самоликвидируются столько же хакуа! Охренеть.       — Не то слово, — подтвердил опасения Короля входящий через двери в зал Хомураби. — И я знаю, какой вопрос будет первым на повестке дня!       — Самый животрепещущий и не требующий отлагательств, — подтвердил его слова явившийся следом из тени в углу Широганэ, с ходу занимая высокое кресло во главе круглого стола.       — Ничему тебя жизнь не учит, — покачал головой король Син, со скрипом оттаскивая своё кресло от окна и придвигая его к столу, аккуратно напротив истинной тени.       — А мы, значит, присядем с Акирой по-королевски, чтобы видеть и окно, и двери одновременно, — улыбнулся Шисуи и занял своё место между Широганэ и Хомураби. Акира тоже последовал его примеру и, вздохнув, уселся, зная, что, скорее всего, поднимется нескоро. Так и вышло. Искоса глянув на отчёты, принесённые Шисуи, Широганэ сложил руки замком под подбородком и воззрился на Призванных долгим, пытливым взглядом.       — Как в таком случае говорят в мире людей: вы исполнили все поставленные перед вами условия и более мы в ваших услугах не нуждаемся. Вы уволены. — Он даже в ладоши прихлопнул и радостно заулыбался.       Ожидавший подобного высказывания Хомураби лишь зло оскалился, щёлкнув когтями на пальцах.       — Протестую! — громко сказал Акира, упрямо сложив руки на груди. — До тех пор, пока я Король Света, не бывать этому.       — И как, позволь спросить, ты воплотишь свои героические потуги в жизнь, м? — спросил Широганэ.       Акира подался вперёд и взглянул в самое лицо своего теневого напарника.       — Поселю Хомураби в покоях Света, чтобы ты до него не смог добраться…       — У Хомураби фактор всё ещё нестабилен. Без подпитки тени он быстро сойдёт с ума и потянет за собой всё, чего мы так надолго лишились. Проявив слабость сейчас, в нашем незавидном будущем виноват будешь ты, свет мой.       — Дослушай меня и не перебивай! Ты останешься один в теневой половине Дворца…       — Сказочная перспектива! — оживился Король Тени.       — Надолго. Очень надолго. И никто тебя не побеспокоит.       — Замечательно. Отдохну, — он мечтательно возвёл глаза к потолку.       — Даже я.       Широганэ как-то дёрнулся и весь подобрался, на лице проступила неестественная для него бледность, зрачки сузились в острые вертикальные иголки.       — Если мне станет невыносимо скучно, я сам тебя навещу.       Акира прицыкнул языком и расслабленно откинулся назад, на спинку кресла.       — В связи с полной стабилизацией Границы, собрания в зале совещания можно ограничить, м-м-м, скажем, раз в полгода. Нет, даже год. Нечего лишний раз беспокоить крайне занятого напарника.       Широганэ криво усмехнулся и склонил голову набок.       — Я сильнее и взломаю все твои печати меж Дворцами, мальчик, — сказал Широганэ, понизив голос, после дотянулся до карандаша и начал весело вертеть его меж пальцев, скрывая напряжение.       — Я посмотрю на твои героические потуги, — вернул улыбку Акира и отвернулся к Хомураби. — Ты принимаешь мои условия?       — Всенепременно, — промолвил король Син, неотрывно смотря, как меняется в лице его Истинный. Напряжённую тишину зала прервал хруст сломанного карандаша.       — Шантаж, — мрачно проворчал владыка тени и отложил половинки карандаша в сторону.       — Необходимая мера предосторожности, — развёл руками Акира. — Есть другие предложения?       — Как насчёт призыва новых королей и их потомков?       — Меня и «старые» не разочаровали, — пожал плечами молодой Король Света и подтянул к себе один из отчётов. — Их сины и реи весьма опытны, и я не вижу смысла избавляться от них.       — Их опыт уже не понадобится, как и нет более нужды содержать и делиться территорией с Призванными.       — Нарываешься, — крайне зло прокомментировал выпад Хомураби, чуть ли не рыча. Его остудил несильный пинок ноги под столом. Син метнул взгляд на Шисуи и, поджав губы, замолчал.       — Широганэ, пойми, ты не единственный теперь, кто принимает важные решения. Мы все четверо в одинаковых условиях…       — Какие речи, право же, достойные всепрощающего Короля Акиры! — наконец вышел из себя Широганэ и поднялся с кресла, собирая вокруг себя тени, такие тёмные, что сам Король казался в них белой фигурой. — Они всего лишь отработанный материал, отход прошлого. Если у тебя кишка тонка их ликвидировать, то предоставь эту задачу мне. Для них это будет милостью богов. Мы будем помнить их имена вечность.       — Как же ты заебал! — вскочив на ноги и пинком отправив полетать своё кресло, Хомураби занял стратегическую возвышенность — стол — и призвал из тени секиру. — Сейчас я тебя отправлю к прахаосу! Может, тогда твоя новая реинкарнация будет более сговорчива!       — Или твоя? — сверкнул синими глазами истинный Король и показал из сгустившихся теней блеск катаны.       — Оба! — слепящий свет вдруг озарил весь зал совещания, особо ярко сосредоточившись в одно длинное и узкое лезвие. Широганэ сощурил глаза, рассматривая абсолютно чёрное очертание Короля в ореоле светящихся частиц. — Сели и заткнулись!       Удар алмазного лезвия раскроил круглый стол на две половинки, взметая с десяток листов с отчётами в воздух, и даже взломал часть мраморных плит под ним. Шисуи тихо ахнул, радуясь за свою отличную реакцию в том, что его руки и ноги остались целы. Хомураби же, напротив, успел переставить вовремя обе ноги на одну плоскость, чтобы не сверзиться, и в круговом движении вокруг себя секиры скрестил лезвия с оружием Акиры, чтобы тот не смог его поднять. Однако сопротивление так же неожиданно исчезло вспышкой режущего глаза света и в следующее мгновение с гулом пронеслось совсем рядом, вышибая секиру из рук короля и опрокидывая его на пол.       — Вот так и посиди, помолчи, — раздался за спиной голос Акиры. — Ненавижу эту тряпку. Широганэ, вопросы о ликвидации ещё есть?       — Мои поздравления, ты вернул оружие истинного Короля Света, — не без удивления заметил син, с нескрываемым восхищением глядя на Акиру с косой синигами в руках.— И всё же вопрос о причинах ликвидации мы обговорим с тобой позже, в более приятной обстановке.       — Вопрос исчерпан? — уточнил Король Света, наступая на конец шёлковой ленты сапогом и со зла с треском отдёргивая её.       — Полагаю, это так, — сдался Широганэ, отыскивая своё кресло и присаживаясь в него. — Во всяком случае, на сегодня. Ты б не портил такую красоту, — кивнул головой син, указывая на оторванную ленту с косы на полу. — Всё равно при новом призыве вновь появится.       — Опять оторву!       Ничего не ответив, Широганэ лишь взметнул обе брови на лице, посмотрел на разбитый стол и уставился выжидательным взглядом на Акиру.       — Да починю я стол!       — Надо же, ты не только всё ломать-крушить можешь. В моём кабинете табуретка упала с окна. Починишь ножку?       — Тебе доставляет удовольствие издеваться надо мной?       — Истинное удовольствие! Вплоть до предоргазменного состояния.       — Да чтоб ты им подавился. Продолжим совещание?       Рассевшись в своих излюбленных креслах вокруг места, где недавно стоял стол, короли, ещё немного пошипев друг на друга, перешли к другому вопросу.       — Что всё это было? — первым задал общий вопрос Хомураби, с сожалением рассматривая аккуратно срезанный коготь на руке. Смертельный взмах косы Акиры был слишком близок к его монаршей особе.       — Это был разрыв Границы, — пожал плечами Широганэ, потирая разболевшийся лоб ладонью, — и его последствия.       — Тогда зачем Хаосу было показывать мне, где находилась линия старой Границы, и позволять её восстановить?       На вопрос Акиры Широганэ мрачно молчал.       — И я так понял, он показал каждому его будущее, — уточнил король Син.       — Ты сойдёшь с ума от дестабилизации и сдохнешь. Это и так понятно, — проворчал Король, не поднимая головы.       — Вы, как гуляющие по зову луны, ходили в том тумане и не отвечали, когда я вас звал. А потом мне пришлось разгадывать загадки и даже лезть на жуткое дерево. Руки до сих пор болят, — пожаловался Шисуи, показывая разодранные пальцы, которые до сих пор не зажили.       — На Шисуи тот туман не подействовал, и только это обстоятельство нас спасло. Если бы не он, мы бы так и плутали в плену фантазий своего будущего, — сказал Акира, сочувственно, но с благодарностью посмотрев на Рея. — Ещё раз спасибо, Шисуи.       — Потому что он сам кому хочешь голову заморочит, — хохотнул Хомураби, за что получил пронизывающий до разрядов нейронов пристальный взор от Шисуи.       — Причём Широганэ и вовсе не хотел, чтобы сон заканчивался. Ему нравилось быть вороной, — высказался Рей, осторожно применяя заживляющее заклятие на себя.       — Не вороной, а вороном. В то время я был полностью солидарен с Хаосом в вопросе уничтожения прежнего Дворца с его обитателями, короли которых стали такими же воронами, что и я, а их подданные пускали слюни в собственных грёзах, — гордо встряхнул головой Широганэ и тут же поморщился от боли. Поднявшись, Акира налил из графина воды в стакан и подал его Королю, заслужив одобрительный кивок.       — Я видел, как сражаюсь с Хаосом на Границе. Вы погибаете, и я остаюсь один. А ты что видел? — спросил у него парень, снова присаживаясь в кресло.       — Своё будущее, и оно очевидно, — ответил син и снова замкнулся в себе, уставившись в окно. Переглянувшись с Хомураби, Акира продолжил:       — Когда я очнулся под деревом, то увидел, как рушится завеса, и поспешил туда. Хаос стоял в пограничье и удерживал завесу на критическом уровне. Именно он настоял о воздвижении линии старой Границы, более мощной и высокой, — повторился он.— Какой в этом смысл? Почему не оставить нам ту, рваную по лоскутам Границу?       Широганэ допил воды, отставил стакан на подлокотник и потёр пальцами висок.       — Хаос – одна из граней между светом и тенью. Противоположность Гармонии. Стремящейся обратить всё к изначальному, но равными темпами и исходя из собственного вселенского графика. Другими словами, он дал нам временную отсрочку, показав нашу уязвимость перед ним.       — И сколько лет простоит Граница? — высказал общий вопрос молодой Король.       — До тех пор, покуда вечен Свет, — губ Широганэ коснулась лёгкая улыбка, и он отвесил шутливый поклон в сторону Акиры. — И да благоденствует его разум.       Промолчав на явный выпад со стороны сина, Акира немного прикусил губу и задал давно невысказанный вопрос:       — Я задам один вопрос, Широганэ, а ты постарайся хоть раз ответить на него прямо и прозрачно, — спросил поднявшийся с кресла Акира и, обойдя развалины стола, зашёл за спинку кресла своего напарника. — До меня у тебя были преемники Короля Света?       Широганэ остался внешне недвижим, казалось, даже дышать перестал, словно красивая статуя, созданная только из безжизненных осколков льда и бетона. Сгустившиеся тени в зале чуть дрогнули и расползлись, вытесняя лучи света, занимая больше пространства в замкнутом зале, выдавая внутреннее напряжение своего короля.       — Это не имеет значения, — сказал Король Тени, загадочный, как сфинкс.       — Не смей уходить от ответа, — сжав пальцы на спинке кресла, Акира склонился ниже, почти касаясь губами затылка сина. «А от него приятно пахнет, — подумал парень, сосредоточенно вдыхая аромат. — Сирень. И свежесть разреженного воздуха, как после грозы… Грозы?»       — Двое, — одними губами еле вымолвил син, и начавшие уже потрескивать от напряжения тени немного сдали позиции, уползая в естественные границы.       — Ты знал? — теперь уже вопрос в лоб был задан Шисуи, старательно делающему вид, что он всего лишь участник процесса, никоим образом не замешанный в распри Истинных. Впрочем, смотря на крайне сосредоточенного в ответах Владыку Тени, отпираться было бесполезно и не имело более смысла.       — Широганэ приводил преемников. Мы знакомились, — Шисуи нервно почесал тыльную сторону руки большим пальцем и, предупреждая следующий вопрос, продолжил: — В семьдесят втором, нашего времени. И в шестьсот восемьдесят шестом – период Эдо, я тогда был монахом в провинции Ига.       — Где они сейчас?       — Мертвы. Я их убил, — вмешался в допрос Рея Широганэ, развернувшись и смотря в лицо Акиры снизу вверх. — Мисаи – девочка, двенадцати лет, из нищей крестьянской семьи, с дестабилизированным фактором, уже не могла жить, он буквально выжигал её изнутри. Я закончил её страдания. Мужчина, Эрих, почувствовал себя плохо после поездки на море с семьёй. В крови было обнаружено запредельное количество антител, назначена химиотерапия. Не сказав никому, уехал доживать свои недели на Фарерские острова. Там его встретил я. Он научил меня терпимее относиться к слабостям людей. Тело не выдержало высвобождение потенциала фактора. Скончался спустя двадцать дней, оставив после себя лишь тень человека из сажи на камнях. Даже кости сгорели. Моё присутствие убило его. Закончим на этом.       — То есть я превзошёл все твои ожидания, — хотел сказать как можно злее Акира, но вышло не особо выразительно.       — Ты сделал для меня то, что не смогли сделать преемники до тебя. Выжил. Более того, оказался полезным и довольно перспективным Королём…       Звук удара и грохот кресла о пол оказался настолько неожиданным, что заставил Хомураби схватиться за подлокотники, чтобы быстрее встать в оборонительную позицию. Впрочем, созерцание сверженного на мрамор Короля Тени, потирающего скулу, привело его в чувство, и он не смог сдержаться, едко прокомментировав случившееся:       — Приятно видеть монаршую особу на подобающем ему месте.       Но тут, извернувшись, Широганэ что есть сил треснул ногой по колену стоящего возле него Акиры, сбивая его на пол. Вскрикнув, тот упал и не успел сгруппироваться, чтобы отразить нападение тени. Усевшись сверху на поверженного и дезориентированного парня, Широганэ мощно ударил его кулаком по лицу. Стоявший в нескольких шагах Хомураби дёрнулся вперёд, чтобы разнять королей, но его попридержала рука Шисуи:       — Стой, где стоишь, — шикнул он на короля Син, удерживая за отворот рукава.       Размахнувшись, Широганэ яростно ударил лежащего под ним, ещё раз, и ещё.       — Никогда. Не смей, — приговаривал он, совершенно обезумевший. — Меня. Бить! Слышишь?       Сжав пальцы на воротнике окровавленной одежды, он приподнял избитого мальчишку и, заглянув ему в затуманенные болью глаза, резко отпустил. Медленно поднявшись на ноги и поправив одежду, Король Тени посмотрел на Призванных, притихших после показательной экзекуции, потом на сбитые костяшки своих пальцев, развернулся на каблуках и молча удалился из зала совещания.       — Сука, — промычал Акира, подавая признаки жизни. К нему тут же, бросился Шисуи, опускаясь на колени.       — А ты что хотел? — решил подбодрить калеченного Хомураби, усаживаясь в кресло напротив места оказания скорой помощи Королю. — Несмотря на всё своё преувеличенное великолепие, Широганэ не барышня, он может и врезать, — Син поморщился от собственных воспоминаний. — Причём больно.       С этого момента совещание было окончено, и стороны в разной степени сохранности разошлись по своим покоям.