Пропасть под нами не пропасть

Заместитель директора и по совместительству завуч академии, мисс Кравских, была «немного» удивлена, когда вместо нового ученика в холле увидела только его багаж. Две большие сумки и еще несколько маленьких стояли посреди янтарно освещенного холла, а рядом мирно пристроился один из охранников академии, Стив Джефферсон. Он таким же взглядом, как и мисс Кравских, смотрел на этот багаж, не успев понять, когда именно он упустил из виду молчаливого парня, стоявшего на месте и ждущего, когда его встретят. Мисс Кравских замедлила свой шаг и отдышалась, так как бежала из своего кабинета, находящегося на предпоследнем этаже, сюда в холл. Она одной рукой поправила свои темные с проседью волосы и тряхнула головой, хмурясь. Отведя, наконец, взгляд от багажа, она оглянулась, посмотрев по сторонам, ведь ученик мог просто прогуливаться по холлу. Но нет, здесь не было никого, кроме нее и Джефферсона. И этого багажа. - Может, вы мне объясните, где мистер Кроссвэлл? - возмущенным голосом сказала она, приближаясь уверенными шагами к охраннику. - П-понятия не имею, мисс Кравских. Он тут стоял, а потом... - А потом? - быстро перебила его она, упирая руки в бока. - А потом я вышел буквально на минуту на улицу, чтобы занеси его багаж... - И он испарился? - Нет, я просто пришел, а его уже не было... – нахмурившись, ответил охранник. Он тоже посмотрел по сторонам, щурясь. Мисс Кравских устало вздохнула, застонав, и потерла лоб рукой. - Мисс Кравских? Вы хотели меня видеть? - мисс Кравских обернулась, нацепив на лицо улыбку и встречая одного из своих учеников. Юноша, уже переодетый в свободную форму, с черными длинными зализанными назад волосами и невероятно симпатичным, по мнению мисс Кравских, лицом, подошел к ней, невольно разглядывая сумки, стоящие прямо перед ней. - Да-да, Джинкс, спасибо, что так быстро. - Нет проблем, - юноша махнул рукой и, приподняв одну бровь, осмотрел холл. - Так... что именно я должен сделать? - Сейчас я должна была встретить нового ученика... и, знаешь, ввести его в курс дела, так сказать, - она замялась, по-прежнему бегая глазами по помещению, - но у нас совещание еще не окончено, я отпросилась, поэтому я этим заняться не смогу. А наши старосты, кто занят, кто сейчас вместе с мистером Флаймером, нашим новом психологом, поэтому помочь мне они не могут. - Почему я? - удивился парень, засовывая руки в карманы. - Кто, как не ты, Джинкс, лучше всех расскажет про систему, про учеников, проведет экскурсию? Ты лучший в этом деле, - мисс Кравских еще улыбнулась, и парень улыбнулся в ответ, кивнув. - Тем более… ты же не занят сейчас? - Нет, мисс. Я абсолютно свободен, так что да, я помогу, конечно. Только вот, - Джинкс обернулся, вытянув шею и посмотрев куда-то в сторону лестницы, - кого именно мне надо вводить в суть дела? - А вот тут проблема... - тихо сказала мисс Кравских, тоже обернувшись. - Мистер Кроссвэлл только что был здесь... но, куда он мог деться, понятия не имею. - Может, стоит подождать? - предложил Джинкс, складывая руки на груди. - Или все-таки стоит поискать его? - тупо предложил Джефферсон, почесав затылок. Мисс Кравских одарила его убийственным взглядом. - А как он выглядит вообще? - спросил Джерман, обернувшись на охранника. - Я не знаю, Джинкс, сама в первый раз его должна была увидеть, - со вздохом призналась мисс Кравских, пусть Джинкс обращался и не к ней. - Ну, он такой... как ты ростом. Нет, выше. В короткой черной куртке был... на ней еще замок в виде косточек был, ну, знаешь, - Джинкс кивнул, а Стив продолжил, - еще такой длинный фиолетовый шарф на нем был, высокий такой, пол-лица закрывал. Он блондин, даже брови светлые. Волосы такие... длинные, не знаю насколько, потому что шарф скрывал лицо и шею, говорю же. - Отлично, - сарказмом протянула мисс Кравских, - по твоим словам, нам нужно теперь каждого ученика, который идет на улицу или с улицы, осматривать, раздевая... - Ну, он же новенький... а я всех тут знаю, - проговорил Джинкс, сузив глаза. - А еще у него родинка была... прям под глазом, ближе к виску. И бровь одна была странная такая, вот здесь высечена была, будто еще в детстве рассек ее, - сказал Джефферсон, указывая на свою бровь ближе к виску. Джинкс задумался и перевел задумчивый взгляд на окна, выходящие в коридор на улице, ведущий ко второму корпусу. - Так... отлично, и что делать-то? - спросила мисс Кравских, поправляя свои очки и нервно закусив губу. - Ну, не потеряется же он здесь, мисс Крав... - Стив! Помолчи! - быстро ответила она, приложив ладонь к виску. - Надо подумать... - Кажется, я знаю, где он, - сказал Джинкс, оторвавшись от места и идя к правому выходу от лестницы, ведущему в открытый коридор на улице. - Я сейчас. - Мистер Джерман! На улице не май месяц! - возмутилась завуч, имея в виду легкую одежду ученика. Джинкс не среагировал. - Я быстро, мисс Кравских, - кинул он через плечо, выходя на улицу. Академия снаружи не показалась Лейтону такой шикарной, как все о ней говорили. Его прошлая Лондонская академия внешне была в разы лучше, и хоть самому Лейтону на внешний вид было плевать, сравнивать он все же мог. Все хвалили Раундвью, называя ее самой востребованной богатой и лучшей академией в Англии. О ней говорили даже те, кто учился с Лейтоном в Лондоне, но сам он никогда заинтересован в ней не был. Просто так получилось, что больше ему поступать было некуда. Он сменил пять академий, и престижных учебных заведений для богатых аристократов больше не осталось. Его семья избегала Раундвью, будто припасая ее на десерт. На тот случай, когда уже некуда будет идти. Поэтому сейчас родители возлагали на эту академию и на своего сына большие надежды, надеясь, что он покажет себя с лучшей стороны. Лейтон такого восторга по поводу академии не разделял. Пока не зашел внутрь. Пусть внешне она и была похожа на какой-то старый полузамок, не реставрированный множество лет, но внутри она была шикарной. «Это что, Хогвартс?» - пронеслось в мыслях у Лейтона, когда он осматривал мраморную лестницу, высокий янтарный потолок, множество картин и дочиста отдраенный пол, в котором он видел свое отражение. Все было пышным и шикарным, правда, в меру. Вкус и стиль тоже нужно сохранять. Пока машина Лейтона подъезжала к академии, он насчитал здесь семь с лишним этажей. Это «лишнее», видимо, было крышей или чердаком, потому что расстояние в высоту было большим. Также он заметил, что академия - это не сплошное здание, а какой-то комплекс зданий, соединенных друг с другом коридорами, общими лестницами и проходами. Выйдя как раз в один из таких коридоров, Лейтон поразился тишине, стоявшей здесь. Вообще, приехав, он думал, что увидит просто толпу заинтересованных учеников, шум, гам, новые лица. Но ничего такого не было. Он подумал, что сейчас могут идти какие-то уроки, хотя стоял вечер. Или ученики могли быть на каком-то собрании или в столовой. Но, постояв еще немного и прислушавшись к тишине, он даже подумал, что в академии еще могут идти Рождественские каникулы, и не все ученики вернулись. Или вообще не вернулись. Правда, и эту догадку пришлось отбросить, когда он совершенно случайно увидел в коридоре парня, который, похоже, его даже не замечал. Этот парень стоял посреди коридора, да даже не посреди, а чуть отодвинувшись к стене, чтобы снег, идущий на улице, не попал на его «творение». Рядом с ним стоял мольберт и еще подставка с палитрой и красками. Он то и дело кидал взгляд вперед себя, а затем снова возвращался к картине, щурясь и нервно кусая губы. Сам он был слишком увлечен, чтобы заметить, как кто-то подошел к нему почти вплотную. - Как красиво, - тихо сказал Лейтон, утыкаясь подбородком к себе в шарф и прячась от холода, не отрывая взгляда от картины. На бумаге было изображено точь-в-точь то, что он видел и перед собой. Небольшая площадка, окруженная зданиями академии, была одним из самых живописных уголков здесь. И этот парень изобразил все так же, как и было в жизни, только добавив немного своего художественного волшебства. Деревья будто и на картине шевелились от ветра, и снег тоже не зависал в воздухе, а падал, медленно кружась. - Спасибо, - отозвался парень, незаметно улыбнувшись. Всегда приятно слышать искренний отзыв о своей работе. Он даже не взглянул на обладателя незнакомого ему голоса, а только продолжил наносить кисточкой маленькие мазки где-то в районе нарисованного неба. - Много времени ушло? - поинтересовался блондин, наблюдая за длинной кистью, которую художник держал только тремя пальцами, обтянутыми черной перчаткой. - С обеда тут стою, - охотно сказал парень, томно вздохнув. Лейтон посмотрел теперь уже на него, оглядев быстрым взглядом с ног до головы. Выглядел он так же, как Лейтон и представлял себе художников. Он даже одет был так необычно, как одеваются творческие люди. На нем было длинное, до середины бедра, пальто, расстегнутое сверху, из-под которого виднелся высокий воротник небесно-голубого свитера. С шеи свисал ярко-красный кружевной шарф, совсем не завязанный и достающий ему до бедер. Темные, отдающие рыжиной волосы, были собраны в короткий хвост, но челка все равно свисала и попадала ему на глаза. Правда, он не убирал ее с лица, наверное, уже привык. В одном ухе, которое и было видно Лейтону, красовались два аккуратных небольших кольца серебряного цвета. И каждый раз, когда он дергал головой, эти кольца звенели, соприкасаясь друг с другом. Лицо его было немного задумчивым, один глаз был прищурен, а губы, которые он постоянно медленно кусал, были покрасневшими. - Как у тебя получается такой цвет? - также тихо спросил Лейтон, сузив глаза и задержав их на кисточке, которая была в каком-то необычном бледно-розовом с примесью сиреневого цвете. - Очень... необычный, я даже не представляю, как его можно получить. - Возьми голубую краску, - медленно проговорил парень, не отрываясь от картины. Лейтон помедлил. - Бери-бери, - блондин протянул свою голую руку, перчатку с которой снял, и аккуратно вытащил тюбик с голубой краской. - Выдави... м, вот сюда, давай, - сказал он, указав на уже использованную палитру, где было свободное место. Лейтон послушался. - А теперь добавь в самую середину совсем чуть-чуть белого и вот этой кисточкой соедини цвета, - говорил он медленно, будто растягивая слова, на самом деле просто задумчиво переводя взгляд с реальности, что видел перед собой, на картину. Пока он наносил штрихи тонкой кисточкой, сосредоточившись, Лейтон сделал все, что он говорил, получив еле заметный небесный цвет. - Дальше? - тихо спросил он, поднимая на художника глаза. Художник отвлекся, кинул взгляд на получившийся цвет и нагнулся вниз, доставая какую-то колбочку с каким-то прозрачным раствором. - Добавь три капли в середину и смотри, что будет. Только не переусердствуй, - с улыбкой в голосе отозвался художник, протягивая блондину колбочку. Лейтон скептически на нее посмотрел и аккуратно добавил три капли, чуть отстранившись, наблюдая. Художник тоже отвлекся от своего творения и повернул голову к палитре. Постепенно цвет, который только что был небесным, становился нежно-нежно сиреневым с голубыми разводами, постепенно становясь таким бледно-розовым, какой и был на кисти у художника. Лейтон округлил глаза, а художник легко улыбнулся. - Как... как так? - проговорил блондин, все еще рассматривая метаморфозы, происходящие с краской. - Специальный раствор, - пожав плечами, сказал парень, - еле достал на самом деле. Редкая вещь. - И с каждым цветом такое срабатывает? - Да, - кивнул художник, - серый превращается в телесный цвет, красный в бледно-оранжевый, желтый в персиковый, зеленый в нежно-голубой. Просто нужно знать, сколько капель добавлять на какое количество краски. Долго я с этим разбирался, но это того стоило, - он еще раз как-то удовлетворенно улыбнулся и поднял, наконец, глаза на своего собеседника. Улыбка с лица пропала, и само лицо стало каким-то немного удивленным и задумчивым. Лейтон, поднявший глаза одновременно с ним, увидел реакцию и усмехнулся. - Я Лейтон Кроссвэлл, - пояснил блондин, посмотрев своими светлыми глазами в глаза художнику. - Брис Уэлстрик, - отозвался он, засмотревшись на рассеченную бровь блондина. Он протянул ему ладонь ребром, и Лейтон ее пожал. Был в этом какой-то своеобразный ход. - Давно ты здесь? - Полчаса. Может, больше, - прикинул Лейтон, двинув бровями. - Понятно. Ты с моего курса? Ну, с седьмого? - художник вернулся к своей картине. Лейтона заметил, как понизился его голос. - Я не знаю еще, - пожав плечами, расслабленно ответил Лейтон. - Ну, мне семнадцать, если ты об этом. Брис заметно поджал губы. - Да, с моего. - Я так понимаю, это ты - новенький? - Лейтон обернулся, а Брис уткнулся в картину, не поднимая взгляда. Брюнет, вышедший на улицу совершенно без верхней одежды, поднял плечи, по которым пробежал холодок. Кончики волос его на ветру немного растрепались, и он прибавил шагу, подойдя к блондину. - Тебя там ищут все, пошли. Здравствуй, Брис, - кинул он, глянув через плечо блондина на художника. Тот не ответил и только сильнее сжал в пальцах кисточку. Джинкс не удивился и только перевел взгляд на новенького, окинув его оценивающим взглядом. «Ухоженный. Следящий за собой. Высоко держит голову. Томный, подозрительный взгляд. Видимо, богаче, чем кажется», - быстро подумал Джерман. Джинкс кивнул головой назад, посмотрев Лейтону в глаза, и тот пошел за ним, только раз обернувшись на художника. - Нашел, с кем заводить знакомства, - иронично протянул брюнет, ежась от холода. - Что-то не так? - уточнил блондин, выгнув бровь. - Нет смысла сейчас объяснять. Потом узнаешь, - отмахнулся брюнет, открывая дверь в холл. Лейтон закатил глаза. Ну вот. Первые загадки. Конечно, куда без них. - Мистер Кроссвэлл! - с поддельной радостью воскликнула женщина в возрасте и одетая, как монашка, по мнению Лейтона. - Мы вас обыскались! - Я был неподалеку. Воздухом вышел подышать, - ухмыльнувшись, ответил блондин. Женщина замялась. - Как доехали? - Отлично. Далеко, правда. И погода подвела. И я не понимаю, ради чего я здесь. Но все отлично, не обращайте внимания, - новенький осмотрел холл, как в первый раз, и оценочно двинул бровями. Охранник и завуч замерли, поняв, что этот Кроссвэлл - непростой фрукт, а Джинкс сложил руки на груди, сверля его спину взглядом. Что чувствовал он к новенькому, понять было трудно. Вроде и хотелось с ним заговорить, но в то же время он его чем-то отталкивал. Странный тип людей. - Ну, вот и хорошо, - соединив ладони, сказала мисс Кравских, притворно улыбаясь. - Я извиняюсь, мистер Кроссвэлл, но мне придется вас покинуть. Есть кое-какие дела. Но вам поможет мистер Джерман, - она указала за его спину, и Кроссвэлл обернулся на «мистера Джермана». - Джинкс, - кивнув, сказал брюнет. - Лейтон, - ответил новенький и, посмотрев на его аккуратно убранные и длинные, достающие до спины, волосы, невольно подумал, что если здесь все такие ученики, то будет очень и очень забавно. В переносном смысле. - Если у вас останутся какие-то вопросы, то вы всегда сможете найти меня на шестом этаже, там на каждом кабинете табличка с именем преподавателя. Я - Донна Кравских, - она еще раз улыбнулась, и Лейтон, не удержавшись, также слишком притворно ей улыбнулся. С ее лица улыбка быстро пропала. - Так, надеюсь, никаких проблем нет? Вот и отлично. Стив, занесешь вещи на третий этаж. - Почему на третий? - воскликнул Джинкс, смотря, как Джефферсон, кивнув, подошел к сумкам. Мисс Кравских уставилась на ученика. - Понятия не имею, распределением занимается мистер Клайер. Найдешь потом Гордона и спросишь у него про комнату. Я думаю, он объяснит, - она чуть приподняла уголки рта, еще раз кивнула новенькому и, развернувшись на каблуках, пошла к лестнице. Джинкс, закатив глаза, проводил завуча взглядом. - Стерва, - вырвалось у него, и новенький, не удержавшись, издал смешок. - Я смотрю, тут ее не очень жалуют, - Джинкс повел его к лестнице, засунув руки в карманы джинсов и немного ухмыляясь. - Тут, в принципе, всех не очень жалуют. А новеньких особенно. Так что приготовься ловить на себе примерно такие же взгляды хотя бы первый месяц. - Мне все равно, - пожав плечами, ответил новенький, заворачивая за Джинксом и направляясь к еще одной лестнице. Так красиво и шикарно был украшен не только холл академии, но и вообще каждая ее часть. Лейтон невольно осматривал интерьер, останавливал взгляд на картинах и скульптурах, смотрел на чисто отдраенный пол, на потертые перила лестниц, что, наоборот, их еще больше украшало, на большие полукруглые окна и на кабинеты, некоторых из которых были открыты. Богато, ничего не скажешь. - Смелое заявление. - Не впервой. Джинкс, подняв брови, на него посмотрел. - В какой раз меняешь? - Это шестая академия за все время, - Лейтон покосился на спускавшихся с лестницы парней. Наконец-то академия ожила: показались люди, послышались голоса, смех, стук туфель о мраморные ступеньки и паркет. Лейтон чуть не подавился воздухом, увидев перед собой этих парней. Ученики здесь такие же, как про них и рассказывали. Гордые, видно по тому, как держат осанку и как смотрят на собеседников. Не признающие никого, кроме себя, это Лейтон понял по взгляду, обращенному конкретно к нему. Какой-то парень с короткой стрижкой одарил его таким взглядом, будто увидел кого-то из своей личной надомной прислуги в богатой одежде. Столько презрения во взгляде Лейтон никогда еще не видел. Он мысленно уже два раза пожелал ему навернуться с лестницы и сломать себе уже хоть что-нибудь, чтобы не выпендриваться настолько. Но, встретив по пути еще нескольких учеников, он понял, такими желаниями он на всех не запасется. Здесь все такие. Даже Джинкс, который идет рядом. Но тот пока не так сильно раздражал. - Что ты такое вытворял-то? - усмехнувшись, проговорил Джинкс, открывая перед ним дверь в коридор, ведущий во второй корпус. - Так получилось, - пожав плечами, ответил Лейтон, немного улыбнувшись. - Здесь все такие, да? - спросил он, кивая на лестницу, где они и встретили того парня, которого так захотелось спустить с лестницы. - М? А, да. Вот прям чувствуется, что ты новенький. Это, - сказал Джинкс, тоже кивнув на лестницу, - только цвето-о-чки, уж поверь. Здесь такие ягодки ходят, что про этого ты быстро забудешь. - Супер. - Это Раундвью, чего ты хотел? Лейтон промолчал, смотря по сторонам, а Джинкс с кем-то из парней поздоровался, будто взглядом объясняя, что вот этот блондин с хитрым взглядом и есть новенький. Лейтон то и дело ловил на себе заинтересованные взгляды, но не отвечал им, игнорируя. - Мы только что прошли первый корпус. Вот там проходят все занятия. В системе классов нет ничего сложного, каждый подписан, на каждом висят таблички. Получается, от холла вверх и все этажи со второго по шестой – учебные классы. Ты, я так понимаю, с седьмого курса? - блондин кивнул и покосился в окно. Они поднялись на этаж третий, но уже отсюда был виден лес, стоявший весь в снегу, и соседние здания академии. - Все расписания уроков находятся на втором этаже около стойки информации. Правда, сейчас начало семестра, поэтому расписание меняется каждый день... но ничего сложного нет. - А сейчас мы где? - спросил Лейтон, заметив в окне то самое здание, где они только что находились. - Это второй корпус. Здесь находятся общие гостиные, библиотека, компьютерные классы, классы старост и общежития. Есть еще третий корпус. Там проходят дополнительные, и есть класс фехтования. - Фехтование?! - воодушевленно проговорил новенький, обернувшись и посмотрев Джинксу в глаза. - Занимаешься? - Конечно, - кивнул он, немного обрадовавшись этой новости. - Отлично, учителя фехтования ты себе в друзья автоматически набил, - усмехнувшись, сказал брюнет. Лейтон издал смешок. - Вообще, правила здесь очень простые. На территории академии не разрешено употреблять алкоголь и курить... что все, конечно же, нарушают, - тихим голосом добавил он, и Лейтон иронично улыбнулся. - Драки устраивать нельзя, на уроки опаздывать нельзя, перед тем, как отправиться в город, нужно предупредить старосту своего курса. У нас, на седьмом курсе, это Паркер. Есть еще и Гордон, но он в старостах школы, и к нему лучше не обращаться, он... - Джинкс задергал головой, - ну, неважно. В город выходить можно каждый день после уроков, но многие предпочитают выбираться только по выходным. Очень важно вернуться вовремя. У нас есть форма, но она простая, и надевать обязательно только верх, там логотип академии, много морок не составит. Еще раз отмечу, что решать свои проблемы с помощью рукоприкладства нельзя... что опять в корне нарушается, - прибавил Джинкс, закатив глаза. - И многие нарушают? - насмешливым голосом спросил Лейтон. - Нет, но... бывает такое, в общем... - Джинкс помедлил немного, и несколько минут они шли в полной тишине. Лейтон все думал о том, за что именно его могут исключить, а Джинкс размышлял, когда именно просветить новенького в то, куда он попал и что именно его будет окружать. Решил, что сейчас. - Слушай, Кравских сказала провести тебе экскурсию и объяснить тут все, но я-то понимаю, что именно тебе надо знать, поэтому давай я… - Геи? - медленно и вкрадчиво произнес Лейтон, остановившись и посмотрев направо, где увидел весьма занимательную картину. Возле какой-то стойки, где, как понял Лейтон, ученики могли записаться или сменить дополнительные предметы, стоял высокий одетый во все черное парень с весьма красивыми светлыми волосами. Причем они были не такие цветом, как у того же Лейтона. У Кроссвэлла волосы были цвета пшеницы и даже переливались на свету, потому что были натуральными. Этот парень, сразу видно, был крашеный, и волосы у него были желтоватого равномерного оттенка. Сам он на вид был каким-то угрюмым и серьезным. Одна рука у него была засунута в карман горчичного цвета джинсов, во второй он держал ручку, прислонив ее к губам и подняв голову вверх, что-то рассматривая на этой стойке. Прямо сзади него стоял парень пониже и поминиатюрнее с натуральными русыми волосами, забранными в небольшой пучок невидимой резинкой. Он стоял к нему вплотную, прижимаясь грудью к его спине и обнимая поперек живота руками, поставив подбородок на его плечо и что-то говоря ему прямо в ухо. Угрюмый парень ему кивал, после чего вытащил руку из кармана, положив ее поверх руки, видимо, своего парня. Лейтон не удивился, но опешил. - А, эти, - протянул Джинкс, сначала не поняв того, что хотел от него Лейтон. - Это Нейтан и Адам. К ним уже все привыкли. - Они реально вместе? - Реально, - кивнул брюнет, закатив глаза, - поэтому, если ты гомофоб... - Я не гомофоб. - Вот и отлично. Значит, тебе пофиг. А они никому не мешают. Ходят всегда вместе, и никто другой им не нужен. Ни к кому не лезут - и отлично, - пожав плечами, ответил Джинкс, тоже посмотрев на парочку. - Ну, ладно, - новенький оторвался от Нейтана и Адама, которые их не замечали, и вернулся к Джинксу. - Ты что-то говорил про то, что я должен знать. - Ах, да, - выражение лица брюнета снова стало серьезным. Лейтон подумал, что сейчас будет минута откровений и жесткой правды. Странно, но эту правду услышать ему захотелось. Раундвью пока радовала его только интерьером и знакомством с художником по имени Брис. Он показался Лейтону очень интересным, а он редко заинтересовывался в людях вообще. Особенно после не очень удачного любовного опыта. А этот художник просто источал флюиды симпатии к себе, и Лейтон это невооруженным глазом видел. Почему-то Джинкс у него таких чувств не вызывал, хоть и не был похож на такого же ублюдка, как тот, кого они встретили на лестнице. - Вся суть в том, что в своде школы прописаны одни правила, а выполнять приходиться совсем д.р.у.г.и.е... - О, ясно, - противно улыбнувшись, сказал Лейтон. Джинкс заглянул ему в глаза. Ясно. Да что ему вообще может быть ясно? - Здесь что-то типа дедовщины, как в армии? Я угадал? Богатенькие подчиняются деньгам, а те, кто победнее, подчиняются богатеньким? О, а еще здесь есть какой-нибудь один верховный лидер, которому вы все вместе и дружно лижете зад, да? Джинкс опешил немного. - Нет, не угадал. Здесь все до пределов гордые просто для такого, и зад никто никому не лижет. - М, ну, ясно, - иронично пропел новенький. Ясно. О.п.я.т.ь я.с.н.о. - А что, сталкивался с таким? - Все прошлые пять раз, - улыбнувшись, но мрачно ответил он. - И из какой подгруппы был ты? - выгнув черную бровь, спросил Джинкс. - Из своей собственной. Куда входили только я и моя гордость, - фыркнул блондин, уставившись на проходивших мимо парней. Те оглянулись на него, недолго задержали на нем взгляд и, подло ухмыльнувшись, пошли дальше. - Дегенераты, - вырвалось у него. Джинкс приподнял брови. - Что? - Неважно, - он тряхнул головой и уставился теперь уже на своего просветителя. - Так, продолжай, ты хотел мне что-то сказать. - Тогда не перебивай меня. - Не буду, - перебив его, отозвался новенький. Джерман на него мрачно уставился, а блондин улыбнулся ему самой обаятельной улыбкой. Джинкс сдержанно вздохнул. - В общем, у нас здесь немного сложно в плане отношений, - выдавил он, скрестив пальцы на руках и разминая костяшки, будто приготовившись драться. - Да, у нас есть и постоянные лидеры, и элита, но никому жить они не мешают, просто всегда оправдывают свой статус, и все. Да, иногда это бесит. Да, иногда всем хочется нас заткнуть. Но эти ущербные никогда не дотянутся до нас. - До нас? - не понял блондин. - Брось, ты в элите, по тебе видно, - закатив глаза, сказал Джинкс. Новенький, и правда, только появившись, уже заработал себе статус. Правда, он об этом узнал только от этого Джермана, но ему, похоже, можно верить. Сам Джинкс видел, каким человеком был новенький. Судя по вещам, богатый. Судя по виду, независимый. Судя по взгляду, безразличный ко всему и умеющий твердо отстоять свою позицию. Интонацией своего голоса и манерой говорить он жутко напоминал Джинксу того же Кортвуда. Джеймс ушел, академия осталась без иронии и сарказмов. Но ему на смену пришел Лейтон Кроссвэлл, новая легенда, Джинкс был уверен. Ведь в нем все-таки было то, что его очень сильно отличало от того же Джеймса. Джинкс пока не понимал, что это, но ему осталось только влиться в программу и коллектив, как вот он - элита и лидер. - Между собой мы можем делиться хоть на лидеров, хоть на элиту, хоть на ущербных и тех же старост, но на самом деле вся академия делится только на две группы, - он выставил вперед перед лицом Лейтона два пальца. Кроссвэлл заинтересованно сдвинул брови. - Точнее на два человека. Это Грант Фостейн и Кай Абель, - мрачно продолжил он, а блондин иронично дернув бровями, сжав губы. Он не понял. - Объясняю популярно. Ты явно слышал эти фамилии, так? - блондин кивнул. Про Фостейна он слышал от отца, который очень часто говорил про эту семью, а у Абелей он даже был на одном из приемов. Правда, никого из них не видел. - Так вот эти двое просто делят всю академию на две части. И именно они не дают здесь жить всем спокойно. Нет, они ничего конкретно кому-то не делают. Только друг другу. Ты же понимаешь, о чем я? - Тебе честно сказать? - с иронией ответил Лейтон, улыбаясь. - Они враги, - пояснил Джинкс, уставившись на Лейтона. - Они… да они не то чтобы враги, они заклятые враги. Они и глазом не моргнув давно убили бы друг друга, если бы это не было запрещено законом, будь уверен. И враждовали они всегда. Все это время. И об этих их особых отношениях знает вся школа. Даже учителя и директор. И никто не лезет, ибо смысла нет. Оба этих семейства спонсируют Раундвью, так что попробуй там влезь в их стычки - боком выйдет, - Джинкс сложил руки на груди и скептически посмотрел на новенького, который и сам был настроен довольно скептически. По нему видно было, что во всю эту вражду ему слабо верится. Ну, подумаешь, враги. И что? Среди аристократов это обычное дело, а среди детей, родители которых враждовали, так это вообще было обязательным делом. - И эти двое тупо напрягают здесь всех. Нет, ты поживешь здесь и увидишь, что это такое, и ты привыкнешь к этому и даже будешь с интересом наблюдать за их стычками, пока однажды тебе это попросту не надоест. Они не дают жить друг другу и всем вокруг. Постоянные перепалки на уроках, на переменах, на дополнительных, в столовой, в общежитиях, Г.Д.Е. У.Г.О.Д.Н.О. Их ничего не может остановить. Обзывания, унижения, драки - это все сходит им с рук, опять же, потому что они те, кем являются. Не скажу, что драки такие глобальные, но носы друг другу ломали раз пять точно. - И... из-за чего это у них? Из-за родителей? - спросил новенький, помня, что эти два дома враждовали между собой, как Монтеки с Капулетти. - Да, конечно, в первую очередь из-за них, - кивнул Джинкс, облизнув губы, - но раньше у них эта вражда была… немного другой... не такой ярой, что ли. Знаешь, они всегда соревновались между собой. Во всем. В друзьях, в оценках, в отношениях с учителями, во всем. И как-то еще год назад у них случилась дуэль по фехтованию... - Обожаю эти вещи, - сверкнув глазами, сказал Лейтон. - И все тогда дружно и разом прокляли фехтование, - мрачно сказал Джинкс, прикрыв глаза. - Ты не представляешь, сколько времени вообще шла эта дуэль. Это видеть надо было, до сих пор помню. Вся соль в том, что Абель Фостейну позорно проиграл. Действительно позорно. И тогда все началось. Кай поставил себе цель выжить его из академии, Фостейн сделал то же самое. И начались эти драки, перепалки, подставы, вся эта кутерьма, и все невольно были втянуты в это. - Детские забавы, - хмыкнул Лейтон, двинув бровями. Джинксу захотелось, чтобы он заткнулся. - Ты знаешь, что у нас тут меньше года назад парень умер? - спросил он просто убийственным тоном. - Припоминаю, - задумавшись, ответил блондин. - Так вот Абель, давая показания, подставил Фостейна, вывернув все так, что это он был виноват в его смерти. Но тот, понятное дело, был невиновен. Но на семье отпечаток остался, и проблемы там тоже свои были. Кай думал, его исключат, но облом, вину не доказали, Грант в академии, война объявляется открытой, - Джинкс сделал движение рукой, будто приглашая Лейтона куда-то пройти. А Лейтону захотелось взять свои слова обратно. - Я тебе говорю, эти двое сумасшедшие просто. И ладно бы это было бы только между ними, так нет. Стоит тебе как-то заговорить с одним из них или с кем-то из его окружения, как другой мысленно записывает тебя в список врагов и быстрого уничтожения. И вот это уже составляет проблему. - Отлично. Супер. То есть я как-то не так посмотрю на одного, а проблемы будут с другим? - Быстро улавливаешь, - натянуто улыбнувшись, ответил Джинкс. - А, поверь, проблемы хоть с кем из них - это... это покруче семи кругов ада. - То есть, я умру? - сарказмом уточнил блондин. Джинкс хлопнул его по плечу. - Пропасть под нами не пропасть, друг. Все не так плохо, - Лейтон не понял, что он сказал, и закатил глаза, отвернув голову вправо. - И к какому лагерю относишься ты? Фостейнов или Абелей? - иронично спросил блондин, развязывая, наконец, свой шарф, так как в помещении ему стало жарко. - Мне мой статус позволяет знать обоих, но не вписываться во враги каждого из них, - самодовольно ответил Джинкс, глядя на то, как фиолетовый шарф сползает с его шеи, обнажая ее. Новенький тряхнул волосами, и они упали вниз по шее почти до плеч. Ровные, приглаженные, блестящие. Есть, чем гордиться. – И знаешь, что я тебе посоветую? - блондин взглянул на него исподлобья немного насмешливо, будто говоря: «Что ТЫ мне можешь посоветовать?». - Не общайся с ними, и все. И с их дружками тоже, - Джинкс толкнул его в плечо и прошел мимо него дальше по коридору. Лейтон его быстро нагнал. - Просто не общайся. Это не составит труда. - Да мне все равно, - фыркнул юноша, снимая куртку и свешивая ее с предплечья, - пусть хоть поубивают друг друга. И меня. Мне плевать на то, кто они, что они делают и как. Гордость есть и у меня. Полезут - отвечу, будь уверен. И я в друзья сам никому и никогда не набиваюсь. - Хорошая позиция, - кивнув, сказал Джинкс. Лейтон подумал, что этот Джерман не такой уж и плохой парень. По крайней мере, внутри. Пусть снаружи при хорошем рассмотрении и кажется зазнавшимся аристократишкой. - И куда мы сейчас? - спросил он, когда они обошли коридор и вышли к большой и расписной белой двери, откуда доносились голоса, смех, какие-то посторонние звуки. Лейтон нервно вздохнул. - Это общая гостиная. Хочу показать тебе ИХ, чтобы ты даже случайно не принялся любезничать с ними, как с Уэлстриком, - буркнул Джинкс, открывая дверь. - Да что ты прицепился к нему? - не понимал Лейтон, закатывая глаза. Он прошел в помещение за ним и замер от того, что увидел. Большая в белых тонах комната с высоким круглым потолком и лестницей посередине, ведущей на промежуточный открытый этаж, просто до краев была заполнена людьми. Он даже опешил от их количества. Все они одновременно разговаривали, а так как академии состояла полностью из парней, был слышен только бас и гогочущий смех вперемешку с каким-то шепотом и тихими звуками. Все они разбились на какие-то определенные группы и сидели не рядом друг с другом, а на определенной дистанции. Так, какая-то группа занимала место у окна, на подоконниках и креслами рядом, кто-то расположился на диванах у торшера, кто-то был на промежуточном этаже за столами у стеллажей с книгами, небольшая группа парней сидела полукругом посередине прямо на коврах, смотря куда-то в середину, где лежал большой ватман. Похоже, они что-то рисовали. Больше всего было подростков на самой лестнице, которая была широкой, такой же блестящей и маленькой. Парни сидели прямо на ступеньках с ноутбуками, книгами и просто за разговорами. Все присутствующие были так заняты своими делами, что даже не заметили появление в гостиной Джинкса и нового ученика. Головы повернули только некоторые, с интересом разглядывая блондина. Лейтон решил не сталкиваться с ними взглядами. Джинкс с кем-то быстро поздоровался, кому-то кивнул и тоже перевел взгляд на новенького, оценивая реакцию. - Правильно смотришь, - сказал он обычным тоном голоса, потому что слышно другим его все равно не было. - Вон, прям на лестнице, у правых перил, стоит Грант Фостейн. Он там единственный, кто стоит, так что, думаю, увидел. Лейтон медленно кивнул, присматриваясь к парню, стоявшему в расслабленной позе и облокотившемуся одной рукой о белые перила, держа кистью этой же руки запястье другой. Волосы у него были очень странного цвета, и Лейтон подумал, что они, если не крашенные, то промелированные точно. Лицо его он видел не очень хорошо: Грант стоял к нему боком и говорил что-то сидящему напротив на ступеньках парню. Новенького он тоже не заметил. А вот Лейтону он сам сразу как-то не понравился. То ли оттого, что ему про него рассказал Джинкс, то ли сам вид его отталкивал. - Дай угадаю... А, вон тот и есть Абель? - иронично спросил блондин, наклонившись к Джинксу и глядя на ту компанию, что сидела на диванах. Среди них на спинке дивана сидел парень: высокий такой с длинными худыми ногами, обтянутыми джинсами. Шевелюра у него была, конечно, завидная. Густые светлые волосы, которые он постоянно расчесывал пятерней. На вид он казался старше самого Лейтона, наверное, и за счет роста тоже. А еще за счет спокойного и серьезного лица с еле заметной полуухмылкой. Он разговаривал с тремя парнями, такими же взрослыми на вид, и иногда бросал косые и немного злые взгляды на лестницу. Как раз туда, где стоял Грант. Джинкс за взглядом новенького проследил и покачал головой, засовывая руки в карманы. - Нет, но ты попал почти в цель. Сэм Стаффорд, живет в комнате с Абелем. Друг его, короче. Главный друг, если можно так сказать, - Лейтон подумал, что хоть и промахнулся с именем, но все равно попал в цель. Легко тут в Раундвью определить, кто и на чьей стороне. Блондин попрощался взглядом с этим Сэмом и пошел гулять глазами дальше по комнате, теперь уже рассматривая каждого из них. Да, слухи опять оправдались. Все они до единого были будто копиями друг друга. Гордые, избалованные, с подозрительными насмехающимися глазами. По голосам, которые слышал Лейтон, он понял, что каждый из них довольно резкая личность, готовая, если что, лезть на рожон и отстаивать свою честь. Конечно, они были не виноваты в том, кем являлись. Это все деньги и детство. Это делало свое дело. К собственному счастью, Кроссвэлл был совершенно не таким и поэтому казался сам себе намного лучше и выше их. Во всех смыслах. Взгляд Лейтона снова упал на лестницу, на Гранта Фостейна, на то, как он говорит, как кивает, как задирает голову. Затем он посмотрел на тех, кто с ним общался. Поднялся взглядом по лестнице и... офигел, если можно было так сказать. Сперва он подумал, что ему показалось, но нет, даже приглядевшись на минуту, он понял, что ему это не кажется. Правда, он до сих пор не понял то, что видит. По лестнице с промежуточного этажа, держа в руках какую-то большую книгу, спускалась... ДЕВУШКА. Настоящая девушка, черт возьми. Лейтон даже проморгался и прищурился. Нет, это точно девушка. Это не парень в джинсах с длинными волосами, это д.е.в.у.ш.к.а. Она была высокой, потому что на ней были каблуки. А парни каблуки не носят. На ней был длинный красный кардиган с черной молнией посередине, а такие парни точно не носят. А еще у парней нет груди, которая у нее ЯВНО БЫЛА, Лейтон это видел. Также он никогда не видел у парней таких шикарных светло-рыжих волос, которые спускались у нее по груди, доставая почти до локтей. И, черт возьми, это правда была девушка, ему не кажется. - Джинкс... а это кто? Я думал, здесь только парни... - проговорил Лейтон, не спуская с нее глаз. - А, это П.а.р.к.е.р. И да, она единственная девушка здесь. А почему бы и нет, академия не мужская, просто так получилось, что здесь только парни. Только парни и Паркер, - пожав плечами, сказал Джинкс. Реакция новенького была понятной, ведь он видел ее в первый раз, а Джинкс и все остальные давно привыкли и относились к ней, как к «своему». Хотя поначалу реакция на нее была такой же, как и у Лейтона. - Почему П.а.р.к.е.р? - нахмурившись, спросил блондин, наблюдая за тем, как девушка спустилась до середины лестницы и подошла к Гранту Фостейну, что-то ему сказав и облокотившись о его плечо рукой. Кажется, все начало приобретать смысл. - Настоящее имя - Стэффани Гонсалез, - проговорил Джинкс, приподняв брови. Как же непривычно было ее так называть, - но отзывается она только на «Паркер». Привыкла уже. И, если тут одни парни, почему бы и не носить мужское имя? - насмешливо воскликнул Джинкс. - Типа, принцип такой странный? - Типа, да, - отмахнулся Джинкс, кивнув. Они оба посмотрели на Паркер, на то, как она говорит что-то Гранту, на то, как теперь она сложила руки в позу ученицы и положила их предплечьями на его плечо, согнув одну ногу в колене и глядя на его профиль. Лейтон взглянул на них, как на пару. - Они вместе, да? Неразлучная парочка? - хмыкнул Лейтон, изогнув одну бровь. - Кто? Грант и Паркер? Пф, нет, - Джинкс закатил глаза и откинулся спиной на стену, складывая руки на груди. - Они лучшие друзья. А Паркер - его личная свита, она также в списке тех, с кем в первую очередь не стоит заводить знакомство. - Так он же... ОНА же староста? - сбившись, спросил Лейтон. - Как с ней можно не общаться, если она староста курса? - Ну, ты прав отчасти, ее невозможно просто игнорировать... Да и она в плане общения нормальная, я общаюсь, знаю. Просто сложность ее в том, что она с Грантом. Они не вместе. Хотя иногда реально кажется, что все наоборот. Она всегда с ним, они даже живут в одной комнате. - Такое возможно? - перебил его Лейтон. - Это же… д.е.в.у.ш.к.а, блин! - Их семьи сотрудничают и дружат, сомнений в отношениях их детей ни у кого нет. А еще, насколько мне известно, их родители мечтают об их свадьбе, понимаешь, о чем я? Отец Паркер сам послал ее сюда только из-за Гранта, не боясь за нее, потому что вот этот, - он кивнул на Фостейна, - самая надежная стена. К ней даже никто не лезет, потому что знают, чем это обернется. Да и к ней попробуй полезь. Сама такое устроит, проблем не разгребешь. Лейтон все не отрывал от нее взгляда. Девушка, которую звали мужским именем, отдала своему «другу» эту большую книгу, открыла ее в его руках и ткнула куда-то пальцем, склонив голову набок и, видимо, читая. Грант еле заметно улыбался, кивал, запрокидывал голову назад, говоря что-то так громко, что, кажется, это его голос только что слышал Кроссвэлл. Паркер закивала и отстранилась, обходя его и спускаясь ниже. Она вдруг подняла свой взгляд и посмотрела прямо на Лейтона, прямо ему в глаза. Блондина передернуло, таким был ее взгляд. Он тоже сузил глаза и нацепил каменную маску, будто оценивая ее, как человека, с которым могут быть проблемы. Кажется, такое же сделала и она. Но потом Паркер внезапно дернулась и обернулась назад к Гранту, поворачиваясь к нему всем телом. Она сделала к нему последние шаги и проговорила что-то почти в самое ухо. Грант незаметно покосился на новенького. Лейтон понял, что то, что она сказала ему, было из разряда «прямо перед тобой, только не пялься». Его это немного раздражало. - Еще не передумал здесь учиться? - с ехидством поинтересовался Джерман. - Пф, с чего бы? - насмешливо фыркнул блондин. - У тебя такое лицо... - Нет, это будет забавно, - с оскалом хищника прошептал Лейтон, и Джинкс замер, в упор на него глядя. Новенького потеснили, потому что он стоял прямо перед дверью, а кто-то не привык, чтобы у него стояли на пути. Лейтон оглянулся и сделал шаг в сторону, пропуская высокого брюнета с очень серьезным и надменным лицом. Парень на новенького даже не взглянул. Точнее взглянул, но только на его затылок, решаясь не вдаваться в подробности, кто, как и зачем. На парне, которого Лейтон видел в первый раз, был надет голубой пиджак с подвернутыми рукавами и красивой цепью вместо пуговиц. Со стороны сердца была запечатлена эмблема школы: большая прописная буква «Р», высеченная белым цветом. В такой же форме было еще несколько человек в этой комнате, но в основном все сидели уже переодетые в свою одежду. В свою пафосную дорогую одежду. - Гордон! - Джинкс не удосужился поймать парня за плечо или за локоть, поэтому просто прикрикнул, когда тот отошел на несколько шагов. Гордон обернулся, а Джинкс выпрямился, подходя к новенькому и кивая на него старосте. - Новенький? - поинтересовался Гордон, медленными шагами, будто нехотя, подходя к блондину. Джинкс кивнул, а блондина начало это раздражать. - Меня Лейтон зовут, - вкрадчиво объяснили Гордону, но тому, видимо, даже не было интересно. - Да мне все равно, - осведомили Лейтона равнодушным голосом. - Почему ты еще в верхней одежде? - спросил он, кивнув на куртку, висящую у новенького на предплечье. Брюнет повел бровями и перевел взгляд на Джинкса. Тот усмехнулся. - Он еще в комнате своей не был, - сказал Джинкс, дернув плечом. - Почему? - Ну, не знаю, - сарказмом протянул Джерман, - может, потому что он не знает, как из комнат его? Ты распределением занимаешься, я всего лишь экскурсовод. Гордон показушно медленно сложил руки на груди и натянуто улыбнулся. - Мисс Кравских ничего не сказала, что ли? - Она сказала, скажешь ты. - Значит, надеялась, что я передумаю, - усмехнувшись, сказал староста. - Что это значит? - не понял Джинкс. - У нас Н.Е.Т. свободных мест, Джерман. Только корпус для гостей, но там селят Т.О.Л.Ь.К.О гостей. - Ну, так посели его третьим к кому-нибудь? - с иронией предложил Джинкс. Гордон буквально убил его взглядом. - А я так и сделал. Третий этаж, семьдесят вторая комната. Пошли со мной, дам тебе ключи, - кивнув в сторону двери, сказал Гордон, смотря на блондина. Джинкс прикинул про себя. Гордон, похоже, издевался. - Подожди, ты серьезно? - не поверив, спросил Джинкс, останавливая Гордона за предплечье. Тот его руку одним движением смахнул. - Что-то не так, прости? - блондин тоже остановился, уставившись на парней. - Ты селишь его в семьдесят вторую? В комнату Абеля? - усмехнувшись и приподняв уголки рта, все еще не веря, спросил Джинкс. - А в чем проблема? У них со Стаффордом самая большая комната, и третью кровать уже поставили... - Ты невыносим, - до Джинкса уже дошло, что Гордон не шутит. Смысл теперь дошел и до Лейтона. – Клайер, ты прикалываешься, что ли? Забав мало? - Я причем здесь? - закатив глаза, спросил Гордон. - Мне сказали дать комнату. Я ее дал. Она самая большая, директор не возражала, так в чем проблема? - А Абель знает? - сделав ударение на имя, спросил Джинкс. - Нет, он еще даже не приехал, а приедет - уже поздно будет разбираться. Стаффорд не против, ему, вообще, все равно. - Отлично, и как мне не пересекаться с человеком, с которым я буду жить в одной, черт возьми, комнате? - спокойно спросил Лейтон, смотря на Джинкса. Тот закусил губу. - Тебе же плевать, - сказал зализанный брюнет, пожав плечами. - Ты прав, мне все равно. - Черт, ну, если будут какие-то проблемы, скажи, я подумаю насчет переселения. Но сейчас комната уже выбрана, и у меня нет времени, так что пошли. Тебе же нужны ключи?! - нетерпеливо выдал Гордон, сузив глаза. Лейтон уже готов был сделать что угодно, чтобы противный староста от него отстал, поэтому он просто пожал плечами и вышел в коридор, придерживая дверь плечом.