Невезучий

Тоже немного меньше слов, немного меньше внимания, немного меньше забот – и все будет замечательно. Последние четыре дня все шло привычно: типичные косяки-неудачи, небольшие и легко решаемые проблемы, чаще всего для решения которых приходилось жертвовать своим личным временем, обыденные тучи над головой по дороге домой и из дома. Погода не хотела меняться, и даже казалось, что всему виной только он и его аура, но Саша упрямо заталкивал эти понурые мысли куда подальше, стараясь мыслить куда менее негативно. Иначе, если все-таки погода зависит от его настроения, то она испортится еще больше. Это даже не было главным поводом и не руководило им, когда Саша старался мыслить чуть позитивнее, пытался складывать свои обрывки мыслей в предложения, иногда меняя их ненароком местами или переставляя буквы. Дислексией никогда не страдал, вообще расставлял все по полочкам и складывал в одну целую мысль реже, чем нужно, но-таки собирал пару абзацев с выводами и прочим. Последний целый огромный абзац был на фоне многих неудач и их разрешения. Кажется, в тот день его наказали и поставили на внеочередное дежурство. А еще нужно было успеть к маме на работу, чтобы занести какие-то бумажки, которые она забыла по собственной рассеянности. И вдобавок созвониться с племянником после школы. Вот тогда-то и нужно было составить тот абзац в голове вперемешку с посторонними мыслями, которые то и дело мешали сосредоточиться. На мытье полов и поливке цветов в классе, да. А сейчас обрывочные слова собирались в словосочетания, словосочетания в предложения, а предложения в абзацы, абзацы в текст, и как только результаты мыслей были готовы, расставлены по полкам так, чтобы нашлось одно верное «решение всех проблем», все казалось не таким уж и плохим. За окном медленно рассеивались тучи, превращаясь с метеорологической точки зрения в «переменную облачность с небольшими прояснениями», лужи под слабо греющим солнцем затягивались, высыхали, испарялись, заставляя воздух становиться влажнее, чем он был, а столбик термометра в кабинете поднялся на три с половиной градуса по Цельсию, и можно было снять кофту, оставаясь в одной рубашке. Три градуса казались огромной разницей – как минус пять и плюс двадцать по тому же Цельсию. Уборка заканчивалась, кабинет блестел, усталость превратилась от временно пришедшего чувства облегченности и веры в то, что все налаживается со стремительной быстротой, в непонятную и резкую как ураган энергию. Появились силы отдраить прямо сейчас хоть всю школу, но Саша решил не отбирать ставку у уборщицы и поплелся быстрым шагом в спортзал, так как на стадионе и вообще на улице вряд ли можно покидать мяч. В футболе, как сказал Питер, он не силен, да и не хочет этому учиться, предпочитая играть руками и отбивать тоже руками. Это правда – для него любительский пионербол, волейбол и баскетбол. Ростом он был не выше ста семидесяти пяти-восьми сантиметров, тем не менее, это не мешало. С шестого класса он, благодаря играм, вытянулся достаточно от ста шестидесяти пяти сантиметров, так, чтобы суметь прыгнуть в высоту примерно метра от земли. Может, меньше, может, больше. На физкультуре мало чего делают, даже играют не так часто, чаще всего присутствует такой вид спорта, как «пинание балды». Скинув сумку на пол, Саша заходит в раздевалку, переодевается в спортивную одежду, натягивает кроссовки, надевает любимый белый напульсник и выходит в зал, подходя к спортинвентарю. Берет баскетбольный мяч, сжимает в ладонях, проверяя, нужно ли подкачать, затем швыряет его легко об пол, удостоверяясь в прыгучести и, убедившись, что все в порядке, ведет мяч к кольцу, слегка переходя от шага на бег. Ловко стучит им о пол, затем подпрыгивает и бросает, как делают подачи от груди, развернув ладони тыльной стороной друг к дружке. Промах. Не хватило всего чуть-чуть. Не отчаивается и, хватая не успевший остановиться мяч, ведет его ко второму кольцу, которое ближе ко входной двери. Раз-два-три – баскетбольный мяч легко стучит о деревянные доски, которыми вымощен пол, и, ударяясь последний раз, попадает на две секунды в руки парню, тут же подлетая вверх в сторону кольца. Вновь промах. И еще пару маневров, еще пару бросков, Саша промахивается настолько отчаянно, что мяч летит к двери и с грохотом тревожит ее. А через несколько секунд она приоткрывается, как раз, когда парень подходит, чтобы поднять мяч, и наблюдает ноги человека. Обтянутые в черные брюки, если судить по размерам и аккуратности ножек, это девушка. Поднимает мяч, выпрямляется и заодно рассматривает подошедшего в полный рост. Во ведь черт. — Саша, - шевелит девушка пухлыми и бледно очерченными губами. Только она может настолько отвратительно с английским акцентом произнести его имя. Это одно из тех качеств, которые его раздражают просто до трясучки. Она делает вдох, придерживая ремешок сумки, висящей на плече, будто нервничает и ищет в ней поддержки. — Да? – сжимает руками мяч, глядя прямо на шатенку в оба глаза. — Ты кинул мяч в дверь? Я услышала, когда проходила мимо. — Что ты делала рядом со спортзалом? – отвечает вопросом на вопрос, делая вид, что его это интересует. — Я спускалась со второго этажа из библиотеки, когда услышала громкий удар возле дверей. Вот и зашла. — Са… Карли, - поправляет себя, выдыхая воздух ртом и держит мяч одной рукой теперь, а второй протирает лоб. – Я играл. Захотелось выместить энергию. — Весело… Баскетбол любишь? – спрашивает, кажется, больше из вежливости, чем из интереса даже. — Да, есть такое. Тебе не пора?.. – не успевает даже договорить и вдохнуть, как и девушка, как вдруг в дверях спортзала появляется учительница физкультуры. — Вы здесь что делаете? Уроки кончились, - она хмурит брови, поправляет длинные волосы, собранные в хвост, и подходит к спортинвентарю зачем-то, но все еще ждет ответа. — Я хотел… — Я попросила Сашу научить меня в баскетбол играть, - тут же находится девушка, вновь покрепче сжимая ремешок сумки пальцами. От такого поворота в шоке оба: и учитель, и Маласорт. Он вопрошает глазами как бы, держа в руках мяч: «Меня? В баскетбол?», скорее делая упор на ее физическую форму и рост. — Хм. Занимайтесь в другом месте. И Бэнетт, почему ты тогда в школьной форме? — Я опоздала и переодеться не успела, а он меня ждал. Учитель падает мысленно в обморок уже второй раз за пять минут, но кивает-таки и, взяв волейбольный мяч, почти что уходит, уже в дверях говоря что-то про пятерку по физкультуре заранее. — Извини, - улыбается еще так слегка виновато, поправляя сумку на плече и заодно волосы своей пятерней. — Хм? — Я не должна была встревать, просто не хотелось, чтобы тебе досталось, - поджимает губы, оставляя их в положении легкой виноватой улыбки, и хочет выйти, но тут же останавливается голосом. — Я не уверен, что выйти сейчас – лучшая идея. Там физручка ходит, - кивает на дверь. — Вот черт… - Карли уже не улыбается, но поджимает губы и облизывает их, наплевав на блеск. — Что тогда? — Ну, ты же сказала, что хочешь в баскетбол. Мяч поднять сможешь? – кидает ей легонько мяч и девочка ловит над головой, зажмурившись, будто бы Саша ей бомбу бросил. Выдыхает, а сумка от такого маневра и резкого движения сползает до локтя, небрежно повисая. Выдыхает, беря мяч уже уверенней, и смотрит на одноклассника выжидающе. Действительно, после такого стало интересно, что же он еще сделает? — Ясно, будет тяжеловато. Ну ничего, у тебя форма с собой? – моргает в сторону раздевалки, на всякий случай указывая еще и пальцем. — Да, кажется… — Ну дуй переодеваться и выходи. Попробую хотя бы научить вести, если у тебя есть около часа времени, - улыбается, усмехаясь и мысленно отмечая, что если она заберет волосы в хвост, он впервые увидит ее без распущенных. Это интересно. Так Саша и сделает – скажет ей забрать волосы. Но позже, когда она переоденется. Сейчас самое главное – самому забросить мяч. А то что-то много промахов было, не в его стиле.