Неуязвимые

Островок безлюдной свежести, пропитанный запахом книг и плесени, оказался отличными убежищем среди запыленного мегаполиса. Опрокинув тяжелый засов и тем самым заблокировав дверь, выжившие переглянулись. – Нужно переждать, пока они угомонятся, – выдохнула Рошель, сбрасывая с плеча рюкзак, внезапно ставший невыносимо тяжелым. Девушка выглядела изможденной – со своими растрепанным волосами и свежими пятнами крови на одежде она сама напоминала зараженную. Грохнув дробовик на закапанную воском столешницу, она расправила грудь и, раздувая ноздри, глубоко втянула запах помещения. Ее лицо впервые за долгое время приобрело по-настоящему умиротворенный вид. Эллис вздохнул и опустил взгляд в пол, на тусклую малиновую тень, отбрасываемую витражным окном. Он беспощадно корил себя за легкомыслие. Тренер тем временем оказывал первую помощь Нику. Тот тяжело дышал и недоверчиво косился на огромные руки темнокожего, пока тот осматривал поврежденное плечо. Обычное дело, подумал Эллис и со всей дури стиснул зубы, даже зажмурился, но не смог не услышать хруст и последовавший стон боли. Обернувшись, механик увидел, что плечо товарища было успешно вправлено, а чуть позднее осознал – в течение этих мгновений он совершенно забыл, как дышать. Поселившееся в организме ощущение страха вдруг резко обострилось, застряв горчащим комком в горле. От этого Эллису хотелось отбросить осточертевший ствол, подбежать и крепко обнять матерящегося мужчину. Однако порыв был пресечен на корню, будто мозг парня в этот момент проснулся и скомандовал своему владельцу взять себя в руки. Что незамедлительно Эллис и сделал, обхватив свои плечи и без сил бухнувшись на скамью. Теперь густой бордовый свет лился с поверхности витража прямо на лицо Эллиса, и в цветных лучах оно выглядело болезненно осунувшимся. – Ты кретин. Ник опустился рядом, и Эллис краем глаза отметил, что колени их при этом соприкоснулись. Мужчина, похоже, не обратил на это внимания, но юноше пришлось приложить большие усилия, чтобы дышать ровнее и не задымиться. Неясным образом сентиментальное осознание вдруг приобрело глобальную важность, сосредоточив все органы чувств парня на легком, уже почти отзвучавшем прикосновении. – На что ты так уставился? – Неважно, – мрачно отозвался Эллис и запрокинул голову навстречу цветным бликам. Острый кадык дернулся под покрытым многодневной щетиной, тонким чехлом кожи. – Мы все могли помереть прямо там, – произнес Ник, старательно игнорируя пульсацию в виске. Эллис, насупившись, молчал. – Ты меня слушаешь? Ответа вновь не последовало, лишь издали донесся сдавленный смешок Рошель. Тренер деликатно отмалчивался, перезаряжая винтовку. Эллис повернулся в сторону голоса и поймал раздраженный взгляд. – А ну, прекратите. Вы оба, – шутливо прикрикнула на них девушка, потягиваясь. Что-то подсказывало ей, что очередная перепалка между ребятами ни к чему дурному не приведет. С явной неохотой подняв со столешницы оружие, журналистка прошлась вдоль помещения, разглядывая обстановку. Покрытые толстым слоем пыли скамьи, потрепанные молитвенники, которых, казалось, целую вечность не касалась рука человека, – все это создавало непередаваемую атмосферу запустения. Однако к ней выжившим уж точно было не привыкать. Прошагав в сторону уходящей в тень винтовой лестницы, Рошель махнула остальным рукой, призывая двигаться вслед за ней. Щелкнув фонариком, Эллис пристроился по правую сторону от плеча Ника, все еще обиженно сопя. Тот демонстративно игнорировал его попытки привлечь внимание и молча поднимался вслед за Тренером и Рошель. Лестница привела четверку к небольшой деревянной двери в конце подъема. – Слышите что-нибудь? – произнесла девушка одними губами и легонько коснулась дверной ручки. Из-за стены доносились невнятные шорохи. – Господи, Ро, не тяни. Хуже все равно не будет. – Все перезарядились? – Да открывай уже! Распахнувшаяся дверь с размаху ударилась о стену, сбив притаившееся существо с толку. Грузно обернувшись, Толстяк в черном балахоне пастора засеменил в сторону выживших, содрогаясь от рвотных позывов. Его гнойные струпья источали такой невозможный смрад, что Рошель саму чуть не стошнило. Пригнувшись, она подождала, пока парни расправятся с отвратительным зараженным. Несколько пуль просвистело над ее головой, и бывшего священника разорвало, разбросав гнилые внутренности по стенам. Отвернувшись, чтобы не глядеть на эту картину, Ро прикрыла рот ладонью и мелко задышала. Ее била дрожь. – Посмотрите, есть ли здесь какие-нибудь припасы, и сваливаем. Тренер легонько потрепал ее по плечу. Эпидемия эпидемией, а Рошель была все той же девушкой. Жесткой, рассудительной, но не потерявшей той свойственной всем женщинам чувствительности, из-за которой сейчас в ее глазах становилось мокро и немного пощипывало. – Смотрите, а этот гад хорошенько затарился, прежде чем стал зомби, – бодро воскликнул Эллис, копаясь в картонной коробке, вытащенной из-под проломанной койки. В ней он обнаружил несколько банок консервов, специальный нож и даже флягу с чем-то крепким. – Ничего себе... – Обожаю наблюдать за тем, как люди поступаются своими принципами ради выживания. – Чего? – Эллис удивленно глянул на Ника. Тот отрицательно покачал головой и продолжил вытирать свой пистолет об чистый участок скатерти. Собрав все необходимое в найденный тут же наплечный мешок, команда выживших направилась к выходу. И тут их остановила Рошель, до этого сосредоточенно разглядывавшая стены и, как выяснилось, не напрасно. Под небольшим гобеленом с изображением Девы Марии она разглядела участок какого-то плана, начерченного прямо на обоях. После недлительного изучения она смогла вынести вердикт: – Это похоже на схему подвалов церкви. Если следовать планам, мы сможем покинуть здание из-под земли и не побеспокоить при этом орду. Парни переглянулись. Иногда им троим действительно казалось, что без Рошель им давно была бы крышка. – Знаете, что круто? – восхитился Эллис, когда перед его носом раскрылась дверь в подвал, – То, что мы с вами сейчас прямо как в настоящем ужастике. И если человечество выживет, про нас могут даже документальный фильм снять. Это придает мне сил. Подмигнув друзьям из темноты, он крадучись побрел вперед по коридору. Закатив глаза в стиле "Господи, дай мне сил и дальше терпеть этого идиота", Ник шагнул вслед за ним. По ногами что-то сухо хрустело, иногда по стенам с шорохом пробегали насекомые. Впереди была лишь темнота, периодически разгоняемая белым светом фонариков. И, черт возьми, все это было жутко. Поэтому, когда его руки коснулось что-то теплое, картежник с трудом удержался от вскрика. Резко повернув голову в сторону прикосновения, он вздрогнул и сперва подумал вмазать Эллису в морду, чтоб не пугал так больше. Но потом увидел его лицо. Ник мог бы поклясться, что никогда прежде он не видел в глаза механика такого искреннего и неподдельного испуга. – Что с тобой, Эллис? – с недовольством протянул он, убирая ладонь в карман пиджака. Тот насупился и в свою очередь смущенно убрал руку за спину. – Знаешь, это я ведь так, чисто для вида храбрюсь, – наконец, ответил он, рассеянно пиная попадавшиеся под ноги осколки кирпича, – На самом деле я просто в ужасе. Николас не знал, что ему на это ответить. Слегка позависав над этой простодушно оброненной фразой, он так и не нашел уместного в данной ситуации ответа и сохранил молчание. Эллис, похоже, принял это за очередную насмешку со стороны Ника и, фыркнув, отошел ближе к Рошель и Тренеру. "Вероятно, парень ждал от меня какой-то поддержки", – решил мужчина, перешагивая через большой кусок арматуры, – "Но с какой стати я должен его утешать? Он же не маленький, в штаны не наделает в случае чего..." Он снова глянул в сторону Эллиса. Лицо юноши блестело в свете карманных фонариков и уже не казалось таким отчаявшимся. Он бежал наравне с товарищами, дышал ртом и то и дело облизывал пересохшие губы. Ник потряс головой, прогоняя смутные воспоминания, закравшиеся в голову. Он постарался не зацикливаться на рте механика, но взгляд, помимо его воли, упрямо возвращался к пухлым розовым губам. Что-то важное было связано с ними, чего Ник никак не мог вспомнить. Наконец, впереди забрезжила тонкая полоска света. Пробравшись через завалы какого-то мусора, выжившие навалились на заевшую металлическую дверь и, толкнувшись в нее несколько раз, высыпали на улицу. Вокруг было пустынно, лишь несколько зараженных угрюмо блуждали в тени высоток. Прицелившись, Тренер и Ник быстро убрали зомби, всадив им в головы по пуле. Выжившие переглянулись. – Надо сориентироваться, – сообразила Рошель, доставая из кармана трижды сложенный лист бумаги с планом местности. Пока они с Тренером, склонившись над картой, определяли дальнейший маршрут, Эллис подошел к картежнику и несильно толкнул его в плечо. Тот вопросительно поднял брови. – Надеюсь, это останется между нами, – Эл нервозно поправил кепку, – В смысле, я боялся, конечно, но другим этого знать необязательно. – Зачем мне тогда сказал? – хмыкнул Ник, заглядывая в покрытое ссадинами лицо парня. Тот, надув губы, замолчал. Тогда рука Ника уверенно потянулась к впалой щеке, и мужчина не стал останавливаться. Обхватив лицо собеседника ладонью и стирая большим пальцем приставшую к коже грязь, он внимательно следил за тем, как менялся в лице его напарник. Сперва он испуганно сощурился, будто ожидал чего угодно, но только не аккуратного прикосновения. Его щеки порозовели, лицо приняло растерянное выражение. – Что ты такое творишь, придурок? – прошипел он, указывая глазами на Тренера и Рошель. Те, к счастью, были настолько увлечены разглядыванием карты, что не обращали на них ни малейшего внимания. – Ты должен мне кое-что рассказать, – спокойно пояснил Ник, продолжая поглаживать пальцем щеку Эллиса. Тот сглотнул, покрываясь все большим и большим румянцем. – Скажи, парень, что вчера между нами произошло? Я помню немногое, но ты-то должен знать. Ник произнес все это вполголоса, но Эллис все равно настороженно заглянул ему через плечо. – Думаешь, сейчас походящий момент для... – Ну а что такого могло произойти, чем бы ты не захотел поделиться с товарищами? – Ник, я... – Да говори уже, не мнись! – Мы целовались, – выдохнул Эллис так, будто выдал военную тайну. Теперь его лицо было похоже на большой спелый томат, – Вернее, я тебя. Целовал. Мужчина поджал губы и убрал руку. Его взгляд снова застрял на полных потрескавшихся губах Эллиса, перешел к тонкому шрамику на переносице и вновь спустился. – Всего-то? – в конце концов, произнес Ник, – Я, конечно, считал тебя до этого натуралом, но не скажу, что сильно удивлен. – Чего? – В условиях выживания люди уже не будут смотреть на то, ебешься ты с женщинами или с мужчинами. Куда значимее будет, питаешься ты человечиной или предпочитаешь вместо этого хороший бургер. Ясно? Лицо Эллиса просветлело, уголки губ расползлись в неуверенной улыбке. Почесав затылок, он собрался с духом и спросил: – Так... Получается, ты не против? – Не против, Эллис, – ответил мужчина и ухмыльнулся с толикой самодовольства, – Только не думай, что ты сейчас можешь кинуться меня обнимать или что-то вроде того. Тот в очередной раз фыркнул, но в целом выглядел довольным. Поправив закрепленный на поясе топор, юноша начал бродить вдоль зданий, ожидая дальнейших указаний и высматривая что-нибудь полезное сквозь стекла витрин. Дробно стучавшее в груди сердце не думало успокаиваться. Вскоре Рошель и Тренеру удалось проложить новый, относительно безопасный маршрут на пути к супермаркету. Без особых происшествий выжившие преодолели больше половины дороги, на этот раз действуя осторожно, не привлекая к себе внимания. Время от времени попадавшиеся на пути зомби не представляли серьезной угрозы. Однако, когда перед четверкой возник указатель, гласивший, что до "Теско" оставалось всего ничего – полкилометра, Рошель вздрогнула. Оглянувшийся на нее Ник заметил, как расширились от ужаса глаза девушки. – Танк, – прошептала она, прежде чем ее голос потонул в зверином реве гигантского зараженного. Продираясь сквозь джунгли мегаполиса, врезаясь в углы зданий и расшвыривая на своем пути машины, им навстречу неслась оглушительно орущая гора обнаженных мышц. Всадив в тело зомби целую очередь свинца, Рошель отскочила в сторону, чудом увернувшись от здоровенного куска асфальта, брошенного в ее сторону. Тренер сбросил с плеч торбу с припасами и, перезарядившись, начал атаковать чудовище из укрытия. Ник судорожно шарил по карманам в поисках коктейля Молотова. Наконец, рука наткнулась на необходимое. Обхватив поудобнее гладкую бутылку, он вытащил из пиджака зажигалку и сунул язычок пламени под фитиль. Подождав, пока пламя схватится, Ник швырнул бутыль в спину зараженного. Раздался треск стекла, и запахло горелой плотью – Танк пылал, яростно бил кулачищами по земле, создавая настоящее землетрясение. Огонь жадно пожирал его тело, но зомби был силен. Обхватив руками корпус близстоящей машины, он с силой метнул ее в сторону обидчика. Ник сумел избежать попадания, но его накрыло ударной волной и ненадолго вышибло из реальности. Перед глазами плясали круги и отчаянно хотелось проблеваться, когда мужчина почувствовал чужие сильные руки поперек своей груди. Эллис, старательно пыхтя, тащил его за угол, подальше от разъяренного Танка. Убедившись в том, что Ник в безопасности, Эллис перезарядил винтовку и вновь бросился в атаку. Спустя примерно минуту стрекотание оружия затихло, и монстр, покачнувшись, рухнул замертво. – Охренеть, – с присвистом выдал юноша, – Мы его сделали. – Ну еще бы, – подхватил Тренер и помог Нику встать. Тот дрожащими руками отвинчивал крышку с пачки обезболивающего. Утренняя головная боль с победным гимном возвращалась на свое законное место. Последнюю аптечку пришлось потратить на Рошель. Девушку задело осколком от разбитой машины, и из глубокой раны в ее плече лилась густая темная кровь. Журналистка слабо отшучивалась, сжимала зубы при особенно ярких вспышках боли и не сопротивлялась, когда краев раны коснулся пропитанный спиртом клок ваты. Перебинтовав поврежденное место, Тренер взял себе дробовик Рошель, чтобы та могла пойти налегке. – Если нам повезет, то к вечеру мы уже будем объедаться кукурузными хлопьями и заливать все это дело пивом, – воодушевленно вещал Эллис, не замечая направленные на него убийственные взгляды. Остальным выжившим оставалось лишь поражаться тому, как этот парень мог часами болтать без умолку. – Звучит отвратительно, Эл. – Да ладно вам, мы с Китом постоянно так делали. Бывало даже... – Только не начинай, Эллис! – смеясь, оборвала его Рошель. Ей стало заметно лучше, хотя время от времени она и хваталась за перебинтованное плечо, сдерживая болезненный вздох. – Ой, все... – передразнил ее парень и расплылся в улыбке. Вывеска супермаркета уже виднелась из-за поворота.