Облом по Фрейду

      Как я и предполагала, эту ночь я бодрствовала, сидя на подоконнике. На небе высыпали веснушки – звезды, и теперь они неярко мерцали в полусвете луны. Это можно было бы назвать моментом ТП, но именно в такие моменты мне всегда думалось легче. Так я чувствовала, что я не одинока.       Легко прикоснувшись к своим губам, я громко вздохнула. То, что произошло сегодня, никак не должно было случиться. Я пообещала себе, что забуду своих мучителей. Пообещала, что возненавижу всем сердцем. Обещала, что все это – прошлое Даши, но не меня. И, тем не менее, факты говорили об обратном. Во мне боролись две личности, которые громко орали друг на друга. Не в силах снова их слушать я слезла с подоконника и упала на пол, закрывая уши. «Ты скучаешь! Скучаешь, мать их! Так что ты творишь?!» - отчетливо слышала я Дашу. «Они причинили тебе столько боли, что ни один любящий человек просто не сможет быть человеком после этого. Ты вообще в своем уме?» - боролась Маша, настойчиво подбирая все более непоколебимые факты. И вроде бы лидировала она, но прислушиваться я стала к Даше. Ее тихий голос звучал отчетливо в моей голове, она дошла до самого худшего: воспоминаний.       В голове, как коллаж из фотографий, появлялись моменты, связанные с мучителями. Универ, мой дом, особняк, машина Димы, клуб, колесо обозрения… Я рыдала навзрыд, меня трясло от воспоминаний.       – Ты будешь со мной всегда? – сидя в полумраке пустого коридора, тихо спросила девочка. Напротив нее сидел блондин, нервно перебирая пальцами.       – А ты этого хочешь? – с хрипотой в голосе спросил он.       – Ну кто-то же должен меня беречь, - самоуверенно произнесла девчушка.       – Значит, я буду твоим ангелом-хранителем, - и пересев от противоположной стены к девочке, он крепко ее обнял и задумался, сможет ли он выполнить это обещание. – Всегда…       – А как же поцелуй?       – А не много поцелуев на сегодня?       – Поцелуев много не бывает.       – Ты все знаешь.       – Нет, не знаю. Объясни.       – Знаешь.       – Я хочу услышать это от тебя.       – Ты все знаешь.       – Скажи…       – Я в тебя влюбилась… То есть, нет, не то чтобы…       – Кажется, я тоже.       Я сотрясалась, нет, просто разрывалась от теплых чувств. Я рыдала, да, но с улыбкой на лице, потому что это было. Потому что все это было в моей жизни. Но искренне ли? Не наигранно ли?       Мне вспомнились слова Кирилла сегодня в каморке. Не я ли занималась тем, что пришло в итоге ко мне? Не я ли рушила жизни молодых людей, до конца даже не разобравшись, бабник человек или нет. Мне даже было все равно, были у них ко мне чувства или нет. А ведь потом я часто видела их в каких-нибудь барах, они смотрели на меня с надеждой, но я ничего не могла им дать, ведь я не чувствовала. А теперь меня пробили насквозь, мне показали то, чем я занималась, на собственном примере. Теперь возникает другой вопрос: за что я ненавижу Диму и Кирилла? За предательство. Однозначное предательство. Но так ли виноваты они, сколько виновата я? Ведь, по сути, я даже не знаю, ради чего согласился Кирилл. Мутно вспоминая слова Ковалева, я слышала что-то об отце и что-то о деньгах. Возможно, это действительно была крайность, и у него был другой план действий… А Дима?       Я метнулась в угол комнаты. Получается, я сейчас сидела и придумывала оправдания для тех, кто создал меня… такую. Кто пробудил во мне Машу. Но это было не безосновательно. Что-то влекло меня к этим людям. Возможно, прошлое, а возможно и нынешнее. Какие-то чувства были глубоко под пеплом Дашиной души. Эти чувства были похожи на угли, которые все чаще пытались разжечь. И ведь получалось. Теперь во мне боролось сомнение с разумом. Маша кричала, неистово орала, что я полная дура. А Даша тихо шептала, что это любовь.        Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я решилась пройти на свою кровать и уснуть, но шторы уже тронул первый луч солнца. Заснула я с мыслью, что живу сейчас во владениях человека, который спонсировал, организовал и выполнил мое разрушение. Я пытаюсь забыться с человеком, который заставил меня забыть все. Не парадоксально ли?       До конца недели я больше не видела Виктора. Приходили другие партнеры, но они были самыми обычными по самым, что ни на есть, обычным бизнес-делам. Ковалев сдержал слово, и в воскресенье поздно вечером было назначено время вылета. Я собрала почти все свои вещи, не забыв положить и корявое письмо, от которого все чаще и чаще я стала сомневаться в правильности своих мыслей и действий. Каждая ночь снова превратилась в бессонную долину размышлений. Я встречала рассвет и легко засыпала, ничего не видя во сне. Такой расклад устраивал меня больше, чем кошмары.       Прямо в воскресенье был организован званый ужин в честь прибыльного открытия первой лавки вместе с Виктором. Завидев его, во мне встрепенулись чувства. Его добрая улыбка скрывала в себе какую-то тайну, в которую посвящены были только мы вдвоем.       Я стояла в объятиях Ковалева и приветствовала прибывших людей, которых, кстати, было немало. Так как вечер был маскарадом, почти на каждом была изящная маска, скрывающая если не все лицо, то как минимум треть.       – Миледи, - какой-то темноволосый молодой человек поздоровался сначала с Артемом, затем поцеловал мою руку. Этот жест был слишком долгим, на что я и обратила внимание. Взглянув в глаза незнакомцу, я онемела и замерла на месте, лишь хлопая ресницами.       – Сударь, - чуть улыбнулась я и присела, выражая почет. Развернувшись, молодой человек удалился, а я лишь смотрела ему вслед. В груди все замерло и, слава Богу, Артем уже был занят другим гостем и не заметил этих странностей.       Еще один молодой человек в черной маске, скрывающей больше половины лица, пустил какую-то до боли знакомую шутку. Присмотревшись, я увидела в его чертах Диму, но волосы были цвета густой смолы. Это не мог быть он. Тем более, у него был какой-то тошный английский акцент, да к тому же, он немного картавил. Не обратив на него должного внимания, я искала в толпе лишь темноволосого парня, который заставил мое сердце замереть. Долго искать не пришлось, он сам нашелся. В то время, как Артем пошел к гостям, а меня оставил в углу с бокалом вина, я искала взглядом незнакомца. Моя маска с перьями отлично подходила к серебристому платью в пол, но внезапно с моей руки слетел браслет, упавший прямо мне в ноги.       – Кажется, это Ваше, - вовремя подошедший молодой человек подобрал браслет и снова одел его мне на руку.       – Спасибо, - тихо пролепетала я и лишь тщательнее присмотрелась к чертам лица. – Мы с Вами не знакомы, случайно?       – Я не знаю, кто Вы, миледи. Это же бал-маскарад, - увильнул от вопроса незнакомец. В тусклом свете я не могла различить форму и цвет его глаз, но уже давно поняла, что они темные.       – Ах, как Вы правы. Я думаю, эти люди и сами не знают, кто они есть, - печально вздохнула я и отпила вино.       – А Вы знаете, кто Вы есть? – медленно произнес незнакомец. Я рассмеялась, но лишь дурак не заметил бы в этом смехе горечи.       – Конечно знаю. У меня есть и имя, и фамилия, и…       – И? – вопросительно спросил незнакомец, вглядываясь мне в глаза. Карие. Теплые. Темные волосы. Скулы. Мышцы.       – Какого черта ты тут забыл? – прошипела я, узнав, наконец, кто это.       – Пришел на бал, - обыденно ответил парень. – Покорять сердца миледи.       – Я сейчас расскажу обо всем Артему, - тише сказала я, боясь, что Ковалев первый его заметит.       – Не расскажешь, - Кирилл сделал шаг ко мне, сокращая расстояние. – Дарья…       – Вы ошиблись, - после некоторого колебания ответила я и сделала шаг назад. – Меня зовут М…       – Даша, - парень провел большим пальцем по контуру моего подбородка. Мое сердце замерло от нахлынувших чувств. Стадо мурашек пробежало по всему телу. Что он творит?       – Иди вон, - тихо сказала я. – Вы сотворили со мной это!       – Он, - парень указал пальцем на смеющегося Артема. – Он. Мы тебя защищали, как могли.       С этими словами знакомый незнакомец удалился, оставив меня наедине с собой. Я не посмотрела ему вслед, лишь внимательно наблюдала за Ковалевым. Да, он прав, зачинщиком был именно этот блондин, но исполнителями – они. Выпив бокал вина до дна, я поставила его на краешек стола и вышла из зала. Хорошенько подпорченное настроение не входило в мои планы прямо перед отъездом. Я медленно поднималась к себе, раздумывая над словами внезапно объявившегося Кирилла. И чего он этим добивается? Моего возвращения? Его не будет. Никогда. Даже, если я прощу. Даже, если люблю. Предательство. Тихо закрыв свою дверь на замок, я осталась стоять, прислонившись лбом к древесине. Вдох-выдох, вдох-выдох. Слезы на глазах выступили непроизвольно. Что происходит с моей жизнью?       Когда я нашла в себе силы развернуться, я так и не открыла глаз. Маска еле-еле, но все-таки поддалась. Я сняла ее и откинула подальше в угол. Тяжелый вздох прервался на самом последнем воздыхании. Мои глаза остановились на подоконнике, который освещал лунный свет. В этом мраке сложно было что-то различить, но этот силуэт…       – Что тебе нужно?.. – нерешительно спросила я и попятилась назад, к двери.       – Ну все, маски сняты, - силуэт спрыгнул с подоконника и начал медленно приближаться ко мне. – Теперь можно и поговорить.       – Я не хочу… - пискнула я, упершись в дверь. Силуэт подошел ко мне вплотную, я ощущала его дыхание у себя на лице, а грудь все плотнее припирала меня к дверям. Я отвернулась, не в силах выдерживать это напряжение. Из глаз брызнули слезы. Все внутри замерло. Снова его пальцы очерчивают мое лицо, переходя плавно к шеи. Дыхание обжигает кожу и становится все ближе. Он приближается.       – Что тебе нужно? – чуть ли не в истерике спрашиваю я. Меня всю трясет, колотит от томительного ожидания скорейшего будущего. Я стою на носочках и хнычу, как маленькая девочка, сливаясь с поверхностью двери.       – Да-ша, - тихо шепчет силуэт и касается своим носом моей щеки. Его руки медленно упираются по обе стороны от моего лица, а сам он вжимается в меня. Я чувствую его трепет, это томление и мне… спокойно? Не в силах что-либо сказать, я стою, дрожу, как осиновый лист, и не знаю, что будет дальше.       – Ты ничего не изменишь, - пищу я в ответ, закрывая глаза и ощущая жгучую дорожку от слезы. – Все так, как оно и есть.       – Да-а-а-аша, - шепотом протягивает мое имя силуэт. Я вздрагиваю, но откликаюсь. Это имя. В его устах. – Дашенька.       И мир рушится в одно мгновение. Разлом происходит стремительно быстро. Ожидание достигло пика. Я, что есть мочи, отталкиваю силуэт и испепеляющее на него смотрю.       – Я ненавижу тебя! Я ненавижу Диму! Я ненавижу жизнь, которой живу! Я ненавижу моменты, которые были! Я ненавижу, что я все помню! Я ненавижу этот дом! Я ненавижу Дашу! Я ненавижу Машу! Я вообще не вижу смысла существовать дальше! Зачем ты приперся?! Думал, я вся такая упаду к тебе в объятия?! Да хера-с-два! Вы мне дыру вот здесь сделали, здесь! Все втроем! – я указала пальцем на грудь. В глазах стояли слезы, я ничего не видела, все расплывалось. От обиды и боли, которые накатили в одно мгновение, я заикалась, мне не хватало воздуха, и я уже обессилено падала на пол, на колени. – Я вас ненавижу! Всех! Абсолютно… Мне никто не нужен!!...       – Даша, - силуэт упал рядом со мной на колени, держа меня за плечи. Я не сопротивлялась. Казалось, что этот порыв эмоций высосал из меня всю энергию, и теперь мне просто хотелось проплакаться и забыться. – Нельзя же вечно убегать. Да, мы все сделали тебе очень и очень больно. Но пойми же, если рассмотреть эту ситуацию с другой стороны, то…       – Забери меня, - тихо выпалила я, неожиданно осознав, что здесь нет мне больше места.       – Что? – чуть отрешенно спросил Кирилл.       – Забери меня отсюда, отвези в безопасное место, - я подняла на него свой взгляд. Глаза немного привыкли к темноте и теперь я видела, что парень сидел тоже без маски. Его рот был слегка приоткрыт, видимо от шока. – И исчезни.       – Даш… - начал он, печально качнув головой.       – Что? Не можешь выкрасть? На многое горазд, да не на все? Как боль мне причинять, так ты первый, а как скрываться – так сразу оправдания? – я злилась. К моим щекам прилила кровь, я это чувствовала. Я вырвалась из рук Кирилла, быстро встала на ноги и отошла к шкафу, встав спиной к бывшему обидчику. – Я прошу лишь просто увезти меня отсюда и исчезнуть, неужели это так сложно?       – Хорошо, - тихо раздался голос. – Будет так, как ты пожелаешь.       Через пару секунд замок на двери щелкнул, дверь открылась.       – Переоденься, собери все только самое необходимое и будь готова, - я слышала печаль в голосе парня, но ничем ему помочь не могла, потому что прощения он так и не заслужил. Но он очень мог мне помочь, вытащив меня из этого дерьма.       – Как все произ… - я не успела задать свой вопрос. Дверь хлопнула, посылая краткое эхо в мою комнату. В один момент я пожалела, что так разговаривала с Кириллом, но затем я взглянула на подоконник, где проводила месяцы в небытие. Все будут платить по счетам, хотят они этого или нет.       Я считала минуты как последние вздохи. С момента моего одиночества в комнате прошло сорок три минуты. Я сидела на кровати с рюкзаком в руках. Самые удобные джинсы, футболка и кофта начинали стеснять меня, давить на меня. С ожиданием все становилось только невыносимее. Что я взяла из самого необходимого? Деньги, завернутые в первую попавшуюся бумажку; сменную одежду, вплоть до вторых кроссовок; аптечку, пару батончиков еды и бутылку воды, а также телефон. Причем первое и последнее мне пришлось выкрасть из комнаты Ковалева, ибо с собой у меня такого не было.       Минута за минутой растворялись в ожидании. Мой нервный тик перешел в резкие прогулки по комнате. Внезапно я услышала в коридоре шаги и, кажется, голос Ковалева.       – Маша, - и меня всю передернуло. Нет-нет-нет-нет! Он не мог меня найти раньше, чем это сделают эти два балбеса! Я скрылась за шторой, сев на подоконник. Замок медленно отворился, и Ковалев вошел. Сзади него стояли два громилы и Виктор. Виктор?       – Я же Вам говорил, я видел, как она пошла совершенно в другую комнату! – на лбу у подставного партнера выступил пот. Видимо, холодный, судя по его нервному поведению.       – Маша? – все еще звал меня Артем, выкидывая все одеяла с кровати и переворачивая вещи на полках шкафа. – Черт! Вы двое: найдите мне ее! Если эта сука захотела сбежать, то живой она из этого особняка не выйдет…       С этими словами Ковалев снова осмотрел комнату и медленно начал двигаться к окну. Мое сердце замерло, когда она был всего в шаге от меня. Я закрыла свой рот двумя руками и молилась Богу, чтобы, чуть что, не пискнуть от напряжения. Но Артем подошел лишь к окну, повел занавеску чуть в сторону и взглянул в темнеющую даль.       – Куда же ты намылилась, Машенька, - и его слова звучали так, будто он знает, что я сижу от него всего в полуметре. Но он просто развернулся и вышел, громко хлопая дверью. Я еще с минуту сидела неподвижно, зажимая рот руками. На глаза выступили слезы. Ну почему я такая плакса? Тело дрожало от адреналина, я медленно опустила руки и слезла с подоконника. Но не тут-то было. В комнату кто-то с шумом ворвался. Я замерла, ожидая, что это Ковалев, и что сейчас он меня схватит и сильно накажет.       – Даша… - запыхавшийся голос отличался от голоса блондина. Я слегка подалась вперед и выглянула из-за плотной шторы. Передо мной стоял Дима, в руках у него было что-то похожее на труп кошки и маска. Присмотревшись, я различила темный парик. Это же тот самый парень с глупым акцентом! – Вот ты где!       Парень бросился ко мне и хотел обнять, но я не далась.       – Вы просто вытаскиваете меня отсюда и больше никогда не появляетесь в моей жизни, - строго сказала я, хотя меня всю и трясло от переизбытка чувств.       – В точности, как описывал Кирилл, - ухмыльнулся Дима.       – Что?       – Не бери в голову, пошли, - его рука быстро схватила мою ладонь, он прыгнул на подоконник и открыл окно.       – Мы что, будем прыгать? – испугавшись, спросила я. Моя комната располагалась на слишком большой высоте для возможностей человека.       – Это был бы отличный способ убежать от всех, но нет, мы не самоубийцы, - загадочно ответил Дима, высовываясь из окна. Пока он что-то там делал, я прислушивалась к звукам за дверьми: вдруг кто идет?       – Все, теперь точно можно, - сказал Дима и потянул меня за собой. Нам пришлось разорвать руки, чтобы я залезла на подоконник и высунулась за ним. Дима вручил меня ремень, а сам продвинулся левее, уступая место мне.       – Что? Это еще зачем? – недоумевала я, как вдруг увидела прямо перед собой веревку.       – Смотри, она туго натянута, - Дима тронул канат, как струну, и тот запружинил, показывая, что он действительно очень тугой. – Перебрасывай ремешок и очень крепко держись за его концы. Все ясно?       – А что мне делать дальше? – я хлопала глазами и чувствовала, что адреналин снова наполняет мои вены. Храбрость внутри меня толкала вперед с подоконника, но страх не давал этого сделать.       – Чего ты ждешь, твою мать? Пока нас засекут? Вперед, Даша! – Дима крикнул на меня, думая, что подбодрит, но это никакого эффекта не дало. Я сидела, как вкопанная, и высматривала что-то в темноте, внизу. – Блять, Даша!       Перекинув мой ремень через веревку, он поочередно закрепил мои ладони. Для меня все было, как в тумане.       – Готова? – напоследок спросил он, а я лишь сильнее сжала ремень.       – Нет, - пискнула я и еще раз взглянула на Диму. Его голубые глаза казались сейчас синими океанами. Я словила себя на мысли, что соскучилась по нему, но не успела дать ход этим размышлениям, потому что парень столкнул меня с подоконника, прежде сказав: «Не ори».       Я как могла сдерживала себя: зажмурила глаза и рот, чтобы не видеть ни высоты, ни тьмы, в которую летела. Я ощущала, что ремень сильно давит мне на запястья, даже очень сильно. Хотелось кричать лишь от этой боли, но успокаивала я себя лишь синими океанами, которые видела мгновение назад.       Распахнуть глаза мне удалось лишь когда некто схватил меня, перекинул через плечо, освобождая руки, и понес в неизвестном направлении.       – Я могу идти сама, - с хрипотой в голосе сказала я, узнав затылок Кирилла.       – Я знаю, - просто вымолвил он, но так и не отпустил меня.       – А где Дима? – внутри что-то кольнуло при упоминании его имени вслух. Я видела, как веревка слабо упала на поляну, но спустившегося человека так и не было.       – Не волнуйся, он скоро будет, - продолжая пробираться сквозь дебри сада, ответил Кирилл. Отойдя от шока, я все же напросилась идти сама, след в след, совсем еще не осознавая, что сбегаю от самого влиятельного человека в городе. Потирая запястья, в которые ремень врезался до крови, я размышляла о Диме, который до сих пор не поравнялся с нами. А оправдывала я свои волнения лишь тем, что это может повредить всей операции моего спасения.       Совсем скоро мы подошли к высокому кирпичному забору метра два в высоту, не меньше.       – Слушай меня, - Кирилл развернулся ко мне лицом и взял за плечи, убеждаясь, что я действительно его слушаю. Его карие глаза почти сливались с темнотой этой ночи. Я видела в них волнение, серьезность и… прошлое. – Сейчас я помогу тебе перебраться через забор, там есть дерево, на которое нужно прыгнуть и аккуратно слезть. Ты увидишь разноцветные куски тряпки, которые отведут тебя к дороге на место, где тебя будет ждать Виктор. Ты меня поняла?       Я лишь кивнула головой, не в силах что-либо сказать. Мне казалось это все нереальным – побег был слишком идеальным и незаметным, как это бывает только в кино.       – А как же вы? – наконец подала я голос, все еще смотря в глаза Кирилла.       – Мы будем позже. Давай, нет времени разговаривать! Садись мне на плечи! – скомандовал он и сел на корточки, прислонившись к стене. Я поочередно закинула ноги и почувствовала, как Кирилл поднимается, сокращая расстояние между мной и концом этой высокой стены. Но даже этого было мало.       – Теперь вставай, только аккуратно! – продолжал командовать Кирилл. Я безукоризненно выполняла все, что он говорил. Ноги стали ватными, я еле перебирала ими, но все-таки смогла встать. Теперь я была даже чуть выше ограды, она была мне по плечи, но что действительно пугало, так это острые штыри через каждый полметра.       – Теперь аккуратно попробуй взобраться на эту ограду. Я Попробовала подтянуться на руках, но мои руки совсем ослабли после нескольких месяцев депрессии. Затем подпрыгнуть и забросить ногу, но мне не хватило совсем чуть-чуть.       – Я прыгну вместе с тобой, - голос Кирилла стал тише, я понимала, что от моего прыжка ему стало больно, и всячески жалела его, но все-таки пыталась сконцентрироваться на прыжке.       – Раз, два… - вдалеке послышался лай собак. – Скорее! Три!       Я прыгнула вместе с Кириллом и смогла перебросить ногу, но штырь прошелся прямо по косточке. Теперь Кирилл еле доставал до меня, а я так и осталась висеть наполовину, потому что сил подтянуться не было. Руки слабели, нога больно скользила по кирпичной кладке. Внезапно я почувствовала опору под вторую ногу – Кирилл подставил свои руки. Я сделала еще толчок и перекинула свои ноги.       Все тело зудело и тряслось от адреналина, я посмотрела вокруг себя – темный лес. Попытавшись найти то самое дерево, я совсем растерялась. Мне стало страшно.       – Давай же. Оно должно быть слева, - кричал мне Кирилл. Я взглянула на него: отчаяние, страх и храбрость - и все в одном лице. Но в то же время его нежный взгляд, который я запомнила еще до времен «ломки». – Вперед.       Последнее слово было сказано одними лишь губами. Я чуть улыбнулась и увидела в пробирающихся кустах людей с собаками. Кирилл обернулся и убежал подальше от места, где я сидела. Снова волна адреналина подкатила к горлу, я смогла сфокусироваться на дереве, которое стояло в чуть больше метре от меня. «Либо сейчас, либо никогда!» - крикнула сама себе я и прыгнула, что есть мочи. Не ухватившись за ветку в самом начале, я пролетела полметра вниз, прежде чем смогла схватиться за сучок. Все тело ныло и стонало, но у меня не было времени об этом думать. Как можно быстрее пробиваясь сквозь листву и ветки, я спускалась, пару раз чуть не упав. Когда Я оказалась на земле, я готова была упасть и больше не вставать - настолько ныло все тело. Краем глаза я увидела яркую красную ткань у начала зарослей высокой травы. Я подошла, нагнулась, и взяла ее, чтобы не оставлять следов. Хромая, я медленно продвигалась в зарослях, подбирая кусочки ткани. Совсем скоро я услышала гул машин и обрадовалась. Еще совсем немного, и все закончится. Совсем немного.       Выйдя из травы, я увидела черную машину, облокотившись на которую стоял Виктор и курил сигарету. Сделав неровный шаг к нему, я остановилась, чтобы поднять последнюю ткань, как вдруг услышала лязг тормозов. Подняв глаза, я увидела вторую машину, из которой выскочили большие мужики и схватили Виктора. Я и не заметила, как попятилась назад и снова зашла в огромную траву. Пара мужиков Пошли в моем направлении, видимо, прочесывать местность.       – Он полетел в космос, чтобы в двадцать три раза доказать его силу, - вдруг выкрикнул Виктор, лицом обращаясь в мою сторону. Не в силах анализировать, я поползла обратно, пока не увидела какое-то поваленное дерево. Спрятавшись, я начала молиться Богу, чтобы эти громилы меня не отыскали. Прождав около двадцати минут, я так и не услышала никакого шороха. Наверное, они остались около машины.       Как бы я хотела сейчас заплакать, но на это не было времени. Я медленно поднялась и зашагала вдоль еле виднеющегося забора. Где-то да должно было быть слабое место, и именно там я должна была выскочить.       Пройдя не так далеко, я обнаружила болото, которое расположилось на всем моем пути. «Черт», - раздражённо буркнула я и попыталась найти хоть какую-нибудь тропинку. Таковой не нашлось. Идти обратно – значит, идти в лапы Артема снова. «Вперед», - лишь вспомнилось мне лицо Кирилла, а затем лай собак. Стоп. Последнее мне не вспомнилось. Я правда слышала его. Он был далеко, но быстро приближался.       Плюнув на все, я взяла первую попавшуюся палку и полезла в безграничную топь. Мои кроссовки и джинсы полностью промокли. Глубина достигла пупка, когда я увидела трубу, проходившую, видимо, под магистралью. Собрав последние силы в кулак, я медленно продвинулась туда. Рюкзак пришлось поднять над головой. Двигаться было не то, что трудно, просто невозможно, но медленно мне это удавалось. Идеальный побег? Ха! Раны сильно саднило, я боялась занести заразу в этом болоте, но теперь мне уже было все равно. Лай собак поутих, чему я обрадовалась. Когда мне удалось заползти в трубу, я была ни жива ни мертва. Мое сознание временами отключалось от недостатка энергии, которую я выкинула на побег. В трубе я ползла на четвереньках, понимая, что сил на большее уже нет.       Выползла я в глухой и темный лес, который уже не страшил. Пройдя несколько шагов, я поняла, что сил больше нет вообще. Дальше все происходило как во сне. Я продолжала брести, но куда и зачем, я не осознавала. Реальность сливалась с иллюзиями из сна. Шатаясь от дерева к дереву, я продвигалась все дальше и дальше. В один момент мое сознание отключилось совсем. Теперь я не видела ничего. Темнота. Чернота. И пульс. Раз-два, раз-два, раз-два, раз…