Длань свободы

      Дорога в Лотлориен была не только долгой, но и тяжелой. Несмотря на то, что эльфы – существа довольно выносливые, они тоже вымотались. А все потому, что лорд Элронд приказал добраться до Лотлориена как можно быстрее. Привалов они почти не делали, на сон тоже не уделяли много времени. Чем быстрее они доберутся до владений Галадриель, тем быстрее выяснят, что не так с Айнэ.       В отличие от Элронда и его подчиненных, Айнэ не считала, что с ней что-то не так. Воспоминания, похоже, и не собирались возвращаться, так что она не особо переживала на счет своей дальнейшей судьбы. Айнэ не волновало, что ее могут упечь в тюрьму до конца ее жизни (если она не бессмертна, конечно же) или того хуже – казнить. Она переживала лишь за Трандуила, которого оставила одного.       Чем дальше они отъезжали от Лихолесья, тем хуже становилось ей. Поначалу это было давящее беспокойство, мешающее здраво мыслить. Айнэ даже не спорила с вечно недовольным ее присутствием Линдиром, она лишь послушно кивала, словно кукла. Будучи в подвешенном состоянии, ей хоть как-нибудь хотелось избавиться от угнетающего чувства.       С каждым днем настроение становилось все хуже, будто из ее сердца вырвали кусок и не позаботились о лечении. Под конец пути ее начали одолевать жуткие головные боли. Сначала все было не так уж и плохо: Айнэ думала, что легкое покалывание в левом полушарии мозга, это не что иное, как усталость и плохой сон. Едой ее, слава Эру, не обделили.       Позднее стало хуже. Девушка просыпалась почти каждую ночь с криком. Боль была невыносимой, и погасить ее было нельзя. Продолжалось так по несколько часов за ночь, болезненные ощущения накатывали волнами, а затем также исчезали. Все бы ничего, но даже эльфийская медицина не помогала с болью. Это удручало не только страдавшую Айнэ, но и даже Элронда, у которого опыта в лечении было более чем достаточно.       Им пришлось ускорить свою поездку, так что вместо запланированных трех недель пути, они добрались до границ Лориена за две с половиной. Это было очень и очень быстро. Оставалось меньше суток, чтобы добраться до дворца, но эльфы решили сделать привал прямо на берегу реки, напротив дороги в лес, хотя бы на несколько часов, чтобы можно было поесть и передохнуть.       Учитывая трудность их поездки, одной травой в походе эльфы не питались. Так что двоих воинов Элронд отправил на охоту. Через пару часов довольные добычей эльфы принесли несколько куропаток и кроликов. Мяса в них, конечно, с гулькин нос, но его и не нужно было делить на большое количество человек: помимо Элронда, Линдира и Айнэ было всего четыре стражника, чьи вкусы в еде также не были специфическими.       Взяв тарелку с кроличьим рагу, Айнэ уселась на один из влажных булыжников рядом с речкой. Убегать ей не было смысла, раз они все равно так далеко зашли, потому девушке позволили поесть в одиночестве. Удивительно, как уединение может благотворно влиять на восприятие мира вокруг. Лес, что виднелся в паре километров от них, казался куда ярче, живее и зеленее, чем полюбившееся ей Лихолесье.       Поедая искусно приготовленное блюдо, девушка водила босой ногой по прозрачной глади речной воды. Становилось жарче: наступила середина весны, да и солнце поднималось к наивысшей своей точке, так что прохладная вода была сейчас как никогда кстати. Уже сутки девушку не мучила головная боль, что не могло не радовать. Но все хорошее когда-нибудь заканчивается. Положив последнюю ложку рагу в рот, Айнэ почувствовала, как левый глаз начало саднить. Пару раз потерев его, девушка попыталась как бы сморгнуть боль вместе со слезами, выступившими из-за острой боли, но капельки стекали только по правой щеке. Айнэ не плакала левым глазом, для нее он был мертвее мертвого.       Согнувшись пополам, девушка закусила губу и сжала пальцами виски. Боль то появлялась, то уходила, и вскоре, не выдержав напора, Айнэ рухнула с камня в холодную воду. Та моментально отрезвила ее, дав на мгновение облегчение, но когда боль накатила с новой силой, девушка потеряла сознание и пошла ко дну. Течение уносило ее прочь от лагеря, а сильные волны толкали вглубь реки.       Вытащили ее не сразу, только когда заметили пустую тарелку на месте, где сидела Айнэ. Благо, даже в бессознательном состоянии девушка как-то умудрилась прибиться к берегу, но ее лицо все равно отчасти было в воде. Так и задохнуться недолго.       Как только Айнэ открыла глаза, то сразу вцепилась в одежды своего спасителя. Взгляд ее все еще был затуманенным, потому ей мерещилось, будто из воды ее вытащил не кто иной, как Владыка Лихолесья. К ее огромному сожалению это был всего лишь Линдир, изрядно перепугавшись скорее не из-за того, что она исчезла, а из-за того, как крепко его держала. А еще она перепачкала его одежду песком и илом, да и намочила. Эльф был в ярости, но не сказал ни слова.       — Жива? — спросил Элронд, когда Линдир опустил ее на траву и накинул на плечи покрывало.       Айнэ кивнула, вздрагивая от холода. Нужно было срочно снять с себя всю мокрую одежду, но ничего сменного при себе не было. Если бы голова не кружилась, Айнэ бы уже давно искала хоть какое-то укрытие, чтобы переодеться. И тогда Элронд предложил (а вернее приказал) Линдиру сопроводить девушку к высоким валунам у реки, за которыми она может хотя бы раздеться и просушить одежду. Слова возмущения пришлось проглотить вместе с досадой, что именно ему приходится присматривать за той, которую он отчасти боялся и абсолютно точно не выносил.       Но приказ есть приказ. Придерживая Айнэ за плечи, Линдир помог ей добраться до тех самых валунов и, оставив ее наедине со своей мокрой одеждой, встал с другой стороны. Он услышал, как на камень упало покрывало, а дальше наступила гробовая тишина. Линдир даже дыхания девушки не мог распознать из-за шума текущей воды в паре метров от него.       — Айнэ, — позвал эльф, но девушка не ответила. — Айнэ! — уже более настойчиво крикнул он, но ответом ему был лишь шум воды.       «Неужели сбежала?» — подумал он, сжав кулаки, и обошел булыжник, чтобы посмотреть. Спокойно раскладывая влажную одежду на камне, Айнэ полностью нагая напевала под нос какую-то мелодию, что когда-то услышала в замке Трандуила. Нельзя было не заметить необычной татуировки на правой части ее спины. Геометрические фигуры разнообразных форм и размеров в сочетании создавали невероятную картину драконьего крыла.       Линдир, завидев девушку (благо, она стояла к нему спиной), опешил и сделал шаг назад, но споткнулся о камушек и рухнул на траву. Естественно, Айнэ не могла не услышать этого. Скрестив руки на груди, Айнэ развернулась в пол оборота и с укором посмотрела на эльфа, пытающегося подобрать свои конечности и свалить от греха подальше.       — Не думаю, что подглядывание за дамой – отличный способ заслужить ее расположения, Линдир, — покачала головой Айнэ и закуталась в покрывало.       — Мне не нужно заслуживать твое расположение, предательница, — злостно фыркнул эльф.       — И какого варга я предательница? — удивленно изогнула бровь Айнэ, делая несколько шагов к Линдиру. Тот сразу же начал пятиться назад.       — Я знаю, кем ты была до потери памяти. Из-за него погибли сотни тысяч людей и эльфов. Это непростительно, даже если ты теперь не Саруман, — эльф буквально источал презрение.       — Если, по-твоему, я такая плохая, то катись отсюда, а то ушки укорочу, — Айнэ схватила близлежащую ветку и направила ее в Линдира.       Он, конечно, был не из пугливых, но по инерции дернулся назад и чуть не свалился на траву. Позади него послышался заливистый смех. Айнэ опустила ветку и укуталась еще пуще, а Линдир обернулся. В паре метров от него на вороном коне восседал темноволосый сероглазый эльф. На его голове красовался серебряный ветвистый обруч, чем-то похожий на тот, что носил сам Элронд. Рядом с ним было еще двое всадников, чьи наряды не так пестрили обилием камней и шелка.       — Линдир, я думал ты благородный эльф и не увяжешься за человеческой девчонкой, — сквозь смех говорил эльф, и двое рядом с ним подхватили веселое настроение, тихо хохотнув.       — Я не человек, — сказала Айнэ, присаживаясь на камень где-то между своими штанами и нижним бельем.       — Но и не эльф, — уточнил их новый собеседник.       Он спрыгнул с коня и понимающе похлопал обреченно вздыхающего Линдира по плечу. Но тут их снова окликнули. Развернувшись лицом на голос, эльфы заметили подходящего к ним лорда Элронда.       — Элладан, что ты тут делаешь? — спросил лорд.       — Adar*! — радостно воскликнул юноша. — Мы с братом сопровождали Владычицу Галадриель в Ривенделл. Элрохир остался там с ней ожидать тебя. Мы не знали, что вы прибудете в Лориен. Собирались же домой, так почему сюда?       — Сюда ближе. К тому же, никто не предупредил меня, что леди Галадриель отправится в Ривенделл, — укоризненно посмотрел Элронд на сына.       — Прости, я не успел послать гонца, — виновато опустил голову Элладан.       — Так пошли сейчас. Сообщи, что мы с Айнэ в Лотлориене. Им быстрее добраться до нас, чем нам после долгой дороги до них.       Принц подозвал одного из своих сопровождающих и, разъяснив ситуацию, отправил его в Ривенделл. Элронд вздохнул. Теперь им придется задержаться во владениях его тещи еще на неделю минимум. Повернувшись лицом к воинам, что уже тушили костер, лорд Элронд скомандовал:       — Собираемся и выступаем. К вечеру мы должны быть во дворце.       — А как же моя одежда? — воскликнула Айнэ, указывая на свои мокрые вещи. — Я не пойду голой.       — У меня есть кое-какая сменная одежда. Только она мужская, — отозвался Элладан, снимая одну из походных сумок с лошади.       — Я не привередлива, милорд. Премного благодарна, — высунув руку из покрывала, Айнэ взяла сумку и отправилась обратно за булыжник, чтоб переодеться.       Конечно, ехать верхом без нижнего белья было не только неудобно, но и крайне неловко, особенно, когда едешь в седле принца Элладана, стараясь при этом не касаться его, но и не свалиться при этом. Линдира избавили от обязанности везти девушку.       К наступлению сумерек вся эльфийская братия и одна неизвестного происхождения девушка вошли на территорию Лотлориена, освещаемого сотнями ярких магических огней. Спустя час Айнэ погружалась в царство Морфея в небольшой комнатке рядом с покоями Элронда и Элладана, даже не догадываясь, что с мыслями о ней сейчас пытается уснуть сам Владыка Трандуил. Почему-то именно сегодня ему ничего не приснилось.