Длань свободы

      Это утро было не просто хорошим, оно было великолепным. Трандуил спал крепким спокойным сном, наслаждаясь приятными сновидениями, а Айнэ сопела под боком, прижавшись к сильной мужской груди. Проснулась она гораздо раньше Владыки и просто наблюдала за ним со стороны. Это смахивало на легкую одержимость, но она ведь была влюблена. Во всяком случае, Айнэ так считала.       Пялиться на Его Величество было некрасиво, а если он заметит это, то можно потом получить по голове. То, что они провели вместе ночь, для короля не должно ничего значить, он ведь может приобрести все, чего его эльфийской душе угодно. Не радужные перспективы для девушки, которая боится потерять то, что и не является ее.       Уйти тихо казалось наилучшим вариантом. Пока король мирно спал, Айнэ аккуратно вылезла из-под его руки, жмурясь, потому что солнце слепило глаза, пробиваясь сквозь плотные шторы. Оставалось только слезть с кровати, накинуть на себя хоть что-то из одежды (а в комнате-то была только одежда короля) и спуститься на этаж ниже, где располагалась ее маленькая комнатка.       Но девичьим планам не суждено было исполнится. Не сегодня утром, да и никогда вообще. Как только Айнэ стянула с себя одеяло, то была поймана крепкими мужскими пальцами за запястье. Трандуил потянул ее обратно на кровать и привычно прижал к груди. Она уткнулась носом ему в шею и замерла, понятия не имея, как реагировать на подобное. Айнэ даже не могла возмутиться или начать огрызаться, как обычно, ведь это был Трандуил. С ним она вела себя покорно практически всегда.       — Мой король, мне кажется, что наличие меня в Вашей спальне плохо скажется на Вашей репутации. А вдруг после встречи с леди Галадриель я окажусь прислужницей зла, — в последнем она была уверена почти на восемьдесят процентов. — Это не пойдет Вам на руку, — вздохнула она и тихо добавила: — Как и мне, впрочем.       — Ты меня за идиота держишь? — нахмурился Трандуил, приподнимаясь на локтях и поворачивая голову к Айнэ. Та моментально вжала лицо в подушку. — Это был мой выбор и менять я его не собираюсь.       — Я ничего такого не имела в виду, — возмутилась Айнэ, бурча себе под нос.       Трандуил вновь падает на подушки, глубоко вздохнув. Лежа рядом с ней, он совершенно не чувствует себя собой, не чувствует королем или тем, кому обязательно нужно продумывать последствия, прежде чем что-то сделать. Женщины всегда делали с мужчинами невообразимые вещи. Хорошо, что Трандуил был из тех, кто полностью осознает свой выбор и его исход.       Судя по тому, как он замолчал, Айнэ решила слегка пристроиться к нему поближе, повернувшись на бок. Одеяло она натянула почти до шеи и прижалась губами к плечу Трандуила. Признаться себе в том, что вот так просто лежать с ней рядом, король не мог. Потому что однажды подобное уже случалось, и Трандуил не верил, что это может повториться вновь. Слишком много лет он пробыл, пряча ото всех свои реальные чувства. Да и сейчас не шибко ими разбрасывался. Он лишь сгреб девушку в охапку одной рукой и крепче обнял, зарываясь носом в ее волосы. Странные давно забытые ощущения. Они пугали.       В дверь настойчиво постучали, и Трандуил закатил глаза, но Айнэ не отпускал. Она толкнула его в бок, мол «наличие дамы в постели не избавляет от обязанностей». Тем более, его обязанности были слишком серьезны. Скинув с себя одеяло, Владыка выпустил девушку из объятий, встал и выпрямился во весь рост. Айнэ показалось, что голым он выглядит еще более внушительным, особенно со спины. Многие девушки готовы были семью родную продать в рабство ради ночи с королем. Девушка победно улыбнулась и натянула одеяло на голову.       Натянув темно-зеленые льняные брюки и накинув на плечи мантию (Айнэ могла поспорить, что он специально ее не застегнул), Трандуил босиком прошел в маленькую гостиную, а там – к двери, и распахнул ее. Юная эльфийка, служанка, чуть не выронила поднос при взгляде на такого короля. Трандуил же на подобное не обращал внимание.       — Госпожа Галадриель просила спуститься Вас в Сады после завтрака, — она указала на поднос в руках, глядя куда-то в пол. Рядом с внушительным королем служанка казалась такой маленькой, хотя ростом была чуть выше среднестатистической эльфийки.       — Передайте ей, что мы скоро спустимся, — кивнул Владыка, взял одной рукой широкий поднос и закрыл за собой дверь.       Бедная эльфийка продолжала трястись, пытаясь понять, что она только что сейчас видела. Похлопав себя по щекам, она развернулась на пятках и стрелой вылетела оттуда. Но не успела она добежать до конца коридора, как ее окликнул король. Медленно и осторожно развернувшись, девушка почтительно поклонилась.       — Будь добра, принеси вещи Айнэ из ее комнаты, — отдав приказ, король вновь исчез за дверью.       Эльфийке ничего не оставалось, как выполнить распоряжение Владыки Лихолесья. Трандуил же посчитал нужным вернуться обратно в постель, поставив на прикроватный столик поднос. Айнэ все еще лежала под одеялом, пока мужчина насильно не вытащил ее, за ногу. Молча кивнув на поднос, Трандуил принялся приводить себя в порядок, пока Айнэ наминала отлично приготовленную еду. Доесть она не успела, потому что служанка принесла ее вещи. Владыка на этот раз вызвал куда меньше восхищения у молодой эльфийки, потому что был одет. Но его это ни капли не смутило.       Есть ему совершенно не хотелось, так что пришлось заставить Айнэ доесть оставшийся завтрак, а уж потом одеться. Наконец, никаких глупых свободных платьев, в которых ощущаешь себя почти голой: Айнэ принесли ее кожаную форму. Завершив наряд фиолетовым плащом, девушка расчесала растрепанные черные волосы, прикрыла челкой левый глаз и развернулась к ожидающему ее королю.       Сад Галадриель они посетили вместе. Айнэ держала Трандуила под руку, и со стороны это смотрелось просто как обычное сопровождение. Но леди Галадриель-то знала, что происходит. Помимо самой Владычицы Лориена, в Саду также находился Элронд. Они поприветствовали друг друга простыми кивками, но Айнэ присела в реверансе, показывая свое уважение и почтение эльфам. Если они и попытаются ее убить после того, как узнают всю правду о ней, то это не означает, что нужно вести себя по-свински.       Эльфийка жестом подозвала остальных ближе к чаше, чтобы видеть то, что она покажет. Затем попросила Айнэ опустить одну руку в воду, а другую подать ей. Поначалу это ее пугало, ведь последствия могли быть точно такими же, как когда ее орки напоили тем жутким варевом, но в отличие от Варгара, леди Галадриель внушала доверие.       — Вода покажет не все, что ты увидишь, так что ты можешь позже рассказать остальное, если захочешь, конечно же, — леди Галадриель улыбнулась и указала на чашу.       Глубоко вздохнув, Айнэ чуть наклонилась вперед и посмотрела на воду. Поначалу все было спокойно, слышно было лишь щебетание птиц, шелест листвы и дыхание четверых. Но чем дольше Айнэ смотрела, тем тише становились звуки вокруг. Нечто иное заглушало их. Девушка дернулась назад, но не получилось: все тело сковало, не давая даже вздохнуть нормально. С голосами в голосе пришла и головная боль, а затем уже видение.       Первое, что увидели эльфы в воде, так это темное беззвездное небо. Затем оно рассеялось, открывая наблюдателям трон. На нем сидел высокий мужчина в черном облачении, на его черных, как смоль, волосах красовалась корона с тремя яркими, как звезды, камнями. Они не были простыми драгоценностями, это были те самые созданные Феанором Сильмариллы, и носил их не кто иной, как Мелькор.       Вокруг него вились три огромных крылатых дракона. Двое из них были черными, как ночь, лишь цвет глаз их отличался: у одного они горели ярким алым светом, у другого – холодным голубым. Третий же был практически белым с золотистым цветом радужки. Они взмахнули крыльями и взлетели, изрыгая огонь. Немного покружив в небе, драконы опустились на черный камень крепости Утумно, и их обволок темный дым.       Мелькор взмахнул рукой, и туман рассеялся, открывая вздору наблюдающих трех человек в длинных темных одеяниях. Айнэ тотчас узнала себя и своих братьев. Осознание того, что она была порождением Моргота, огнедышащим драконом, выбивало из колеи не только Айнэ, всеми силами желающую избавиться от этих воспоминаний, но и эльфов, стоявших рядом с ней.       Видение сменяется другим. Теперь видно поле боя, армию эльфов, сражающихся против сотен тысяч орков и других злых тварей, а в небе витают драконы. Те самые три дракона приземляются прямо на небольшой отряд, штурмующих один з черных ходов в крепость. Один из них, самый крупный, голубоглазый, рычит и напрягается всем своим змеиным телом, чтобы изрыгнуть пламя. Можно даже заметить его оскал и ухмылку на чешуйчатой морде. А все из-за того, на кого он смотрит.       Сжимая в руках эльфийский клинок, молодой эльф с длинными белыми волосами встает в боевую стойку, намереваясь выколоть дракону глаз. Ступая тяжелыми лапами по мертвым телам эльфов, дракон подходил все ближе к беловолосому принцу. Тот не боялся, ну или искусно скрывал свой страх.       — Я помню его, — негромко произносит Трандуил, не сводя глаз с видения в чаше. — Помню их всех.       Дракон взмахивает крыльями, чуть ли не снося созданным потоком воздуха молодого принца, и выдыхает обжигающее пламя. Принц еле успевает увернуться, но огонь опаляет левую часть его лица. Эльф падает на колени от ужасающей боли, вонзая в землю клинок, за счет которого и держится.       — Балорон! Господин приказал улетать, брось ты этого эльфа, — слышится рев другого черного дракона, в которого и обращалась Айнэ.       Фыркнув, дракон испускает из ноздрей дым и, оттолкнувшись от земли мощными когтистыми лапами, взлетает в небо и теряется среди туч. А юный принц валится на бок, прижимая ладонь к обгоревшей коже. Понадобятся месяцы, чтобы скрыть драконий ожог. Он сражался с великими змеями севера. И проиграл.       — Айнэ – это Эргара, — хмурится Владыка Лихолесья, сжимая кулаки. Леди Галадриель поднимает на него понимающий взгляд.       Это поле боя исчезает, сменяясь другим. Теперь это не Первая Эпоха, а Вторая. Битва у Черных Врат, когда отец Трандуила, Орофер, сглупил и повел свое войско раньше времени. За то поплатился жизнью. Тогда драконы не участвовали в битве, во всяком случае, в своем истинном обличии.       Все произошло слишком быстро. Армия орков была готова их встретить, но удар королю сделали не они. К королю, увлеченного битвой, подкралась девчонка, Эргара, и вонзила длинный моргульский клинок ему между ребер. Рядом с ней появился ее старший брат, Балорон, пнув повалившееся на землю тело короля, а затем ее младший братец, Веридан, плюнул Ороферу в лицо.       — Условия выполнены. Теперь Саурон не посмеет указывать нам. Пора отстроить Утумно, — ухмыльнулся Балорон, и марево рассеялось, а за ним следом появляется другое.       На переднем плане Эргара, стоящая у зеркала и держащая в руках кинжал. Сейчас это лишь видение и ничего больше, но Айнэ вспоминает ту боль, что тогда испытала. Она смотрит на Сильмарилл в своей руке и, вырезав собственный левый глаз, помещает камень туда. Ее лицо меняется: исчезают отметины в виде алых вен, голубеет правый глаз, а на обнаженной спине появляется тату в виде драконьего крыла. Камень меняет ее, и Айнэ вспоминает почему, вот только эльфы об этом еще не знают.       Когда видение пропадает, девушка отпускает руку Галадриель и валится назад, не в силах устоять на ногах. Благо, головокружение быстро проходит, и девушка поднимается на ноги, тяжело дыша. Трандуил, Элронд и Галадриель, может, и не видели всего, но этого было достаточно, чтобы их взгляд на Айнэ изменился.       Их реакция не заставила себя ждать. Лорд Элронд, прикрыв собой Галадриель, отступил назад, а Трандуил, ловко выхватив меч, направил его на Айнэ. Губы девушки задрожали, то ли от обиды, то ли от страха. «Это ведь прошлая жизнь! Сейчас я не такая!» — кричало сознание Айнэ, но выговорить она ничего не смогла, лишь успела выхватить у Элронда кинжалы, чтобы было чем защищаться.       — Это была ты, — ярость пылала в глазах Трандуила, а его пальцы все увереннее сжимали рукоять клинка. Ледяной голос обжог Айнэ изнутри, и она сорвалась.       — Я! Я, черт возьми! — выпалила она, совершенно не сдерживая эмоций. — Я совершила слишком много ошибок. Когда я коснулась сильмарилла, вина сожрала меня изнутри. Эта боль была сильнее даже чертового камня в моем глазу!       Трандуил в удивлении вздернул бровь.       — Я украла его, предала братьев и сбежала. Единственное место, куда я могла его поместить – собственный глаз. Чувство вины было настолько всепоглощающим, что магия этого камня решила избавить меня от нее. Взамен я потеряла все: себя, память, свою силу, — и все, чтобы облегчить твою боль. Жаль, что я опоздала, — Айнэ выпустила кинжалы, падая на колени. — Прости, что я опоздала…       Владыка, опешив, опустил меч, а Элронд сделал несколько шагов к Айнэ, опуская руки на ее плечи. Сейчас она была совершенно другим человеком.       — По крайней мере, ты освободилась от чувства вины, — вздохнул Элронд.       — Даже свобода может быть проклятьем.*