What if

Тени плясали свой исступленный танец на стенах. Свечи, плача воском, отбрасывали причудливые блики на два сплетенных в объятии тела, стоящих посреди комнаты. Она прижималась к нему, и расплавленное серебро его волос смешивалось с ее темными локонами, создавая единое, пусть и противоречивое, целое. Он был статным, величественным и могучим даже в этот интимный момент - казалось, что если бы у него были крылья, он спрятал бы ее хрупкость среди оперения. От чего же так страшно? Почему дрожь в теле никак не желает уняться? Виноваты в том его пальцы, которые настойчиво справляются с завязками и застежками на платье? Или это холод? Румянец вспыхнул на щеках. Это от того, что он высвободил плечи из плотной ткани, и наряд упал к ногам? Или потому что он не желает отрывать от нее пылкого взгляда, рассматривая исхудавшее тело и ловя доверие, отразившееся в ее глазах? Огонь...Этот огонь в его глазах девушка видела впервые. Также светился кулон на ее груди - ярким, ослепляющим, но все же благостным пламенем. У него можно было греться. Он наконец-то разрушил ледяную дверь, скрывающую его суть. И не было границ сейчас. Не существовало слов "король", "гостья". Не ощущалась разница: его сердце стучало также, как ее, кожа была такой же горячей, а внутри сжимался болезненный страх причинить боль и обидеть. Оставшись обнаженной, Района инстинктивно попыталась закрыть груди одной рукой, вторую опустила пониже живота. Эльф осторожно отнял ее ладонь и поцеловал подрагивающие пальцы. Она несмело высвободила руку и коснулась его лица. Он чуть прикрыл глаза, а затем сделал шаг, и расстояния между ними не осталось совсем. Приподняв ее за талию, отчего девушка испуганно зажмурилась и тихо взвизгнула, Трандуил понес ее к кровати. Когда Ри упала в объятия мягких простыней, а сверху ее накрыло горячее тело, она забыла, как дышать. Рвано и судорожно хватала она ртом плотный и сухой воздух, не зная чему поддаться: странной истоме в теле, которая вспыхнула с невероятной силой, или страху, который убеждал отказаться от намерений и сбежать, пока не поздно. Но его губы все больше убеждали в правильности ситуации. Они оставили теплый, влажный след на шее и ключицах, спустились ниже, касаясь груди невесомым поцелуем. Ри взвилась, ощущая, как глаза обжигают слезы. Эмоции захлестывали ее и били через край, обтачивая ее обнаженную душу, словно бурлящая волна обтачивает скалу. Девушка вцепилась в его волосы, отчего он зашипел, но руки ее не отвел - Района ослабила хватку, почувствовав себя виноватой. Ему ведь должно быть хорошо. Она не должна причинять ему...Ах! Что же он делает? Его ладонь скользнула вверх по внутренней части бедра и замерла на самом чувствительном месте, а затем стала ласкать его. Девушка протяжно выдохнула и скомкала простыню руками. Трандуил вернулся к ее губам и стал покрывать их отрывистыми поцелуями, заставляя ее дыхание снова сбиваться с ритма. Она не заметила, как он освободился от остатков одежды, но ощутила, как нечто твердое, горячее и влажное упирается ей в бедро. Ри напряглась и попыталась отстраниться, но Трандуил, обнимая ее и позволяя лечь на свою руку, прижал девушку к себе, не давая пошевелиться. Когда она расслабилась, снова поддаваясь его ласкам, он шепнул ей на ухо: - Согни ноги в коленях. Она послушалась. Закрыв глаза, Района ждала. Услышав его протяжный вздох, девушка шумно сглотнула. Но она не успела отметить в памяти этот момент: сильная боль пронзила ее тело от макушки до пят слишком внезапно, сконцентрировавшись между ног. Она не успела подготовиться. Он был внутри: обжигающий, словно открытый огонь. Даже нежные поцелуи, которыми эльф покрывал ее лицо, не могли избавить ее от безумного ужасающего чувства, от которого хотелось убежать. Она не думала, что все будет так. Района распахнула глаза и увидела его перекошенное от наслаждения лицо. Морщинка между бровями стала глубже, он скривил и поджал губы. Он вдруг уронил голову ей на плечо и тихо застонал. Ри словно пронзила молния: Трандуил был так прекрасен в своем наслаждении, и мысль, что она - именно она - доставляет ему такое удовольствие, заставила ее расслабиться и постараться отвлечься от собственной боли, которая горячей пульсацией растекалась по телу. Девушка сжала его плечи и подалась навстречу, закусывая губу и давясь рыданиями. - Прости... - шептал он. - Я не хочу...Не надо. Но она двигалась, пока он не перехватил инициативу, привстав, и не поднял ее ноги, почти положив их себе на плечи. Стало легче: боль постепенно уходила, сменяясь непривычным и стесняющим чувством наполненности. Девушка снова задрожала и не смогла сдержать стон, который сменился сдавленными рыданиями. - Тише, тише, - он осторожно опустился на нее, входя глубже. Ри показалось на миг, что ее разрывает каленое железо. Когда он стал двигаться отрывистыми, короткими толчками, девушка приложила немало усилий, чтобы расслабиться. Закрыв глаза и обняв Трандуила за шею, она прижалась к его губам. И тут к боли прибавилось новое ощущение. Его рваное дыхание обжигало шею, кулон нещадно горел на груди, а внутри стало сгущаться чувство острого наслаждения. Так страдание превращается в милость. Так ночь сменяется днем. Яркой вспышкой в темноте были эти ощущения для Районы. Девушка, не помня себя, не в силах была сдержаться, а потому издавала то всхлипы, то стоны, на которые эльф отзывался тихим шепотом. Что именно говорил он, Ри не разбирала: да и разве это было важно? Сплетены тела. Сплетены души. Это главное. Ей показалось, что это длится вечность. С одной стороны ей хотелось прекратить, с другой - чтобы время замерло. Но вот он повысил темп, и Ри испуганно сжалась, снова ощутив сильную боль. - Потерпи, прошу...И не открывай глаза... Зря он это произнес. Девушка, как и прежде, была любопытной, а потому Района приоткрыла сомкнутые веки. В другое время она бы оттолкнула эльфа, не прижимай он ее к себе с силой. На его лице расплывался огромный шрам, обезображивая левые щеку и глаз. Девушка зажмурилась. Но стоило ей снова открыть глаза, как мир вспыхнул перед ее глазами. Он словно увеличился внутри нее и обжег. С громким, протяжным стоном, он сжал ее в объятиях и зарылся в ее волосы. Его кожа приобретала привычный оттенок, а шрам исчезал. Вот что он скрывал своей магией. Шрамы былых сражений. Ушедшей боли. Девушка почувствовала прилив необъяснимой нежности. Коснувшись его волос, отчего эльф вздрогнул, Ри провела по ним ладонью, переходя на чуть влажную от пота спину. - Спаси... - начала Района, но он перебил ее громким шепотом: - Не надо. Не говори ничего. А тем более, не благодари. Он вышел из нее, оставив неуютное чувство пустоты и холода. Девушка сомкнула бедра и обняла себя руками. Трандуил потянулся за покрывалом, которое лежало подле расправленной постели, и, устраиваясь рядом с Районой, накрыл их. Притянув девушку к себе, он коснулся губами ее лба и произнес: - Ты прекрасна. Она лишь смущенно улыбнулась, нежась в его объятиях. Влага между ног приносила неудобство, но ей не хотелось вставать с постели, а тем более отстраняться от эльфа. Небывалая усталость сковала ее, и девушке ничего не оставалось, кроме как закрыть глаза и, беспорядочно скользя рукой по его обнаженному телу, погрузиться в негу. Девушка не заметила, как забылась сном. Трандуил, не нуждающийся в нем, лишь улыбался, глядя на Району, уютно устроившуюся у него под боком, и мягко поглаживал ее плечо. - Lostalle, Norui(Спи, Огненная). Amin arnalle(Я буду рядом).

***

Любовь не знает слова "хватит". Не знает слова "хватит" и одержимость. Как разделить их? Как понять, где проходит грань между жертвенностью, любовью и привязанностью? Даже после самой долгой ночи наступает утро. В простых словах столько надежды...Но эта же фраза способна разбить хрупкий хрустальный шар мечты в один миг. Почему? Почему именно сейчас время так спешит приблизить рассвет, который поставит еще одну печать грусти на израненные сердца? Но новый день обязательно наступит, и жизнь продолжится. Не смотря на то, что между ними - парой, которая сейчас сжимала друг друга в объятиях - все изменится навсегда. Когда нужно было остановиться? И нужно ли было вообще? Где та черта, у которой пора сказать "хватит"? Сейчас это слово потеряло свое прежнее значение, и липкий страх пробирался в сердце. Ведь когда ломаются цепи и табу, когда нарушаются вековые устои, все приобретает новый оттенок. Призма, через которую смотришь на мир, становится многограннее. И то, что раньше казалось неправильным или наоборот, обнажает другой смысл. Владыка Лихолесья никогда не думал, что сможет поддаться простому соблазну, который за одно мгновение станет чем-то большим. Позволит себе вольность и послушает сердце. Окунется в водоворот, который затянет его в собственный ритм, не позволяя владеть ситуацией. Он все еще чувствовал ее женственность, сжимающуюся вокруг его естества. Помнил выражение ее лица, когда он излился в нее. Эти картины стали отчего-то так дороги израненному сердцу. Ведь то была не похоть и не грязь. То, что произошло между ними было настоящим таинством. Эльфийская природа говорила о том, что это неправильно, ведь они не повенчаны. Но в то же время он будто бы знал, что принял единственное верное в этой ситуации решение. Этот диссонанс не позволял ему расслабиться. Да и солнечные лучи, неотвратимо пробивающиеся сквозь вырубленные в скале окна, заставляли думать о том, что время неумолимо, не повышая уверенности в собственных силах. Ведь теперь ему нужно найти в себе остатки мужества и отпустить ее. Даже мысль об их браке обречена, а Района не должна проводить жизнь в одиночестве. Он не представлял, как она объяснится перед мужем, что пришла под венец не девственной, но думать об этом совсем не хотелось. Ведь стоило ему представить, что ее будет касаться кто-то другой, как внутри закипала ярость. - Уже утро? - вдруг услышал он ее сонный голос. Эльф откинул волосы с ее лица и с улыбкой взглянул в едва открывающие глаза девушки. - Недавно стало светать. - Вы спали? Ах, да, Вы ведь не спите... - У меня была возможность отдохнуть, - ответил Трандуил. - Мне пора уходить, так ведь? Эльф вздохнул. Он не хотел произносить вслух ответ на этот вопрос. - Я знаю, что мне пора, - она в последний раз прижалась к нему, изо всех сил сминая пальцами его кожу, и, откинув покрывало, поднялась с постели. Девушка тут же охнула от неприятных ощущений. - Все в порядке? - услышав его обеспокоенный тон, Района улыбнулась. - Да, все хорошо. Просто...непривычно. Он не ответил. Она взяла с пола платье и быстро надела его, ловко шнуруя завязки на груди. Подойдя к постели, девушка присела на край и робко коснулась его щеки. Трандуил прижал ее ладонь своей. - Это было...чудесно, - произнесла Ри. Эльф закрыл глаза, пытаясь магией ослабить давление в груди и сдержать крик, рвущийся наружу. Откуда? Откуда столько боли? - Ступай, Района. - Владыка...Милорд... Он молча взглянул на нее. - Я буду помнить тебя, - в тот момент это не звучало фамильярно, как и не был таковым ее последующий поступок: девушка прижалась к его горячим, сухим губам. - Ты всегда будешь со мной. В моем сердце, - прошептала Района. Трандуил выдохнул сквозь зубы, а затем сказал: - Tessa sina(Храни это), - эльф коснулся ее кулона. - И да, я буду рядом, пока ты помнишь меня. Потому что я не забываю ничего. Девушка кивнула, а затем мягкой поступью удалилась из покоев Владыки, подарив ему напоследок опечаленный взгляд. Он еще долго слышал ее шаги. А она еще долго слышала его голос, произносящий такие важные, но последние искренние слова. И оба они знали точно - ничего уже не будет прежним.

Верни мою невинность, ведь я снова хочу мечтать, Как будто я никогда не вырастал из моей старой детской площадки... Там, где солнце златой короной обрамляет горизонт, а листья поют колыбельные вокруг пустых качелей, Даруй мне те крылья... Позволь мне снова летать, Как я летал раньше, Когда мог пойти на авантюру и выиграть. Я стану выше всей суеты Будущего, и тогда мы увидим Оставило ли оно что-нибудь для меня... Я снова невесом. Перед тем, как тени Падут, словно лист, унесенный порывом ветра в голубой Океан, похожий на твои глаза в Сумеречном театре, Будем играть беззвучную симфонию по всему миру - Мы - одаренные и отверженные.*