МоноХром. Амальгама

      Только за полночь они вдвоем вернулись в старую химчистку. Уже привычный к ночным эскападам майора часовой лишь рукой махнул: проходите, мол.       У Дегтярева оказался, как он выразился, «отдельный нумер» - закрывающаяся изнутри на ржавый, но крепкий засов комната с тремя кроватями, двумя тумбочками, широким письменным столом, на котором даже лампа настольная стояла, и умывальником. Над раковиной умывальника на самодельном проволочном кронштейне висела пятилитровая пластиковая бутыль с мутной водой.       - Располагайся, - Дегтярев радушно повел рукой. - Под окном - моя койка, две другие - на выбор. Куда душа просится.       - Здесь патроны купить можно? Две картонки осталось. А полсотни патронов - это совсем уж голодный паек, - Бродяга скинул рюкзак, бережно положил на тумбочку винтовку, потом, блаженствуя, упал на скрипучую панцирную сетку.       - Патроны достанем, не вопрос, - пообещал Дегтярев. - Нужно умыться - вон, умывальник. За водой - на первый этаж, там бочка. Только мотыля отгоняй, а то как-то невесело червяками зубы чистить.       - Неплохо устроились, - с оттенком зависти сказал Бродяга, припомнив свое недавнее отшельничество в общаге.       - На то и армия. Образцовую казарму из шалаша сделают, - Дегтярев достал наладонник, пощелкал по экрану. - Кстати, по сводкам Выброс будет завтра, вернее, уже сегодня. Лучше бы нам его не проспать, - он пристально глянул на Бродягу. - И лучше бы спрятаться где-нибудь без свидетелей.       - Я правильно тебя понял? - Бродяга вскинул бровь.       - Нет, идиот, - оборвал его мечтания майор. - В прошлый Выброс тебя люто кошмарило, и вот лично мне не хочется, чтобы это кто-нибудь видел, кроме меня. Да и я предпочел бы не видеть.       - Есть место, - смутившись, сказал он. - В общаге. Комендант себе гнездо параноика устроил. Прикинь, комнату листовым свинцом обшил, и это в советские времена!       - Эк его... - хмыкнул Дегтярев. - Хорошо. Предложение принимается за неимением альтернатив. Короче, сейчас спать, а с утра дневальный поднимет - и рванем в общагу. В тумбочке одеяло возьми, под утро похолодает.       Бродягу не нужно было уговаривать. Истосковавшись даже по такому нехитрому уюту, он завернулся в байковое одеяло, попахивающее сыростью и мышами, но все же теплое, сухое. Дегтярев при свете настольной лампы что-то писал в толстом блокноте и тихо напевал себе под нос, время от времени попискивал его наладонник, и все это было так... по-домашнему, так напоминало безвозвратно потерянную жизнь с той стороны Периметра...       - Служба? - участливо спросил Бродяга.       - Что? - майор ненадолго оторвался от блокнота, исписанного ровным убористым почерком. - А... Нет, скорее, просто работа. Прикидываю, что да как с этим источником пси-излучения, насчет которого Герман все плешь переедает.       - А переедает? - заинтересовался, выглянув из-под одеяла, Бродяга.       - Канал через спутник, - Дегтярев постучал по хай-тековой серебристой коробке с толстой, закатанной в нечто черное антенной. - А это - ретранслятор. Вай-фай, который всегда с тобой. Герман все нудит по пять раз на дню: когда, мол, Саныч, результаты будут? А я их что, наколдую? Выброс нужен, Выброс. Тогда и триангулировать можно. У меня сейчас измерительная база шикарная - полтора километра между детекторами. Засекут заразу, как пить дать!       Он повысил голос в азарте, словно пытался сам себя переспорить. И Бродяга даже позавидовал этому воистину юношескому запалу. Этот же запал с самого детства мечтался ему, когда он читал «Понедельник начинается в субботу» или смотрел древнюю комедию про Шурика, где тот экзамены по физике сдавал. Жаль, сейчас этот восторженный энтузиазм был ему в диковинку. Но он смотрел на Дегтярева, завернувшись в одеяло на манер паранджи - только глаза да нос наружу - и очень надеялся подзаразиться этим от странного майора СБУ, увлеченно ломающего голову над научными проблемами в звездную августовскую ночь...       - А засекут - так мы туда с тобой и сходим, посмотрим, что к чему, - Дегтярев потер ладони. - Будет круто.       - Ага, - помрачнел Бродяга, припомнив, где ориентировочно, по данным Германа, располагался источник пси-излучения. Идти туда ему совсем не улыбалось, но он прекрасно знал, что пойдет. Теперь уж с этим горе-чекистом - хоть к черту на рога. Не то чтобы он не боялся, просто полагал, что отпускать Дегтярева одного, убегать, как он убежал пару дней назад, будет чудовищно неправильно.       - Вот что вырисовывается пока что... Тебе вообще интересно?       - Угу, - отозвался из одеяльного кокона Бродяга. Усталость и нечто похожее на нервное истощение брали свое, и веки его поневоле закрывались, но он старательно тер глаза, лишь бы только видеть, слышать, уцепить эту уютную ночь.       - Короче, предварительные данные. Первое: в двух местах достоверно зафиксирована дополнительная сигнатура в пси-излучении Выброса. Это нам еще Герман сказал, я просто перепроверил, связался с учеными на Янтаре. Это можно считать объективным фактом. Дальше - предположения и версии. Во время того Выброса тебя слишком уж необычно крючило, ожил кусок мозга контролера, да и других странностей, полагаю, было предостаточно. Просто мы о них не знаем пока. Но это - пока! - Дегтярев воздел палец.       - Продолжай, - пробормотал Бродяга. Он очень хотел не упустить ни слова, ни звука, ни жеста, ни взгляда, но предатель-организм так и норовил сбежать от реальности в сон.       - Вот еще странность: даже на «холостом ходу» детекторы, которые мне выдал Герман, зафиксировали сходную сигнатуру в путепроводе, когда тебя накрыло. Это я уже потом обнаружил, когда стал калибровать датчики по здешнему фону. И вот опять - слабый сигнал, но того же спектрального рисунка сегодня, примерно в то же время, когда там этот ваш архимандрит самопальный начал на уши давить. Видел, что случилось? Там даже без сознания люди поднялись. Зомби, классический вариант... А вот интересно, если бы они меня, скажем, укусили, я бы тоже стал в кровожадного идиота превращаться? А во время Выброса обрастал бы щупальцами и сосал кровь... Му-ха-ха!       Дегтярев откровенно веселился. Ему и впрямь была интересна вся эта научная детективщина. Сейчас он был похож на мальчишку-пиромана, которого пустили в школьную химлабораторию и разрешили брать любые реактивы.       - Короче, самая правдоподобная версия: все это проделки этого вашего Монолита. Но не того, который некий сталкер в щепу разнес, а... ну, в общем, пусть даже кустарная, слабенькая, но технология «О-Сознания» у клана каким-то макаром сохранилась. Поправь меня, если ошибаюсь: в районе причального комплекса у «Монолита» своя база? Ну или, учитывая специфику, храм какой-нибудь, часовенка там...       - База была. Укрепленная. Крепость средней линии, - глухо ответил Бродяга из-под одеяла. - И сейчас наверняка есть. Но вот насчет технологии...       - Есть другое объяснение? Излагай.       - Дело не в технологии. Как бы тебе попроще-то... Словом, тот тип, которого ты архимандритом назвал, это Проповедник. Погоняло очень точное, заметь. Так вот: Проповедник безо всяких приборов многих из наших мог за мозги ухватить навроде контролера. Не со всеми, конечно, прокатывало, но все-таки... Хочешь разобраться, что к чему - отлови его да сдай ученым на опыты. Лично я только рад буду. Даже помогу, чем смогу. А приборов и технологий ты не найдешь. Нет их, уж поверь мне.       - И много у вас таких Проповедников? - враз посерьезнев, спросил Дегтярев.       - На моей памяти он один такой. Других я не встречал. Да и не настолько он силен, чтобы вот так, аж на Янове человека достать. Ему визуальный контакт нужен. Так что не в том направлении голову ломаешь. Впрочем, тебе виднее...       - Данных маловато. Не люблю домыслы, - Дегтярев тяжело вздохнул. - А домысливать приходится. Ладно, ты спи. Я еще подумаю. Глядишь, завтрашний Выброс что-то да прояснит...