Глава 8
10 февраля 2015 г., 14:35
Ворвавшись обратно в зал, Саджо подскочил к омеге, который, довольно улыбаясь, уселся на трон и поправлял свою одежду. Заметив разъяренного короля, зазывно осмотрел его и поманил к себе пальцем.
Возбужденный мужчина прищурился, понимая, что пришел конец тому, чего и так практически не было. И почему? Потому, что чертов бывший любовник попытался соблазнить его, а когда не вышло, пошел открыто. Саджо не сопротивлялся, давая Ово время самому понять, что ничего больше не будет. Ведь сколько омега ни пытался, как бы ни извивался, не смог затмить в сознании Саджо облика беты в момент близости.
В два широких шага альфа подскочил к омеге и схватил за запястье, сжимая пальцы так сильно, что любовник воскликнул, поморщившись от боли.
— Саджо, мне больно, аккуратнее, — пропел Ово, свободной рукой задирая платье и обнажая бедра. Все, кто когда-то видел его ноги, говорили, что они самые красивые в мире. А еще он готовился к течке, которую хотел бы вновь провести с королем. Альфу всегда дурманил его аромат. Этим-то Ово и намеревался воспользоваться, Саджо не выстоит против его идеального тела.
Вот только король был иного мнения.
Медленно склонившись над омегой, Саджо схватил его второй рукой за шею, сжимая напряженной рукой. Все его существо было словно натянутая тетива. И все из-за Ово, шлюхи, что желает больше, чем достоин. Омега всегда привлекал мужчину только телом, характером не блистал. Только в постели был искушен настолько, что удивляло, будто Ово попал к Саджо невинным. Вспоминая сейчас их первую ночь, альфа понял, что любовник все время лгал ему. Искушенный Тирас в первую близость был куда невиннее, чем Ово. По большей части короля раздражало поведение, щебет омеги. А сейчас так и вовсе все в нем казалось лишним.
Прожигая взглядом взволнованные глаза омеги, Саджо скользнул губами по его щеке, к уху, и, обдав тонкую шею горячим дыханием, прошептал:
— Предупреждаю в последний раз, остепенись, пока не поздно.
Ово начало заметно трясти от близости с мужчиной. Никогда прежде за все годы он не видел Саджо в подобном состоянии. Сейчас его ярость была ощутимой и подавляющей.
— Но... — пролепетал омежка, едва дыша.
— Ты знаешь, что случилось со слугой Тираса, с Джу, — прорычал альфа, сильнее сжимая руками запястье омеги, его шею. Ово судорожно сглотнул, чувствуя, как ладонь короля мешает дышать.
— Ты не сделаешь со мной то же, — неуверенно шепнул Ово, широко распахнутыми глазами глядя на зал. Смотреть на короля он был не в состоянии. Видимо, как и говорил Лу, Ово слишком самонадеян, ему нужно было остановиться, когда была возможность.
— А ты проверь, — спокойно проговорил Саджо и, внезапно отпустив омегу, отступил на несколько шагов.
Он смотрел на Ово, но не видел его, руки были сжаты в кулаки. Саджо не знал, что теперь делать. Как вернуть то, что удалось создать между ним и Тирасом. Их отношения были слишком хрупки, переживут ли они сегодняшний случай? Саджо не хотел, чтобы Тирас ненавидел его, хотя он ведь не покажет этого. Бета никогда не показывал свои чувства. Словно ему все безразлично. Даже сегодня, когда застал Саджо и Ово, Тирас не показал, что чувствовал в тот момент. Возможно ли, что ему действительно все равно, и он вовсе не притворялся?
Ово, глядя на альфу, медленно сполз с трона на пол, подобрав рубашку, отполз за кресло. Не слыша никаких действий Саджо, кинулся к двери, через которую несколько минут назад вышел Тирас. Выскочив в коридор, где оказался Лу, ищущий Саджо, Ово налетел на него. Окинув перепуганным взглядом, обогнул мужчину и споткнулся, едва не упав, но поспешил к себе, в свои комнаты, надеясь, что там безопаснее.
— Ово, — позвал удивленный Лу, но омега не откликнулся. Пожав плечами, мужчина вошел в зал. Приблизившись к Саджо, который стоял, словно статуя, Лу спросил:
— Что случилось? Никогда раньше Ово не убегал от тебя таким перепуганным.
Король перевел взгляд на Лу.
— Ох, ну что ты снова учудил? — скривился Лу, видя состояние друга.
— Где Тирас? — вопросом на вопрос ответил Саджо. Ощутив, насколько он напряжен, разжал руки и шагнул к креслу, падая в него и прикрывая лицо ладонью.
Что ему теперь делать? Как все вернуть?
— Ну, я его не видел, — ответил Лу, поражаясь, насколько нужно быть тугодумом, чтобы повторять одни и те же ошибки все время. — Мне кажется или на самом деле в этот раз все намного серьезнее?
Саджо лишь тяжело вздохнул в ответ.
Что же делать?
***
Тирас был настолько зол, что сам не заметил, как покинул замок и затерялся среди горожан, которые сновали по площади даже после заката. Он не знал, куда идет и зачем, ноги сами несли его подальше от Саджо, от жизни с ним, от предательства. — Ваше величество?! — раздался знакомый голос, и Тирас перевел взгляд на говорившего. — Что с вами? Преграждая путь, перед юношей стоял давешний страж, что сопровождал королевского супруга на прогулку днем. Видя взгляд короля, Фол вздрогнул, с таким он никогда еще не сталкивался, ни у одного альфы, ни у омег не было таких глаз. Абсолютно пустые зеленые потухшие глаза. — Все хорошо, спасибо, — по привычке ответил Тирас и шагнул дальше. Фол понял, что в подобном состоянии юношу нельзя отпускать и схватил его за руку. Тирас остановился и обернулся к нему. — Не согласитесь ли разделить ужин со мной и моим супругом? — спросил мужчина, гадая, как быть. Если король ушел из замка, значит, что-то случилось именно там, если произошел разлад с королем Саджо, то юноша не согласится вернуться, пока не успокоится. Но если виноват кто-то другой, то нужно сообщить королю. — Спасибо, — кивнул Тирас, не вдаваясь в смысл слов стража. Фол снял свой плащ и накинул его на короля. Вечером было прохладно, а он альфа, потерпит. Прикрыв голову Тираса капюшоном, Фол указал нужное направление в сторону своего дома. — Прошу, — поклонился он Тирасу, юноша только окинул его безразличным взглядом и, не говоря и слова, шагнул. Через несколько минут полного молчания спутники остановились у дверей в небольшой деревянный дом. Таких за пределами крепости было достаточно, все дома были одинаковыми, но различались состоянием. Кто-то ухаживал за своим жильем, кто-то не очень. Распахнув дверь своего дома, Фол пропустил короля внутрь и прикрыл ее, закрыв на защелку изнутри. — Дорогой, ты вернулся? — послышался приятный голос из соседней комнаты. Сами путники оказались в большой комнате, в центре стоял стол и несколько стульев вокруг него. Также имелся небольшой камин, несколько полок с посудой и ниш. — Да, — крикнул в ответ Фол, снимая с пояса ножны. — Мили, подойди, пожалуйста. Фол указал рукой на стул у стола, предварительно отодвинув его, приглашая короля присесть. Тирас все так же бездумно кивнул, но с места не сдвинулся. — Что-то случилось, Фол? — выплывая из соседней комнаты, вытирая руки полотенцем, спросил невысокий симпатичный рыжеволосый омега. Заметив гостя, вопросительно уставился на супруга. — Эм, — замялся Фол, никогда раньше он не приводил друзей домой, а как представить сейчас короля. — Это его величество Тирас. — Здравствуйте, — скидывая с головы капюшон, вежливо проговорил бета, разглядывая омегу. Симпатичный и добрый. — Для меня честь встретиться с вами, — поклонился Мили, гадая, что понадобилось королю в его доме. Сердце учащенно билось от волнения. Их простой дом не был подходящим местом для высокородного господина. — Ваше величество, присядьте, пожалуйста, а я поговорю с мужем, всего несколько минут, — шагнув к омеге, попросил Фол. — Простите за беспокойство, — кивнул Тирас и прошел все же к столу, присаживаясь на стул. Альфа и омега скрылись в комнате, которая, судя по запахам, была кухней. Пока супруги тихо перешептывались, Тирас думал, хотя сил на это уже не было, но мысли о Саджо не покидали. Юноша просто не знал, что ему теперь делать. Сделать вид, будто ничего не произошло, и позволить Саджо и впредь выставлять его ничтожеством перед другими? Или возмутиться, что в принципе не принесет никаких плодов. Прошло несколько минут, прежде чем Тирас уловил тихий странный звук из другой комнаты. Прислушавшись, понял, что это плач ребенка. Взглянув на дверь, где скрылись супруги, Тирас поднялся из-за стола и шагнул на звук. — Сэр Фол? — позвал бета, но ответа не услышал, только звук звякнувшей посуды. Взяв на себя смелость, все же не абы кто, а король, Тирас вошел в другую комнату, где стояла широкая постель, несколько сундуков и детская люлька. Скинув плащ, юноша подошел к детской постели. Заглянув, увидел маленький комочек, чье личико уже было мокрым. Ребенок плакал, но звук его плача был тихим, видимо проблемы с голосом. — Все хорошо, не волнуйся, — улыбнулся Тирас, забыв обо всем на свете, видя маленькое чудо. Протянув руки, бета взял на руки малыша и прижал к себе, держа так, как учили его еще дома. Оглядевшись, заметил на столе сложенные пеленки. Взяв одну, присел на постели и уложил на нее младенца. Легко и быстро юноша перепеленал дитя и вновь взял на руки. — Какой ты красивый. Не плачь, я с тобой, — улыбнулся юноша, успокаивающе покачивая ребенка. Выйдя из комнаты, вернулся за стол, сев поближе к камину. Глядя в чистые карие глаза, юноша нежно шептал ребенку всякие глупости, усыпляя бдительность до тех пор, пока малыш не зевнул сладко и прикрыл глазки. — Простите, ваше вели... — Мили замер на полуслове, остановившись рядом со столом, держа в руках две тарелки с ужином, и потрясенно смотрел, как его ребенок спал в руках короля. — Почему Рики в ваших руках? Тирас повернул лицо со счастливой улыбкой к омеге и ответил: — Он плакал, а вы разговаривали. Не волнуйтесь, я умею обращаться с маленькими детьми, — и более не обращая внимания на родителя малыша, Тирас стал напевать красивую мелодию, продолжая покачивать ребенка. — Простите, — покраснел Мили. — Рики тихий ребенок, иногда его сложно услышать. — Все хорошо, — улыбнулся бета. В комнату вошел Фол, неся в руках несколько тарелок. Увидев сына в руках короля, смутился и кинул вопросительный взгляд на супруга. Тот пожал плечами, мол, все хорошо и снова скрылся на кухне. Мили удивился теплому отношению благородного гостя к обычному ребенку. Немногие придворные сами о своих детях заботятся, что уж говорить о чужих. По тому, как бета держал младенца, по тому, как ворковал, омега понял, что королю можно доверить ребенка. Приготовив все для ужина, Мили забрал у Тираса сына и отнес в спальню, вновь уложив в кроватку. Вернувшись, поблагодарил юношу. После все приступили к трапезе. Тирас попросил рассказать ему о Рике, и омега со счастливой улыбкой поведал королю все, что уже за столь короткую свою жизнь научился делать малыш. — Простите, вам пришлось нянчиться с нашим сыном, — снова извинился Мили, когда ужин подходил к концу. — Все хорошо, — улыбнулся Тирас. — Я люблю детей. Мили лишь кивнул, бросив взгляд на супруга, который молча ел, не вмешиваясь в их разговор. — Можно спросить? — обратился омега к королю. — Конечно, — кивнул бета, отмечая, что Мили готовит просто превосходно. Даже лучше чем повар на королевской кухне. — Почему вы здесь? Тирас не донеся кружку с чаем, опустил руку, гулко стукнув по столешнице. Лицо из безмятежного снова стало холодным и опустошенным. — Верно, почему я здесь?! — согласился юноша, вспоминая, что произошло. Сердце сдавило болью от предательства Саджо. Не то чтобы он уже любил альфу, но, по крайней мере, надеялся, что после близости что-то изменится к лучшему. Жаль, что его надежды не сбылись. — Эм, я не против, просто интересно, — всполошился Мили, видя нахмуренного мужа и расстроенного короля. — Ваше величество, вы не обязаны отвечать, если не хотите говорить об этом. Мили, не болтай лишнего, — заговорил Фол. — Я просто подумал, что вам нужно место, где вы сможете привести свои мысли в порядок. Но вы же понимаете, что я обязан сообщить королю Саджо о вашем местоположении. — Я понимаю, — вздрогнул Тирас при упоминании имени мужа. — Не стоило доставлять вам неприятности. Я сейчас же покину ваш дом. — Нет! — пресекая попытку беты встать из-за стола, воскликнул Мили. — Можете остаться. В этом ведь нет ничего плохого. — Я не гарантирую, что все будет хорошо, когда Саджо узнает, что я был у вас, — нахмурился юноша. Он не хотел подвергать опасности тех, кто принял его тепло, но и идти ему некуда было, только в замок. А в нем Саджо и его любовник. Тирас еще не готов смотреть в их глаза. — Ну, Саджо ведь не убьет нас за это, — попытался пошутить Мили, но, видя взгляд Тираса, примолк. Все же юноше виднее, ведь он с ним живет бок о бок. — Мне пора, — поднявшись на ноги, сообщил Тирас. — Спасибо за ужин, Мили, вы потрясающе готовите. — Спасибо, но... — растерялся омега. — Так будет лучше, — попытался улыбнуться бета. — Нет, — тоже встав, сказал Фол. — Останьтесь, я схожу в замок и сообщу, где вы. Попрошу дать вам время прийти в себя. — Вы уверены? — с сомнением спросил юноша. Он хотел остаться, еще провести безмятежно время рядом с добрым Мили и его сыном. Но не был уверен, что Саджо не разозлится, узнав, что супруг портит его имя, общаясь с простыми людьми. Многие придавали огромное значение статусу в обществе. И, возможно, Саджо такой же. — Мы настаиваем, — улыбнулся Мили. В то же мгновение послышался тихий плач, и омега кинулся к спальне. — Позвольте мне, — попросил Тирас, так же устремляясь на звук. Стоило ему только подумать о ребенке, как он забывал обо всем. Так было всегда. Тирас любил детей, дети любили его. — Если вы хотите, — подмигнул Мили. — Я люблю детей, но своих у меня никогда не будет, — кивнул Тирас и вошел в спальню. — Наверно, это очень тяжело, — прошептал Мили, сочувствуя человеку, у которого никогда не будет того, что желают все семьи. — Не думай об этом, — подходя к супругу и приобнимая его за плечи, ответил Фол. — Мне пора, — поцеловав омегу в щеку, мужчина накинул плащ и вышел из дому. Он, как и Тирас, не знал, к чему приведет все это. Но даже не зная причины, Фол мог точно сказать, что жизнь беты наполнена трудностями, как и у всех. Последующих несколько часов Тирас и Мили свободно разговаривали, ухаживая за Рики. Как оказалось, у них было много общего, несмотря на то, что они из разных миров. Тирас так же узнал, что многие в столице говорят на его языке, так как много было пленников, дезертиров и просто тех, кто путешествовал. Этот факт намного облегчал их общение. Мили пообещал научить юношу их языку и истории, а Тирас пообещал помочь с улучшением фактов о его стране. К тому моменту, когда вернулся Фол, Тирас уже посапывал на постели рядом с Рики. Мили же наводил порядки. — Ну как? — взволнованно спросил Мили, но, завидев спутника супруга, замер и шагнул назад. Фол не ответил, только посмотрел на омегу усталым взглядом. — Где он? — зычно спросил Саджо, оглядывая комнату. Его несколько удивило, что Тирас сам захотел остаться в столь простом доме. Мили лишь указал рукой в сторону спальни, забыв как дышать от страха. Король Саджо выглядел не лучше чем Тирас, когда тот только пришел к ним. Широкими шагами Саджо прошел в спальню, хотел было сказать что-то, но передумал, видя, как его супруг спит, бережно обнимая малыша. Такого спокойного, расслабленного выражения его лица Саджо никогда еще не видел. Все напряжение тут же спало, злость и волнение улетучились. Присев на край постели рядом с Тирасом, мужчина несколько минут смотрел на него спящего, стараясь запомнить каждую черточку красивого лица. Неизвестно, сколько бы Саджо так просидел, но Рики зашевелился, и бета тут же распахнул глаза. Почувствовав чей-то взгляд, испуганно повернул голову к супругу. — Саджо, — сонно шепнул Тирас, садясь и беря на руки малыша, собираясь успокоить его. — Что ты здесь делаешь? — Пришел за тобой, — попытался улыбнуться мужчина, давая время юноше взять себя в руки. Протянув руку, коснувшись ею лица юноши, Саджо склонился, желая поцеловать его и все объяснить. Тирас уже справился с удивлением и снова натянул на лицо каменную маску и отстранился, не позволяя мужчине прикоснуться. — Хорошо, — кивнул он. — Но пообещай, что ничего не сделаешь этой семье. — А должен? — растерялся король, отнимая руку. У него и в мыслях не было, разве что только отблагодарить. Ведь не оставили чужеземца на улице. — От тебя всего можно ожидать, — поднимаясь с постели, отозвался юноша и вышел в общую комнату. Мили тут же подскочил к нему и забрал ребенка. — Еще раз простите за беспокойство, — извинился Тирас, чувствуя сильную хватку Саджо на своем запястье. — Все хорошо, — напряженно улыбнулся Мили, Фол подошел к нему и обнял, показывая королям, что не позволит причинить вред своей семье. — Спасибо, — кивнул Саджо Фолу и потянул Тираса за собой прочь из уютного дома. Напряжение между королевской четой вновь возросло.***
Стремительно продвигаясь вперед, не обращая внимания на горожан, спешащих выразить свое почтение королю, Саджо крепко сжимал руку Тираса и вел в замок. Оба молчали, Саджо размышлял, как ему объясниться, — натворил дел, и теперь нужно было расхлебывать. Тирас просто не мог поверить, что после случившегося мужчина так спокойно пришел за ним и даже не извинился. А чего еще он от него ожидал? Что Саджо будет хорошим внимательным мужем? Слишком глупо на это надеяться, подобное просто невозможно. Обоих одолевали бури чувств, но никто не позволял им взять верх. Только не на виду у всех. Как и все королевские семьи, все, что произошло сегодня, останется в стенах векового замка. Даже слуги не посмеют сказать, как живут супруги. О слухах можно было не волноваться. Ворвавшись в замок, пара столкнулась с Морэ, который, испуганный пропажей господина, тут же кинулся к ним, но, увидев их лица, остановился. — Господин Тирас... — прошептал омега, не зная, то ли молиться за сохранность беты, то ли за сохранность Саджо. Пара выглядела настолько гармонично-яростной, что было чего опасаться. Казалось, нужно лишь щелкнуть пальцами, чтобы супруги набросились друг на друга. — Нашел-таки, — усмехнулся Лу, видя чету из другого конца залы. — Не испорть все вновь, Саджо. Мужчина перевел взгляд на юношу неподалеку. Несмотря на подавление воли, Джу следил взглядом за Тирасом, всегда оказывался поблизости с бетой. Стоит ли волноваться о нем? Могла ли любовь к другу детства стать спасением от полного уничтожения? Неважно, присмотреть надо бы. Ворвавшись в спальню, Саджо только там отпустил руку супруга. Тирас прошел в центр комнаты и замер, напрягшись всем телом, пытаясь предугадать дальнейшие действия мужа. Он боялся его гнева, того, что за ним последует. Саджо же тихо прикрыл дверь и уставился в спину беты. Несколько минут они молчали, никто не хотел первым нарушать тишину, хотя Саджо понимал, что заговорить именно он обязан первым. Но так трудно было преодолеть волнение. Что сказать в свое оправдание? Если вспомнить, то именно он застал Тираса в подобной ситуации и наказал, жестоко унизил перед слугой. Так почему Тирас не имеет права злиться на него, подозревать в измене, ведь Ово бывший любовник мужчины. И все же юноше хватило благоразумности не совершать опрометчивых поступков, а просто скрыть все в себе. С одной стороны, это давало надежду, с другой — если бы Тирас поступил так же, как Саджо, они были бы в расчете. И в будущем просто посмеялись бы над сложившейся ситуацией. А так... — Я скажу лишь одно, — прервал молчание мужчина, сложив руки на груди, оперся спиной о стену. — Между нами ничего не было. Тирас ответил тихо и спокойно, чем заставил короля задуматься, а есть ли у беты к нему хоть какие-то чувства, заслужил ли он их. — Вы не обязаны передо мной оправдываться. Меня это не касается. Как же тяжело было сказать подобное. Тирас отчетливо понимал, что не имеет прав претендовать на место в сердце мужчины. Альфа сразу сказал, что у него нет шансов. Почему же тогда в глубине души Тирас надеялся, молился. Все было впустую изначально. Слишком спокойно и холодно отозвался юноша, можно ли надеяться, что это и есть наказание? Или лучше опасаться того, что будет позже? За все время брака Тирас вытерпел немало от Саджо, и никогда не жаловался, не пытался сбежать. Что его держало, заставляло терпеть, только ли долг перед странами? — Ты так говоришь, будто тебе все равно, — насупился альфа, оттолкнувшись от стены, шагнул к супругу. — Или тебе правда плевать, где я и с кем? Главное, чтобы тебя не трогал? От собственных последних слов, мужчина скривился, понимая, что избегать его у Тираса есть все права. Тирас заметно вздрогнул от слов супруга и стремительно обернулся, прожигая яростным взглядом зеленых глаз. Да как он смеет говорить о каких-то чувствах, когда сам ничего в этом не понимает?! Только Тирас пытался подстроиться под чужака, только юноша пытался понять его и прощал все это время. Только он на что-то надеялся. Если сам король относится к нему как к пустому месту, почему Тирас не имеет права отплачивать ему той же монетой?! — Не тебе говорить о чувствах других, — прорычал Тирас, сжав кулаки. Саджо удивила реакция юноши и в то же время обрадовала. Значит, ему не все равно. — Ты ничего не понимаешь, не пытаешься принять меня, — продолжал шипеть бета. — Делаешь все возможное, чтобы моя жизнь стала кошмаром, чтобы я возненавидел тебя. Наверное, избавился бы от помехи, но договор не позволяет, так ведь? Альфа нахмурился, не совсем понимая, о чем говорит Тирас. У мужчины и в мыслях не было избавляться от него. И его задевал факт, что бета уже второй, кто считает, что он хочет его убить. Не хотел и не собирался. Но как донести это до него? — Ты ошибаешься, — подходя вплотную к супругу, ответил Саджо. Подняв руку, хотел было коснуться лица юноши, таким образом попытаться успокоить и показать свои истинные намерения. — Не прикасайся ко мне после него, — отшатнулся бета, ударив руку мужа своей ладонью. — Меня тошнит от его запаха на тебе. Вообще беты не часто замечали запахи других, омег и альф, но иногда аромат чужого тела был настолько сильным, что не обращать на него внимания было просто невозможно. — Тирас, — предупреждающе рыкнул Саджо, снова делая попытку коснуться молодого человека. — Я сказал нет, — снова отступив, ответил юноша. Сейчас он правда испытывал отвращение к этому человеку, за его предательство и неуважение к нему. А еще аромат чужого тела на его собственности. Формальной собственности, потому как Ово имел больше прав на Саджо, чем Тирас теоретически. — Ну уж нет, — рявкнул Саджо, хватая парня и толкая на постель, придавливая своим телом сверху. — Я хочу к тебе прикасаться, и я докажу, что ты принадлежишь мне, пока я того хочу. — Отпусти! — воскликнул Тирас, пытаясь вырваться. Альфа был сильнее, но Тирас тоже не лыком шит, потому ему удалось в какой-то момент борьбы ударить мужчину локтем по лицу. Осознание произошедшего пришло моментально, Тирас замер, взволнованно глядя на супруга, Саджо же был потрясен силой удара. Это был первый раз, когда Тирас поднял руку на короля, хоть и случайно. Потому и не знал, к чему это приведет. Видя по лицу альфы, что он готов разорвать бету, но вполне сдержится, Тирас прошипел со всем ядом, на который был способен в данный момент: — Я не хочу тебя! Вперив взгляд в бледное лицо, Саджо перехватил руки парня у запястья и отвел за голову. Навалившись всем телом, уверенно прорычал: — Я сделаю так, что ты захочешь. Начиная с этого момента и до утра. Одной рукой удерживая запястья юноши, Саджо второй разорвал ворот его рубашки, оголяя плечи и грудь. Удлинив клыки, впился в плечо супруга, ставя метку. — Нет... — прошептал Тирас, выгнувшись от боли, широко распахнув глаза, едва подавил вскрик. Сжав руки в кулаки, впиваясь ногтями в ладони, Тирас мысленно проклинал короля, понимая, что ничего никогда не изменится. Только не у них.***
Утром Морэ собирался постучать в дверь королевской спальни, когда неожиданно она сама распахнулась. На пороге стоял посвежевший Саджо в отличном настроении, которое не портили заметные ссадины на лице и шее. Подмигнув слуге, король вышел из комнаты и, прежде чем скрылся в коридоре, сообщил: — Не буди Тираса, пусть отоспится. Морэ с удивлением проводил взглядом короля и вошел в спальню. Балдахин на постели оказался задернут, но с одного края был неплотно завешан. Подкравшись к постели, дабы не разбудить господина, Морэ заглянул в темноту. Ничего особенного он не увидел. Только смятую постель и Тираса, завернутого в одеяло, словно в кокон, лежащего поперек матраса, и лишь его черные волосы выделялись среди белых тканей.***
Следующим днем уже к полудню Морэ собирался проведать Тираса, который из спальни не выходил, даже не прикасался к подносу с едой. То ли спал все это время, то ли не хотел. Направившись через залу к лестнице, Морэ заметил странного молодого мужчину с ребенком на руках. — Я могу вам помочь? — подходя к гостю, спросил Морэ. Этого человека он уже видел, вроде бы даже с одним из стражников в замке. Скорее всего, омега пришел навестить супруга. — Здравствуйте, мне бы с Морэ поговорить, слугой короля Тираса, — приятным голосом ответил молодой отец, взволнованно оглядывая зал. Фол не знал, куда Мили отправился, и сейчас омега волновался, как бы не попасть на его глаза. — Я Морэ, но впервые вижу вас, — скептически оглядев Мили, ответил омега. — Я... как бы объяснить, — растерялся Мили. Он не знал, можно ли говорить, как он познакомился с Тирасом. И вообще не был уверен, что его допустят к младшему королю. Пришел-то он только потому, что волновался, ведь Саджо и Тирас покинули их в таком настроении, что беспокойство само собой вспыхнуло. — Ты тот парень, муж стражника Фола? — оказавшись за спиной Мили, пробасил Саджо, разглядывая омегу и ребенка. Снова увидев малыша, мужчина невольно вспомнил прекрасное спокойное лицо Тираса рядом с ребенком. Хотел бы он видеть это выражение всегда. — Ой, — отскочил омега в сторону. — Простите, ваше величество. — Не волнуйся, ты к Тирасу пришел? — подняв руку, прерывая извинения Мили, сразу же перешел к сути Саджо. У него были еще дела, и тут задерживаться не было смысла. — Да, ваше величество, — кивнул омега, испуганно глядя то на Саджо, то на Морэ, который шугался короля не меньше него. — Ясно, — кивнул Саджо и приказал Морэ: — Отведи его к Тирасу, спроси, примет ли. — Но он же... — попытался возразить Морэ, имея в виду, что король сейчас не в состоянии принимать гостей, он за два дня вообще не появлялся. — Проводи, — с нажимом повторил мужчина и ушел прочь. — Прошу за мной, — растерянно указал рукой в сторону второго этажа Морэ. В последнее время он не понимал короля, раньше все было несколько иначе. Молча они прошли к королевской спальне. Тихо постучав, Морэ, не дождавшись ответа, приоткрыл дверь. — Я разбужу его, подождите тут. — Хорошо, — кивнул Мили, надеясь, что с Тирасом все хорошо, почему-то у него было предчувствие, что бете не поздоровилось из-за побега из замка. Морэ вошел в комнату, но дверь оставил приоткрытой. Подойдя к постели, отодвинул балдахин и окликнул Тираса: — Господин, к вам посетитель. Пару мгновений ничего не происходило, но вот ворох одеял и простыней зашевелился, и спустя миг показалась черноволосая макушка, чуть позже и ее обладатель. Сев спиной к слуге, Тирас едва разлепил глаза. Одеяло соскользнуло с ноющего тела, оголяя его. — Господи боже! — прикрыв руками рот, воскликнул Морэ, увидев спину короля. Мили, слыша вскрик омеги, кинулся на помощь и, оценив ситуацию, замер посреди комнаты, потрясенно глядя на тело беты. Вся спина и плечи юноши были покрыты укусами, следами от клыков альфы. Саджо, как и обещал, доказал, что Тирас нужен ему. Всю ночь он кусал его куда придется, ставя новые метки, истязая его тело не только снаружи, но и изнутри. Той ночью Саджо дал волю своему желанию, заполняя юношу снова и снова, возбуждая и доводя до пика наслаждения, заставил потерять голову от страсти и просить большего. Конечно, вскоре метки сойдут, останется лишь самая первая. Тело придет в норму, ссадины заживут, боль в пояснице отступит. Но гордость пострадала больше. Все существо Тираса словно онемело от боли, некоторые укусы были так глубоки, что на бледной коже четко вырисовывались подсохшие дорожки крови. Тирас медленно повернул голову на шум и окинул омег уставшим взглядом. Всклокоченные волосы, осунувшееся лицо и серые тени под глазами. Ни Мили, ни Морэ не могли поверить, что возможно довести человека до подобного состояния одной лишь ночью близости. — Неужели наш король так жесток?! — прошептал Мили, все еще не справившись с потрясением. — Видимо да, — ответил ему Морэ и подскочил к Тирасу. — Где болит? Как вы себя чувствуете? — Все хорошо, спасибо, — привычно отозвался Тирас севшим от стонов голосом, и морщась от легких касаний омеги. Он боялся двигаться. — Куда уж хорошо-то тут! — воскликнул Мили и подскочил к юноше. — За что же он так с вами? — Я принесу мази и бинты, обработаю раны, — всполошился Морэ и поспешил покинуть спальню. Мили же, стоя рядом с бетой, не мог поверить, что такое вообще возможно. Так жестоко. Теперь понятно, почему Тирас не горел желанием возвращаться в замок. — Мне так жаль, — едва сдерживая слезы, прошептал Мили, протянув руку, убрал волосы с лица беты, который смотрел на него пустым совершенно выпотрошенным взглядом. — Это из-за нас? — Нет, — прохрипел Тирас, едва сдерживая слезы. Он так устал скрывать все, терпеть. А Мили такой добрый и понимающий. Хотел бы Тирас рассказать ему все, спросить совета. Но не мог подвергнуть его опасности. — Тогда за что? — широко распахнув глаза, спросил Мили, присев на край постели, стер тыльной стороной ладони скатившуюся слезу по бледной щеке беты. — Чтобы доказать, что он мой, — послышался голос Саджо от двери, рядом стоял Морэ с корзиной для лечения. — Аудиенция окончена. Мили вскочил при появлении монарха и, бросив испуганный и взволнованный взгляд на Тираса, покинул комнату, бережно прижимая к груди сына. Тирас же при виде альфы взял себя в руки и кивнул Морэ, чтобы тот обработал его тело. — Не советую тебе с ним общаться, вы из разных миров, чтобы быть друзьями, — сказал Саджо, глядя на Тираса. Видя результат своих действий при свете дня, мужчина едва скрыл гримасу отвращения к самому себе. На его слова юноша, вскинув взгляд и искривив губы в ироничной усмешке, отозвался: — Не вам решать, кто будет моим другом. Или вы каждого омегу рядом со мной будете порабощать? Тогда заприте меня в темнице, чтобы никто никогда не смел смотреть в мою сторону. Либо заберите мою волю. Вы можете, я знаю. — Черт! — рыкнул Саджо, прекрасно поняв, о чем говорил Тирас. Стукнув кулаком по стене, альфа выскочил из комнаты. Почему он снова не смог донести свои чувства и надежды до беты? Почему вновь все испортил?
