Middlemist camellia

Целители и бойцы Ваэтрока едва успели прибыть в лагерь армии Объединённого Королевства, как в воздух взмыли первые стрелы. Лучники и мечники академии тенями следовали за молодыми целителями, оберегая тех от жестоких рук, что не считаются с законами богов; маги, мгновенно соориентировавшись, поспешно творили щитовые заклятия, позволяя лекарям отступить ближе к реке, где и должен был расположиться лазарет: достать их там было куда сложнее. Истерзанные ожиданием битвы солдаты шли в бой с одним только отчаянным желанием: заставить противника пожалеть о нападении. И молодой король не был тому исключением. Тайгр твёрдо вознамерился отразить атаку и отогнать варваров от земель, прилежащих к Ваэтроку, которому он был искренне благодарен за силы и жизнь, что были даны его возлюбленному. Он видел прибывших сыновей Ваэтрока лишь мельком, но юного принца в их числе не заметил, что принесло ему небольшое облегчение: возможно, Флейтри сейчас в безопасности... Вот только младший Миддлмист, вышедший из стен Академии, разительно отличался от того робкого увечного омеги, каким туда пришёл. Сам Флейтри, загнав сладкий ночной морок в самые потаённые закоулки сознания, старался сосредоточиться на раскладывании лекарств и инструментов. Получалось не слишком хорошо: юноша то и дело отвлекался, чтобы поправить новую рабочую мантию, которая сильно отличалась покроем от привычной, ученической. Да и волосы из-под платка то и дело выбивались... Благо, оказавшийся поблизости мэтр Лиам помог привести в порядок и одежду, и снаряжение, после чего отправил Флейтри принимать раненых. Он никогда прежде не задумывался над тем, что лекари не всесильны. Осознание жуткой истины обожгло его хуже пощёчины, которую Бэлетт влепил ему, пытаясь оттащить от бьющегося в агонии кирасира и заставить идти к тем, кому ещё можно было помочь. И юноша повиновался скрепя сердце и отлично понимая, что Атрейо прав. Ожесточённое сражение длилось до самого заката, но и в сгущающихся сумерках были слышны крики и лязг оружия. Объединённое королевство одержало первую победу в войне с обезумевшим от жажды крови противником, но какой ценой... Лагерь целителей едва справлялся с нахлынувшим объёмом работы: раненых приносили снова и снова. Благо те, кто пострадал не так серьёзно и мог оставаться на ногах, оказывали лекарям посильную помощь. Маги сменяли друг друга, беспрестанно обновляя щитовые заклятия и передавая раненым часть своей жизненной силы, внимательные эльфы охраняли палатки и разыскивали выживших, бродя по полю боя и тщательно прислушиваясь к каждому шороху. Флейтри совершенно выбился из сил, но всё равно продолжал работать, запрещая себе поддаваться эмоциям, хоть сердце юноши и обливалось кровью при виде совсем ещё молодых солдат, страшно изуродованных в бою. Жалость и слёзы вряд ли могли помочь кому-то из них, зато ясный, холодный ум и умелые руки - вполне. Флейтри начинал понимать Бэлетта. Но юноша всё же ощущал странное беспокойство, будто кто-то близкий ему находился между жизнью и смертью. Хотя он и убедился в том, что почти никто из ваэтрокцев не пострадал, тревога мёртвой хваткой вцепилась в его душу и лишила покоя. Молодым целителям и магам позволили выйти из защищённого лагеря лишь после того, как звон оружия окончательно стих. Сбившись в небольшие группы, состоящие из чародея, воина и лекаря, они прочёсывали округу в поисках выживших, хотя Флейтри сильно сомневался, что кто-либо из оставшихся на поле брани смог дожить до их прихода. Теперь можно было лишь подобрать тела павших, чтобы достойно их похоронить. Но даже здесь, в кровавом аду, где под подошвами сапог мерзко хлюпала стынущая кровь, среди мертвецов находились те, кто отчаянно цеплялся за жизнь, хотя уже почти стоял на пороге Чертогов. И Флейтри, уже в который раз подумав о том, что ему ещё очень многое предстоит узнать о людях, поклялся спасти всех, кому ещё возможно помочь. Сквозь адскую смесь запахов крови, дыма и горелой плоти Флейтри смог различить едва уловимый, донельзя знакомый терпкий аромат пряностей, который становился всё отчётливее по мере приближения младшего Миддлмиста к склону. Интуиция била в набат, не вела - тащила юношу за собой, и противиться этому он не мог, да и не хотел. Он спустился к подножию склона и едва не лишился дара речи от увиденного. Меж изуродованных трупов и вороньих стай, устроивших кровавое пиршество на телах погибших в этом бою, лежал молодой король - Флейтри сумел узнать его по доспехам и терпкому пряному аромату. Несколько страшных ран, наверняка нанесённых фламбергом, едва ли могли оставить Тайгру Доновану шанс выжить, и юноша, склонившись над ним, будто сломанная марионетка, опустошённо подумал, что ненавидеть ему больше некого. Альфы, который одним лишь своим сном пустил ростки сомнений в израненном его жестокостью сердце наследника Ардельского престола больше не было. Флейтри с болью смотрел на истерзанного молодого короля, распростёртого перед ним, и чувствовал, что что-то в его душе ломается и рвётся на части. Если бы он пришёл чуть раньше... Из размышлений его вырвал судорожный хриплый вдох и кашель. Неужели... Флейтри смотрел на Тайгра, не веря своим глазам. Дышит... Значит, шанс спасти его ещё есть. Юноша поспешно склонился над альфой, расстегнул ремни, удерживающие на теле уже никуда не годный доспех, чтобы Тайгру было хоть немного легче дышать, взял за руку. Пальцы слегка кольнуло сотнями невидимых иголок, и магия, пусть более слабая, чем у чародеев, но всё же действенная, полилась в разбитое тело короля, даря слабое облегчение. Омеге на мгновение показалось, что Тайгр попытался приоткрыть глаза, чтобы увидеть своего спасителя, и чуть сжал его ладонь, прежде, чем спасительная исцеляющая тьма заключила его в свои объятия. - Кеган! Кеган, приведи кого-нибудь, здесь раненый, мне одному не справиться! Только прошу тебя, быстрее! - крикнул Флейтри следующему за ним лесному эльфу. Для того, чтобы отнести Тайгра в лазарет их сил было маловато. Кегану пришлось отправиться за помощью в лазарет: все остальные в пределах видимости были заняты. Фуро со всех ног припустил к лагерю лекарей, но вынужден был остановиться на полпути. Острый слух болезненно резанули чужая злобная ругань на незнакомом ему языке и тихий, обречённый детский плач. Чуткие уши подсказали Кегану, откуда доносятся звуки, оставалось лишь затаиться и выяснить происходящее. Раненый, а оттого рассвирепевший варвар уже заносил секиру над двумя беззащитными мальчишками, сжавшимися в комочек в отчаянной попытке стать меньше и незаметнее. Воин желал хоть на ком-то выместить свою злобу, а малыши, испуганно вцепившиеся друг в друга, подходили на эту роль как нельзя лучше. Он уже был готов заставить плачущих детей замолчать навсегда, как под умелыми пальцами тоненько зазвенела тетива. Секира выпала из слабеющих рук, и варвар рухнул на землю со стрелой в горле, ощерившейся соколиными перьями. Кеган юркой лаской выскользнул из укрытия и направился к детям, отмечая, что те ещё совсем малы, едва ли старше трёх лет. Светлая кожа, острые вытянутые уши, влажно поблёскивающие под приоткрытыми губами острые зубки... Сомнений не было: малыши принадлежали к чистокровным лесным эльфам. Вот только запах у них был чистый, без далёких ноток родительских, что могло значить только одно: крохи осиротели. Кеган тяжело вздохнул и присел, чтобы быть с детьми одного роста. Те продолжали пугливо прижиматься друг к другу, глядя на своего сородича заплаканными глазами. Что ж, он догадывался, что напуганные малыши не подойдут к нему сразу, но времени на то, чтобы уговаривать детей, не было. Одними губами на выдохе "Ni u coth an le. Caemm a me."* Не услышать должны - сердцем почувствовать... Один из близнецов робко сделал шаг ему навстречу, потянул за собой второго, а потом оба малыша уткнулись ему в грудь, ища защиты. Что ж, за этим дело не станет... Кеган поднял лук и прикрыл обоих малышей полами плаща. Их не тронут, если они будут держаться его. Главной задачей было довести их до лагеря и позвать помощь для Флейтри и Тайгра, а там видно будет. Малыши-омеги притихли, лишь изредка хлюпали припухшими от плача носами. Ну вот что с ними здесь делать... -Ada*!... Запоздалое понимание того, что нужно было прислушиваться к окружающим звукам, а не к своим мыслям, пришло в тот момент, когда в плечо вгрызся стальной наконечник стрелы, свист которой Кеган, поглощённый своими раздумьями, не услышал. Эльф успел лишь прикрыть собой детей прежде, чем заметил лучника, который уже готовился выпустить новую стрелу. Правда, сделать этого варвар уже не успел: Мирейн умел убивать быстро. - Ada? - усмехнулся дроу, помогая эльфу подняться на ноги и оборачиваясь к детям, забившимся под сорванный Кеганом плащ, - Usstan naut tlu ogglin*. Эльф лишь болезненно поморщился, жестом подзывая к себе детей. Мальчишки прижались к нему, обеспокоенно глядя на своего спасителя. Мирейна они всё же побаивались и не знали, можно ли ему доверять. Кеган погладил обоих по взлохмаченным головёнкам здоровой рукой. Волосы у обоих были огненно-рыжие, как и у него самого. Мирейн улыбнулся уголками губ, и Кеган тяжело вздохнул, понимая, что вызвало у него улыбку. Папа... Это, конечно, вряд ли, но не бросать же таких крох одних?

***

Атрейо, устало осматривающий раненых, уже начал волноваться: Фуро, Миддлмист и Мирейн слишком сильно задерживались, и Бэлетт почти не сомневался в том, что что-то произошло. Бета на мгновение вышел из палатки, чтобы глотнуть свежего воздуха и посмотреть, много ли ещё предстоит работы. И тут лекарь заметил две фигуры, поспешно спускающиеся к нему со склона. Кеган слегка обогнал своего спутника и, резко остановившись рядом с Атрейо, на мгновение уткнулся лбом ему в плечо, облегчённо выдыхая: пережили день Ада на Земле, выжили, встретились снова. А затем обернулся, кивком головы указывая партнёру на спутника. - Дети? Боги мои, Кеган, где ты их отыскал? - Атрейо принял из рук Мирейна заплаканных малышей, - Неужто сиротами остались... Ну, да ладно, после разбираться будем. Ступай в палатку, неужели за слепого меня держишь? Вижу, что не просто так морщишься: больно тебе, рана покоя не даёт. Где Флейтри оставили? Кеган хлопнул себя ладонью по лбу и стал жестами объяснять, что Миддлмист нашёл на поле боя Тайгра, едва живого от ран, и без носилок тут никак не обойтись. Атрейо нахмурился и поспешно созвал несколько альф и бет покрепче, после чего попросил остальных целителей подготовить необходимые для операции инструменты. В том, что они пригодятся, Бэлетт не сомневался. Оставив Кегана и малышей на попечение остальных целителей, Атрейо с несколькими лекарями и воинами отправился вслед за Мирейном, которому Фуро уже успел рассказать о том, где сейчас находится Миддлмист. Бэлетт, конечно, был готов ко многому, вплоть до агонизирующего кровавого месива, в которое варвары нередко превращали своих противников, но вот ран, нанесённых фламбергом, он как-то не ожидал, хоть они и не были самым худшим из того, что ему доводилось видеть уж больно непривычное оружие для диких племён. Склонившийся над ним Флейтри, уже изрядно ослабевший, картине оптимизма не добавил: - Он потерял много крови, мэтр Бэлетт... И лезвие меча, кажется, было смазано ядом, видите, как он выжигает края ран? - еле слышно прошептал он, устало вглядываясь в мертвенно-бледное лицо Донована, - Яд распространяется, и я едва ли могу его сдерживать. Меня хватит ещё на пару часов, а что дальше - не знаю... Атрейо присел рядом, осматривая раны. Случай определённо был тяжелейший, но жизнь молодому королю спасти было возможно. Не зря же мальчишка просидел над его телом полночи. - Разрывай связку. Дальше уж мы сами, а тебе отдохнуть надо. - Нет... Вы поищите противоядие, я пока продержусь. - Разрывай, кому говорят. До прихода нашего дотянул, молодец, хвалю. А теперь будь добр, передохни, не то оба в Чертоги уберётесь. Не хочешь отдыхать - иди, инструменты готовь да зелья, будет у тебя ещё время чудеса лекарского дела проявить. Чую, его душу нам так просто не отдадут, будем зубами вырывать. Флейтри неуверенно разжал затекшие пальцы, обрывая ниточки магии, связывающей его с Тайгром. Целители осторожно уложили Донована на носилки, а юноша только и мог, что смотреть в оцепенении. - Молодец, парень, - Атрейо потрепал Миддлмиста по плечу и поднялся на ноги, - Мирейн, уж будь так добр, подсоби-ка ему дойти, не то его ветром снесёт. А нам поспешить надо: каждая секунда на счету. ___________________________________ Ni u coth an le.Caemm a me - Я вам не враг. Идите ко мне: смесь синдарина и Старшей Речи. Ada - папа. Синдарин. Usstan naut tlu ogglin - Я вам не враг. Язык дроу.