Сага об Эм, или постпубертатный анаморфоз

После волшебного города для Эми погасли краски реальной жизни и окончательно потерялся смысл. Она очень хотела уйти, сбежать от боли, внутренней пустоты, бесконечной череды трагических событий. Но не могла. Что-то удерживало ее. Это был не теплый ласковый свет Фэада, а что-то грубое, резкое, слишком интенсивное. Она разлепила глаза, увидела бледное мужское лицо, сосредоточенное, с подрагивающими закрытыми веками. - Что за?.. - прошамкала она в полнейшем изумлении. - Заткнись, - прервала ее Вилена, движением головы убирая прядь волос с лица. - Ты, - обрадовалась Эм. - Милая, следила за мной... - Да, - почти прогавкала чародейка. - Кто еще твое хилое тельце земле предаст? Дура ты набитая, бесишь меня, так бы и придушила... - Она отняла красивые ухоженные ладони от ран и скрутила воздух. Эм непроизвольно вспомнила, как давно она не стригла ногти, но боль накрыла ее, заставила забыть обо всем. - Я не хочу умирать, - пискнула девушка, глядя на подругу щенячьими глазами. - Не хочешь? - прошипела Вилена. - Не хочешь? Может, тогда перестанешь пытаться? Добавь еще, - приказала она мужчине. - Спасибо, - Эми вяло улыбнулась. - А можно побыстрее? Мне обратно надо... - Я не буду в этом участвовать! - взорвалась красивая темноволосая женщина, занимавшаяся искалеченными ногами. - Мне потом месяц восстанавливаться, а она, как встанет, закончит начатое! Красноречивый взгляд Вилены вынудил ее вернуться к занятию. - Не закончит. Или не встанет. Да, малявка? Вскроем твою пробитую черепушку, посмотрим, что там не так пошло, будешь слюньки через раз глотать и все время улыбаться. Эми и так улыбалась. Она видела, как на лбу у чародейки проступала испарина от чрезмерных болезненных усилий, и была бесконечно ей благодарна. - Почему ты не пришла ко мне? - спросила Вилена, немного успокоившись. - К этому моменту я бы тебя научила пользоваться вилкой, подтирать зад и хоть немного соображать... Или ты бегаешь только за теми, у кого пенис имеется? Рефлекторно? Связалась уже с двумя идиотами! Хотя ты все равно любую дуру переплюнешь, хорошая компания... - Ты такая милая! Я тебя обожаю... - Эм прикрыла глаза, не переставая улыбаться. - Подлизываешься? А вот это вообще что было? "Я вас прикрою, бегите, я же крутышка, у меня и подобие груди уже выросло"! Тьфу! Прыгали по мирам, и тут вдруг забыли, что можете? Не судьба была оттуда уйти?  - Хватит ковыряться в моей голове. Мы только домой вернулись. Опять бы потерялись. - Потерялись - нашлись бы рано или поздно. Второй раз уже почти как по маслу, ты и сама об этом знаешь, а? - Цири ранена, мы не могли рисковать. Цири ранена! - вспомнила Эми и умоляюще посмотрела на Вилену. - Даже не думай об этом. Категорически нет. Убери от меня свою некрасивую моську. - Тогда перемести меня обратно... - Забудь. Запру тебя, отшлепаю и не выпущу, пока не образумишься. - Милая моя, родная, - Эми хотела дотронуться до нее рукой, но была парализована. - Там моя жизнь, а не здесь. Я начинаю верить в предназначение. - А я начинаю терять терпение! Обсудим эту твою жизнь лет через десять. Интересно будет тебя послушать. - Я так тебе благодарна, ты не представляешь... Но ты не можешь решать, что мне делать, только я могу. Я учту и запомню все на будущее. Мне нужно обратно. Необходимо. - К старому шрамированному хрыщу? - Нет, нет, - испугалась Эми, - к другому ведьмаку, попридурковатее. - Да уж, вижу. Выруби ее, - попросила она мужчину, - пока я ее не вырубила. Окончательно и бесповоротно. Эми даже не успела воспротивиться. 

***

Она очнулась на топчане. Перед ней, за столом, сидел широкоплечий беловолосый мужчина. Он как раз закончил зашивать рану на руке и спокойно ее перебинтовывал. - Доброе утро, - услышала Эм низкий глубокий голос. Детство. Обоз. Лес. Ощущение силы, вызванной не магией, а чувствами к мужчине. Расческа, баронесса, Вызима, лодка, совместное путешествие, желтое платье и костры, его руки, ласка и близость, странные глаза... Юмор и смех. Чистый, искренний, незамутненный поток любви, нежности и принятия.  Эм едва успела свеситься с топчана, прежде чем ее вырвало пурпурной жидкостью.  - Извини, - промямлила она едва слышно, вытирая рот. - Ничего, - Геральт подошел, сел рядом. Странное впечатление, будто он заполняет собой пространство вокруг, усугубляло ситуацию, ведь девушка физически не могла вытерпеть его близость. Она поджала колени к подбородку, спрятала уродливое лицо и затряслась. - Мое присутствие так сильно тебя угнетает? - Где Гидеон? Геральт не успел ответить. Он повернулся к двери, которая почти сразу открылась. - Привет, - поздоровалась молодая женщина, одетая в черную юбку и белую блузку. Ее фиалковые глаза были темнее обычного, напряженная поза выдавала агрессивное умонастроение. - Привет, - отозвался Геральт, спокойно выдерживая ее взгляд. - О, это я помню, - Эм пришла в себя и просунула ноги в ботинки. - Только на этот раз без обуви и меча не уйду. - Давай быстрее, у меня мало времени, - не сдержалась Йеннифэр, вздернула подбородок, приводя в движение тугие черные локоны, обрамляющие треугольное лицо. - Сидеть, - приказал ведьмак таким убийственным тоном, что Эм вжала голову в плечи и замерла. Ей совсем не хотелось быть третьей лишней, особенно когда глаза у магички так недобро сверкали. - И как это понимать? Чародейка скрестила руки на груди. Воздух в помещении накалился. - Пойдем, выйдем, - предложил Геральт и встал. - А ты, ты останешься здесь. - Ага, как же, - пробурчала Эми, как только закрылась дверь. Она оделась и вернула свой меч в ножны. - Нужны вы мне со своими любовными разборками... Если есть этот, значит, и Гидеон поблизости. Надо найти его, отправиться к Цири, проверить, как она, и убедить сдержать данное ею слово. Она слышала, как резко и язвительно Йеннифэр критикует Геральта, как она зла из-за того, что Цири покинула Ковир, еще и в сомнительной компании. Даже Эми понимала, что общаться в подобном манере с мужчиной не следует, впрочем, это было не ее дело. Как воришка, она открыла окно, выругалась, что высоко, и полезла через раму, но в процессе зацепилась рукавом за гвоздь и неуклюже вывалилась на покрытую утренней росой траву. Медленно выдохнув через зубы, она, мучимая резкой болью в спине, приняла стратегическое решение немного полежать.  - ... Мне очень жаль, что я причиняю тебе боль, - донесся до девушки тихий низкий голос. - Поверь. От этого и мне больно. Ты очень дорога мне, и я никогда не забуду.... - Не смей отшивать меня, как одну из твоих многочисленных шлюх! - прошипела Йеннифэр в ответ. - Я этого не заслужила! С каких пор тебя потянуло на детей? Может, и к Цири у тебя отнюдь не отцовские чувства? - Я понимаю, что ты хочешь задеть меня. Но все же прошу следить за тем, что говоришь. - Вот как?? - Йеннифэр помолчала и добавила тише: - Я могла бы уйти, как гордая неприступная барышня, но уже знаю, что будет со мной после. Объясни мне, почему. Конечно, Эм знала, что надо было уходить, не подслушивать чужие разговоры, но, черт побери, стало очень любопытно. - Поначалу я был в замешательстве, - отозвался Геральт после паузы, - не понимал, что происходит. Но потом осознал: что-то изменилось. Я изменился. Когда мы встретились, я был одинок, искал смысл, как и ты. Ты - мое последнее желание, и я этому рад, благодарен за все. Но я не могу больше в этом участвовать. Не хочу. - Я вижу, - голос чародейки задрожал. - Допустим, твои чувства изменились. Но что делать мне? Ты думаешь, я смогу принять тебя после всего этого? - Йеннифэр неожиданно догадалась, что он и не собирается возвращаться, не заинтересован в ней, совсем наоборот. - Я что, по-твоему, монстр? Я тебя пытала, мучила, жить не давала? - Ты прекрасна, Йеннифер, и все в тебе... - Геральт осекся. Ее полное имя вылетело само по себе. На лице ведьмака появилась гримаса боли, он протянул руку, лихорадочно подыскивая слова утешения, но собеседница отпрянула. - Я тебя презираю! - выкрикнула Йеннифэр. - Проклинаю тот день, когда встретила тебя, проклинаю твою безмозглую уродицу и тебя самого! Она - твой уровень, не я! Ты будешь жалеть об этом каждый день своей убогой жизни!   Геральт проводил взглядом Йеннифэр, растворившуюся в коридоре телепорта, отчаянным жестом пригладил белые волосы и зашел за дом, нависнув над Эм. - Мне очень жаль, - сказала она искренне, приподнимаясь с травы. - Все образумится. Ведьмак молчал, его кошачьи глаза имели странное, загадочное выражение. Эм хотела еще добавить, что не стоило обманывать черноволосую, задевая ее самолюбие, надо было четко и подробно объяснить: другой женщины нет, ему вожжа под хвост попала, помирятся позже. Но почему-то она не решилась лезть в чужие отношения. - Не трогай меня! - завизжала Эми так резко, что и сама испугалась, когда Геральт нагнулся с намерением ее поднять. - Дай я, - подвинул его Гидеон. Эм моментально повисла на его шее. - Учись, приятель. Да не дави так сильно, задушишь! Ну, вот видишь, сколько страсти, а сама корчила из себя непонятно что... - Мерзавец, - сказала Эми ласково. - Лапа, - Гидеон очаровательно улыбнулся и стал похож на озорного мальчишку с ямочками на щеках. - Ну, поехали к Цири? - она оторвалась от друга. Надежда, что беловолосый ведьмак вот-вот исчезнет, гасла. - Совсем что ли? - возмутился Ги. - Твоя подружка сказала: постельный режим несколько дней. Иначе у тебя там все полопается, разойдется, развалится и так далее. Вообще она много чего кричала, забавная такая... - Надо вас поближе познакомить, - девушке вдруг пришло в голову, что между этими двумя есть нечто общее. - Только она ненавидит мужиков. - Какая прелесть, мой любимый типаж! Представь, я таких округлостей не видел с момента последнего посещения дома мадам Бурвиль, а это было в лохматом кхе-кхе-надцатом году... Пойдем, положим тебя, - Ги собрался было отвести Эми обратно в дом, но она отстранилась. - Ты можешь класть себя, куда приспичит, а мне нужно к Цири. Где она? - Там, где тебя нет. Шельма, чего ты такая мерзкая-то? Прямо бесишь... - Едем, - отрезал Геральт, и от его голоса Эм вздрогнула, потеряла дар речи. - Но сначала поедим.

***

Двое ведьмаков и девушка с изуродованным шрамами лицом молча сидели за столом.  - Вот, пожалуйте, - трактирщик поставил на стол внушительную стопку ароматных блинов. - С пылу, с жару. - Благодарствуем, - отозвался Гидеон и с большой охотой переместил почти половину на свою тарелку. Его подопечная с бирюзовыми глазами окончательно скисла, поэтому он позаботился и о ней, а потом, совсем потеряв в нее веру, полил ее порцию медом.  Эм украдкой посмотрела на Геральта, сидящего напротив и не сводящего с нее глаз. - Почему он так пялится на меня? - спросила Эми у Гидеона. - Никогда раньше уродин не видел? - Ясное дело, почему. Влюбился, пока ты отсутствовала. Он и не такое может. И потом, ты изменилась, интересно, в какую сторону. - Если бы ты хотел получить в рожу блинами и ошпариться кипятком, просто попросил бы, к чему эти полунамеки? - Спросила - ответил, - произнес Гидеон невнятно, набивая пищей рот. Эм подняла глаза на Геральта. Ведьмак по-прежнему сидел прямо и смотрел на нее в упор. По этому его взгляду можно было с одинаковым успехом определить, что он ею увлечен, разочарован или вспоминает, когда в последний раз опорожнял мочевой пузырь. Интересно, если она залезет под стол и сделает вид, что ее здесь нет, это поможет?  Выносить его желтые глаза было невозможно. Эм вернулась к своим блинам. - Да он никого не любит, - дырки в блинах были ассиметричными, но в общем и целом блюдо было очень вкусным. - Даже... Хм-м-м... - Я тоже здесь сижу. Эм передернуло от звучания его низкого голоса. Блины запросились обратно в тарелку. - Ничего, ничего, - Гидеон похлопал его жирной рукой по плечу, чем заслужил уничижительный взгляд. - Сиди на здоровье. А ты, шельма, конечно, отлично конспирируешься. Учащенный пульс, расширенные зрачки. Ни-че-го не понятно. Эй, а давай расскажем ему поподробнее про твоего сто пятьдесят какого-то эльфа, к которому ты помчишься после этого в тумане? Эм выплюнула обратно компот и страшно закашлялась. - Не надо мне ничего рассказывать, я лично все видел, - Геральт приподнял одну бровь и пояснил Гидеону: - Я во снах ее вижу. Регулярно. Эм свалилась под скамью, хватая ртом воздух.  - Я смотрю, девки от тебя так и складываются штабелями, - Ги остановил соседа и сам помог ей сесть, постучал по больной спине, отчего девушка тихо взвизгнула. - Можно мне уже провалиться сквозь землю? - спросила девушка с отчаянием в голосе. - Нельзя. - Ги был непреклонен. - Еще не время.  - Я больше не могу, - она закрыла лицо руками.  - А надо, дорогая, надо. Геральт молчал, не сводя с нее желтых кошачьих глаз.

***

Дорога далась Эми с трудом. Все ее тело, изувеченное плоскомордыми монстрами, от ходьбы и скачки покрылось кровавыми синяками, хотя многочисленные раны при этом оставались в прежнем, заживленном, виде. Колено над правой деформированной голенью онемело. Видимо, действительно что-то там полопалось. Как ни странно, Эм не особо обращала внимания на эти неудобства. Все ее сохранившееся существо было занято беловолосым ведьмаком, едущим по правую руку. Сжимая поводья, девушка беспрестанно молилась, чтобы он как можно скорее куда-нибудь делся. И как можно дальше. Они увидели поселение загодя. Точнее, сплошное пожарище на том месте, где оно должно было быть. Дикая охота их опередила. - Цири! - заволновалась Эм и собиралась пустить коня в галоп, но Геральт ее остановил. Он вслушивался в лес по бокам от дороги. - Туда, - он сошел с дороги и пришпорил коня. Эм и Гидеон, переглянувшись, последовали за ним. Вскоре они наткнулись на двоих всадников. - Геральт! - крикнула пепельноволосая девушка. Ведьмак спрыгнул с седла и порывисто ее обнял. - Как твой бок? - Переживу. Геральт, мы не знали, что делать, они там все сожгли! Один из них такой страшный... Я боюсь перемещаться, потеряться... - Отправляйся к Йеннифэр, она тебя спрячет, - решил ведьмак. - Сообщите, где вы, мы подъедем. Цири замялась, потупила взор. - Я беременна, - шепнула она, и Геральт на секунду совершенно растерялся. Ведь ей не было еще и восемнадцати! Придя в себя, он двинулся на Кагыра с чудовищным выражением лица, но на полпути остановился. - Живо на лошадь! - приказал он Цири и вытащил меч. Они появились из ниоткуда. Высокие воины, облаченные в необычные доспехи. На головах у них красовались ужасающие шлемы. - Hen Ichaer, - протянул один из них загробным голосом, указал пальцем на Цири и грузно спрыгнул с коня. - А вот хрен тебе! - выплюнула Эм и вытащила из-за спины меч. Геральт напал первым. Нанося сложную цепь ударов, он положил троих почти сразу. Гидеон отвлекал главного, а Эм, мрачная, жестокая, с остервенением рубила всех, кто попадался ей под руку. Она выгнулась назад - лезвие противника прошло в сантиметре от ее живота, и упала на спину, проклиная свое больное тело. Лежа под ногами у Геральта, прикрывающего ее от опасности, она заметила, как Цири и Кагыр возвращаются им на выручку. Но ничего не могла с этим поделать.  Все закончилось быстро. Главный эльф отбивался до последнего, но не смог справиться сразу с двумя ведьмаками. - Цири, какого черта ты вернулась? - Геральт выругался. - Уходи немедленно! - Чуете? - Эм подняла голову и потянула носом воздух. Ее бирюзовые глаза почернели, а на губах заиграла неприятная ухмылка. - Да твою ж мать! - взвизгнул Гидеон. - Что у тебя с глазами?? Эм убрала меч за спину и зашагала прочь, переступая через трупы. Напротив нее появился еще один воин, покрытый свежей кровью. Он выглядел настолько зловеще, что невольно вгонял в дрожь, а его длинный изогнутый меч, покрытый рунами, мерцал бледным светом. - Этот - самый опасный, - пояснила Цири. Ее зеленые глаза расширились от страха. - Шельма, назад! - Гидеон кинулся к Эм, но она отбросила друга едва уловимым движением. - Не лезь, - приказала девушка и вытянула вперед руки. Из щелей окровавленных доспехов Красного воина потекли серо-черные частицы. Он зарычал, направил на нее смертельную волну энергии, которую Эм поглотила собой. - Ах ты, гад, меня моей же силой... От напряжения у нее пошла носом кровь. Скорость движения частиц увеличилась, и все они, едва заметные, заполнили ее полностью.  Эм накрыло невероятное, непередаваемое ощущение заполненности, ощущение самой себя. Утерянная сила потекла по жилам вместе с мыслями, воспоминаниями, чувствами, восстановила часть поврежденных тканей, затмила все остальное. Эми нестерпимо захотелось взмыть в долгожданное небо, найти угол, зализать раны, обдумать все, что с ней произошло. Она расправила руки, превратившиеся в крылья, но крик Цири ее остановил. Эм повернулась к искаженному пространству, из которого выходили новые противники, увидела, как Красный воин поймал предплечьем меч Гидеона, полоснул его по животу и впечатал в дерево. Будто предсказывая действия Геральта, он легко справился с его мастерской атакой, отбросил его назад, то же сделал и с Кагыром.  - Беги! - крикнула она Цири, но пепельноволосая девушка не могла. Ее одолел страх. Сковывающий волю, удушающий, парализующий страх. Как когда-то в Цинтре. Эм сконцентрировалась. Направляя руку Красного воина, она поборола его сопротивление и погрузила изогнутый меч в его грудь по самый черенок. Он покачнулся, взялся за рукоять обеими руками и потянул, медленно вытаскивая лезвие. Ветер изменил направление, принося листья к ногам Эм, не теряющей злобной ухмылки. Черные трещины появились на ее теле, они же проступили на шее, но на этот раз боль даже нравилась. И она отпустила свою силу.

***

Когда все закончилось, Геральт убрал предплечья от лица, с удивлением обнаружил, что невредим, обратил внимание на ровный круг нетронутой травы под ногами. Все вокруг было уничтожено, усеяно трупами. Пепел, кружась, оседал на выжженную землю. - С вами весело до усрачки! Что ни день, то хренов праздник с фейерверками!- не выдержал Гидеон и сильнее зажал ладонью рану на животе. Дерево, к которому он прислонился, выше его головы обуглилось. Эм огляделась. Цири и Кагыра не было. Нужно найти ее. Теперь можно отправиться за Фэадом без отсрочки, так скоро, как возможно, забрать домой, помочь справиться с последствиями его личного кошмара. Красный воин, единственный выживший Дикой охоты, упал на колени, снял с себя раскаленный шлем вместе с лоскутами кожи и остатками волос. В его белых глазах проявились зрачки, синие радужки, неестественно яркие, завораживающие. Такие знакомые... Эми перестала дышать. Опустив плечи, она на негнущихся ногах подошла к воину и упала перед ним на колени. - Ты чего это?.. - занервничал Ги. - Добей его скорее, пока не очухался! - Назад! - загремели два голоса в одном. Эм посмотрела на обоих ведьмаков злыми черными глазами. - Подойдете к нему и, клянусь, я вам наврежу! Геральт остановился, напряженно вгляделся в ее лицо и не спеша убрал меч за спину. - Я... Все вспомнил... - с усилием произнес Фэад и сплюнул необычную светлую кровь.  - Милый... - Эми повернулась к воину и горько заплакала. - Что же я натворила?.. Как мне все исправить?.. - Она приблизила трясущиеся ладони к истерзанному лицу, опустила их ниже, к рукояти торчащего из груди меча, но так и не решилась дотронуться. - Надо тебя вылечить, - у девушки задрожал разделенный шрамом подбородок. - Мы тебя вылечим, да... Он поднял на нее глаза, полыхающие синим огнем, и утянул ее за собой. Эми дернулась, огляделась. Она стояла посреди чудесного сада, полного ярких красок, залитого солнцем. Аромат растительности приятно щекотал нос. Рука Фэада сжала ее ладонь. Вот он, рядом, здесь. Девушке стало легко и спокойно. - Фэад... Милый... Я так волновалась за тебя, искала... Я... - она уткнулась в его грудь. - Я знаю, маленькая. Давай посидим, у нас очень мало времени. - Но я думала, что теперь у нас полно времени! Вернемся обратно, я тебя вылечу, как ты меня учил... - Ты такая храбрая и глупая, я тобой горжусь, - он сел на мягкую траву, заставил сесть и ее. - Мне нужно, чтобы ты меня внимательно послушала, хорошо? Очень внимательно. Что-то всегда кончается, Amanis. И что-то начинается. Для меня настал конец, но одновременно и начало. Как и для тебя. - Нет, - Эми вцепилась в него, - Ты не понимаешь... Ты - мой наставник, проводник... Без тебя я пропаду! Мне нужна твоя помощь разобраться... Я так ужасно устала... Смертельно устала... Я умоляю тебя... Пожалуйста!.. Не бросай меня... - Ты веришь в то, что я желаю тебе лишь добра? Тогда поверь в то, что все хорошо. Так, как должно быть. Я понял это вскоре после нашего разговора на горе, накануне твоей поездки в Каэр Морхен. Ты, как всегда, упрямишься, но тоже поймешь рано или поздно. И должна сделать для меня кое-что. Ты сможешь? - Все, что угодно... - Согласись. Сделай это для меня, ради меня. Хорошо? - С чем? - Эми растерялась, сдвинула брови. - Я все сделаю, но с чем согласиться? - С ним. Сейчас. Скажи ему "да". - С кем?  Фэад побледнел, его силуэт на секунду дрогнул. - Я должен забрать твоего зверя, прости. Но вместо него даю тебе от это, - он сжал ее кулак. - Знаю, тебе больно, потерпи еще немного. Доверься мне. Помни: все так, как должно быть. Все впереди. - Нет! Фэад, умоляю!.. - Я тебя найду, - шепнул он ей на ухо. - Мы еще встретимся, обещаю. Эми протянула к нему руку, но оказалась на коленях перед пустыми латами, среди выжженной мертвой земли. Зверя в ней не было, а вместе с ним ушло и ощущение заполненности. Она почувствовала, что беловолосый рядом, прислонилась лбом к остывшему металлу доспехов. - Мне искренне жаль, - Геральт не осмелился К ней прикоснуться. - Пойдем, Эм. Прошу тебя, пойдем со мной. Эми зажмурилась, открыла рот в беззвучном крике, заливая слезами доспех. Все было зря. Она потеряла Фэада, даже толком не успела с ним побыть. Ее милый друг, ее опора, поддержка. С ним все было по-настоящему, истинно и чисто, как с отцом. Без него и зверя она бродила во тьме, в тумане, из которого мечтала его вытащить, и страдала сама. Она вспомнила о Йорвете - том, кто тоже был дорог ее сердцу, и пусть между ними не было настоящего контакта, но была надежда на его появление. Теперь, когда все закончилось, ей страшно захотелось вернуться к нему, поговорить, найти утешение на его сильном плече. Тут к ней пришло понимание, что именно на это она должна согласиться. Пойти с ведьмаком. Для Фэада, ради него. Вот о чем говорил Руп при их прощании! Отчаяние сменилось гневом, таким сильным, что ее затрясло. Этот старый страшный ведьмак, это он виноват во всем! Если бы он не струсил, имел мужество расстаться с ней по-хорошему, не позволяя ей уйти босиком под дождь... Если бы он не решил почесать о нее свое причинное место, усугубляя ее серьезное отношение... Если бы сжалился над ней и позволил сгинуть в том обозе... Малодушный, черствый, безвольный... Даже не человек... И из-за него она не может вернуться к тому, к кому тянулось ее измученное сердце? - Да, - процедила Эми сквозь зубы, применив всю волю, и возненавидела его за это. Перспектива находиться рядом с тем, от кого ее в прямом смысле тошнило, держать без устали больное тело в подпрыгивающем седле, кочевать от помойки к канаве с целью увидеть еще одно убийственное страшилище, привела ее в такое уныние, что девушка мысленно себе призналась: лучше бы Фэад еще раз располосовал ей лицо, поломал оставшиеся кости и свернул наконец шею. Несомненно, из жалости и привязанности, с самыми лучшими намерениями. От скорбных размышлений ее отвлекла судорога пальцев на правой руке. Эм тряхнула ладонью, увидела, как она заполняется голубоватым светом, и вскочила на ноги. Свет исходил изнутри, причинял нестерпимую боль. Когда сияние полностью заполнило ладонь и запястье, поднялось к локтю, Эм зажала другой рукой плечо в попытке остановить распространение и беспомощно посмотрела на Геральта. - Помоги, - выдохнула Эми. Ведьмак быстро подошел, сорвал одежду с ее плеча, только для того, чтобы наблюдать, как сияние растеклось дальше, к груди. Его медальон слабо вибрировал. Магия. Геральт был бессилен. Эм задохнулась, широко открыла рот, словно ушла под воду, неестественно выгнулась, теряя равновесие, утопая в дикой, ни с чем не сравнимой болью. Гидеон с ужасом смотрел на происходящее. - Что за чертовщина?? - Не знаю! - Геральт зарычал, придавил коленями к земле её окоченевшие спазмированные руки, попытался разжать челюсти. Девушка завыла, изо рта пошла пена, сосуды в расширившихся глазах полопались. - Не думал, что еще когда-нибудь такое увижу, - Ги похолодел, ударился затылком о ствол дерева и от безысходности закрыл глаза. - Я тоже, - прохрипел Геральт в ответ. - Я тоже.