Сага об Эм, или постпубертатный анаморфоз

Эм подъехала неприметному поваленному деревцу в лесу, остановилась. Если чутье ее не обманывает, дальше будет то, что она искала последние три дня. Она покрутила пальцами, вспоминая Аксий, направила Знак на коня. С четвертого раза получилось. Это был риск, и в каждой подобной ситуации она оценивала свои шансы на выживание, как 50 на 50: либо выживет, либо нет. Судя по тому, что такие ситуации возникали снова и снова, можно было склоняться к первому варианту. Эми пришпорила коня. Чего ожидать, она не знала и мысленно готовилась ко всему. Внезапно стало абсолютно темно. Конь не отреагировал и продолжал движение, то и дело спотыкаясь, оступаясь. Девушка вцепилась в луку седла и старалась предположить, что же может быть впереди: пропасть, яма с шипами, людоеды, стена... Но она ошиблась. На нее навалились тяжкие мысли, воспоминания о жестокости и потерях. Обуглившееся лицо доброго Гелвина, рыжая борода строптивого Морриса, отчаяние Гунды и многое другое. Эм отнеслась к образам спокойно. Все эти люди и нелюди уже мертвы, они отмучились, а ее смерть только ждет. Умирать не хотелось, жить тоже. Неподъемная ноша, решиться оставить которую девушка не могла. Яркий солнечный свет появился так же внезапно, как пропал. Эм прикрыла глаза рукой. Не испытание, а ерунда какая-то. Видимо, ее ждали. Она приметила небольшой домик, обвитый красочным кампсисом, дряхлого слепого дедульку на скамье у крыльца, спешилась и присела с ним рядом. - Чего там видно? - прошамкал старик, поглаживая длинную грязную бороду. - А что раньше было видно? - Эм скрестила ноги. - Боль была, бессмысленная жестокость, потери. - И сейчас так же. - Но и надежда была, и доброта, и прощение. - Все верно, так и есть. - Я тебе вопрос задал, а ты ерничаешь. - А ты своими глазами увидеть хотел, или моими? - Эм вгляделась в его белесые радужки. - Тебе сколько лет? - спросил дед неожиданно. - Слишком много. - Так не бывает. - По-всякому бывает. Они помолчали. - Зачем пришла? - Мне нужны эликсиры. - Для чего? - Для регенерации, скорости, видения в темноте. - А почему ко мне пришла, а не к ведьмакам? - Стыдно. Я - низкорослое вонючее пятно на их роду. - Ясно, - дед медленно почесал крючковатый нос. - А с чего взяла, что помогать тебе буду? Может, я тебя убить намерен. - Я заплачу, - Эми достала из кармана брошку-ящерку с красными глазками, последнее напоминание о ее человеческой стороне, погладила украшение большим пальцем. - Хотел бы убить - давно бы это сделал, а не беседы вел. - Вдруг мне скучно, хочу размяться? - Ну, тогда я ошиблась и переоценила твой интеллект. Всегда найдется занятие поинтереснее. Они опять помолчали. - А эликсиры тебе зачем? - Хочу пойти к Четырехглазому. - Это еще зачем? - Это личное. И он детей ворует. - Это же верная смерть. - Так можно описать всю мою сознательную жизнь. И потом, если ты мне поможешь, то нет. - Танцы со смертью... - Я бы так не сказала. - А я уже сказал. Они помолчали в третий раз. - Жалко тебя, дуру. Такая путная девка пропадает. Мужика тебе сильного нужно. - Я сама могу за себя постоять. - Очерствеешь, иссохнешь. Пропадешь. Женщина - это цветок любви, если ее правильно поливать, то она благоухает и радует все вокруг... - Да, вижу, ботаник ты знатный. Кампсис очень капризный, а у этого сорта семена вызывают стойкие галлюцинации. Но ты об этом, конечно, не задумывался. - Тему переводишь. А я знаю, почему. Я чую его на тебе, в тебе, беловолосого ведьмака с желтыми глазами... - Голос старца изменился. Эм увидела перед собой лицо Геральта, которое так хорошо знала, тихо застонала и взялась за голову. - Видишь. Это - твое уязвимое место. Сделай его своим преимуществом или избавься, но так оставлять нельзя. Эм резко повернулась к деду, понаблюдала, как белесые глаза становятся коричневыми, борода исчезает, серые волосы темнеют. - И к чему эти фокусы? - спросила она у приятного мужчины среднего возраста. - Мне все равно, как ты выглядишь. Хоть черт с рогами. - За мной, - мужчина поднялся по крыльцу, - еще фокус покажу. Эм последовала за чародеем, зашла в помещение, превышающее размерами сам домик в несколько раз, и замерла от изумления. Все кругом было заполнено растениями, многие из которых встречались девушке лишь в иллюстрациях или легендах. С восхищением разглядывала она ядовито-желтый цветущий кактус, пушистый лжелук, обгоняющий девушку ростом, великолепную изумрудную лозу с лепестками, похожими на гребешки, розовые орхидеи с живыми мордочками посередине, "венерин башмачок", насекомоядный непентес, приятный на ощупь стахис, страстоцвет, кореопсис, хилотелефиум, зигаденус, солнечник, ясколку, целую полянку василисника... - Значит, скорость, темнота, регенерация, - перечислил мужчина, срывая растения, - еще что-нибудь? - Нет. Жадничать плохо. - Тогда давай еще антидот, черную кровь и Петри. - Я пока не разобралась до конца со Знаками. - Тем более. Пошли, покажу лабораторию, чего топтаться в предбаннике.

***

- Чудесно, неописуемо, - Эми искренне восхищалась предложенным ужином, сидя в тени пышного рододендрона. - Ты ужасно добр ко мне. - Просто ты мне напоминаешь какую-нибудь родственницу, или сама придумай, что тебе понравится. - Я думаю, что ты решил перед уходом меня трахнуть для разнообразия, вот и стараешься, - девушка закончила с едой, вытерла салфеткой рот и залпом выпила полстакана ягодного напитка. - Потрясающая прямолинейность. - А у нас по-другому и не принято. - У кого - у нас? - У краснолюдов, - ответила Эми, не подумав, и широко улыбнулась. - Я обескуражен. - Я тебя очень понимаю. А если бы услышал мое имя и историю, то вообще бы удивился. - Я люблю удивляться, - кареглазый мужчина зашел Эми за спину, положил руки на ее плечи, размял мышцы. Его прикосновения были приятны, но не вызывали в Эми отклика. - Это было прекрасно - то, что мы с тобой проделали в лаборатории, - сказала Эми двусмысленно. - Я никогда не забуду. И результат наших трудов буду носить у себя под сердцем. В сумке. Но мне, пожалуй, пора. - Я буду очень нежным и внимательным, - шепнул он девушке на ухо и погладил ее руки. - Заманчиво, - призналась Эми, - но мне, ей-богу, пора. - А хочешь, - мужчина сел перед ней на корточки, - я приму его облик? Мы сможем убить двух зайцев сразу. Я тебя попробую, а ты перестанешь так неадекватно на него реагировать. Неизвестно, что из тебя вылезет, когда прорвет. Эм замерла, выражение бирюзовых глаз стало холодным, колким. - Воздержусь, - сказала она наконец и поднялась. Маг даже не попытался скрыть разочарование. - Как хочешь. Я провожу.

***

Пока Эм искала вход в систему пещер, она несколько раз чуть не свернула себе шею. Результатом ее усилий стало обнаружение овальной черной дыры с неровными краями, заросшей диким виноградом. Эми подвинула растения, нагнулась, но разглядеть что-либо не смогла. - Ладно, - сказала она сама себе, - попробуем хваленые эликсиры... Скажем, для скорости и от темноты... Она распечатала два бутылька, которые приготовила заранее, выпила их по очереди и согнулась, хватая ртом воздух. Резкая боль, жжение, появившиеся в горле и животе, распространялись по всему телу. Казалось, они разрушали сосуды, ударяли в голову, опасно повышали температуру тела. Через несколько минут стало полегче: Эми задышала реже, поднялась, прикрывая глаза от слишком яркого заходящего солнца, заглянула в дыру. Дно далеко, но можно спуститься по выступам. Эм перекинула сумку на спину, спустилась вниз, прислушалась. Подобных, еле уловимых, звуков ей еще не доводилось слышать, и ни о чем хорошем они явно не говорили. Эликсир сработал, помогал видеть в темноте, но все вокруг было странным, серо-белым. Эм потрогала стены, предположила, что они состоят из красного песчаника, и двинулась вперед по ходу пещеры. "Черт, - подумала она, - а ведьмаком быть совсем не весело... Вот так передвигаешь ноги навстречу своей смерти, а если повезет и выживешь, то лишь для того, чтобы новую возможность помереть найти..." Было кошмарно одиноко. И бессмысленно. Одна только слабая надежда теплилась в девушке, придавала ей сил и решимости. Ход по мере продвижения сужался, стал совсем низким. Пришлось идти ползком, но вскоре снова появилась возможность выпрямиться. На развилке она даже не задумалась: просто пошла на нарастающий гул. Эми приблизилась к ссохшемуся трупу неподалеку, обратила внимание на его медальон в форме кошачьей головы. - Выходи, - приказала она, круто обернувшись, и потянулась рукой за плечо. Ее приказ эхом распространился дальше по тоннелю. Из-за очередного поворота выглянуло нечто с лупоглазыми глазами, сморщенной кожей, редкими пучками волос на неровной голове, сутулое, бледное, неприятное на вид. Подрагивая головой и нижней челюстью, оно сложило лапки и уставилось на девушку. Сразу пришло на ум, что это раньше было человеком, и стало еще противнее. Медальон молчал. Эми не могла решиться убить это нечто, не знала, ест ли оно коренья или сырое человеческое мясо. Оно тоже нападать не спешило. - Ну? - спросила Эми. - Нападешь, или до второго Сопряжения Сфер в гляделки играть будем? - Нечто попятилось, спряталось за каменистый выступ. - Ладно. Поверим в твою добрую природу. На этот раз.

***

Их было много. Эм не могла сказать, сколько. Передвигались они быстро и бесшумно, прятались, следили. Те, у которых были острые уши, будто эльфьи, обладали странными люминесцирующими глазами. Или так казалось на фоне принятого зелья. Звон падающих капель то нарастал, то убывал. Несколько раз по пути попадались гроты - глубокие ниши, заполненные сталактитами и сталагмитами. Пещерные озера, коих здесь было в достатке, по скромному мнению Эм, являлись входами в еще большую подводную систему ходов и гротов. Сплошной безумный лабиринт, не имеющий конца. Она вышла к большому гроту со слабым разноцветным свечением и озером, расположившимся в северо-восточной части. В конце грота зияли три черных неровных дыры - продолжение запутанных ходов системы пещер. Эм увидела скопление уродцев на усеянном упавшими с потолка обломками полу, подобие старой мебели, огромное кресло у дальней стены. Увидела она и Четырехглазого в компании неопределенной субстанции, отдаленно напоминавшей человеческую женщину. Это был огромный монстр, сплошь покрытый отростками, с крупными окостеневшими надбровными дугами, такими же выростами на подбородке. Его неестественно широкая пасть была заполнена острыми шипами, а длинный тонкий язык периодически проскальзывал сквозь шипы наружу. - Кхе-кхе, - прервала Эми процесс, слабо походивший на половое сношение, и вздрогнула от отвращения. Эту ужасную картину нескоро удастся забыть. - Ш-ш-ш-то ты ес-с-с-ть?.. - спросил монстр раздваивающимся басом, сильно растягивая слова, и направил на нее приоткрытый левый нижний глаз. - Я пришла с предложением. - Ш-ш-ш-то? Н-н-наглое глупое ж-ж-животное... - Четырехглазый потянул воздух дырками, играющими роль носа, оттолкнул от себя маленькое нечто и посмотрел на Эм обеими парами глаз - пустых, хищных, опасных, с вертикальными линиями зрачков. - Ну-ну, спокойно, - девушка присела на холодный камень. - Ты сначала послушай. Меня превратили в... Это с помощью магии. Я знаю, что ты - мастер по сорбции магической компоненты. Забери это из меня, оно должно быть высшего качества. А потом мы с тобой сразимся. Только сейчас Эми пришло в голову, что она приняла эликсиры. В человеческом виде она моментально погибнет от интоксикации. Хотя есть вероятность, что она успеет выпить зелье регенерации, которое, правда, тоже токсично... "А, - мысленно махнула Эми рукой, - все равно 50 на 50. Как будет, так и будет. Йорвет этого достоин". - Ф-ф-ф-ф тебе н-н-нет магии, - монстр поднялся во всю свою могучую длину, зловеще вращая светлыми глазами, - только отр-р-рава и бес-с-с-тыдство... - У тебя тут почти уютненько, - заметила Эми непринужденным тоном, хотя внутри у нее все упало: слабая надежда на излечение была уничтожена. - Ты же не думал, что так будет продолжаться вечно? Кто-то все время приходит и погибает от твоих... Отростков?.. Но однажды все изменится, и погибнешь ты. Куда ты дел детей? - Каж-ж-ждый выж-ж-живает, как мож-ж-жет. Ты и я - мы убиваем... - Ж-ж-жизнь ес-с-сть боль и нес-с-справедливость. Я... Тебе... Покаж-ж-ж-жу... Он двинулся на Эм с абсолютно чудовищным выражением морды. Скопление уродцев заерзало, загудело, тоже направилось к девушке. Нет дома. Нет близкого, родного человека. Нет любви. Нет судьбы, справедливости, продолжения. Ее никто не ждет, не помнит. Эм вытащила из-за спины меч, покрутила так быстро, что его очертания исчезли. Внутри была лишь холодная ярость. Удары сердца замедлились, органы чувств обострились, как всегда с ней бывало в смертельно опасной ситуации. - Давай, - лицо Эми окаменело. - Посмотрим, кому из нас повезет на этот раз.

***

Эм шла, волоча правую ногу, сколько могла. Потом она ползла, проявляя все свое упрямство. Надо выбраться из этих катакомб, снова увидеть поверхность, вдохнуть чистого воздуха. Он что-нибудь заденет в ней, напомнит. Надо бороться. Девушка упала на израненный живот, выплюнула кровь. Правая рука была разорвана и не слушалась, но на левую еще можно было рассчитывать. Выпить эликсир регенерации, или нет? Их всего два, то есть три жизни. С другой стороны, если сейчас крайний случай, то получится в сумме ноль жизней, так? Эм нащупала левой рукой сумку, оперлась о землю подбородком. Отличная идея - различать их по форме сосуда. Сняла печать, с трудом проглотила. И тут же ее стошнило - это был непосильный уровень интоксикации для ее маленького тела. - Давай, тряпка, - шипела она сама себе сквозь зубы, - поднимай свой хилый зад... Потом поймешь, зачем... Вставай... Эм вспомнила, как по-звериному, мучительно билась среди врагов, как из озера вылезла мерзкая слизистая дрянь, плюющаяся кислотой, как быстро отрастали обратно конечности Четырехглазого, как его обезглавленное тело искало голову, а четыре глаза в ее руках смотрели на нее с истовым презрением, и почти поднялась, но тут же снова рухнула на землю. Сзади послышалась возня. Девушка с трудом перевернулась на спину, посмотрела прямо в лупоглазые глаза уродца. Ей захотелось, чтобы все сейчас закончилось, но это желание вытеснил страх неизвестности и смутная тяга выжить. - Зачем выжить?.. - спросила Эми вслух. - И умирать не хочу... Нечто понаблюдало за ней, попятилось и скрылось. Конца, похоже, сейчас не предвиделось. Всего несколько десятков секунд крайней напряженности, ожидания, беспомощности. Когда-то давно она звала в отчаянии и боли бабулю, надеялась на появление Геральта, друзей... Теперь же она была одна во всех смыслах этого слова. Пусть Йорвет придет сейчас за ней, скажет, что она - не урод, подарит ей утерянный смысл, разрешит хотя бы быть рядом, как друг... Эми накрыла окровавленной ладонью глаза и собралась страшно расплакаться, но не смогла. Так и лежала, пока глаза не закрылись независимо от ее усилий.

***

Двое ведьмаков решительно и быстро шли сквозь заросли осоки и камыша. Выйдя к заросшему берегу озера, они, не сговариваясь, остановились и внимательно осмотрели открывшуюся перед ними сцену. - Она их на куски рвет. Это ужас, - Гидеон нагнулся к одному из трупов, облепленному мухами, и удрученно покачал головой. - Просто пока не может рассчитать силу, - Геральт провел пальцем по выемке в дереве - следу метательной звезды. - Я бы сказал, что получается все лучше, но необдуманно, резко. Опасно. - Ты веришь, что она пошла искать Четырехглазого? Его же убили много лет назад. - Его не убить, - Геральт легко подтянулся на ветке, запрыгнул, достал из ствола небольшой диск с шестью заостренными наконечниками. - Надеюсь, она знает... - Может, она не убивать его собралась, а договориться. Чтобы он, к примеру, высосал из нее магию. И тогда, - желтоглазый ведьмак опробовал звезду - срубил ею ветку в броске, - мы ее больше не найдем. - Запугивать ты умеешь, - Гидеон нехотя поморщился. - Пойдем тогда скорее. Геральт молча подобрал брошенный им диск и продолжил путь.

***

Когда Эм очнулась, самочувствие ее стало значительно лучше. Раны закрылись и быстро заживали, последствия потери крови сгладились. Нестерпимо хотелось пить. Девушка поднялась на ноги, отряхнулась, поправила меч, сумку и направилась к выходу, с трудом разбирая дорогу в темноте. Раз уж здесь не умерла, то пора браться за следующую работу.