Серый Страж Довакин (версия первая, заброшенная)

Вечером того же дня, на тракте к северу от Денерима Несомненно, ночевке на свежем воздухе Торус с куда большим удовольствием предпочел корчму, сытный ужин, холодное пиво и мягкую постель (последнее желательно в комплекте с миловидной девицей не слишком тяжелого поведения). Но увы, на этом тракте, по словам Дункана, отсюда и до самого Амарантайна не было ни одного трактира или постоялого двора, а возвращаться в Денерим не было ни желания, ни возможности. Посему герою Скайрима оставалось довольствоваться лишь похлебкой из случайно пойманного не то сурка, не то суслика, и извлеченным из вещмешка Дункана спальником, давно, судя по пятнам и запаху, не знавшим стирки. А также вздорной и исключительно зловредной эльфийкой, почему-то считавшей своим священным долгом всячески ему досадить. Едва только они встали лагерем, как Каллиан немедленно сочла нужным выяснить, из какой такой дыры Торус вылез, раз никогда в жизни не слышал о Церкви и Создателе. Так что пришлось Драконорожденному повторить все сказанное им Дункану днем ранее. И нельзя сказать, что девушку эта история удовлетворила... - Надо же, пришелец из другого мира! Ну тогда я - королева Анора! - Каллиан даже не пыталась скрыть сквозящий в ее голосе сарказм. - Дункан, ты же вроде здравомыслящий человек. Неужели ты и вправду веришь этому психу? - Согласен, в это поверить действительно нелегко, - ответил Страж. - Но все же я не вижу причин не верить Торусу. У него не было причин лгать мне, а на безумца он вовсе не похож. - Безумие разное бывает. Может, это у него такая навязчивая идея, - авторитетно заявила эльфийка. - Тоже мне, специалистка нашлась, - бросил Довакин. Эльфийка не удостоила его вниманием. - И потом, даже если допустить, что он говорит правду, он все равно мерзкий малефикар, призыватель демонов! Его нельзя было принимать в Стражи! - Выключи уже шарманку! - не выдержал Торус. - Только и слышу: малефикар, малефикар... Объясните мне наконец, что это слово значит! - Малефикары - это маги, практикующие магию крови, - просветил его Дункан. - Я не знаю всех подробностей, но мне известно, что они используют в качестве энергии для заклинаний жизненную силу, свою либо чужую, и обычно в виде крови, отсюда и название. Малефикары способны вызывать демонов из Тени и читать чужие мысли, а самые могущественные даже способны полностью подчинить кого-либо своей воле. Конечно же, Церковь запрещает магию крови, и любое ее применение карается смертью. Торус, скажи мне честно, ты действительно применял магию крови в поместье Вогана? - Еще как! Вызвал демона и натравил его на стражников! - наябедничала Табрис. - Захлопни варежку! - огрызнулся Довакин. - Во-первых, то был даэдра, а во-вторых, это не магия крови, а обычное колдовство. Сложное, опасное и затратное, но вполне легальное и широко в Тамриэле практикуемое. И никакой крови не требующее, так что не надо меня облыжно в малефикарстве обвинять, очень прошу. - У меня и в мыслях не было обвинять тебя, - сказал редгард. - Серые Стражи всегда использовали любые возможные средства в борьбе с порождениями тьмы, даже магию крови. Только прошу, ради своей же безопасности, используй свои таланты лишь в самом крайнем случае. Если об этом прознают храмовники, то, боюсь, даже членство в ордене не спасет тебя. - Хорошо, - согласился Торус. И чуть было не добавил: "Иначе никак и не выйдет". - Эй, стоп! Что это такое сейчас было? - возмутилась Каллиан. - Дункан, ты серьезно думаешь, что этот псих тебя слушаться будет? Мне в это как-то с трудом верится! Помяни мое слово, однажды он обязательно нас обоих на топливо для заклинаний пустит! - Непременно. Тебя в первую очередь, - насмешливо пообещал Довакин. - Только попробуй, подонок! - взвизгнула девушка, краснея от бешенства. - Я тебе глотку раскрою раньше, чем ты что-нибудь сколдуешь! Она сгорбилась, резко взмахнула рукой. Нож просвистел в воздухе и с громким стуком вонзился в дерево в каком-то дюйме от головы Торуса, войдя в ствол по самую рукоять. На несколько секунд в лагере установилась просто гробовая тишина, как если бы сам Думат, Дракон Молчания, почтил это место своим присутствием. - Зараза! Даже не дрогнул! - пораженно ахнула эльфийка. И тут же испуганно отскочила назад, когда трава под ее ногами обратилась в пепел от взрыва огненной стрелы. - Неплохая попытка, - проговорил Довакин, задумчиво рассматривая пылающий на ладони огонек. - Только повторять подобное не советую, иначе следующая тебя точно прожарит. Понятно, детка? От звучания ненавистного слова страх внутри девушки вновь уступил место лютой злости. Зафыркав как разъяренная кошка, она выхватила другой нож и замахнулась для нового броска, на сей раз - точно в цель. Однако ничего непоправимого в этот летний вечер так и не случилось, поскольку в дело наконец соизволил вмешаться Дункан. - Немедленно прекратите поножовщину! - рявкнул редгард во весь голос. Затем, убедившись, что новобранцы обратили на него внимание, продолжил уже спокойнее: - Меня не интересуют ваши отношения, но они не должны влиять на общее дело. Не делайте за порождений тьмы их работу. Решите, наконец, ваши проблемы раз и навсегда и без рукоприкладства, и начинайте доверять друг другу и работать в одной команде, ведь может статься, что однажды ваши жизни будут зависеть друг от друга. Вам понятно? Рекруты угрюмо кивнули. - Вот и прекрасно. Очень надеюсь, что подобное больше не повторится. Идите спать и постарайтесь отдохнуть, завтра нам предстоит долгая дорога, - с этими словами Страж удалился, напоследок одарив подчиненных испепеляющим взглядом. - Хорошо, говнюк, считай, что тебе повезло, - вновь заговорила эльфийка, едва Страж скрылся в недрах шатра. - Команда так команда, только знай: я с тебя глаз не спущу, так что только попробуй что-нибудь выкинуть! - Делай что хочешь, - устало ответил Торус. Не желая продолжать перепалку, он удалился за пределы образуемого костром светового круга, отошел подальше от лагеря. Ему требовалось срочно обмозговать одну проблему. Проблему, что называется, космической важности. Как утверждает абсолютное большинство ученых, магов и священнослужителей Нирна, Мундус, смертный план, подобно покрову обволакивает бесконечная черная пустота Обливиона - обители даэдра. В свою очередь, Обливион, хоть и бесконечен, также окружен Этериусом - планом богов и источником магии. Как Магнус, великое солнечное светило, так и бесчисленные звезды есть не что иное как прорехи в ткани Обливиона, своеобразные энергетические каналы, соединяющие план смертных с обителью богов. Каналы, по которым в Нирн течет магия. "Из огня - жизнь, из света - магия", как говорил древний народ айлейдов. Именно свет - источник силы для магов Нирна и, в частности, Тамриэля, именно из него чародеи черпают ману для своих заклинаний. До недавнего времени так поступал и Торус. А сейчас, разглядывая усыпавшие небосвод незнакомые созвездия и желтоватый диск одной-единственной луны, он внезапно осознал, что их свет не несет в себе ни капли магической энергии. Невероятно, но это было так. Из этого сам собой напрашивался неприятный вывод: черпать ману более неоткуда. Получалось, что Торус неожиданно для себя оказался в положении так называемых "замороженных магов", то есть тех, кому не посчастливилось родиться в месяц Заката солнца, под знаком Атронаха. С рождения обладающие просто огромным резервом магии, такие индивиды лишены способности черпать ее из плана богов и потому вынуждены восполнять ее запас исключительно силами собственного организма и зельями, а также присущим только им талантом частично поглощать энергию воздействующих на них заклинаний, как правило - враждебных. Только вот Торус "замороженным" не был и подобной способностью не обладал. Так что все, что ему оставалось делать в случае исчерпания сил - терпеливо ждать, покуда организм не сумеет самостоятельно восполнить резерв. А учитывая, что резерв у героя Скайрима был весьма и весьма немаленький, для полного его восполнения (в случае опять же полного исчерпания) должно было пройти не менее недели. От такого вывода Торус натурально выпал в осадок. А затем чуть было не начал вновь крушить все подряд в припадке бессмысленной ярости. - Холера, зараза, чума и проказа! Скамп побери этот богами проклятый Тедас! - кричал он, пинками вымещая злость на случайно подвернувшемся пне. - Почему, сука, почему всегда все так сложно? Пень не отвечал. - За что мне все это? Дерусь посредственно, скрываюсь еще хуже, а теперь и с магией неполадки! Вот какой, блядь, из меня теперь архимаг? Фокусник ярморочный, чудо в перьях - и это самое большее! Сиськи Азуры, за что мне все это?! - взревел Довакин, вкладывая в очередной пинок все свои силы. Пню было хоть бы что. Однако, что удивительно, боль в ушибленной ноге отрезвила Торуса, остудила горячую голову и помогла собраться с мыслями. "Ладно, нет смысла жалеть себя и проклинать небеса. Лучше как следует пораскинуть мозгами. Этериуса нет, зелий мало... Придется беречь силы и не лезть на рожон, - думал он, ковыляя обратно к лагерю. - Нет, это все полумеры. Нужно выяснить, откуда подпитываются местные маги. Не могут же они не подпитываться, в самом же деле? Как доберемся до этого Круга, попробую во всем разобраться. А до того - экономить, экономить и еще раз экономить, как завещал Пелагий II".

***

Хайевер, замок Кусланд, 14 Матриналиса (Последнего зерна), примерно шесть часов пополудни. Хайевер, второй по величине город Ферелдена и один из двух оставшихся тейрниров, определенно заслуживает внимания. Почти двадцать тысяч жителей, каменные дома, мощеные улицы, множество цехов и ремесел, морской порт и верфь, и, естественно, крупнейшая в стране псарня. Ну и увеселения, конечно: рыцарская арена, рынок, десять трактиров и три борделя. Одним словом - великолепие. Вот только великолепие это миновало Серых Стражей стороной, ибо их целью был отнюдь не сам Хайевер, но замок правящего им рода Кусланд - грозная каменная цитадель, расположившаяся на вершине холма в получасе ходьбы к западу от города. Зубчатые стены, увенчанные баллистами башни и массивный столб донжона ясно давали понять, что хозяин этих земель - дворянин могущественный и богатый. И это наталкивало Торуса на определенные мысли... "Интересно, - думал Довакин, разглядывая растущие с каждым шагом укрепления, - много ли у них золота в сокровищнице? Определенно много, иначе и быть не может. Пожалуй, тейрн просто обязан поделиться со мной сбережениями. Сделать пожертвование Серым Стражам, так сказать". За мыслями об ограблении века герой Скайрима не заметил, как они прошли сквозь ворота (тейрн ожидал визита Серых Стражей, так что стражники пропустили их без всяких заморочек) и оказались во внутреннем дворе, заполненном готовящимися к походу солдатами. Вынырнуть из размышлений ему удалось только тогда, когда стражник попросил всех троих пройти в парадный зал на встречу с тейрном, да и то лишь после оклика Дункана. Вопреки ожиданиям, парадный зал замка был не слишком велик, а также практически полностью лишен всякого рода украшений, за исключением знамен с гербом Кусландов - зеленым лавровым венцом на синем поле - и висящих по стенам портретов, изображавших наиболее прославленных членов семейства. На дальней стороне помещения, у весело потрескивающего раскаленными угольями камина, вели негромкую беседу трое людей, предположительно - бретонцы, как и большинство населения Ферелдена. Услышав шаги, они прервали разговор и обернулись на звук. - А, Дункан! Добро пожаловать, я уже давно ждал вашего визита, - воскликнул один из них, шагая навстречу гостям. - Для меня большая честь встретиться с вами, тейрн Кусланд, - учтиво ответил Страж, пожимая протянутую руку. На взгляд Торуса Брайс Кусланд, тейрн Хайевера, уже разменивал как минимум шестой десяток. Седовласый, с испещренным морщинами лицом, он, тем не менее, нисколько не походил на уставшего от жизни старика. Напротив, в его голубых глазах горел огонь жизни, а осанка выдавала весьма опытного воина. Чем-то этот он неуловимо походил на ярла Балгруфа из Вайтрана, и Торус сходу почувствовал симпатию к этому человеку. - Ваша светлость, вы не предупреждали, что здесь будут Серые Стражи! - нервно проронил второй из присутствующих, вельможа в темно-синем, украшенном золотым шитьем кафтане, не отрывая взгляда маленьких маслянистых глазок от выгравированного на кирасе Дункана грифона. - Дункан и его люди прибыли только что, без предупреждения. Тебя что-то смущает, Рендон? - Вовсе нет, просто... просто гостей такого ранга нужно принимать особым образом. Я оказался в невыгодном положении, - пробормотал вельможа, при этом его глаза отчаянно забегали. Торусу решительно не понравился этот человек, от носков башмаков до седой шевелюры и кончика крючковатого носа. Очевидно было, что он что-то замыслил, а появление Стражей спутало ему карты. По-хорошему, конечно, стоило бы в этом во всем разобраться, но Торус отбросил эту мысль, рассудив, что влезать в интриги и политику иного мира - дело исключительно гиблое и совершенно не стоящее времени. Тейрн, видимо, не заметил того же, что и Торус, поскольку утратил всякий интерес к вельможе и повернулся к третьему участнику собрания - чуть бледноватому темноволосому парню примерно двадцати лет от роду, досель молчавшему. От старших собеседников его отличал не только возраст, но и одежда: юноша был затянут в кожаные доспехи, густо усеянные заклепками и металлическими пластинками, а на поясе у него висели богато украшенные ножны с мечом. Также в глаза бросалась еще одна деталь - лицом он был помолодевшей копией тейрна, отличаясь от него лишь цветом свинцово-серых глаз. Вне всяких сомнений, парень приходился Брайсу Кусланду не иначе как сыном. - Нам редко выпадает возможность принимать у себя Серых Стражей. Эйдан, надеюсь, брат Олдос рассказывал тебе о них? - Да, отец, рассказывал. Много лет назад они разгромили порождений тьмы и уничтожили Архидемона Андорала при Айсли, положив тем самым конец Четвертому Мору, - оттарабанил парень как по учебнику. - Верно, - вздохнул Дункан. - Только боюсь, что та победа была не окончательной. Порождения тьмы до сих пор угрожают миру, а в Диких Землях Коркари назревает очередной Мор. - Дункан ищет рекрутов для ордена, и потому я пригласил его к нам, дабы он испытал сера Гилмора. Уверен, что из парня обязательно выйдет толк, - сказал тейрн. - Не хочу показаться дерзким, но думаю, что ваш сын тоже прекрасно подойдет, - заметил редгард. Все присутствующие, как по команде, обернулись к Эйдану, словно ожидая его мнения. - Знаешь, отец, мне это, пожалуй, по душе, - проговорил растерянный и одновременно польщенный таким предложением юноша, глядя на отца в надежде на одобрение. - Брайс, ты сам говорил, что быть Серым Стражем - невероятно почетно, - поддержал парня Рендон. - Конечно, почетно, - согласился Кусланд. - Но мы говорим об одном из моих сыновей. А их у меня не так много, чтобы отправлять всех до единого на войну. Если только вы, Дункан, не примените Право Призыва. - На счет этого не беспокойтесь, ваша светлость. Хоть нам и нужны люди, я не намерен прибегать к таким мерам, - успокоил его Дункан. - Очень этому рад, - улыбнулся Брайс. Затем вновь обратился к сыну: - Сынок, проследи, чтобы в мое отсутствие Стражи ни в чем не знали отказа. Ах да, и пойди разыщи брата, скажи ему, чтобы не ждал меня и вел войско к Остагару. Он должен сейчас быть наверху, с семьей. - Вы хотите от меня избавиться? - проявил чудеса догадливости Эйдан. - Нам с Хоу и Дунканом нужно еще многое обсудить, и вряд ли наши разговоры тебя заинтересуют. Не упрямся, сделай так как я прошу, мы еще успеем сегодня поговорить. Эйдан не нашел что возразить и, вздохнув, покинул зал. Одновременно с этим Дункан, наконец вспомнив, что кроме него здесь еще присутствуют рекруты, великодушно отпустил их на все четыре стороны. Чем они и воспользовались, отправившись каждый по своим делам, причем некоторые - по не вполне законным делам.

***

В плане размещения сокровищницы замок Кусландов не слишком отличался от прочих обиталищ знатных семейств Ферелдена: золотые запасы хранились в отдельном подвальном помещении, вход в которое располагался в левом крыле, рядом с библиотекой. Однако, чтобы попасть на ведущую в подвал лестницу, требовалось пройти через караулку, в которой денно и нощно дежурили по крайней мере двое охранников. И хотя вместо стояния на посту стражи как правило коротали время за азартными играми и распиванием эля, это отнюдь не значило, что мимо них можно легко проскользнуть. Собственно, Торусу это и не удалось. - Эй, ты кто таков будешь? Посторонним сюда нельзя! - рявкнул стражник, вскакивая с лавки и загораживая собой стол. Его товарищ тем временем быстро смахнул на пол карты, куриные кости и пустые пивные кружки. - А я разве чужой? - удивился Торус. - Я - один из Серых Стражей, мы у тейрна в гостях. - Слыхал, Эрик, как заливает? Серый Страж, как же! - хохотнул стражник. - А я тогда, значица, сам Создатель во плоти! А ну геть отседова, приблуда, пока руки-ноги целы! - Да, проваливай откуда пришел, нечего тута ходить! - поддержал приятеля второй солдат, хватая со стола палицу. - Иначе и следа от тебя не останется! - Эй, служивые, спокойно! - поднял руки Торус. - Я же так, поговорить просто пришел! - А че нам с тобой разговаривать? Мы тя даже не знаем! - недобро усмехнулся первый. - Что, даже за десять золотых не поговорите? - усмехнулся Довакин, доставая кошель. Неподкупных людей в природе не существует. Любого человека, сколь честным бы он ни был, можно купить, вопрос лишь в цене. А десять золотых - это практически полугодовое жалование ферелденского стражника, весьма значительная для всего Тедаса сумма. Пусть даже это не соверены, а тамриэльские септимы. - Хе-хе, ну это ж совсем другое дело! - довольно крякнул стражник, жадно хватая деньги. - Что вы хотели узнать, милсдарь Страж? - Самую малость. Как можно попасть в сокровищницу? Служивые загоготали. - А никак! - отсмеявшись, сказал первый. - Мы ж тя, сука, не пропустим, хоть ты даже сотню нам выложишь! Покуда мы тут стоим, мимо нас и муха не пролетит, во как! А хоть даже и просочишься, дык все равно без ключей тебе там делать нефиг, только лбом ломиться. Вот так-то! - В таком случае, у кого есть ключи? Второй глубоко задумался. - Ну, у тейрна должен быть, ясен пень, - наконец сообразил он. - А, и у госпожи тейрны, конечно, тоже. Больше, кажись, ни у кого нет. Только тебе, милсдарь, энта информация все одно никак не подмогнет. Еще есть вопросы? Торус покачал головой. - Тогда вали отседова! Поняв, что больше ничего от этих двоих не добьешься, Довакин ретировался, на ходу проклиная свой непрофессионализм. Запороть кражу уже на этапе подготовки - да, это надо уметь. Теперь стражники предупреждены, а значит, проскользнуть мимо них - невыполнимая задача, даже если удастся достать ключ. Но бросать дело на полпути Торус был не намерен. Ведь, как-никак, он был принципиален до чертиков. "Нужно как-то убрать их оттуда, только как? Убивать - ни в коем случае не выход, мокрухой я не занимаюсь. Выманить? Нет, пост они оставят только в исключительном случае, и то не факт, что случится что-нибудь из ряда вон. Что же делать?" - обдумывая варианты, он неосознанно сунул руку в один из своих карманов, словно надеясь отыскать там что-то полезное. И резко пришел в себя, наткнувшись на нечто, чего в кармане не должно было быть. Спустя секунду он уже удивленно вертел в руках маленький стеклянный флакон с темной жидкостью, на этикетке которого было написано его же собственным почерком: "Не пить!!!". - Это-то здесь откуда взялось? - вслух удивился Довакин, разглядывая флакон. Эта жидкость была его самым первым алхимическим опытом, притом неудачным, ибо изначальной целью было приготовить простенькую усиливающую микстуру. Торус до сих пор не мог понять, в чем была ошибка: в рецепте ли, в несвежих ингридиентах или же в некачественном оборудовании, но факт оставался фактом: каким-то образом он достиг совершенно противоположного эффекта, приготовив достаточно сильное снотворное, притом вдобавок с галлюциногенным эффектом. Попробовал эту бурду он всего один раз, всего лишь один глоток, и в результате два дня провел в царстве летающих розовых мамонтов и говорящих грейпфрутов. После чего наклеил этикетку с предостережением и спрятал злополучную бутыль от греха подальше. И забыл о ее существовании. С минуту Торус вертел бутылочку в руках, размышляя, как он умудрился потерять зелье в недрах собственных карманов, и, что более важно, как напоить им стражников, не вызывая подозрений. И пришел к очевидному выводу: без посторонней помощи - никак. А помочь ему мог лишь один человек.

***

- Каллиан, свет очей моих, как я рад тебя видеть! - притворно обрадовался Торус, завидев во дворе знакомую спину. Девушка вздрогнула от неожиданности и, развернувшись, удивленно уставилась на норда, не в состоянии понять, какая муха его укусила, раз он вдруг начал любезничать. - Виделись уже сегодня. Что надо, Септим? - Почему ты думаешь, что мне что-то от тебя надо? Я разве не могу радоваться, просто тебя увидев? - почти искренне удивился Драконорожденный. Эльфийка рассмеялась. - Хватит брехать, шем, а то я действительно поверю, что ты ко мне подкатить пытаешься. В чем дело? Торус мигом посерьезнел. - Это вопрос кучи денег, и для его решения мне нужна твоя помощь. Поможешь - и тебе кое-что перепадет. - Кучи денег, говоришь? - мигом заинтересовалась девушка. - Ну-ка давай поподробнее. И насчет оплаты - тоже. - Суть в том, что я решил нанести визит вежливости в замковую сокровищницу. Эльфийка долго молчала, пытаясь переварить услышанное. А когда заговорила снова, ее тон не предвещал абсолютно ничего хорошего. - Выходит, ограбление замыслил? Назови мне хоть одну причину, почему я не должна рассказать все тейрну и Дункану? - Потому что ты этого не сделаешь. Ты не похожа на стукачку, а в людях я кое-как еще разбираюсь, - уверенно заявил Торус. - Черт, ты прав, - вздохнула Каллиан. - Ладно, выкладывай, что мне нужно делать. - Проблема в том, что стражники знают, что я что-то замыслил, и на выстрел меня к сокровищнице не подпустят. А вот ты - другое дело. Уверен, на такую красотку они с радостью отвлекутся. - Ах ты жук навозный! - мгновенно разозлилась эльфийка. - Как шлюху меня продать решил, сукин сын?! Я тебе глаза выцарапаю! - Спокойно, спокойно! - воскликнул Довакин, отступив назад от взбешенной девушки. - У меня и в мыслях такого не было! Всего-то нужно, чтобы ты им выпивку принесла, да беседу поддержала! Домогаться тебя никто не станет! - с этими словами он извлек из кармана зелье. - В этом флаконе - сильное снотворное. Достаточно пары капель - и жертва продрыхнет всю ночь, а наутро ничего даже не вспомнит. От тебя требуется просто плеснуть немного в бочонок с пивом и ближе к полуночи отнести его стражникам. Ну и, конечно, придумать, с чего ты вдруг решила их угостить. Все просто! - Что-то слабо верится, - фыркнула Каллиан. - Ты уверен, что сработает? - Абсолютно уверен. Ну так что, солнышко, поможешь мне? - Не так быстро! Сколько я получу за содействие? - Все, что я вынесу, делим в расчете семьдесят к тридцати. В мою пользу. - В твою пользу? - медленно переспросила Каллиан. - Значит, вся грязная работа на мне, а ты, скотина, только денежки загребаешь? Хрен тебе! Восемьдесят к двадцати, и только в мою пользу! Иначе сам дрочись как хочешь! - Ты не охренела? Если что, я собирался ключи у тейрны свистнуть, а это много сложнее. Ладно, так и быть, шестьдесят мне, сорок тебе. - Ну, раз ты идешь за ключами, тогда ладно, - смилостивилась девушка. - Давай уж пополам, по справедливости. - Пополам? Идет, - согласился Торус. И не удержался от колкости: - Плюс поцелуй. - Задницу свою волосатую целуй! - засмеялась эльфийка. И, что совсем удивительно, залилась румянцем.

***

Замок Кусланд, второй этаж, примерно за час до полуночи. Личные покои Кусландов, как и гостевые комнаты, находились на втором этаже замка, по обе стороны длинного коридора. В самом же его конце располагалась самая большая спальня, принадлежавшая собственно Брайсу и Элеоноре Кусланд. Именно туда и удалилась почивать тейрна. И именно туда через час времени проник Торус, предварительно наложив на себя чары невидимости и бесшумного шага - его самых верных помощников на воровской стезе, поскольку, откровенно говоря, скрытность не входила в число его сильных сторон. Порой он и сам удивлялся, каким таким образом сумел дорасти до звания одного из воротил воровской гильдии, и откровенно недоумевал, с какой такой радости Ноктюрнал предлагала ему принести клятву Соловья. Хотя, быть может, если бы он тогда согласился, то избавился бы от своей слоновьей неуклюжести, так что иногда откровенно сожалел, что отказал Императрице Теней. Впрочем, всякий раз его неизменно успокаивал тот факт, что душа его по-прежнему принадлежала ему и только ему. А что же до воровства... Что ж, можно было по пальцам одной руки пересчитать моменты, когда заклинания его подводили. Как бы то ни было, снять шнурок с ключом с шеи спящей женщины, не разбудив ее при этом, Торусу не составило никакого труда. Должно быть, звезды сегодня благоволили ему в его начинаниях. Выходя из комнаты, до сих пор под покровом невидимости, он уже предвкушал солидный золотой куш, когда вдруг осознал, что в замке происходит нечто неординарное. По крайней мере, еще какую-то минуту назад снизу не доносился едва слышный шум боя и крики боли, а в коридоре не было непонятно откуда взявшихся здесь гостей - незнакомых солдат с обнаженными мечами и изображенным на деревянных щитах медведем. Неизвестно, как покатилась бы история, не случись того, что случилось в этот момент. Но случилось то, что случилось, и все пошло так, как пошло, и никак иначе. Несколько секунд солдаты удивленно пялились на возникшего из ниоткуда человека, не в силах понять, что только что произошло. Торус, в свою очередь, испытывал точно такие же чувства. А затем чужаки заорали и, размахивая оружием, бросились на Довакина, вынудив его бороться за свою жизнь. Сказать, что у Торуса были неприятности - значит, ничего не сказать. На стороне противника было численное преимущество, реализовать которое им отлично позволяла ширина коридора. Торусу пришлось опасно маневрировать и извиваться в каких-то совсем уж балетных пируэтах, дабы не попасть в окружение и не оказаться зарубленным. Попутно он успел тысячу раз пожалеть, что перед экспериментом сглупил и не надел свой любимый эбонитовый доспех, легкомысленно сочтя легкую кожу вполне достаточной защитой от возможных неприятностей. Сейчас же, без защиты почти неразрушимого эбонита, он стал легкой добычей для солдат, и был вынужден постоянно отступать, едва успевая отражать сыпавшиеся на него со всех сторон удары без возможности перейти в контратаку или использовать магию. Неудивительно, что в конце концов он оказался зажат в углу и приготовился распрощаться с жизнью от одновременного удара сразу тремя мечами. "Добро пожаловать в Совнгард... снова," - промелькнула в голове шальная мысль. В который раз жизнь героя Скайрима спасло невероятное стечение обстоятельств: одна из дверей распахнулась, и из нее вырвался молодой воин, вооруженный мечом и щитом, в компании здоровенного, грозно рычащего волкодава, которых в Ферелдене именовали мабари. Покуда воин пытался сообразить, что здесь творится, пес бросился на ближайшего солдата и, повалив его, принялся трепать как куклу. Его товарищи отвлеклись на душераздирающие вопли, на мгновение забыв про Торуса, чем тот и воспользовался. Одного ударил под ухо, быстро, мощно, чувствуя, как бритвенно-острое лезвие рассекает кольчужную сетку и плоть и доходит до позвонков. Вырвал меч из раны, вывернулся из-под клинка второго, коротко ткнул его под ребра, отскочил, отсек руку третьему, возвратным ударом рубанул по животу. Затем добил второго, все еще дергавшегося после удара электричеством. Его неожиданный помощник тоже не терял времени даром, щитом отвел в сторону меч последнего, ударил прямо в лицо, сбив шлем и разрубив пополам череп. Вновь закрылся щитом - и понял, что все уже, по сути, закончилось: все противники были мертвы либо при смерти. - Скамп, в этот раз было совсем близко, - выдохнул Довакин, устало привалившись к стене. - Эй, в чем дело?! Фу! Брысь, собака! - волкодав покончил с жертвой и вдруг ни с того ни с сего зарычал на Драконорожденного, злобно щеря окровавленные клыки. - Рекс, перестань! Он нам не враг! - прикрикнул воин, и пес, как ни странно, послушался. - Вы ведь один из Серых Стражей, верно? Что здесь происходит? И, кстати, что вы здесь забыли? - он смерил героя Скайрима подозрительным взглядом. - Искал сортир и заблудился, - гладко соврал Торус. - И нашел этих уродов. А дальше ты знаешь. И я понятия не имею, что здесь происходит. - Подожди-ка, - парень, в котором Торус только сейчас признал Эйдана, младшего сына тейрна, склонился над одним из убитых. - Черт, ты погляди! Это же герб эрла Хоу! Ты понимаешь, что происходит? Этот ублюдок предал нас! Дождался, когда Фергюс уведет всю нашу армию, и напал! Сукин сын! В этот момент захлопали двери и в коридор начали выскакивать прочие члены семейства: молодая женщина в ночной сорочке, вероятно жена брата Эйдана, с мальчиком едва ли пяти лет от роду, при виде трупов тут же охнувшая и свалившаяся в обморок, и тейрна Элеонора, неведомым образом умудрившаяся за столь короткий промежуток времени не только полностью проснуться, но и облачиться в кожаные доспехи и вооружиться луком и кинжалом. Надо отдать должное, тейрна обладала куда более крепкими нервами, чем ее невестка. Бросив лишь короткий взгляд на убитых, она, игнорируя все остальное, подскочила к Эйдану с извечными вопросами: "Все ли в порядке?" и "Что происходит?". - Со мной все в порядке, - быстро ответил парень. - Только, боюсь, это ненадолго. Хоу нас предал! - Рендон предал нас? Ты уверен? - удивленно переспросила женщина, переводя взгляд с сына на убитых и обратно. - Ох, действительно, это его герб... Тогда что нам делать? - Валить отсюда надо, вот что! - вмешался Довакин. - И поскорее, пока новые не появились. Тейрна, только сейчас заметив Драконорожденного, ошалело уставилась на него. - Мама, это один из Серых Стражей, - поспешил объяснить Эйдан, - он помог мне в бою. - А... понятно, - пробормотала женщина и вдруг осеклась. - Брайс! Создатель сохрани, он ведь так и не ложился! Нужно отыскать его, и уходить из замка! Страж, мне неловко просить вас, но пожалуйста, помогите нам! - Зовите меня Торус. И разумеется, я вам помогу. Просто не могу не помочь. Прежде чем выступать, пришлось потратить некоторое время на то, чтобы привести в сознание Ориану (так звали мать мальчика, которого, в свою очередь, именовали Ореном) и ввести ее в курс дела (и при этом предотвратить новый обморок), а также как следует продумать план действий. Брайс, при наилучшем раскладе, сейчас должен был руководить обороной, а значит искать его следовало либо в парадном зале, либо у ворот. При худшем же... Что ж, Кусланды надеялись на лучшее. Торус же надеялся лишь на то, что сможет унести ноги из этой ловушки... и что встреченные им солдаты были единственными, кому удалось проникнуть внутрь. Однако, как говорят реалисты, надежда - первый шаг на пути к разочарованию. В очередной раз в своей жизни Торус убедился в справедливости этого утверждения, когда, спустившись на первый этаж, они сразу же нарвались на очередной отряд неприятеля, сражавшийся с тремя кусландскими стражниками. И пусть враг еще не успел их заметить, оставлять его за спиной было категорически нельзя. Ну и, в конце концов, нехорошо это - обрекать союзников на смерть. - Эйдан, ты со своей псиной в авнгарде, - начал командовать Торус, вновь негласно оказавшийся в роли предводителя. - Я прикрою фланг. Госпожа... - Я не кисейная барышня-орлесианка, я знаю, как обращаться с оружием, - перебила его тейрна, накладывая стрелу на тетиву. - Тогда ладно. Ах да, - он обернулся к Ориане и Орену. - Спрячьтесь и не высовывайтесь, пока мы не закончим. Все еще в прострации после обморока, Ориана лишь кивнула и потащила сына в укрытие. Мальчик упирался и канючил, что хочет посмотреть, как дядя и бабушка будут бить плохих людей, но мать была непреклонна. Для целиком поглощенных боем солдат Хоу атака в спину стала полнейшей неожиданностью. Эйдан храбро ворвался в самую гущу схватки, раскидывая противников в стороны ударами меча и щита; его мабари набрасывался на упавших, в мгновение ока разрывая их на куски вместе с доспехами. Двух подстрелила Элеонора, еще одного приковала к полу выстрелом в лодыжку, затем всадила еще одну стрелу - ровно промеж глаз. Последние трое набросились на Торуса, в отчаянной попытке унести с собой в могилу хотя бы одного врага. Довакин, не мудрствуя лукаво, с чудовищной силой ударил их телекинезом, буквально размазав по стене тонким слоем. Он был страшно зол. Слова спасенных солдат несколько прояснили картину происходящего: оказывается, все началось не более получаса назад, когда в ворота крепости вошел авангард войска эрла Хоу. Ничего удивительного в этом не было, войска должны были собираться здесь всю ночь, дабы назавтра в полдень уже выступить в поход к Остагару. Так что немногочисленные стражники никоим образом не могли ожидать, что дружественная армия обратит против них оружие. Прежде чем сер Гилмор, капитан гарнизона, смог понять, что происходит, и организовать сопротивление, люди Хоу уже успели полностью занять укрепления и даже проникнуть внутрь, попутно перебив половину защитников крепости. Выжившие связали предателей боем в главном зале, однако несколько отрядов все же сумели прорваться во внутренние помещения, убивая всех и каждого, кто попадался им, не щадя даже женщин и детей. Первый из отрядов, собственно, и напал на этих солдат, охранявших доступ к личным покоям, и бойцы, проникшие наверх, также принадлежали к нему. Второй отряд в данный момент разорял левое крыло замка (библиотеку, часовню и казармы), а третий - правое (обеденный зал, кухню и комнаты прислуги). О судьбе тейрна и Дункана солдатам, к сожалению, ничего известно не было. - Вот же говно! - чертыхнулся Довакин, выслушав солдат. - Ну и что нам теперь делать? - Как это что? Сражаться, конечно же! - воинственно воскликнул Эйдан, потрясая мечом. - Нельзя позволить Хоу одержать верх! Торусу было искренне жаль парня. Он знал такой тип людей: идеалист, воспитанный в соответствии с рыцарским кодексом чести и обкушавшийся романтических сказочек. Рыцарь без страха и упрека, в чье черно-белое восприятие мира не укладывается, что его идеалы, как бы хороши они ни были, не вполне соответствуют жестокой серой реальности. А иначе говоря - кретин, недальновидный и пустоголовый, готовый с радостью пойти умереть фактически за скампову какашку. Точно как сейчас. - Совсем сдурел, или просто жить надоело? Валить надо отсюда, пока еще можно прорваться! - Но... - Не дури, сынок! - осадила сына тейрна. - Торус прав, мы не победим здесь. Надо найти твоего отца, прорваться к кухне и уходить через тайный ход. Слышишь? Не смей геройствовать, подумай о своем племяннике и Ориане. Ты не можешь обречь их на смерть! - Да... ты права, мама, - нехотя признал юноша. - Но неужели мы совсем ничего не можем больше сделать? Элеонора задумалась. - Пожалуй, все же можем. В сокровищнице хранятся наши фамильные щит и меч, нельзя допустить, чтобы они попали в лапы Хоу. Скорее, идем туда, пока не поздно! - скомандовала она, к вящей радости Торуса. "Спасибо тебе, Ноктюрнал, за этот подарок судьбы!" - мысленно рассыпался в благодарностях герой Скайрима. И вдруг похолодел, вспомнив, что замок не открыть без ключа, а ключ перекочевал от тейрны в его карманы. Ситуация складывалась крайне неудобная, и, что самое печальное, Торус совершенно не представлял, как подкинуть ключ на прежнее место.

***

По прибытии в предваряющую подвал караулку глазам численно выросшего отряда предстал форменный бедлам: охранники, по логике вещей обязанные давать отпор присутствующим в помещении солдатам Хоу, мирно дрыхли прямо на столе, оглушительно храпя и причмокивая, а их функции выполняла некая девушка эльфийской расы, бешенно скачущая по комнате, размахивающая мечом и при этом ругающаяся так, что заставила бы впасть в краску даже портовых грузчиков. И, надо сказать, справлялась она много лучше безответственных стражников - двое прихвостней Хоу уже валялись на полу, еще один корчился у стены, безуспешно зажимая перерезанное горло. Последний солдат все еще размахивал булавой, силясь зацепить юркую цель, но судьба его была предрешена: эльфийка, ловко нырнув под удар, нанесла свой - под колено, и второй - уже в спину падающему воину. Выдернула клинок, развернулась, приготовилась атаковать вновь прибывших - и, заметив среди них Торуса, остановилась. - Септим, это ты? Что за херня здесь творится? Что это были за психи? - воскликнула она, опустив оружие. - В двух словах: войска эрла Хоу осадили замок, и мы теперь в полной заднице, - коротко объяснил Довакин. И, видя на лице Каллиан недопонимание, был вынужден описать ситуацию более подробно, в то время как Эйдан с матерью спустились в подвал, дабы попытаться проникнуть в сокровищницу. - Вот как, значит, - задумчиво протянула эльфийка. - Мне эта крыса сразу, с первого взгляда не понравилась. Так и знала, что он что-то задумал. - Аналогично. Кстати, как я вижу, зелье сработало? Каллиан широко ухмыльнулась. - Еще как! Их после первой же кружки вырубило. Только выходит, что мы зря это зелье потратили, смысла-то уже нет в подвал лезть. - Точно... И ключ я, получается, тоже зря спер, - печально согласился Довакин, вертя рекомый предмет вокруг пальца. В этот до невозможности неподходящий момент из подвала вернулись тейрна с Эйданом, оба в расстроенных чувствах. И, как назло, первым, что попалось им на глаза, стал именно этот злополучный кусок металла. - Откуда у тебя это? - изумился парень, вылупившись на ключ в руке Драконорожденного. Вдруг он застыл на месте, словно сообразив что-то, а затем его лицо вспыхнуло гневом. Взревев подобно медведю, он бросился на Торуса и, схватив его за грудки, прижал к стене. - Сортир искал, значит? И заблудился? Как же я сразу не сообразил! Подлый ворюга! - Эйдан, успокойся! - вскричала вышедшая из ступора тейрна, на пару с солдатами оттаскивая сына от Торуса. - Кто-нибудь объяснит мне, что только что случилось? - Это он украл ключ от сокровищницы! - прорычал парень, силясь вырваться из захвата. - Это правда? - медленно произнесла женщина, сурово глядя прямо в глаза Торусу. Тот не выдержал взгляда и, сгорая от стыда, кивнул: - Да, правда. Дождался, когда вы заснули, проник в ваши покои и украл ключ. И сразу после этого наткнулся на солдат Хоу. И вот это, - он указал на спящих стражников, - тоже моя работа. Простите меня. Лицо Элеоноры смягчилось. - Здесь нечего прощать. Ты, конечно, поступил низко, и по-хорошему тебя бы за это следовало высечь, но если бы не твоя кража, предатели могли просто перерезать нас всех во сне. Так что забудем об этом недоразумении. - Мама, ты что? Он хотел нас ограбить! - потрясенно вскричал Эйдан. - Я сказала: забудем! - отрезала тейрна тоном, не допускающим возражений. - Сейчас не время для пререканий. Спустись вниз, забери наше фамильное оружие и возвращайся, у нас очень мало времени. Эйдан вспыхнул, но промолчал и, взяв ключ, исчез в недрах подвала. Вернулся он довольно скоро, уже гораздо лучше экипированный: фамильный клинок Кусландов, насколько мог на глазок оценить Торус, был не только неплохо выкован и заточен, но и нес в себе чары - не такие сильные, как на Биче Драконов, но вполне достаточные, чтобы дать владельцу преимущество над большинством противников. Вполне вероятно, что чары были и на тяжелом железном щите, также вынесенном парнем из сокровищницы. Не исключено, что там было еще немало зачарованных предметов и золота, так что Драконорожденный искренне жалел, что ему так и не выпала возможность там хорошенько пошуровать. И что по итогам всего дела остался в минусе.

***

После кишащего вражинами левого крыла (к этому времени полностью от них очищенного) отрадно было видеть, что главный зал до сих пор находится в руках союзников. Стражникам явно сопутствовала удача: пусть и ценой больших потерь, но им все же удалось выбить противника из зала и накрепко затворить двери, пока не прибыли основные силы Хоу. Теперь же они выжившие готовились к следующему натиску, намертво перекрывая вход и сооружая баррикады из мебели, чтобы если и не удержать замок, так хотя бы забрать с собой в могилу побольше неприятелей. - Ваша светлость, милорд, вы живы! Все! - радостно воскликнул рыжеволосый юноша в иссеченном и заляпанном кровью рыцарском доспехе, увидев входящих в зал людей. - Я боялся, что предателям удалось прорваться наверх. - К сожалению, удалось, - ответил Эйдан. - Только прожили они недолго. Сер Гилмор, ты видел моего отца? - И Серого Стража Дункана? - ввернула Каллиан. Лицо рыцаря омрачилось. - Стража я не видел вообще, а вот тейрн... Тейрн был едва жив от ран, когда я видел его в последний раз. Он приказал нам держать позицию, а сам направился в сторону кухни, наверное, надеялся встретить вас у черного хода. В это время раздался глухой звук удара, пошатнувшего ворота. Сомнений не было: к замку подошла основная армия предателей, и, похоже, что у них имелся таран. - Проклятье, прорываются, - прорычал рыцарь. - Скорее, пока не поздно, уходите к тайному ходу. Мы с парнями дадим вам время. Но будьте осторожны, в правом крыле еще остались враги. - Мы знаем. Храни тебя Создатель, сер Гилмор! - сказала тейрна, чуть ли не силой утаскивая сына в указанном направлении. Ворота содрогнулись снова, на этот раз сильнее. - Да позаботится Он обо всех нас, - откликнулся Гилмор. - Парни, занять позиции! Арбалеты на изготовку! Едва Кусланды, их дети и домашние животные успели покинуть зал, как замок сотряс чудовищный взрыв. Двери не выдержали такого издевательства и, сорвавшись с петель, приземлились в центре зала, прихлопнув неосторожно оказавшегося там солдата; еще трое стали жертвами разлетевшейся во все стороны мебельной баррикады. Спасаясь от свистящих в воздухе увесистых обломков, Торус и Каллиан бросились на пол, прикрыв головы руками, и как раз вовремя: из дверного проема ударил град стрел, прикончивший еще нескольких стражников. Вслед за стрелами в зал рекой хлынули солдаты Хоу, подобно волкам бросаясь на оторопевших стражников. За считанные секунды из почти трех десятков защитников осталась лишь дюжина, включая сера Гилмора. Выжившие отступили на середину зала, в самую узкую его часть, перегруппировались и, выстроившись в линию и закрывшись щитами, встретили врага четкими и слаженными ударами копий и рогатин. Нападающиеся отшатнулись, отступили назад, бросив убитых и раненых, перегруппировались, вновь ринулись на приступ - и вновь откатились, не в силах приблизиться к копейщикам на расстояние удара. Завороженный этим зрелищем, Торус не сразу почувствовал, что его трясут, пытаясь оторвать от пола. Выругавшись, он вскочил на ноги и обнажил меч. - Септим, ты заснул, что ли? Уходим отсюда! - закричала ему прямо в ухо Каллиан. - Не ори, я тебя слышу. Идем! Однако количество противников в зале ясно давало понять, что далеко уйти они не успеют. Солдаты Хоу все прибывали и прибывали, на месте каждого убитого вставали двое. В лучшем случае защитники могли продержаться еще минут пять - совершенно недостаточно. Осознав это, Септим обернулся к эльфийке, однако ее уже не было рядом. - Прекрасно, баба с возу - меньше навозу. Ну что, скампы чахлые, повеселимся?! - крикнул он, поднявшись на чудом оставшийся в неприкосновенности стол и сконцентрировавшись. Спустя секунду огненный шар пронесся поверх голов защитников и с адским грохотом разорвался посреди одного из отрядов предателей, убив троих и еще с десяток искалечив. - Маг! У них маг! Пристрелите его! - заорал один из офицеров Хоу, указывая мечом на Довакина. Тот в ответ послал в крикуна цепную молнию, убив его и еще четырех, неосторожно оказавшихся рядом. Вторая молния ударила в группу изготовившихся к стрельбе лучников, разом прожарив их всех до хрустящей корочки. - Подходите, уроды, на всех хватит! - рычал Драконорожденный, швыряя в толпу еще парочку пылающих снарядов. В рядах Хоу поднялась паника, уцелевшие солдаты в ужасе бросились обратно к дверям в надежде спастись от смертоносной магии. Там же их бегство и закончилось: в двери в этот самый момент врывался еще один отряд в сопровождении нестандартного бойца - невысокого бородатого человека, вместо доспехов одетого в потрепанную сине-желтую мантию с надвинутым на глаза капюшоном, держащего в руке длинный деревянный посох с сияющим навершием. Что безошибочно идентифицировало его как обладателя магического дара. По идее, Торус должен был радоваться, впервые повстречав на этих землях коллегу по цеху. Но он не радовался. Напротив, лишь приготовился и вновь зажег молнии в руках. Солдаты Хоу, увидев это действо, испуганно попятились назад, предоставив колдуну разбираться самостоятельно. Тот оглядел Довакина с ног до головы, презрительно усмехнулся и, буркнув что-то под нос, ударил посохом об пол, окутавшись какой-то полупрозрачной голубоватой сферой. После чего сделал в сторону Довакина приглашающий жест: мол, нападай! "Нападу, даже не сомневайся. Ты у меня сегодня бороду свою сожрешь!" - торжествующе подумал Торус, посылая в противника молнию - примитивную, ученическую, призванную лишь прощупать врага, но от того не менее опасную. Электрическая дуга с треском ударила в тело мага... и благополучно поглотилась засиявшей магической сферой. "Оберег? Вроде того, но как он его поддерживает? Непохоже, чтобы он постоянно перекачивал в него свою энергию". Пока Торус размышлял над природой вражеского щита, маг перешел в атаку. Ловко крутанув посохом "мельницу" - скорее для виду, нежели ради пользы - он метнул в оппонента собственную молнию - грозную, шаровую, невероятно опасную. И, по сравнению с мгновенными молниями магов Тамриэля - непозволительно медленную. Торусу не составило никакого труда заблокировать ее собственным "Оберегом". Та же участь постигла еще две, запущенные вслед за первой. Маг недовольно заворчал и, нацелившись посохом, выстрелил в непробиваемого оппонента огненным шаром. "Слабак, - констатировал Торус, без труда отбив пылающий снаряд. - Как ему вообще удалось ворота выбить? Лбом, не иначе." Пора было заканчивать с этим. Торус прекрасно знал принцип работы Оберегов, как и то, что они при всех своих преимуществах не могут остановить материальные объекты, а потому не видел смысла перегружать щит врага заклинаниями. Зажигая в правой руке огонь, левой он при помощи телекинеза подхватил валявшийся в углу сломанный табурет. А затем атаковал. Увидев летящий в него огненный шар, маг лишь высокомерно ухмыльнулся, абсолютно уверенный в надежности своей защиты. Что ж, огня он избежал, однако второго удара избежать ему не удалось, и вопящая от боли смесь горе-колдуна и табурета обрушилась на толпящихся позади латников, раскидав их в разные стороны. Увы, позорное поражение колдуна ни к чему не привело: все то время пока шла дуэль предатели увлеченно пытались подавить сопротивление выживших защитников, не обращая никакого внимания на магический поединок. А значит, ситуация по-прежнему была патовой. - Ладно, значит будем по-плохому! - Септим предельно сосредоточился, обращаясь к Колдовству. Сейчас его не волновали большие потери маны, его вело исключительно желание поскорее очистить помещение от врагов и сбежать. А что может быть лучше в данном деле, чем пара кровожадных тварей из глубин Обливиона? Из полыхнувшей прямо посреди рядов Хоу колдовской вспышки явились двое атронахов - огненный и ледяной - и сразу же набросились на оторопевших предателей. - Демоны! Создатель, спаси наши души! - истошные крики солдат Хоу доносились отовсюду. Наступление захлебнулось, солдаты в ужасе бежали прочь, подальше от чудовищных исчадий. Лишь самые храбрые рискнули дать бой даэдра - но без толку. Мечи и стрелы бессильно отскакивали от ледяного исполина, а его могучие кулаки одинаково легко сминали железо и ломали кости. Его огненному собрату, напротив, даже не приходилось наносить удары - огненная женщина просто скользила по воздуху среди воинов, а те, кто оказывался к ней слишком близко, вспихивали как просмоленные факелы. В ближайшие минут пятнадцать армии Хоу точно была уготована веселая жизнь. Сочтя свой долг исполненным, Торус уже вознамерился было спасаться бегством, однако его внимание привлекло нечто неправильное. - Блядь аргонская! Да что ж тебе спокойно не лежится?! - не выдержал он, увидев, что оклемавшийся маг снова вступил в дело. Лишившийся оберега и посоха, помятый, с искаженным от ужаса лицом, он громко орал какую-то тарабарщину и бешено размахивал пылающими огнем руками. И хрен бы с ним, но только Торус отчетливо ощущал все более усиливающиеся колебания магического фона в зале.. Маг явно пытался сотворить нечто масштабное, и во избежание неприятностей его следовало немедленно прервать. Затратив последние силы, он выпустил огненную стрелу, ударившую в чародея ровно в тот момент, когда он уже начал высвобождать накопленную силу, и в результате заклинание сработало прямо в руках горе-колдуна, породив невероятной силы огненный смерч, жадно захлестнувший ряды Хоу. Предатели не успели издать даже звука, свирепая стихия в мгновение ока расплавила сталь их доспехов, сожрала плоть и кости, испарила кровь, отправила души на суд Создателя. Огонь погас через считанные секунды, так же быстро, как и вспыхнул, оставив после себя лишь почерневший, оплавленный камень, золу и лужицы расплавленного металла. Стихия не пощадила даже огненного атронаха, в силу своей природы устойчивого к пламени - такова была мощь вышедшего из-под контроля заклинания. - Ох, хорошо, что вы с нами, Страж, - сказал сер Гилмор, помогая шатающемуся от переутомления Торусу слезть со стола. - Не знаю и знать не хочу, откуда вы достали этих демонов, но без них и без вас мы бы не справились. Идите, мы выиграем вам еще немного времени, когда они снова полезут. "У них здесь у всех, что ли, такая страсть к самопожертвованию?" - вскользь подумал Довакин. - Парень, не губи себя, у тебя вся жизнь впереди. Идем вместе! Рыцарь покачал головой: - Я не могу так, господин. Я солдат, я поклялся жизнь отдать за тейрна и Хайевер. И потом, я не брошу своих ребят. Коль помирать - так всем вместе. - Ну как знаешь. Хрен с тобой и Талос в помощь. - Эээ... вас тоже пусть хранит Создатель, - несколько удивленно ответил рыцарь.

***

- Спокойно, без резких движений, это всего лишь я! - сходу воскликнул Торус, врываясь в кухонную кладовку, где, собственно, и начинался ведущий за стены ход. Из присутствующих в помещении людей его заметили лишь Каллиан и Дункан, неизвестно где все это время ошивавшийся. Внимание всех остальных было привлечено к лежащему на полу Брайсу Кусланду. Смертельно бледное лицо тейрна было искажено болью, из уголка рта и многочисленных ран текла кровь, уже образовавшая на полу немаленькую лужу. И все же он был еще жив, и что-то тихо говорил склонившимся над ним жене, сыну и невестке. Рядом с ними тихо плакал малыш Орен, уткнувшись лицом в шерсть грустно скулящего волкодава. - Черт, Торус, ты нас напугал! Где ты был? - удивленно спросил редгард, отпустив рукоять меча. - Эти ублюдки чуть не прорвались сюда, пришлось немного подзадержаться... Ай, за что?! - злая как оса Каллиан подскочила к нему и отвесила звонкую оплеуху. - За то, что ты идиот, Септим! Тебе жить надоело, самоубийца гребанный? Какого х... - она осеклась, быстро взглянула на Орена, - ...хвоста ты там делал? - Что делал?! - вспылил Довакин. - Да если бы не я, мы бы сейчас с тобой не разговаривали! Этих уродов набралась почти сотня, даже маг один был. Гилмора бы смели через минуту! - Ладно, проехали... Ты можешь что-нибудь сделать с этим? - она указала на раненого. - Сейчас посмотрю. С сожалением достав из кармана один из четырех оставшихся пузырьков с магическим зельем, Торус осушил его, тем самым сразу же почувствовав прилив сил, и склонился над раненым. - Парень, оставь это! Уже поздно... - прохрипел тейрн. - Ваша светлость, давайте это я буду решать, - оборвал его Довакин, применяя диагностическое заклинание. - Так, посмотрим... Множественные раны, сломаны два ребра, обломки повредили легкие... Повреждены печень и селезенка, задет кишечник... Плюс ко всему массивная кровопотеря... Твою мать! Похоже, здесь я действительно ничего не смогу сделать. Не та специализация, скамп меня побери! Прекрасное понимание нескольких, если не всех, школ магии была основной силой магов-универсалов, но также и их главной слабостью: даже владея Разрушением, Изменением, Колдовством, Восстановлением и Иллюзиями на уровне мастера, они, тем не менее, не блистали ни в одной из школ и, как правило, проигрывали более узкоспециализированным магам. Целитель-эксперт (а порой и адепт) в своей области знаний почти всегда превосходил архимага-чародея, такого как Торус. Тем более что, откровенно говоря, знания в области Восстановления у последнего в основном ограничивались сухой теорией. Тейрн, превозмогая боль, улыбнулся. - Не стоит, парень, все в порядке. Дункан, - он обратился к Стражу. - Знаю, вы ничем мне не обязаны, но прошу вас, выведите мою жену, сына, невестку и внука в безопасное место! - Выведу, ваша светлость, не беспокойтесь. Но и я тоже должен попросить кое-что взамен. - Что угодно! - Ваши несчастья - ничто по сравнению со злом, что сейчас прорывается в наш мир. Я прибыл сюда в поисках новобранцев, и не могу уйти с пустыми руками. - Вы что, про меня? – вскочил Эйдан. – Это большая честь, но я не могу пойти с вами! Я должен позаботиться о семье... И отомстить Хоу! "Не одно, так другое! Сколько можно ломаться?" - мысленно взвыл Торус, одновременно с неудовольствием обнаружив, что из зала снова доносятся звуки боя. - Эйдан, я не прошу тебя забывать о Хоу, но в нашей семье долг всегда был превыше всего, даже мести. Иди с Дунканом, ради меня и ради всего Ферелдена! - прошипел Брайс, тут же тяжело раскашлявшись кровью. Эйдан печально склонил голову: - Хорошо. Ради тебя, отец. В этот момент крики и лязг оружия сменились радостным ревом: предателям все же удалось задавить сера Гилмора и его людей, а значит, они могли появиться в любую минуту. - Они прорвались! Уходите немедленно, я задержу их! – крикнула Элеонора, вскакивая с колен и хватая лук. - Элеонора, нет! - вскричал тейрн. Он даже попытался встать, но не удержался на ногах и со стоном повалился обратно, лишившись сознания. - Мама, не смей! Я не позволю тебе! - вторил ему Эйдан. Элеонора грустно покачала головой. - Мое место - рядом с твоим отцом, в жизни и смерти. Прощай, сынок, и знай: мы любим тебя и гордимся тобой. По коридору уже раздавался топот множества ног. Больше медлить было нельзя. Ориана подлетела к на первый взгляд голой стене и быстро надавила на один из кирпичей, едва заметно выступающий из каменной кладки. После чего первой бросилась в открывшийся проход, таща за собой Орена. Следом бросились Каллиан и Дункан, за ними - пес Эйдана. Вслед за мабари, все же прислушавшись к голосу разума (и крепко получив под зад от Драконорожденного), наконец последовал и его хозяин. Торус нырнул в проход последним, за секунду до того, как в кладовку ворвались враждебные солдаты. Дернул рычаг, возвращая стену на место, и для надежности начертил на камне несколько пересекающихся огненных рун - смертельный сюрприз на случай, если врагам удастся отыскать этот проход. И только тогда, впервые за этот безумный вечер, наконец-то смог вздохнуть с облегчением. "Стоп, не расслабляться, - тут же одернул он себя. - Ты еще не выбрался из этой заварушки."

***

Через три часа, на тракте к югу от Хайевера Они шли не останавливаясь, добрых полночи напролет, со всей возможной скоростью, лишь бы скрыться от мясников Хоу. Шли, не обращая внимания на усталость, голод и хныканье Орена. Шли все дальше и дальше, прочь от захваченного замка. Остановились лишь поздней ночью, в том самом месте, где хайеверская дорога сливалась с большаком - достаточно далеко, чтобы без опаски разбить лагерь и скоротать остаток этой ужасной ночи. И только тогда молчавший всю дорогу Эйдан дал выход своему горю и гневу - обрушив их на того, кого считал виновным в гибели родителей. И этим козлом отпущения стал никто иной, как Торус. - Проклятый ублюдок! Из-за тебя мои отец и мать мертвы! Я должен был спасти их, вывести оттуда! - истерично кричал он, даже не пытаясь скрыть текущие из глаз слезы. Септиму было искренне его жаль - как человек, рано лишившийся матери, он слишком хорошо знал, каково это, когда умирает кто-то из близких. Он все понимал - но, тем не менее, не собирался молча выслушивать эти нападки в свой адрес. - Хватит истерить, лучше возьми себя в руки и хоть раз подумай головой. Твоему отцу уже ничем нельзя было помочь, а мать твоя для себя уже все решила, ты бы ее никак не переубедил. - Да что ты можешь знать, грабитель! Я должен был их спасти! Должен был защищать их, даже ценой жизни! Если бы не ты... - ...ты бы просто-напросто погиб там, притом совершенно бессмысленно. А я не мог допустить это, понимаешь? Ты сам согласился вступить в Серую Стражу, а значит, мы теперь - братья по оружию, и неважно, нравится тебе это или нет. А я не привык бросать своих на смерть. - Меня заставили! - Тебя за язык никто не тянул, мог бы отказаться и сдохнуть, раз тебе так хочется стать мучеником. А сейчас уже все, поздняк метаться. - И, раз уж на то пошло, - продолжал он, не давая Кусланду вставить слово, - с какого перепугу я вдруг стал виноватым? Во всем, что сегодня случилось, виноват только и исключительно Хоу, и никто иной. Или ты уже успел об этом забыть? - Ненавижу соглашаться с этим говнюком, но он дело говорит, - неожиданно поддержала его Каллиан. - Ты уж извини, но родителей своих ты бы никак не спас, это точно. И коль так, я бы на твоем месте лучше думала, как отплатить Хоу, а не хныкала и поливала всех грязью. Не будь кретином! Осознав, что девушка права, парень успокоился и замолчал. - Да... ты права. Вы оба правы, - сказал он через пару минут. И вдруг вскочил с сумасшедшим огнем в глазах. - Я отомщу. Я обязательно отомщу этому подлецу, клянусь честью! Я не успокоюсь, пока не увижу голову Рендона Хоу на пике, даю слово! - крикнул он, грозя кулаком в сторону захваченного замка. - Месть - это, бесспорно, твое право, Эйдан, - вступил в разговор досель молчавший Дункан, - но, боюсь, ты нескоро сможешь осуществить ее. Теперь ты рекрут Серых Стражей, твоя первоочередная обязанность - биться с порождениями тьмы. Не забывай о Хоу, но запомни, что твой долг - превыше всего. - Я не забуду это, - кивнул парень. - Дункан, я понимаю, что мы должны как можно скорее выдвигаться к Остагару, но могу я сперва разрешить одно дело? - Ты должен позаботиться о семье своего брата. - сразу догадался редгард. - Да. Я должен найти им безопасное пристанище, подальше от Хоу и Мора. Желательно за морем, в Вольной Марке или Антиве. Дункан задумчиво почесал бороду. - Хорошо, - сказал он наконец. - Я не могу запретить тебе этого. Однако помни о времени, до начала осени ты должен прибыть в Остагар. Ты понял? - Целиком и полностью. Я лишь доставлю Ориану и Орена в Денерим и посажу на корабль, и сразу же вернусь. Это не займет много времени. Кусланд еще долго обсуждал что-то с Дунканом, однако Торус более не вслушивался в ход беседы. Накопившаяся за минувший день усталость - как физическая, так и магическая - окончательно взяла верх, и он провалился в сон, едва коснувшись головой спальника.