Последняя ласточка

После прочтения письма я долго размышляла, как мне покинуть графское поместье для встречи с королевской ищейкой. Обстоятельства складывались так, что меня ни на минуту не оставляли одну, очевидно, не доверяя. Конфликт с семье обострился до того, что мое дневное расписание заполнили под завязку. Отец желал держать меня под контролем, лишив последних крупиц свободы. С утра до вечера возле меня неусыпно дежурила нянечка, либо какая-нибудь служанка. И стоило мне только обратить взор на выход из поместья, как меня тут же кто-нибудь нервно отдергивал. Все письма, которые я отправляла, немедленно доставлялись на проверку отцу как и прочие документы. Я знала об этом, потому даже не рассматривала способ общения путем переписки. Да и стал бы граф отвечать на них лично? Поэтому ничего не оставалось, как выжидать удобного момента, дабы встретиться с Фантомхайвом с глазу на глаз. И вот, примерно спустя две недели после инцидента с письмом, обстоятельства наконец-то обернулись в мою пользу. Но для начала стоит упомянуть о ночи, что предшествовала случаю моего личного знакомства с графом. Не уверена, что заставило меня тогда не спать. От накрахмаленных простыней исходил сладкий запах лаванды, приятно щекоча нос. В комнате было жарко, поэтому дабы не будить нянечку, я решила сама открыть окно. Тихо щелкнул затворный замок и ставни распахнулись внутрь комнаты. Сквозняк тут же прошелся по босым ногам, огладив кожу и вынудив блаженно закрыть глаза. Сверчки запели усерднее, заполняя ночную тишину своим стрекотом. Вот только все равно что-то было не так. Я бегло обернулась, не совсем понимая свое шестое чувство. В комнате никого не было. Оперившись на раму, я чуть высунула голову на улицу. Всмотрелась в ближайшие кусты, мимолетно мазнула взглядом по деревьям и не заметила, как мой взгляд натолкнулся на чью-то фигуру. Я поддалась вперед, чуть ли не перевешиваясь на улицу с оконной рамы, желая убедиться, что силуэт мне вовсе не почудился. Кто-то шастал в той стороне поместья, упорно расхаживая из стороны в сторону и чего-то ожидая. Вот темная фигура остановилась, и я как-будто почувствовала на себе прожигающий взгляд, что кольнул меня где-то в области лица как пощечина. Первым порывом было отстраниться, что я и сделала, мигом отпрянув от окна. Гардинное полотно качнулось следом, пропуская меня сквозь свою прозрачную вуаль. В голове промелькнула одна мысль: «Меня заметили!» Но она тут же исчезла, заглушенная тихим цокотом лошадиных копыт. Небольшая повозка подъехала к зданию и остановилась неподалеку. Первые минуты сад вновь погрузился в ночную тишину, а затем прозвучал неожиданный выкрик: — Заносите! Ну же, живее! Под окном началась активная возня. Двое человек, отделившись от стены, которых я ранее не заметила, шустро заскочили в повозку. Она заскрипела, но со своего места я не видела, что из нее пытались вытащить. Укрывшись за белыми гардинами, я на всякий случай отошла подальше. Если эти люди ждали где-то здесь, я очень надеюсь, что они не видели, как я открывала окно. Однако я не забыла и о фигуре в саду. Бегло бросив взгляд на то место, где ранее мне привиделся человек, я с содроганием осознала, что больше там никого не было. — Что ты там копаешься, Милфорд?! — от этого тихого восклицания по коже поползли мурашки. Я вздрогнула, ощущая, как быстро заколотилось сердце. Опасаясь быть пойманной на той ситуации, чьей свидетельницей я невольно стала, отошла как можно дальше от окна. Можно сказать попятилась, едва не сбив свой ночной горшок. — Прошу прощения, сэр, но здесь нужно быть весьма аккуратной, — проскрежетал голос служанки. Я невольно замерла посередине комнаты, заинтригованная таким высказыванием. Страх боролся с любопытством. Для чего же нужно быть аккуратной в четыре часа утра? Что-то угрожающе затрещало. Я поспешно вернулась к окну, пасуя перед здравым смыслом и надеясь, что белоснежная вуаль скроет мой силуэт. — Если она упадет… — зашипел хозяин дом, чей голос я до этого слышала. Вот он точно так же, как и два человека ранее, стремительно отделился от стены и угрожающе замахнулся рукой. Служанка съежилась, судя по тому, как резко уменьшился ее силуэт, и что-то быстро залепетала. Мужчина был опознан по голосу, как мой отец, и тут же узнан по яркому отблеску закуренной сигары. Служанка тоненько взвизгнула. Я сдавлено охнула, наблюдая игру силуэтов. — Я немедленно все исправлю! — истерично взвыла женщина и мгновенно засуетилась, копошась в каком-то сундуке. Послышался торопливый топот по ступенькам. Что-то клацнуло, а вскоре где-то пролилась жидкость, как-будто кто-то слил воду из окна. Долгие минуты ожидания заставили меня напрячься, как струну, едва ли ожидающую конца игры. Волосы взметнулись от потока ветра, что попал в открытое окно, и я как-то упустила тот момент, когда вернулась служанка. За ней следом вылезло еще двое. Было плохо видно, но, кажется, они что-то тащили в руках. И, если мне не изменяло зрение и мой рассудок, то по очертанию это «что-то» весьма напоминало гроб. — Теперь переместите ее в карету! — распорядился отец, бросая сигару на землю и растаптывая ее ногой. Выдохнув напоследок струю дыма, он скрылся с угла моего обзора, вероятно, удалившись в дом. — Ох, господин!..- резко вскрикнула служанка, кого-то увидев, но вовремя спохватившись, что ее могут услышать, уже тише продолжила. Настолько тише, что со своего места я не расслышала ее последних слов. К ней медленно приближался черный силуэт. И чем ближе он приближался, тем понятнее становилось, что это мужская фигура. Что-то ехало позади мужского очертания, постепенно набирая звуковые обороты с приближением. Послышался хохот, заставивший меня на мгновение плотно вцепиться в шторы и сжать ткань моего укрытия. В свете фонаря, что держала в руках Милфорд, блеснули седые волосы. Вот они замерли друг напротив друга и она, к моему удивлению, отвесила ему вежливый поклон. Не без страха, признала, что я знаю этого человека. — Господин Гробовщик, вы уже прибыли, — констатировала очевидное Милфорд, — Я оповещу хозяина! И она, вновь поклонившись, тут же скрылась с фонарем в доме, позвав за собой оставшихся слуг и оставив мужчину одного. Он, очевидно машинально, развернулся вслед служанке, и неподвижно замер на одном месте. С минуту понаблюдав за ним, и удостоверившись, что он меня не видит, я вновь сосредоточила свое внимание на прибывшей карете. Ветер качал занавески, мешая рассматривать близстоящие с ней инструменты. На мгновение забывшись, я отодвинула их чуть в сторону, просовывая лицо в образовавшуюся щель. На небе не было луны, но еще один фонарь, стоящий неподалеку от кареты, удачно освещал нужную площадь. Инструменты обрели четкость и, кажется, я даже рассмотрела поминальный венок среди них. Масса вопросов, которые я, конечно же, потом не посмею ни перед кем озвучить, всплыли в голове. Зачем им именно сейчас понадобилась похоронная процессия и что увезут в этой карете? Что граф Уилтшир так долго прятал в этом доме? С тихим стоном я закрыла лицо руками и помассировала его. Бегло бросив взгляд в сад, с ужасом заметила, что в этот момент, высоко задрав голову, Гробовщик смотрел именно в мое окно. Я отшатнулась, задев таки ночной горшок. Тот с громким звоном отлетел к софе, и я искренне порадовалась, что еще не успела им воспользоваться. — Юная госпожа?! — раздалось визгливое от нянечки в коридоре. Сердце упало в пятки, так как Милфорд была слишком близка к тому, чтобы уличить меня в наблюдении за происходящим. Я отчаянно бросила взгляд на оконную раму, понимая, что не успею ее закрыть. Пришлось принимать решение. Мигом задвинув горшок под кровать, я пулей влетела под одеяло, с глубокими вдохами пытаясь выровнять дыхание. Шаги за дверью спешно приближались. За секунду до того, как дверь тихо отворилась, я быстро перевернулась на другой бок, лицом к стене. Комнату осветили канделябром. Я осторожно зажала себе рот рукой. Ставни резко хлопали, и я не знаю, каким чудом у меня получалось не вздрагивать от этих звуков. Кто-то прошелся по комнате. Щелкнул замок. Затем я почувствовала, как этот человек застыл у моей постели. Неприятное подавляющее чувство заставило меня медленно скатываться в истерику. Пришлось прикусить зубами указательный палец, чтоб приглушить всхлипы. Дыхание должно быть ровным, иначе… Это длилось ровно минуту, и вскоре меня покинули, осторожно притворив за собой дверь. Я облегченно выдохнула, все еще неподвижно лежа на боку. Окно мне закрыли, но вот кто уберет чувство страха? *** С самого утра мне не удалось осмотреть место действий, но в душе поселилось одно премерзкое чувство. Словно от меня что-то скрывают. Это подтвердила атмосфера за обедом. Косые взгляды отца и неопределенные намеки служанки о моих ночных похождениях. Я скромно улыбалась, не собираясь развеивать их сомнения, впрочем, как и опровергать. Утро прошло относительно тихо. Затем настал обед и, к моему удивлению, семья засобиралась в путь. Мое удивление было обоснованным, так как отец, с момента моего заточения в поместье, ни разу больше не выезжал на дневные рауты. Дом гудел, взбудораженный поездкой хозяев. То там то тут сновали обеспокоенные слуги. Мать, явно чем-то взволнованная, громогласно раздавала указания, уже собранная и готовая к дороге. Я видела, как ее пальцы чуть подрагивали, когда она держала в них какие-то бусы. Буквально за несколько минут все приготовления были завершены. Так, стоя у калитки, я задумчиво провожала взглядом спешно удаляющуюся карету, думая о том, что настал таки час посетить графа. Милфорд, словно ощутив мои мысли, строго покосилась на меня, перехватила мою руку и спешно потянула обратно за собой в дом. Хватка у нее была крепкой, и меня буквально втянули обратно в поместье. — Сидите здесь и никуда не выходите, — назидательно прогудела она, отбуксировав меня в гостиную. Хлопнув в ладоши, она громогласно огласила, — Леди требует холст и краски. И…эй, ты! Позови сюда мистера Рока, — махнула она какому-то слуге. Передо мной тут же засуетились слуги, постепенно внося в зал все обозначенное. Мольберт направили в мою сторону и даже уложили в руку кисть. Служанки ловко обрядили меня в фартук дабы в процессе творчества не пострадало дорогое платье, и усадили на место, расстелив у ног какую-то пожелтевшую ткань. Я была на все сто готова к созиданию искусства. — Но Милфорд, — протестующе возвела я на нее очи. — Вам полезно, — поджав губы, сообщила она. — Мне дурно, — веско вставила, кладя на мольберт кисть и для пущей трагичность обмахивая себя левой рукой, будто веером. Я видела ее нежелание сидеть со мной в данную минуту. Ведь на кухне Милфорд ждал симпатичный повар, который постоянно откидывал ей кучу пошлых комплиментов, от которых нянечка блаженно млела. Вот и сейчас она хотела поскорее сплавить меня кому-нибудь на руки, дабы скорее сбежать. — Корсет затянут слишком туго? Или вам нездоровиться? — монотонно поинтересовалась, сверкнув на меня своими глазами. — Голова кружится, — я тяжело вздохнула. — Вы бледны, — констатировала она очевидное. Рассвет-то, после прошедшей ночи, я встретила так и не сомкнув глаз. — Пожалуй, вам действительно стоит прилечь. Эй, сопроводите леди в ее покои! Две служанки тут же захлопотали, конвоируя меня к дверям комнаты. Зайдя внутрь, я остановилась у порога и махнула рукой, отпуская их. Девушки заколебались продолжая упорно стоять. Я захлопнула дверь перед их носом, не пустив таким образом ни одну из них внутрь. Постояв с минуту у двери и убедившись, что беспокоить меня более никто не желает, я тут же метнулась к шкафу. Распахнув деревянные створки и немного поковырявшись в нем, я извлекла на свет бережно припрятанные мужские штаны, которые мне удалось умыкнуть из прачечной. Очевидно, что попросить у кого-нибудь из горничных свои — я не могла. Женщины в этом веке даже понятия не имели о какой-то другой одежде, кроме своих до нелепости пышных платий. Потому, достать по-размеру что-то кроме платья — было для меня роскошью. С боем скинув свой наряд, ведь шнуровка на платье всегда шла сзади и была до ужаса неудобной, я осталась лишь в нижнем белье. Ворох ткани с громким шелестом осел у ног. Без особого сожаления сгребла эту кучу ногой под кровать, дабы никто не смог сразу его заметить. Мало ли, я то могу быть в уборной, что объясняет мое временное отсутствие в комнате, а вот сам наряд, как странно, аккуратно сложен в шкафу. Бросив косой взгляд в зеркало, я засомневалась на счет панталон. Насколько их будет видно в этих штанах? Стоило ли их снять вообще, дабы они не мешали мне влезть в чужое добро? Я покосилась на штаны и решила попробовать влезть в них так. Как оказалось на деле, все было не так то просто. Мужчина, чьи штаны я успешно умыкнула, хоть и был выше меня, но, очевидно, намного худее. Либо это моя задняя часть просто слишком выпирала на фоне хорошего питания? Так или иначе, для того, чтобы влезть в штаны, требовалось пространство, которое мне могли предоставить панталоны. Поэтому — долой! Рубашка, с красивыми кружевными рукавами аккуратно обтянула фигуру. Злополучный корсет я не снимала, понимая, что тогда грудь будет до неприличности открытой. И пусть я была жительницей двадцать первого века, но даже мне было бы странно, если бы на улице у девушки выпирали соски. Не важно, от холода или возбуждения. Наконец-таки полностью собравшись, я достала из-за шкафа спрятанные простыни, которые я тайком тягала из той же прачечной, и связала из них тугой канат. Сбросив один конец вниз из окна, а другой закрепив за ножку кровати, я спустилась по импровизированному тросу, молясь, дабы ни одно из его звеньев не развязалось ненароком. Таким образом уже через несколько мгновений я оказалась в саду. Как я уже говорила, после того, как хозяева покидают поместье, слуги становятся слишком ленивыми, дабы сновать туда-сюда по территории. Поэтому покинуть сад незамеченной было проще пареной репы. Перешагнув порог ограды и свершившись с листочком, где кривым почерком был написан адрес родового поместья Фантомхайв, я неспешно двинулась по улочкам Лондона. Шла я быстро — от части из-за спешки, боясь, что родители вернуться столь споро, как и отъехали, но и отчасти из-за косых взглядов, бросаемыми на меня прохожими. Признаться честно, в глазах людей их старинного Лондона я выглядела точно обезумевшая женщина, от чего-то решившая равняться с мужчинами, раз напялила мужскую одежду. Джентльмены неприязненно кривили лица и спешно отворачивались. Дамы же пренебрежительно косились либо одаривали ошеломленными взглядами: мол, что с ней не так?! Думаю, именно они пошатнули мою решимость в собственные силы. До меня быстро дошло, что графу в таком виде было показываться — чревато. Однако что-либо сделать со своим нарядом я уже не могла. От этого я сильно нервничала, ощущая, как нужные мысли быстро покидают голову, и додумать нужные слова и продумать разговор наперед — попросту не получалось. Проходя мимо знакомой конторы, я невольно затормозила, мешкая. Искушение потребовать ответов здесь и сейчас остро кололо душу. А стоило ли соваться к нему теперь, после того, что я увидела? У него вполне могли быть причины выдать меня семейству, раз уж он имел честь появится в нашем поместье. Его ночное присутствие на территории сада громко сказало о его связях с семейством Уилтшир. И, признаюсь, сейчас, стоя возле этой конторы я очень радовалась, что в первый свой визит к нему я не раскрыла по неосторожности всей правды. Поэтому сейчас граф был единственным из известных мне людей, исключая Гробовщика, кто знал, что происходит у нас в поместье. Думая так, я остановилась перед калиткой большого поместья. Штаны слегка запылились в дороге, а натруженные ноги гудели похуже чайника на огне. Пришлось тут же приводить себя в подобающий вид. Коса была поправлена, а налипшая на рубашку грязь была бесцеремонно выбита. Я неловко переступила с ноги на ногу, снимая поочередно с каждой напряжение. Итак, поместье. Честно, в этот момент у меня возник ступор. «Что я скажу графу? Как заставить его себя выслушать?» — заметались испуганными зайцами мысли. Родственники уехали неожиданного, заставив меня действовать спонтанно, с расчетом, что они больше не совершат таких вылазок и мне больше не представится возможности покинуть поместье одной. «Нужно было захватить платье!» — проскользнула отчаянная мысль, но сожалеть о своей недальновидности было поздно. Я замялась у калитки, растерянно рассматривая особняк и судорожно выдумывая причину, стараясь мыслями не возвращаться к своему внешнему виду. Однако этим я добилась лишь того, что вызвала неуемную прислугу, привлеченную странной женщиной, отирающейся у ворот поместья их хозяина. Лучезарно улыбнувшись, я вежливо представилась мужчине, пареньку и девушке с платочком на голове. Солдат, смогла определить первого я. Паренек же был прост как две копейки, и его вид смахивал на простого пастуха. Девушка была немного нервной и постоянно что-то бормотала, поправляя свои круглые очки. И все трое, наперебой, пытались выспросить цель моего пребывания здесь. Я даже слова вставить не успела, как эта троица уже все решила за меня. — Да ладно тебе, не могла же ты так просто сюда забрести? — озадачено спросил вояка, обдавая меня стойким запахом перегара и прислоняясь плечом к кованым воротам. — Тут недалеко есть другие поместья, так как ты сюда попала? — продолжали допытывать меня. Я неуверенно попыталась заикнуться о причине визита, что бы опровергнуть его версию. — Шпионка?! — резко завизжала девушка и как-то странно напряглась. Вместе с ней помрачнел и мужчина. Я совсем онемела, совершенно сбитая с толку этим выкриком. — Ребята, может она просто заблудилась? — озадаченно выдал зеленоглазый парнишка. Троица неловко переглянулась между собой, а затем кивком головы позволила войти на территорию. Я облегченно выдохнула. Меня тут же радостно потащили в дом. Не через парадный вход конечно, но тоже сойдет. А вот там уж точно и бесповоротно потеряла дар речи, так как внезапно увидела старого знакомого. Эту черную спину, затянутую во фрак просто невозможно забыть. Я резко попятилась назад. — Эй, ты чего? — попытались остановить мой побег. Я развернулась лицом к выходу, и меня тут же поймали за плечо. — Весьма удивлен, леди Вирджиния. Это большая честь видеть Вас в нашем доме, — я нервно сглотнула. Успокойся, Вера, просто успокойся. — Леди?! — озадаченное от прислуги. Я бегло осмотрела их лица, замечая, как те постепенно вытягиваются. Служанка в очках что-то испуганно заблеяла, вояка попятился. — Но! — воскликнул тот самый военный и указал рукой на мой внешний вид. Я сдержано улыбнулась. Вернее попыталась. — Отличная погода, не находите? — ласково продолжили у меня над ухом. Я машинально, как сделала бы это в своем времени, ухватила наглеца за подбородок, чем изрядно его удивила и осторожно отвела в сторону. В расширенных зрачках мелькнуло изумление и восторг, но они тут же скрылись за ресницами. Понятливая улыбка расцвела на тонких губах. — Отличная для прогулок, — осторожно произнесла я. Сзади послышался перепуганный шепот прислуги и догадки о возможно расправе Себастьяна над ними. По коридору шли недолго. Буквально за следующим поворотом оказался кабинет графа. Гордо расправив плечи, я дождалась разрешения войти. Сердитый мальчишка в розовых панталонах. Почему-то, именно такая ассоциация первым делом пришла на ум. Я слегка поклонилась, наблюдая, как граф медленно покидает свое рабочее место. Галантный кивок и стандартный поцелуй в руку. Я вздрогнула, так как неприятное покалывание вновь вернулось, и присела в огромное, по сравнению со мной, кресло, буквально утопая в нем. Похоже, о моем визите мальчишку уведомили заранее, оставляя меня на милость прислуги, чтобы задержать. — Что вас сюда привело? — с улыбкой произносит Сиэль, нет, не так — Граф Фантомхайв, кивком указывает мне на кресло, в то время как его рука подает сигнал дворецкому. Последний с поклоном исчез. Я облегченно выдохнула. — Вижу, вас напрягает общество моего дворецкого, — приметил юноша. Я осторожно кивнула, пытаясь сформулировать мысли в одно нормально предложение. Почему-то все, что я хотела бы спросить у графа, со стороны звучало максимально глупо. — Итак, леди, я хотел бы узнать причину вашего визита? И улыбка, столь обольстительно вежливая, но так не идущая его владельцу. Я сглотнула тугую слюну, не зная, с чего мне начать. Все вышло довольно спонтанно, а потому я была совершенно неподготовленной. — Ваш чай, лорд, леди, — дворецкий возник будто бы из-под земли, аккуратно ставя на столик мраморный сервиз. В полнейшем молчании он разлил по кружкам любимый всеми британцами чай и, словно ничего не произошло, с поклоном удалился. — Граф, скажите мне честно, — я схватилась за чашку, словно утопающая. Приподняв ее на приемлемый уровень, задумчиво постучала по ней ногтем и слегка отпила жидкость смочив горло. Граф внимательно проследил за этим, но ничего не ответил, ожидая продолжения. — Могу ли я вести с вами откровенные беседы? — Что вы хотите этим сказать, леди? — граф сложил руки и подпер ими подбородок. Было видно, что он не готов воспринимать мои слова всерьез. Все, что я могла бы сейчас сказать, разбилось бы о стену недопонимания, а потому я молчала. Граф по прежнему ждал, а потому вместо слов, я извлекла из рукава согнутый в несколько раз лист бумаги и осторожно развернув его, выложив лицевой стороной на стол. Лицо Фантомхайва дернулось, как от удара, но должна отдать ему должное, он быстро пришел в себя. Медленно оторвав от пожелтевшего листка взгляд, он окинул меня уже совершенно другим взглядом. Напускное дружелюбие тут же улетучилось и в воздухе повисло напряжение. На столе лежала сводка о пропавших людях, а если точнее, то детях, украденная из отцовского архива. Мне нужно было доверие графа, но так просто обычными светскими беседами его не заполучить, мне нужно было нечто большее. — Почему вы… — граф запнулся, так как явился неожиданно дворецкий. — Почему вы даете это именно мне? — Почему? — удивилась я, стараясь казаться совершенно естественной, — Я думала вас интересует такого рода информация. — Что же, спешу вас заверить, что меня это совершенно не волнует, — бросил граф, отворачиваясь и как бы невзначай смахивая документы рукой на пол. Он потер виски, показывая, что от моих разговоров у него разболелась голова. Я поджала губы. Упрямый мальчишка! Дворецкий наклонился, подымая документацию, однако не возвращая ее мне, как полагалось. Напротив, он аккуратно сложил листок и спрятал его во внутреннем кармане сюртука. — Если вам больше нечего сказать… — Почему же? Есть что, — я натянуто улыбнулась, как учила мадам, — В конце концов на листе, что подобрал ваш дворецкий, находится лишь часть изложенной информации. Остальное, — я отставила пустую кружку в сторону и улыбнулась, — Находиться вот здесь, — я указала на свою голову. — У меня уже есть информатор, — не стал отрицать свою заинтересованность в этом деле граф. — Вы уверены, что он владеет всеми оперативными сводками? Граф Уилтшир лучший представитель Скотленд-Ярда. И поток его агентов весьма обширен. Фантомхайв позволил себе скупую улыбку на мое высказывание. Он явно был не заинтересован в мое персоне, что меня весьма раздосадовало. — Вы ведь пришли сюда не от имени своего отца говорить, — сказал мальчик, загадочно сверкнув глазом. — Что-то или быть может кто-то, является причиной столь неожиданного визита. Я под впечатлением, леди, — и он спокойно отпил свой чай. Признаться честно, у меня по спине прошелся табун мурашек. Заученная назубок улыбка едва не соскользнула с губ. Этот мальчик умен и определенно опасен, несмотря на свой возраст. Не даром он до сих пор ходит графом. Так стоит ли играть по-крупному и наконец-таки расценивать графа как потенциального союзника? — Вы довольно проницательны, — серьезно ответила я. С невозмутимым видом я осторожно расстегнула две пуговицы своей рубашки, откатывая ворот и оголяя шею. Рука скользнула в образовавшийся карман и медленно, из-за корсета, стала спускаться к тайнику, что прятался в самой ткани ближе к груди. Граф возмущенно закашлялся, очевидно, не понимая моих действий, ведь для леди оголить шею и часть ключиц — было верхом неприличия в те времена. — Если вы решили… — начал было он со злостью, чем остановил меня и привлек к себе внимание. Я покосилась на него, ожидая продолжение, однако его не последовало. Румянец тронул его еще по-детски круглое лицо, синий взгляд ушел в сторону, но то и дело косился на то, что же я таки пытаюсь извлечь из своего наряда. Когда же злополучная бумажка, которая была ничем иным как документом, была извлечена на свет, я тут же поспешила поправить ворот. — Вам повезло, господин, что в поместье не гостит госпожа, — подал голос дворецкий, чем вызвал недовольный вздох графа. Последний как-то устало откинулся в кресле, небрежным жестом прикладывая руку ко лбу и прикрывая глаза. — Весьма интересный способ сокрытия важных бумаг, — с секунду помолчав, произнес он, и бросил на меня внимательный взгляд. — Себастьян, — он указал взглядом на протянутый мною лист с печатью некой Авроры. Дворецкий осторожно выудил из моих пальцев документ и передал хозяину. — Как вы понимаете, в этом документе есть заметки на список определенных личностей, — начала осторожно подбирать слова, — Как вы заметили, под номером двести пятьдесят три — стоит моя фамилия и мои инициалы. Думаю, мне не стоит говорить вам о деятельности некой группировки дворян, входящих в состав Авроры. Но, что забавно, обратите внимание на дату. Тринадцатое марта этого года. Не удивительно ли? — Что вы имеете ввиду? — В архиве у этого сообщества я появилась ровно за три дня, до… — я оборвала себя, пытаясь подобрать как можно более лояльное объяснение своему появлению. По сути то, что семья скрывала свою дочь около двух лет из-за якобы «болезни», настораживает. Вот только я как бы не она а, по сути, некая замена. Очень правдоподобная и непонятно как оказавшаяся на ее месте. Думаю, об этом графу знать не обязательно, поэтому, обходя все углы, я заявила следующее. — До того, как пришла в себя. Что удивительно, я не могу вспомнить, что происходило до, и после моего выбытия из этой организации. — И какой вам резон узнавать что было «до» и «после» выбытия? Вот теперь я спасовала, не уследив за его ходом мыслей. Мальчик был наделен просто блестящим умом и, как он продемонстрировал, он им умел пользоваться, в отличии от меня. Признаться честно, его вопрос поставил меня в тупик, потому, я не сразу нашлась, что ответить. — Это мои личные интересы, — уклончиво ответила я. Выдержав пристальный взгляд и стараясь при этом не отводить свой, я вновь постаралась вернуть своим губам ту самую улыбку. Откровенно, не вышло. Ну и черт с ней! Время застыло в ожидании и я даже ощутила, как оно медленно тянется. От нервозности, стала нервно перестукивать по локтю пальцами. Граф прикрыл глаз, очевидно, обдумывая полученную информацию. Меж его тонких бровей залегла несвойственная детям морщинка, свидетельствующая об умственном процессе. Что же, выбор у него и вправду сложный. Прекратив рассматривать Фантомхайва, и бросив быстрый взгляд на дворецкого, я нашла в его лице заинтересованность собственной персоной. Его губы изогнулись в изящной улыбке, карий взгляд слегка потемнели он словно бы прищурился, скрывая пушистыми ресницами зрачок. К своему удивлению, я нашла эту улыбку неприятной, пусть мужчина и казался просто дьявольским красавцем. — Какие выгоды я могу извлечь из сотрудничества с вами, леди? — внезапно произнес граф, пронзив меня насквозь своим взглядом. Я сглотнула, вернув графу свое внимание — Вы получите информацию, — прямо ответила я, скрещивая руки в замок. Дворецкий вновь наполнил наши чашки чаем, одну из которых он любезно передал мне, а другую аккурат передал своему господину. — Я уже говорил, что не нуждаюсь в лишних, а тем более, непроверенных источниках. — Но ведь информации на пропавших детей у вас нет? — с намеком высказалась я, стараясь перехватить инициативу в этом диалоге. Признаться честно, я не знала, насколько актуальны мои сведенья, потому играла вслепую. Граф сделал медленный глоток и на мгновение замер, прикрыв веко. Следующее, что я могла видеть, так это то, как недовольно синий взор обращается к дворецкому. — Переделай, — небрежно бросает он и отставляет свой чай в сторону. Я нервно сглотнуло, было, ожидая, что граф сейчас выдаст мне отказ. От этого захотелось поерзать на месте, но я сдержалась. — Ваши условия? — Сведения находятся у меня в комнате. Передать их получится только при встрече, — начала я из-далека. — Скажу сразу, мне нужна причина, дабы покинуть поместье вместе с Вами на неопределенный срок. — Не много ли вы просите? — Я еще не просила, граф. Это неоспоримые действия, которые вам надлежит выполнить для получения информации. Дворецкий хмыкнул, чем вновь заслужил неодобрительный взгляд хозяина. Сиэль же помассировал виски, словно у него разболелась голова, однако ничего не сказал, позволив мне продолжить. — Просьба же заключается в том, дабы узнать, куда тринадцатого марта было доставлено мое, давайте обозначим так — «тело», так как я была без сознания и, самое главное, для чего? — Это все? — Конечно. — Что же, условия приемлемы, — произнес граф. — Отчасти. — Что? Отчасти? — ужаснулась я, на мгновение теряя свое самообладание и выказывая растерянность на лице. Граф улыбнулся. — Будет сложно вывезти молодую незамужнюю леди в компании обрученного джентльмена. Довольно компрометирующе, не находите? Простите, но я сначала даже сломалась, не совсем понимая, как это может нас скомпрометировать. В эту эпоху я должна быть уже матерью такого молодого джентльмена, и уж никак не любовницей. От изумления у меня пропал дар речи и я вновь невольно перестала контролировать свои эмоции. Однако взглянув на серьезное лицо графа, я поняла, что он ни капельки не шутит. — Как же быть? Мне нужно покинуть поместье. — Простите, что вмешиваюсь, миледи, но не легче ли вам просто дождаться результатов нашего расследования? — подал голос дворецкий, чем весьма меня обескуражил. — Моя цель никак не связана с этим расследованием. Я так или иначе буду ждать вестей, — отмахнулась я от него. — Что же, тогда у меня для вас есть интересное предложение. У рода Уилтшир есть дальние родственники, что живут на окраине Лондона в сельской местности. Кажется, местный барон, как раз таки относится к их числу. Его похороны состоятся уже на этой неделе и, если я не ошибаюсь, он приходился вам через два колена дедушкой? — К-конечно? — Себастьян, ближе к делу, — поторопил граф своего слугу. — Предлагаю вам, леди, под видом поездки к дальнему родственнику на похороны, улизнуть из дома. — Это имеет смысл, — пробормотала я. — Мы перехватим вас по дороге и устраним все неприятности. — Прошу заметить, весьма щедро, мой господин. — Хорошо, — мягко произносит граф, и я довольно улыбаюсь. Слуга попробовал что-то возразить, но тут же был прерван жестом руки. На том и порешили. А на следующий день я уже была готова к грандиозной афере. Благо, что я успела вернуться в поместье за час, до прибытия родственников.

***

Я грустно тряслась в карете, всеми силами стараясь не заснуть. В голове бардак, на ней же беспорядок. Полное отсутствие мыслей. Сцедила зевок в ладонь, хмуро глянув в окно. Погода была премерзкой. Тучи, словно под заказ, затянули небо. Нянечка недобро глянула, скосив свои черные глазки-пуговки на меня. Я резко выпрямилась, покладисто сложив руки на коленях. Едко улыбнулась, мысленно показывая той язык. Неприязнь к этой личности возрастала с каждой нашей встречей. Захотелось сигануть прям из кареты и под колеса, чтоб не мучиться. — Спешу напомнить, Госпожа, что Ваш отец просил меня приглядеть за вами, — проворчала моя персональная заноза. Я призадумалась. Глубоко так и со смыслом. Опять полезли мысли о подвале, который я-таки проверила. Вот теперь стоп, опустим эти мысли. Заметив, как мое лицо резко скривилось, моментально приобретая зеленоватый оттенок, нянечка поспешно что-то залепетала. Удрученно осмотрела свои руки, затянутые в черный шелк. Буквально недавно они трогали… Бррр, стоп, сейчас вырвет. Я пару раз прерывисто вздохнула. Определенно о подвале лучше не вспоминать. Еще раз глянула на свою сопровождающую, которая с интересом колупалась в выданном ей шитье. Похоже отец решил подстраховаться и отправить ее со мной. Не удивительно. Я опять заскучала, считая каждую выбоину под колесами. Только бы не вспоминать.

***

Меня перехватили по дороге, как мы и договаривались. Однако я не думала, что это произойдет так споро. Потому, увидеть того самого дворецкого, стоявшего в тени дерева, из окна кареты, для меня было — полнейшей неожиданностью. Взволнованно постучав кучеру по крыше транспорта, я вынудила его остановиться. — Что такое, леди? — удивленно вопросил он, бросая поводья и спускаясь со своего места, дабы заглянуть в окно. — Открой дверь, мне нужно в уборную, — как можно деликатнее, начала я. — Здесь? — искренне не понял мужик и очень удивленно обернулся на местность, что состояла из небольшой искусственной насади деревьев. Он едва затылок не почесал, настолько сильно его поразила моя просьба. — Не потерпите, госпожа? — уточнил он, с сомнением покосившись на меня. — Нет, — отрезала и, не дожидаясь пока он распахнет дверцу, сама выскочила наружу. Подобрав полы платья, я ринулась в гущу из деревьев. — Госпожа! — донеслось мне вслед. Я, естественно, обернулась. — Может мне только кажется, но там очень подозрительный мужчина, будьте осторожны! До захода солнца с пол дюжины пальцев осталось, не засиживайтесь долго и если-что, зовите! Естественно, я тут же посмотрела в сторону этого «подозрительного мужчины». Дворецкий стоял под деревом и улыбался, видимо, предвкушая занятное дело. Как всегда форма дворецкого и только она. На голове полный бардак, но довольно сексуальный. Он стоял так, дабы его трудно было обнаружить. «А вот и мой похититель!» — мысленно возликовала я. Кучер уже закурил подаренную кем-то сигару и казалось, что ему до меня попросту больше нет никакого дела. Более того, он вообще перестал следить за тем, куда идет его госпожа, отвернувшись ко мне спиной. Очевидно, не хотел подсматривать, как я справляю нужду. Я быстро оглянулась на нянечку. Та задремала прямо в карете, не особо заботясь о своем поручении, то есть обо мне. Я довольно улыбнулась. Преодолев оставшееся расстояние до полосы деревьев, я забралась в самую глушь, проскользнув прямо возле дворецкого. Не сказать, что мое зеленое платье осталось целым, после той дюжины веток, что я им собрала, но что у тут поделать. Себастьян без малейшей подсказки последовал за мной. Через пару секунд мы остановились. Я вопросительно уставилась на него, ожидая, когда тот соизволит выдать мне сменную одежду. И точно, как по заказу, в руки лег сверток из синей ткани. Теперь можно смело покидать место преступления. — Помоги мне, — бросила я дворецкому, поворачиваясь к нему спиной. Не то, чтобы я собралась раздеваться перед ним, но без чужой помощи просто так мне корсет не снять. — О? — удивленно выдохнул мужчина, однако без лишних вопросов потянулся руками к платью. Его ладонь прошлась по бархатной ткани, снизу-вверх, очевидно, нащупывая завязки. Затем он осторожно надавил между лопатками и едва заметно задел рукой шею. Пальцы бегло скользнули вдоль линии хребта и горячее дыхание тронуло нежную кожу у ключиц. Я вздрогнула и тут же отскочила, когда чужие губы едва заметно коснулись беззащитной жилки на шее. — Что ты?! — рассерженно зашипела, прикладывая руку к тому месту, где недавно были чужие губы. Дворецкий безапелляционно поднял ладони вверх, улыбаясь как последняя сволочь. Можно было подумать, что это прикосновение мне только показалось, настолько невинно выглядел мужчина. — Госпожа? — донеслись до нас выкрики со стороны дороги. Я поджала губы и бросила быстрый взгляд на дворецкого. Моя злость на него тут же улетучилась под действием совершенно другого чувства. Нет, бежать сейчас у нас не выйдет. Сердце бешено забилось в груди от осознания, что вся моя задумка пойдет прахом. В горле стал ком, а треск ломаемых веток заставил обомлеть от страха. Возничий шел на мои поиски! «Черт бы его побрал, » — злостно подумалось мне. Оглушительный звон ломаемых ветвей приближался, неминуемо приближая меня к пограничному состоянию с обмороком. Разволновавшись, я стала глубоко дышать, а корсет, так туго сдавливавший грудную клетку, мешал нормально сделать вздох. Дворецкий не успел его ослабить, потому голова кружилась от паники, что волнами захлестнула меня. — Вы должны уйти! — зашипела я на него, подталкивая руками в обратном от повозки направлении. Будет очень неприятно, если нас застигнут вместе. Да что там неприятно, монастырь мне тогда обеспечен! — Встретимся в городе, я последую за вами, — шепнули мне и дворецкий растаял, как по волшебству. Я замерла, чувствуя, как сердце бешено колотилось в груди. Однако паника стала медленно утихать и мысль, что еще не все потеряно, укоренилась в груди. В считанные минуты я умудрилась успокоится, головокружение отступило. Я тихо выдохнула и задрал подол платья по самые икры. Треск ломаемых веток приближался, а потому я довольно спешно сунула под юбки отданный мне сверток и прижала руки к животу, дабы он не вывалился. — Кхм, леди! — возмущенное лицо кучера высунулось неожиданно. Я вздрогнула, однако сумела робко, пусть и вяло, улыбнуться. На его лице так и читалось недовольство, кое он испытывал, вынужденно отправляясь на мои спорые поиски. Карета тронулась и вновь задрожала земля под копыта лошадей. Солнце и вправду клонилось к закату, однако в городе мы будем лишь к его полному заходу, а может и чуть раньше.

***

Я быстренько ретировалась в один из ларьков с одеждой. Дворецкий, как мы и договаривались, последовал за мной, неспешно следуя тенью. Мне было неизвестно, каким чудом он умудрился без транспорта преследовать карету, но и знать этого я тоже не хотела. Звякнул колокольчик, затрещала ширма. Я шустро стянула с себя свое зеленое платье. Аккуратно сложила, высунула его сквозь щель, отдавая в руки мужчине. А вот дальше начался полный писец. Корсет, гребаное оружие уничтожения всех женщин! Агрр, как бы я ни возилась с завязками, кажется, делала только хуже. Дошло даже до того, что я просто связала себе руки. Безвольно прислонилась лбом к стене. — Миледи, я бы мог помочь вам, — лаконично послышалось из-за шторы. Я возмущенно обернулась. Воспоминания за кой-то час езды не успели исчезнуть из головы. — Это неуместно, — бросила веско, и даже немного нервно, при этом безжалостно дергая чертову ленту руками. Веревка не ослабла. Да что же это такое?! Причудливая конструкция девятнадцатого века никак не хотела сползать. Я дернула ее вниз, чтоб тут же услышать оглушающий треск ткани. Юбка, что и так была уже не в лучшем состоянии, безнадежно треснула и порвалась на две части. За занавеской обреченно вздохнули. — Я бы мог завязать глаза и помочь, — напомнил о себе дворецкий, чем заставил меня задуматься. Конкретно так задуматься. Без чужой помощи я убью себя этой хренью в два счета. И кому я буду нужна в полудохлом состоянии? — Давай, — сдалась я. В кабинку тут же вошли. Я подозрительно скосила взгляд на Себастьяна, отмечая, что его глаза действительно завязаны. Спокойно выдохнула. Ну, теперь можно не беспокои… Чужая рука прошлась вдоль шеи к позвоночнику. Я задержала дыхание, чувствуя, как поползли мурашками по телу. Это было так странно, что я невольно вздрогнула. Мужская рука тут же исчезла. Неожиданно чужое дыхание опалило мочку уха, а руки дворецкого перебрались на талию. Это длилось мгновение, а может и дольше. В голову закралась мысль, и тогда я поняла, что дворецкий действительно гад. Издевается, сволочь. Я мстительно наступила ему на ногу. Тот даже бровью не повел. Корсет вместе с ворохом юбок упал прямо под ноги. Я инстинктивно закрыла грудь руками, сжавшись. — Вы прекрасны, миледи, — обаятельное от дворецкого. Я тут же состроила непроницаемое лицо. — А вы нет, — просто ответила я, осторожно подталкивая мужчину к выходу. Недолго думая, развернула сверток с одеждой и опять застонала. Гребаный корсет! Ненавижу! Пришлось звать обратно Себастьяна, иначе в этом случае просто повешусь на этих веревочках! Дворецкий явился уже без завязанных глаз. Я некрасиво и как-то подозрительно тихо взвизгнула, прикрывая грудь руками. Удивленно округлила глаза, то открывая, то закрывая рот от возмущения. — Вот же! — сипло выдавила, когда хоть какая-то способность к связной речи вернулась. Мне дьявольски улыбнулись, выражая готовность помочь при любом раскладе. И такая готовность была в этих глазах, что я непроизвольно гулко сглотнула. Рука машинально поднялась на уровень лица дворецкого и отвесила нахалу пощечину. Чужая голова мотнулась в сторону и дворецкий не спуская улыбки, которая стала еще шире, учтиво поклонился. Я молча развернулась, позволив тем самым затянуть на себе эту белую штуку, именуемую корсетом. Руки дворецкого ловко и быстро затягивали узлы на спине. Я обреченно ждала, а затем подпрыгнула на месте, когда шлепок пришелся между лопаток. Гад! Тем временем с улицы послышался оглушающий визг. Кто-то истошно кричал, да так, что в ультразвуке едва можно было распознать мою няньку. На лицо сама собой наползла злорадная ухмылка. Однако стоило мне бросить быстрый взгляд на дворецкого, как она тут же пропала и я спешно засеменила вперед. — Вы очаровательны, — донеслось мне в спину, от чего я вынужденно остановилась. Бросив взгляд через плечо, я подметила выражение лица дворецкого Себастьян, с которым тот смотрел на меня. И, признаюсь, мало чего было приятного в нем, вплоть до тех самых алых искорок, что тлели на дне его карих глаз при солнечном свете. — А вы нет, — напомнила я, стараясь выдержать его внимание на своей персоне и не капитулировать. Думаю, мы бы еще какое-то время стояли и рассматривали друг друга, если бы народ не стал стягиваться к месту событий. Себастьян вежливо указал мне рукой на выход. Я тут же поспешила им воспользоваться.

***

— Итак, я выполнил свою часть сделки, — просто сказал граф и требовательно уставился на меня, как только карета тронулась. Я кивнула головой, соглашаясь с ним. Солнце уже зашло и Лондонские улицы погрузились во мрак, который старательно разгоняли фонарщики. Стоит согласится, что даже в этом веке люди предпочитали удобство, потому просто не могли оставить один из самых крупных городов страны без света ночью. Проследив, как один из представителей это профессии взобрался на лестницу, дабы зажечь фитиль в уличном фонаре, я тихо вздохнула. — Что же, граф, тогда приготовьтесь внимательно слушать, — я сложила руки на коленях. — Так вы не соврали, что все сведения находятся у вас в голове, — подчеркнуто вежливо и с некой долей снисходительности, сказал граф, как бы между прочим. — Что-то не так? — удивилась я. — Нет, — легко отмахнулся мальчик. Он прикрыл рукой рот и отвернулся, очевидно, подумав о чем-то своем. Я фыркнула, чувствуя некое раздражение от того, что в этой эпохе девушек считали пустышкам. Пустышками — то есть ни на что не способными куклами, которые являлись лишь красивым дополнением к мужу. Опустив этот момент и решив не выказывать своего возмущения, пусть от такого отношения было немного обидно, я хотела было начать рассказ, но потом меня осенило. — Так вот что искал дворецкий! — выдохнула пораженно. — Простите? — не понял граф. Карета странно вильнула в сторону и я прикусила язык, едва не выдав тот момент, что меня до этого бесцеремонно лапали. Каждый момент, когда я пыталась снять корсет, дворецкий услужливо оказывался рядом и помогал, оказывая в этом некие вольности. На самом же деле Себастьян искал сведения, которые, как его хозяин думал, я буду прятать при себе. Умно! — Забудем, — лаконично уклонилась я. — Итак, давайте вернемся к тому, что я должна рассказать вам в уплату вашей помощи, граф. Сиэль прикрыл глаз и откинулся на спинку кареты, показывая, что он готов меня слушать. Я же быстро начала пересказывать то, что мне самой стало известно недавно.

***

Через некоторое время мы уже были в лавке Гробовщика. Я удивленно округлила глаза, ведь хозяин должен был вернуться через неделю. Как оказалось — не должен. Неделя исчерпала себя сегодня. Я мысленно дала себе подзатыльник. Могла же ведь спросить у местных! И вот, находясь у знакомой двери, я все никак не могла справиться с дрожью, что внезапно охватила меня. Резко побледнев, я сделала два шага назад от злополучного места, едва отмечая, как в мою сторону устремилось два вопросительных взгляда. — Вам плохо? — серьезно спросил Сиэль, глянув на меня так, что я невольно сглотнула. Пришлось брать себя в руки. Отрицательно покачала головой и тут же натянула улыбку, с грацией проходя мимо двух застывших фигур и открывая дверь. Колокольчик жалобно звякнул, заставляя меня опустить голову и с шумом втянуть воздух в легкие. Приторный запах формалина тут же защекотал ноздри. Голова закружилась, и я чуть не шлепнулась в обморок, если бы не успела опереться о вовремя подставленную руку. Внезапно откуда-то сзади прилетел череп. Я задохнулась в буквальном смысле. Рука судорожно вцепилась в платье, а другая резко ослабела, выпуская пальцы дворецкого из своего захвата. — Что ты… — раздраженно начал граф, который зашел за мной следом. — Решили себе гробик прикупить? — сзади нас раздалось жуткое хихиканье. Я удрученно обернулась, взирая на хозяина лавки. — Присаживайтесь, я как раз печенье испек, — помахали нам в сторону гробов. Я не сдвинулась с места. — Ааа, леди Верджиния, весьма польщен, — мне дурашливо поклонились. Я сделала один шаг назад. Вздохнула, резко опомнившись и гордо вздернув подбородок. Прошествовала к одному из гробов, проходя мимо Гробовщика. И вот нужно было в этот момент подогнуться ноге? Вернее как? Эта отмазка была для всех присутствующих. На самом же деле голова закружилась от противного запаха формалина, который, видимо, совершенно не выветривался из конторы. В глазах заплясали пятна, и я, резко уйдя в сторону, стала заваливаться на бок, падая прямо на человека. Неудачно взмахнула руками, цепляясь непонятно за что. Вцепилась. Упали. Хихикающее нечто нависло сверху. Не зная, что предпринять, я попыталась откатиться в сторону, но лишь неудачно трепыхнулась под чужим весом. Не сказать, что на меня легли полностью, но ощутимо придавили. Я сдавлено охнула, ощущая, как от соприкосновения с полом заболела спина. Голову-то мне поймали, но кто побережет мои хрупкие косточки? — Себастьян, — спокойно произнес граф, подав дворецкому пару знаков. Нас разняли. Вернее, не так. Не разняли, а просто придали вертикальное положение. Я лишь смущенно откашлялась, делая вид, что все произошло так, как нужно. Даже не особо стесняясь, навалилась всем весом на дворецкого, позволяя организму привыкнуть к удушливому запаху. А ведь в прошлый раз его не было слышно. Меня передернуло в чужих объятьях. Продолжалось это, конечно, не долго. Меня тут же выпустили, выкинув, словно неинтересную вещь. Я не обиделась, совсем нет. Лишь недовольно вздохнула, отходя к стойке с погребальными венками. Между графом и гробовщиком завязался информативный разговор. Честно, слушала в пол-уха, так как все это я прочла в сводках отца и даже сегодня рассказала графу. Даже досье исчезнувших детей были все те же. Но веры, очевидно, мне не было. То ли потому что я женщина, то ли потому что слишком подозрительная. Думаю, даже, что и то, и другое сразу. Я осторожно потянула из банки одно печенье в виде косточки. Повертела его между пальцев, разглядывая, а затем с тихим стоном положила на место. — Попробуйте, они вкусные, — неожиданно донеслось до меня хихиканье. Я неуверенно оглянулась, понимая, что моей персоне предоставили максимум внимания. Минутная тишина, а затем: — Отлично, я это сделаю! — раздалось довольно резкое от мальчишки. Печенье остановилось у самых губ. — Неужели? — вопросительное в ответ. И не менее злое: — Выйдите!  Я вопросительно уставилась на хозяина лавки. Тот заинтересованно оглядел Фантомхайва. Сиэль издал приказ, а затем строго глянул на меня. Дворецкий покинул лавку. — Себастьян! — прошипел граф и дворецкий тут же вернулся. Один кивок в мою сторону, и меня тут же выносят. Последний мой свирепый взгляд увидела лишь закрытая дверь.

***

Лондон — такой грязный город, что здесь почти не видно звезд. Я неуверенно вернула взгляд на все так же неподвижного дворецкого, лишь мгновеньем мазнув взглядом по нему, а затем по зданию. Контору Гробовщика сотрясал поистине громкий смех. Вот тогда Себастьян резко распахнул дверь, открывая вид на спину взмокшего Графа, а затем впуская меня в помещение. Я удивленно прошла внутрь, отмечая, как сильно покраснел мальчишка. Вновь попадали крышки гробов. Запах формалина подозрительным образом куда-то исчез. — Говори уже давай все, что знаешь, — нетерпеливо бросил граф. На его лице отразилось раздражение. — Никто, — подперев подбородок локтями, ответил Гробовщик. Я прищелкнула пальцами, прекрасно осознавая, о чем эти двое вели диалог. — Естественно, никто. Трупов ведь не находили, — высказалась, проходя внутрь. — Я ведь уже говорила вам это, граф, — заметила и с укоризной покосилась на Сиэля. Граф с неудовольствием кинул на меня взгляд. — Значит, нам нужно проверить сам цирк, — прямо заявил Сиэль. Я медленно кивнула. Внутри помещения было прохладно и сыро. Вечерний воздух сполна остудил мою кожу, потому я явственно ощутила, как замерзла еще на улице. Здесь же не было источника огня дабы согреться, потому мне приходилось зябко ежится. И, честно скажу, чем больше я здесь находилась, пока граф и гробовщик общались между собой, тем больше ощущение холода пропадало. Вместо него появилось кошмарное навязчивое чувство страха, которое медленно росло при взгляде на деревянные изделия, изготовленные специально для похорон. Полностью поглощенная этим чувством, я перестала следить за ходом их разговора, что бы в следующее мгновение сфокусироваться на фразе: — Могу я попросить присмотреть за леди Верджинией? — с фальшивой улыбкой спросил этот…этот! Я возмущенно открыла рот. — Вы же обещали! — возмущение и страх смешались в одну яркую и опасную эмоцию. — Просить вас вернуться в поместье не имеет смысла, ведь я исполнил ваше условие именно так, как вы хотели — вас похитили. Хотя, мне все еще непонятно, зачем было устраивать столь глупый фарс с похищением, когда можно было обойтись малой кровью, — ответил граф, заставляя меня молча поджать губы и отступить, — Однако я мог бы поступить, как истинные джентльмен и выделить вам кров в своем поместье, однако туда внезапно нагрянула моя невеста Элизабет, — произнося последнее, мальчишка скривился и отвел взгляд, очевидно, вспоминая девушку. — Занятно, — прохихикал мужчина с длинными седыми волосами. Гробовщик медленно крутанулся вокруг своей оси. Я злобно кинула на него взгляд. Еще чего! Мне что, предлагают среди гробов ночевать?! —  Давайте условимся встретиться в другом месте и другое время, — быстро зашептала я, хватая мальчика за руку. — Я немедленно найду гостиницу и остановлюсь там, я… — Прошу Вас, леди, — холодно сказал он, осторожно вынимая свою ладонь, затянутую в черную перчатку, из моей руки. — Не горячитесь и сами подумайте. Мне неизвестно, хотя я и догадываюсь, для чего вы сбежали из поместья Уилтшир: станут ли вас искать в этом месте? Уж точно в самую последнюю очередь и то, опрашивать будут Гробовщика. — Несомненно, — прохихикал тот, подтверждая слова графа. — Но! — воскликнула я в отчаянии. Однако мое восклицание услышала лишь захлопывающаяся за Сиэлем дверь. — Долбануться можно, — растерянно прошептала на русском, зарываясь в волосы и нащупывая шпильки, чтобы вытащить их. Аккуратной стопочкой сложила их рядом с собой и, чтоб хоть как-то привести бардак на голове во что-то вменяемое, я прошлась рукой по всей длине волос, чуть ли не вырывая драгоценные пряди. — Знаете, — внезапно выдала я, — давно хотела у вас спросить… А вы давно сотрудничаете с графом?