Титания

      Поднявшись на нужный этаж, Ева уверенно зашагала в направлении необходимого кабинета. Но найдя дверь с табличкой «Директор», девушка замялась: какое-то нехорошее предчувствие на мгновение сковало её сердце. Почему-то сейчас встреча с Такадой показалась Еве жуткой. Девушка поймала себя на не самой приятной мысли: она побаивалась оставаться наедине с той, кого за глаза ни во что не ставила. Опомнившись, Армстронг не могла не упрекнуть себя за нелепый страх: глупо отступать после всего, что произошло. - Добрый вечер, - поклонилась Ева, зайдя в кабинет. - Здравствуй. Присаживайся, - Такада указала рукой на стул у её стола. – Пожалуйста, подожди пару минут, пока мы с Ясумой закончим.       Опустившись на стул, краем глаза Армстронг стала наблюдать за довольно привлекательным светловолосым мужчиной, что стоял рядом с Такадой. Несмотря на все предыдущие встречи с Такадой, девушка ещё ни разу не пересекалась с Ясумой. Именно поэтому вице-президент компании вызвал у неё неистовый интерес. Ева не могла не оценить внешний вид симпатичного блондина: удачно подобранный костюм подчёркивал и без того прекрасную фигуру мужчины. «Вот ты какой, Сатоши Ясума,» - едва заметно усмехнулась Ева.       Почувствовав внимание к своей персоне, Сатоши обратил взор ясных голубых глаз на незнакомку, что так нагло рассматривала его. Данная персона с первого взгляда показалась Ясуме вульгарной, потому он не мог понять, зачем Такаде понадобилась столь сомнительная модель. Будучи весьма проницательным, Ясума всегда предугадывал намерения Такады. Можно сказать, что они понимали друг друга без слов. Сатоши всегда полагался на логику и здравый смысл, потому в случаях, требовавших фантазии или философии, он обычно терялся. Так было и в этот раз.       Не закончив обсуждение проекта, Такада попросила Ясуму выйти. Это обстоятельство насторожило мужчину: его начальница всегда серьёзно относилась к любому делу, а сейчас вот так просто бросила весьма важное предложение. И из-за чего? Сатоши вцепился глазами в Такаду, пытаясь получить ответ на свой немой вопрос. Опустив ладонь на ручку одного из ящиков стола, Такада посмотрела на своего заместителя. Встретив взгляд Рен, Ясума искоса посмотрел на Еву и, поправив галстук, поспешно покинул кабинет. Теперь он понял всё. - Прости за ожидание, - слегка улыбнулась Такада, сев на своё место. - Ничего, - Ева покачала головой. Заметив на столе каталог с мебелью, девушка спросила: - Собираешься делать ремонт? - Хочу заменить кровать, - опустив руку на толстый журнал, Рен неоднозначно посмотрела на Еву. – Что посоветуешь? - Вот эта, как по мне, очень даже ничего, - после нескольких минут молчания сказала Армстронг, мило улыбнувшись. – Но выбор за тобой, не для меня ведь кровать выбираем. - Почему же? - прислонив голову к спинке кресла, Такада закрыла глаза. Через несколько мгновений девушка вернулась в прежнее положение и, опёршись локтями о столешницу, добавила: - Забота о близких – залог успеха. Вам с Рётой, поди, не очень удобно зажиматься по углам, да и наша старая кровать не очень подходит для этого дела: маленькая, скрипучая, с узкой спинкой. В общем, никакого разврата с ней не провернешь. А так в следующий раз придёте к нам в гости, когда меня не будет дома, и начнёте резвиться на прекрасной новой кроватке. Разве не заманчиво? - Вот оно что, - кривая ухмылка появилась на побледневшем лице Армстронг. – Заметила-таки. - Сложно не учуять запах течки у сучки, что забрела на твою территорию, - Такада скрестила пальцы обеих рук. – Неплохо звучит, - хмыкнула Армстронг, сложив руки на коленях. - Ты довольно смелая девочка, раз решилась перейти мне дорогу, но на твоем месте я бы сидела тихо и не квакала, - чёрные глаза презрительно блеснули. Гнев девушки медленно начал закипать.       Ева с явной неприязнью посмотрела на брюнетку. Чутьё подсказывало ей, что с Такадой нужно держать язык за зубами, но Армстронг знала, что при таком раскладе она не сможет долго молчать. - Наблюдая за развитием событий, я так и не смогла понять: тебе нравится подбирать то, что плохо лежит? Или ты специально действуешь мне нервы? - Рёта не твоя собственность, – громко сказала Ева, резко поднявшись со стула. – Мы уже давно не дети, и он сам решает, где и с кем ему быть. Рёта взрослый, свободный человек, и ты не можешь решать за него. Твоя слава ничего не решает. Я люблю его, и на деньги никогда не променяю. Можешь даже не предлагать. - Если бы все мои проблемы решались только этими бумажками… - после некоторой паузы разочарованно сказала Такада. – Что ж, воля твоя. Давай говорить по-взрослому.       Шумно выдохнув, Такада потянулась к одному из ящиков стола. Через несколько мгновений тишину разорвал глухой щелчок. Этот звук остановил сердце Евы. Оно, кажется, оторвалось и с грохотом разбилось о дно её сознания. Горячая пульсирующая кровь острой болью сдавила виски, не позволяя ни одной здравой мысли просочиться наружу. В ушах звенело. Ноги и руки с каждой секундой леденели всё больше, совершенно не желая слушаться своего хозяина. По спине градом катился холодный пот. Затаив дыхание, Ева с немым ужасом следила за направленной на неё рукой. В тонких бледных пальцах поблёскивала холодная сталь пистолета. Армстронг, охваченная страхом близкой смерти, едва могла перевести взгляд на Такаду. - Теперь по существу, - властно сказала Рен, не опуская руку. – Мне очень хочется покончить со всем здесь и сейчас, но я дам тебе шанс. Все мы, в конце концов, не безгрешны. У тебя есть месяц, чтобы исчезнуть из моей жизни. Уедешь добровольно – останешься в живых. Если нет – отправишься на родину по частям. Уехать, как видишь, придётся в любом случае. Естественно, о сегодняшнем дне ты навсегда забываешь. Попытаешься схитрить – я расправлюсь с тобой более изощренно. Поверь мне на слово. На этом всё. Теперь убирайся.       Забыв о гордости, Ева пулей вылетела в коридор. Люди, ожидавшие встречи с Такадой у двери, вытаращили испуганные глаза на девушку. Почему-то их любопытно-насмешливые взгляды ещё больше раздражали поверженную Армстронг. Казалось, будто все вокруг уже знали о том, что с ней произошло.       Вскоре после позорного бегства Евы в кабинет Такады вернулся Ясума. Бесшумно закрыв дверь, мужчина на мгновение задержался у входа, вопросительно взглянув в спину Такады. Девушка не спешила оборачиваться. Облегчённо вздохнув, Ясума продвинулся вглубь кабинета. - Новая цацка твоего ублюдка? – брезгливо спросил блондин, опустившись на диван. - Именно так, - обессилено улыбнулась Такада, сев рядом с Сатоши. - Ты же не собиралась убивать её? - Ясума вопросительно посмотрел на Такаду. Выражение лица девушки ответило на его вопрос. – Дура. - Пожалуй, ты прав, Сато, - тихо сказала Рен, прижавшись лбом к его сильному плечу. – Я полная дура.

***

      Отсняв очередной выпуск программы и получив привычную порцию лестных слов от режиссёров, Рёта поплёлся в гримёрку. Однако какая-то незримая сила остановила его у чужой двери. Дернув за ручку, Кисе презрительно усмехнулся: похоже, здесь его больше не ждут. Ещё с минуту Рёта молча стоял у двери, словно прислушиваясь. Привычным движением руки блондин загладил непослушные волосы назад и, обворожительно улыбнувшись сумеречной пустоте коридора (здесь горела всего одна лампа), пошёл к себе.       Придя домой, первым делом Кисе поплелся в душ. Однако на сей раз вода не смогла привести мысли парня в порядок. Голова его несносно гудела. Зайдя в кухню, Рёта налил виски в тяжёлый гранёный стакан. Опершись о кухонную тумбу, Кисе поднёс напиток к губам и, не сделав ни единого глотка, выплеснул едкую жидкость в раковину. Запах алкоголя вызвал у него рвотный рефлекс.       Шумно вздохнув, парень поплёлся на улицу. Через несколько минут Кисе вернулся в дом и, выйдя на балкон, достал из кармана пачку сигарет, выпрошенных у охранника. Достав сигарету, Рёта дрожащей рукой поднёс её к губам и, обшнырив все свои карманы, громко ругнулся: он ведь никогда не курил, так откуда же тогда взяться зажигалке? Выдернув несчастную сигаретку изо рта, Кисе смял её и злобно швырнул за балкон.       Зайдя в дом, Кисе улёгся на диван и, подложив одну из подушек под голову, закрыл уставшие глаза. Желудок, не получивший с утра ни единой крошки, настойчиво требовал что-нибудь съестное, но Рёта игнорировал все его возмущения. Сейчас ему было не до еды. Кисе казалось, будто его голова вот-вот взорвется от того негодования и возмущения, что он испытывал. За прошлую неделю его жизнь изменилась настолько, что парень едва мог разобраться в собственных чувствах.       Вернувшись с работы в прошлую среду, Рёта, откровенно говоря, удивился, застав дома жену. Взглянув на часы, парень убедился в том, что он не спал. Этот весьма странный вечер супругам пришлось провести вместе. И хотя Такада вела себя как обычно, интуиция подсказывала Кисе, что нечто ужасное вскоре настигнет его.       Так и произошло: на следующий день весьма странное происшествие выбило успешного ведущего из колеи. Оказалось, что у всеобщей любимицы Армстронг внезапно появились какие-то семейные проблемы и она должна была срочно уехать на родину. Однако Кисе мало верил этой сомнительной истории, потому неоднократно пытался выбить из Евы правдивую информацию. Но девушка, похоже, не хотела ничего объяснять. Более того, теперь она открыто избегала Кисе. Такой цирк продолжался до тех пор, пока в одно прекрасное утро Ева и вовсе не вышла на работу. Кисе возмутило такое поведение Армстронг: после всего, что было между ними, Ева не имела никакого морального права игнорировать его.       Открыв глаза, Рёта даже не шевельнулся: силы словно покинули его. Молодое тело онемело от безделья. Чувство собственной беспомощности холодной дрожью отозвалось в спине парня. Резко поднявшись, Кисе замер, вслушиваясь в мёртвую тишину дома. Похоже, Такады всё ещё не было дома. Тревога больно кольнула сердце Кисе. Где она в такое позднее время?..       Рёта ещё около часа беспокойно слонялся по дому, пока на пороге наконец не послышались долгожданные шаги. Выскочив в коридор, Кисе застыл на прежнем месте. Его ноги словно приросли к полу. Увиденное заставило парня побледнеть: окровавленное лицо, разодранная правая щека, разбитый нос с запёкшейся кровью, испорченное пальто и раненое колено - всё это свидетельствовало о том, что Такада попала в беду. - Где ты была? - сдавленным от волнения голоса спросил Кисе, испуганно глядя на Такаду. Он едва мог стоять на ногах. - Весело проводила время, валяясь на обочине, а что? - спокойно ответила брюнетка, с иронией посмотрев на Кисе. - Вызвать врача? - обеспокоенно спросил Рёта, не сводя глаз с жены. - Не нужно, - покачала головой Рен. - Поужинаем вместе? - Конечно, - кивнул Кисе, подав руку Такаде. - Идём.       Приведя себя в порядок, Рен спустилась на кухню, где уже некоторое время орудовал Рёта. Сообразив кое-что на скорую руку, Кисе поставил на стол две тарелки. - Будешь пить что-нибудь? - спросил блондин, достав из шкафа две чашки. - Да, кофе, пожалуйста, - едва улыбнувшись, сказала Такада. - Кофе? - Рёта бросил неодобрительный взгляд на жену. Девушка вопросительно посмотрела на него. - Как хочешь.       Приготовив чашку ароматного кофе, Кисе поставил её перед Такадой и, скользнув глазами по тонкому стану жены, вышел из комнаты. Через несколько минут он вернулся, держа в руках тёплый халат и носки. - Оденься, холодно ведь, - буркнул Рёта, встав перед Такадой.       Пока девушка одевалась, Кисе внимательно вглядывался в её раненое лицо. Сердце парня сжалось от приступа нежности. Ему стало жаль Такаду. Подойдя к девушке со спины, Кисе губами прижался к её голове.       Такада сидела неподвижно. Она чувствовала тёплые руки Кисе на своих плечах, ощущала его горячее дыхание. Чёрные глаза ни на секунду не выпускали из виду нож, который Рен держала в левой руке.

***

      Из поликлиники Ева вернулась подавленной. Девушка не знала, что ей делать и как жить дальше. Мало того, что ей нужно было срочно спасать себя, так теперь она должна была беречь ещё и ту новую жизнь, что только-только зародилась внутри неё: сегодня врач официально подтвердил статус Евы. Армстронг долго думала над тем, что она скажет Рёте: вряд ли парень сильно обрадуется такой новости. Пламя невзаимной любви жгло её робкое сердце. После обеда девушка решила сходить в магазин: нужно было хоть как-то отвлечься от гнетущих мыслей. Придя домой, Ева сразу же пошла на кухню. Нащупав на стене выключатель, девушка включила свет и ойкнула от удивления: за столом, не снимая верхней одежды, сидел Кисе. От его взгляда Еве стало не по себе. Армстронг поняла: он уже обо всём знал. Девушка упрекнула себя за беспечность: она ведь сама дала Кисе ключ от квартиры. - Долго ходишь, - сказал Кисе, презрительно усмехнувшись. Ева промолчала. Она так и стояла у двери, боясь шевельнуться. Рёта заметил её нерешительность. - Садись, я ведь не кусаюсь.       Девушка покорно опустилась на стул. Она чувствовала на себе ядовитый взгляд Кисе. Сердце её трепетало от ужаса. Что теперь будет? - Это и есть твоя семейная проблема? - злостно сказал Кисе, бросив на стол справку. - Замечательная картина вырисовывается. Хотела сбежать, даже не сказав мне? Или это другим ветром надуло? - Это твой ребёнок, - тихо сказала Ева. - Тогда потрудись объяснить, что происходит, - приказным тоном сказал Кисе. - Не смей лгать мне. Ева долго сидела молча, потупив взгляд. Наконец она посмотрела на Рёту и, поджав нижнюю губу, заплакала, приложив к глазам маленькие ладони. - Я люблю тебя Рёта. И мне не стыдно за это... Я буду ждать этого ребёнка, даже если тебе всё равно. Меня хотят убить... Нужно срочно уехать, иначе мы погибнем, - шептала Ева. Её мысли прерывались из-за подступавших к горлу слёз. - Я не знаю, что мне делать. - Кто хочет тебя убить? Куда уехать? - недоумевал Рёта. - Я не могу сказать, иначе ты тоже погибнешь. Домой, на родину, - не унималась Армстронг. - Она ненормальная. Она убьет тебя. Я не перенесу. Нет сил, - её тело содрогалось от плача.       Рёта смотрел на неё в исступлении. Он не знал, чем помочь Еве, и от этого злился. Злился на себя. Кисе стало жаль Еву: эта глупая девчонка втрескалась в него до нельзя, ввязалась в такую авантюру и теперь страдала от собственной безрассудности. Да и он виноват перед ней не меньше: знал ведь, чем заканчиваются такие небрежные связи. И теперь ему придётся дорого за них заплатить. Поднявшись со стула, Рёта подошел к плачущей Еве и, опустив руку на её голову, прижал к себе. Что бы ни случилось, теперь он ни за что не оставит мать своего ребенка в беде. - Я увезу тебя отсюда, - тихо сказал Кисе. - Я не позволю никому обидеть тебя. Слышишь?

***

      В тот же вечер Кисе поехал в аэропорт и взял два билета в Киото, где у него были знакомые. Рёта знал: там ему ни за что не откажут. Оставалось придумать, под каким предлогом он на два дня исчезнет из дома. Домой парень вернулся очень поздно. В коридоре вновь стояла пара незнакомых ему ботинок. Разувшись, Кисе пошёл на второй этаж. Его внимание привлёк шум, доносившийся из кабинета Такады. Остановившись у двери, Рёта прислушался: за стеной отчётливо слышались шаги. - Всё коту под хвост, и из-за чего? - неестественно громко, почти крича, сказала Такада. Кисе предположил, что в комнате девушка находилась не одна. - Нельзя закончить всё так. Это слишком рискованно, - спокойно сказал звонкий мужской голос. - Рен, ты не должна... - Скажешь ещё хоть слово - я шкуру с тебя спущу, - вдруг не своим голосом произнесла Такада. - Так будет лучше, - настаивал тот самый голос. - Да иди ты к чёрту со своим "лучше"! - нечеловеческим голосом закричала Такада. - Уходи, Сатоши, немедленно уходи! И только попробуй ослушаться!       Через мгновение дверь распахнулась, и в комнате появился раздраженный Ясума. Блондин метнул озлобленный взгляд в Рёту и, крепко стиснув зубы(он явно хотел что-то сказать, но промолчал), исчез в коридоре.       Кисе несмело зашёл в кабинет. Такада, громко стуча каблуками, расхаживала по комнате, скрестив руки за спиной. Заметив Рёту, она остановилась. Через мгновение и её лёгкие чёрные волосы прильнули к спине. Резко развернувшись лицом к Кисе, девушка посмотрела на него полным ненависти взглядом. - Закрой дверь с обратной стороны! - рявкнула она так, что Кисе в одно мгновение вылетел из комнаты. Оказавшись за дверью, Кисе ещё долго не мог понять, что произошло. Парень даже не предполагал, что вызвало столь сильный приступ агрессии. Такой Такаду он видел впервые. Кажется, будто это и вовсе была не она. Такая перемена в поведении жены напугала Кисе до дрожи в коленях.

***

      Резво поднявшись по ступенькам, Рёта подошел к нужной квартире и позвонил в дверь. Через минуту на пороге появилась Ева. Ничего не сказав, она впустила Кисе в коридор и, настороженно взглянув по сторонам, заперла дверь. - Всё готово? - спросил Кисе, из-подо лба взглянув на девушку. - Да, - кивнула она на чемодан, что стоял у шкафа. - Кстати, спасибо за фрукты. - Какие ещё фрукты? - в голосе Кисе слышалось удивление. - Разве это не ты оставил корзину под моей дверью? - слегка разочарованно поинтересовалась русоволосая. - Там ещё была записка красным стержнем. - Одевайся, Ева, такси ждёт, - нетерпеливо сказал Кисе. Пройдя на кухню, он метнулся к небольшой плетеной корзинке. Поморщившись от вида апельсинов(у Кисе была на них страшнейшая аллергия), Рёта взял из корзины небольшое зелёное яблоко и вонзил в него белоснежные зубы. Сорвав с ручки записку, Кисе взглянул на её содержимое и замер в ужасе: это был не стержень. Едва не подавившись яблоком, Рёта перевернул корзину вверх дном. Апельсины глухо посыпались на пол. Отодрав с плетеного дна бумажку, Рёта впился в неё глазами. "Волшебные апельсины", - вслух прочёл Кисе, и, выпустив записку с аккуратными кровавыми иероглифами из рук, рванул в спальню.       Ева лежала на полу, подогнув ноги к животу. Её молодая грудь трепетала от нехватки воздуха. Помутневшие глаза умоляюще глядели на Кисе из-под тяжёлых ресниц. Девушка силилась что-то сказать, однако вместо слов до ушей доносился лишь жалкий хрип.       Наспех обувшись, Кисе подхватил Еву на руки и помчался на улицу. Уложив её почти бездыханное тело на заднее сидение такси, Кисе громко скомандовал водителю: "В больницу!". Через четверть часа он подпирал стену в коридоре, где несносно пахло фенолом.

***

      Домой Рёта возвращался на метро. В вагоне было душно, потому парень чуть не потерял сознание. Ватные ноги едва слушались его. Лицо больно щипал мороз. Кисе еле-еле плёлся по улице. Жизнь Евы висела на волоске, потому парень не находил себе места. И снова смерть прошмыгнула перед самым его носом.       Зайдя во двор, Кисе увидел, что ни в доме, ни в коморке охранника не горел свет. Открыв тяжёлую дверь, парень на мгновение остановился у порога: странное предчувствие завладело его сознанием. Не снимая ботинок, Кисе быстро поднялся на второй этаж. Резко дёрнув дверную ручку, Рёта зашел в спальню. Из открытого окна веяло морозной свежестью. Узкая полоска лунного света просачивалась сквозь плотные шторы, скупо освещая дощечки паркетного пола. "Грабители?" - пронеслось в голове Кисе. Парень ступил вглубь комнаты. Что-то хрустнуло у него под ногами. Ринувшись назад, Рёта включил свет. Ошмётки разбитого зеркала валялись по всей комнате. Некоторые куски были выпачканы кровью. Над комодом, где когда-то висело то самое зеркало, распласталась уродливая ярко-красная клякса. К шкафу карманным ножом был прибит ободранный листок чёрной бумаги. "Милый Кисе, та, кого ты так ненавидишь, навсегда исчезла из твоей жизни. Живи в своё удовольствие. Титания ", - Рёта зажал ладонью рот и, постояв так с минуту, вылетел из комнаты. Через полчаса в дом приехала полиция. В тот же вечер по всему Токио распространился слух о похищении главы одной из самых влиятельных компаний Японии.

***

      Около десяти часов вечера самолёт линии "Токио-Лос-Анджелес" взлетел с четвёртой полосы центрального аэропорта Токио. В числе шестидесяти пассажиров была весьма странная гражданка: несмотря на позднее время суток, она прятала глаза за солнечными очками. - Ваш паспорт, пожалуйста, - стюардесса обратилась к той самой девушке. Блондинка протянула ей документ. - Прошу прощения, не могли бы вы снять очки? Криво усмехнувшись, девушка потянулась рукой к оправе. От пронзительного взгляда её неестественно ярких голубых глаз лоб стюардессы покрылся испариной. - Счастливого пути, Синохара-сан, - поклонилась она.       Спрятав паспорт в маленькую лохматую сумочку, девушка прошла в салон. Заняв своё законное место, она закрыла нечеловеческие глаза, так сильно волновавшие публику. С её бледного лица не сходила довольная ухмылка.

Необычайно выразительная внешность длинноволосой блондинки ещё долгое время привлекала внимание других пассажиров.