Титания

- Ты... - силой выдавил из себя Кисе.       Он вцепился глазами в женщину, неподвижно сидевшую на стуле. Ни одним телодвижением она не показывала готовность к активным действиям. Казалось, будто обладательница красных волос и вовсе не была живой. Лишь в пронзительных голубых глазах мерцали искры отвращения. Она смотрела так, что сердце невольно сжималось в комок. Кисе вздрогнул от догадки, внезапно посетившей его сознание. - Рен... - прошептал Рёта. - Какой догадливый мальчик, - лицо убийцы расплылось в презрительной ухмылке. Её голос звучал непривычно низко. Наконец девушка пошевелилась. - Зачем ты убила Еву? - Кисе пристально посмотрел на неё. - Вот как, - разочарованно произнесла Такада. - Не думала, что при встрече ты в первую очередь спросишь об этом. Даже как-то обидно. Поднявшись со стула, девушка взяла в руки винтовку и подошла к шкафу. Она двигалась так, словно просто управлялась по дому, словно не от её рук погибли люди, даже если их невозможно назвать людьми. - Она ведь была беременна, - Кисе из-подо лба смотрел на жену. Он стоял на прежнем месте, опасаясь сделать шаг в сторону, словно со всех сторон к нему подступала бездна. - Вот так новость, - насмешливо сказала Такада. - Наивный ты, Рёта. Не было у тебя никакого ребёнка. - Что? - встрепенулся мужчина. - Смышленая попалась девочка. Понимала, что так просто ей тебя не захомутать. Тогда она решила надавить на больное. Выписала себе липовую справку, "случайно" оставила её на видном месте и отправилась гулять по магазинам. Оставалось подождать, пока приманка сработает. Ты попался, как неопытный старшеклассник. Никак не могу в это поверить. Её план был идеальным, только вот она не учла одну маленькую деталь: не все женщины без боя уступают своих мужей. - Ты пошла на убийство ради меня? - парень едва мог стоять на ногах. Кровь больно пульсировала в висках, отчего в ушах невыносимо звенело. - Ради тебя? - наигранно удивилась Такада. Она резко открыла шкаф. Увиденное заставило Рёту отшатнуться: он ещё никогда не видел столько огнестрельного оружия в одном месте. Более того, он бы никогда не подумал, что все эти орудия убийства хранились в его доме, что весь ужас, о котором без умолку болтали по телевизору, творился у него под боком. Достав из магазина винтовки неиспользованный патрон, Такада повесила оружие на место и развернулась лицом к Кисе. - Не будь слишком самоуверенным, Рёта. Я сделала это ради себя, ради своей растоптанной гордости. Я заставила её почувствовать ту боль, что принесла мне она. - Если ты хотела отомстить за свою ущемленную гордость, надо было убить меня, - громко сказал Кисе, устремив грозный взгляд на Рен. - Она ни в чём не виновата.       С лица Такады исчезла язвительная ухмылка. На несколько секунд девушка замерла в исступлении. Она была несказанно удивлена такому внезапному заявлению. Словно на неё внезапно вылили ведро ледяной воды. Такада пристально посмотрела в глаза Кисе, застланные мутной пеленой презрения. Содрогнувшись от незримого холода, внезапно сковавшего её тело, Рен вытащила из сапога револьвер и, опустив указательный палец на курок, направила оружие на мужа. Не опуская руки, девушка стала медленно приближаться к Рёте. С каждым её шагом грохот собственного сердца всё отчетливее слышался в голове Кисе. Казалось, будто оно вот-вот разорвется, лопнет, не выдержав напряжения. "Красноволосая женщина изменит твою жизнь. Любовь её сильно обожжет тебя", - почему-то пронеслось в голове Кисе.       Через несколько мгновений Такада уже стояла перед ним. Кажется, будто Рёта одной ногой уже ступил в вечность. Он едва держался на ногах. Однако жар в груди давал понять, что он всё ещё жив и что теперь его судьба зависит только от Её решения...       Холодный ствол прислонился к груди Кисе в том месте, где лютый страх доедал его сердце. Замерев в трепетном ожидании смерти, Рёта не сводил глаз с Такады. Сейчас у него не было сил даже просто отвести взгляд в сторону. Рен тоже смотрела на него. Ни капли страха, ни капли сожаления - лишь непоколебимая решимость отражалась в её неизменно холодном взгляде. Безжалостные, безжизненные глаза. Глаза хищного, дикого зверя... Возможно, так смотрят все, кто отобрал хоть одну человеческую жизнь, кто решил чужую судьбу, кто испачкал свои руки чужой кровью.       Закрыв глаза, Такада глубоко вздохнула. Её бледные губы дрогнули. Девушка опустила оружие. Достав из кармана плаща патрон, она вложила его в карман пиджака Кисе. - Должен был стать твоим, но, как видишь, не судьба, - разочарованно усмехнулась Рен. Рёта содрогнулся от её властного голоса. - Собирай вещи и уходи. Забирай всё, что хочешь.       "... Успешный фотограф стал очередной жертвой Титании, оставившей кровавое послание на его теле. Арата Миядзаки был убит в собственном доме накануне вечером. Господин Арата скончался от проникающего ранения в сердце. Его изувеченное тело сегодня утром нашла уборщица. По указанию, оставленному убийцей, в результате раскопок в лесу за домом были найдены останки по меньшей мере восьми человек... " "Вот оно что", - подумал Рёта, прослушав репортаж по телевизору. Обернувшись, в дверном проёме Кисе увидел Такаду. Она всё ещё не показывала своего настоящего лица. По спине парня расползлась холодная дрожь. Неужели она способна на такое? - Забирай, - сказала девушка, поставив коробку перед Кисе. Рёта внимательно посмотрел на Такаду. Её взгляд переметнулся на коробку. Сняв крышку, Кисе в исступлении посмотрел на содержимое ящика. Здесь было всё: туфли, сумки, платья, украшения - всё то, что он когда-либо дарил жене. - Но ведь это... - Кисе запнулся, когда среди отданных ему вещей увидел цепь с кулоном из красного камня. Это украшение он подарил ей, когда сделал предложение. Сколько воспоминаний собрано в этой злосчастной коробке! - Эти вещи мне больше не нужны, - усмехнулась Рен. - Завтра жду тебя в ЗАГСе. Не опаздывай.       Когда Ясума получил известие о том, что телефон Такады наконец появился в сети, он прервал совещание и, оставив деловых партнеров в замешательстве, сломя голову помчался в особняк начальницы. Сатоши знал: если она вернулась, всё наконец закончилось.       Мужчина подъехал к нужному месту около девяти часов вечера. Окутанный полумраком, дом выглядел пугающе. В окнах полыхал пожар заходящего солнца. В этом пламени догорал день, и густые ночные облака спешили заслонить опустевшее небо до появления первой звезды. Таинственно шумели деревья в саду. Словно они были единственными здешними обитателями...       Ворвавшись в дом, Сатоши обыскал все комнаты, но так никого и не нашел. Постояв с минуту у входной двери, Ясума ринулся в сад. Запах росы и мокрой травы мгновенно ударили ему в голову, вызвав приятную дрожь во всем теле. Здесь, в вечернем саду, мужчина в полной мере ощутил лёгкую, ненавязчивую свежесть, ставшую неотъемлемым атрибутом тёплых летних вечеров. Так хорошо и спокойно... Сатоши вздрогнул, когда среди деревьев показалась женская фигура. Лёгкое светлое платье отчетливо выделялось среди ветвей. Это была Она... Ясума мгновенно оказался рядом с Такадой и, не говоря ни слова, крепко прижал её к себе, приложившись губами к шелку черных волос, почти незаметных в сумерках. От её запаха мгновенно закружилась голова. Сатоши жадно вдыхал знакомый до спазма в лёгких аромат яблок. Его руки вдруг задрожали. - Опять шпионил за мной, Сато? - едва заметно улыбнулась девушка. - Молчи, - тихо сказал блондин, не выпуская её из своих объятий. - От тебя не было никаких известий. Я думал, с тобой что-то случилось. - Прости, - Такада всем телом прижалась к Ясуме. Только в его присутствии было так спокойно. Сатоши словно перемкнуло. Резко ступив назад, мужчина освободил Рен из своих рук. - Где Кисе? - серьезно спросил блондин. - Плохо это или хорошо, но я не смогла... - её губы растянулись в разочарованной ухмылке. - Завтра он получит долгожданную свободу. - Тебя правда устраивает такая развязка? - Ясума недоверчиво посмотрел на Такаду. - У меня нет будущего. И никто не заметит, как я исчезну, - безразлично говорила Рен. - Уже так поздно. Возвращайся домой, Сато. Мира будет волноваться. Такада направилась в сторону дома. Капля росы разбилась о щеку Ясумы. Посмотрев в спину Рен, Сатоши вдруг закрыл чистые, как небо, глаза. Словно он не хотел видеть, как рассыпается броня самой сильной, самой решительной женщины на свете...

***

      Проснувшись, Кисе не сразу смог встать с постели. Едва приподняв тяжелые веки, мужчина долго бездумно смотрел на стену. Он словно ждал, пока к нему вернется сознание. Всё вокруг казалось ему сплошной расплывчатой массой. Приподнявшись на локтях, Рёта сполз с кровати и сел на пол, запустив руки в спутавшиеся светлые волосы. Его голова разрывалась от каждого доносившегося до ушей звука. Поджав колени, Кисе посмотрел на свои пляшущие руки и презрительно ухмыльнулся. Было бы куда удивительнее, если бы после такой грандиозной попойки он чувствовал себя хорошо. Вчера он выпил столько, что даже не помнил, как добрался до спальни. Встав на ноги, шаткой походкой Рёта подошел к открытому окну: утро только-только начиналось. Ночь не спешила отступать, потому улицы окутывала лёгкая сумеречная пелена. Было непривычно видеть всегда оживленный Токио абсолютно обездвиженным: ни одна живая душа не показывалась на улице в такую рань. Солнце сладко дремало за пушистыми темными облаками. Свежий ветерок ласково обвевал всё живое, изнуренное беспощадным зноем. От этой утренней свежести Кисе немного ободрился.       Приведя себя в порядок и позавтракав, Рёта принялся обустраивать новое жилье: за эти два дня он так и не удосужился разобрать привезенные в квартиру вещи. Когда мужчина закончил, день был в самом разгаре. Переодевшись, Кисе вышел на улицу: нужно было уладить некоторые дела. Домой Рёта вернулся лишь вечером. Поужинав, блондин развалился на диване. Сегодня он окончательно распрощался со старой жизнью. Вчера Кисе развелся с женой, а сегодня он ушел с ненавистной ему работы и наконец сделал шаг навстречу своей давней мечте: он всегда хотел быть пилотом. И теперь ничто не могло ему помешать - нужно было лишь разрешение на управление пассажирскими лайнерами. Благо, когда-то Рёта служил в войсках противовоздушной обороны, поэтому эти незначительные трудности не казались ему испытанием. После всего случившегося он сильно огрубел и стал невосприимчив к мелким житейским неприятностям. Мужчина искренне верил в то, что его жизнь вскоре наладится, что пламя новых ярких впечатлений выжжет из его памяти все темные пятна и он больше никогда не вспомнит то ужасное время.

Однако пугающее прошлое продолжало своё преследование, снова и снова причиняя боль жертвам чудовищных обстоятельств....

      Аромат свежего чая быстро распространился по комнате. Взяв горячую чашку в руки, Такада сделала первый несмелый глоток и замерла от непривычного вяжущего привкуса: она вряд ли могла вспомнить, когда в последний раз пила чай. Каждое утро Такада механически вливала в себя очередную порцию крепкого кофе, словно это действие было для неё жизненно необходимым. И теперь, сидя у распахнутого окна, девушка наслаждалась насыщенным вкусом зеленого чая, жадно вдыхала его аромат вместе с запахом мокрой травы, повисшим в воздухе. По её телу распространялось приятное тепло. Такада не думала о будущем и не пыталась ворошить прошлое. Сейчас она жила лишь этим прекрасным вечером. Словно через мгновение ее могло не стать...       Спустившись с подоконника, Рен неспешно пошла на кухню. Вымыв чашку, девушка открыла шкафчик, где неизменно хранилась посуда, и вдруг резко одернула руку. Несколько тарелок разбилось о кафельный пол. Звон разбившейся посуды разлетелся по всем комнатам. Один из осколков оцарапал ногу Такады, но девушка не обратила на это внимания. И почему эта невзрачная чашка именно сейчас попалась ей на глаза? Его любимая чашка...       Рен долго не решалась взять злосчастный предмет. Девушка не могла справиться с дрожью, охватившей её руки. Когда же тонкие пальцы коснулись холодного стекла, груз неподъемной обиды окончательно раздавил её сердце. Девушка съежилась. Такада чувствовала, как к горлу подступает удушливый гнев. Она начала задыхаться. Свободной рукой Рен схватилась за столешницу и, резко выпрямив спину, швырнула чашку в стену.       Кисе встрепенулся. Из глубоких раздумий его вырвал звук разбившегося стекла. Выглянув в коридор, Рёта увидел: пустая рамка, мирно стоявшая на комоде, почему-то оказалась на полу. Может, стояла слишком близко к краю?.. Достав из-под комода последний осколок, Кисе снова натолкнулся на коробку, трогать которую он так и не решился, - коробку с Её вещами. Кисе крепко сжал зубы. Ему нужно как можно скорее избавиться от этих воспоминаний, иначе старые раны ещё долго будут напоминать о себе... Кисе стало нехорошо. Выйдя на балкон, Рёта облокотился о перекладину и посмотрел на оживленную дорогу. Через мгновение до него докатились тревожные звуки. Приглядевшись, мужчина увидел: две пожарных машины стремительно направлялись к выезду из города. Вскоре к ним присоединилась скорая. Кисе почувствовал необоснованную тревогу. Всё-таки несчастье всегда приходит без предупреждения...       Бледно-желтый диск луны, окруженный малютками-звездами, торжественно возвышался в бескрайнем ночном небе. Его слабое сияние словно предвещало нечто величественное. В прохладном сыром воздухе чувствовался едкий запах гари. Гул и треск непрерывно сотрясали мертвую полуночную тишину. Такада шла по улице. Её короткие волосы развевал лёгкий встречный ветерок. Остановившись посреди дороги, девушка оправила шелковое платье, словно ожившее под веянием ночного ветра. Она в последний раз посмотрела на пламя, жадно поглощавшее всю её жизнь. Это место было источником болезненных воспоминаний, и теперь, когда всё кончено, не было необходимости и дальше мучиться в доме, где каждый предмет напоминал о горьком прошлом. На измученном лице, казавшемся красным в свете разыгравшегося огня, появилась болезненная ухмылка. Постояв ещё немного, Такада шагнула навстречу безмолвной ночи, давно ставшей её лучшей подругой.

Яркое зарево пожара еще долго освещало её путь...

      Около часа ночи Кисе разбудил звонок в дверь. Кто-то долго и настойчиво требовал хозяина квартиры. Разбитый неведомой ему досель усталостью, Рёта собрал последние силы, чтобы встать с постели и открыть дверь. Как только он повернул ручку двери, в квартиру ворвался Касамацу. - Чёрт бы тебя побрал. Я уж подумал, что ты вместе с домом сгорел! - Каким ещё домом? - потер заспаные глаза Кисе. - Твой загородный дом горит. Некогда объяснять. Собирайся. Сейчас сам всё увидишь, - Касамацу выбежал в подъезд.       Через пару минут Кисе и Касамацу уже мчались по ночной трассе, а через четверть часа Рёта увидел ослепительное зарево, охватившее дом и сад. Выскочив из машины, он ринулся к воротам, но дальше его не пустили: пожар был слишком сильный. В то же мгновение приехал Ясума. Было темно, но даже при таком слабом освещении его лицо отливало неживой белизной. Его полусумасшедшие глаза лихорадочно блестели. - Где она? - раздраженно спросил мужчина, угрожающе посмотрев на Кисе и Касамацу. - Где Рен? - Спасатели никого не обнаружили, - спокойно сказал Касамацу. - Ясума, успокойся. С ней всё будет в порядке. - Ничего не будет в порядке! - громкий голос на мгновение заглушил гул разыгравшегося пожара. Мужчина помчался к своей машине. "Чёрт, только бы не опоздать!" - фыркнул Ясума, крепко сжав в руках руль.

***

      Весь день Аомине провел в трепетном ожидании. Сегодня наконец решится его судьба. Со дня смерти его невесты прошло чуть больше месяца, но боль в сердце от этого не ослабевала. Мужчина не хотел мириться с произошедшим. Он молча злился на беспечность Минако. Ведь в их деле нельзя расслабляться ни на секунду. И теперь, когда она ушла, Аомине остался совсем один в этом жестоком, бесчеловечном мире. Дайки перестал спать по ночам: он то и дело прокручивал в голове отрывки того ужасного дня и продумывал план мести. Он просто не мог пустить всё на самотек, ведь чувствовал, что скоро встретит того, кто лишил его самого дорогого - возможности иметь семью. Так и произошло.       Возвращаясь с работы, полицейский по обыкновению прогуливался по улице, где он когда-то ходил вместе с Хасэгавой. На светофоре загорелся зеленый. Дайки ступил на широкую полосу перехода и последовал за толпой. Он смотрел вперед, но не видел ничего: его мысли по-прежнему были заняты тяжелыми воспоминаниями. Однако что-то заставило мужчину очнуться: ему показалось, будто знакомая фигура промелькнула в толпе. Аомине почувствовал, как сильно колотилось его сердце. Судорожно обернувшись, Дайки увидел до боли знакомые черные волосы в нескольких шагах от себя и, забыв о приличии, схватил проходившую мимо него девушку за руку. Брюнетка не попыталась вырваться. Повернувшись лицом к потревожившему её человеку, она сняла очки и пристально посмотрела ему в глаза. Аомине вздрогнул от удивления: он хорошо знал эти холодные чёрные глаза. - Так ты выжила, - единственное, что смог выдавить из себя мужчина. - Я тоже рада встрече, Дайки, - слегка улыбнулась Такада. - Вот как, - потер руки Аомине, выслушав рассказ давней знакомой. - Значит, ты всё-таки ушла от него? - Да, - кивнула Рен. - Рад, что ты спаслась, - вдруг сказал Дайки. Такада внимательно посмотрела на Аомине. - Надеюсь, скоро эта тварь получит по заслугам. - Хочешь отомстить? - спросила брюнетка, не глядя на собеседника. - Я убью её собственными руками, - злобно процедил Аомине, сжав руки в кулаки. - Она заплатит за всё, что сделала. - Хм, интересно, - улыбнулась Такада, поднявшись со скамейки. Немного помолчали. Девушка повернулась к Дайки лицом: - Я знаю, кто убил твою девушку. Дайки, словно в замедленной съёмке, поднял глаза на Такаду. Неужели знает? - Завтра в шесть на крыше здания, откуда застрелили Минако, - спокойно сказала Рен, опустив руку на плечо Дайки. - Приходи один.       И теперь Аомине считал секунды до долгожданной встречи. Взглянув на часы, мужчина встрепенулся: время почти пришло. Вложив пистолет в чехол, он сел в машину и поехал к нужному зданию. Дайки прибыл за десять минут до назначенного времени. С минуту Аомине постоял у двери, что вела на крышу. Что бы ни случилось, кто бы ни оказался перед ним, он должен покончить со всем здесь и сейчас. Дайки уверенно повернул дверную ручку и ступил на крышу.       Кроваво-красные волосы развевались на ветру. Казалось, что от них вот-вот загорится воздух. Подол чёрного кожаного плаща прикрывал бледные ноги в высоких сапогах. Нечеловеческие голубые глаза горели на каменном лице со шрамом на щеке. Их пустой, безжизненный взгляд вогнал бы в ужас даже самого храброго и бесстрашного. Она была похожа на чудовище из самого страшного ночного кошмара. Дайки не мог понять, что с ним происходит. Его руки дрожали, и он не чувствовал пальцев. Неужели он испугался?.. - Покажи своё настоящее лицо, тварь, - не своим голосом сказал мужчина. Слегка улыбнувшись, девушка покорно исполнила приказ. Она сорвала с лица шрам, сняла линзы и парик. От увиденного Аомине выпучил глаза. Всё внутри него сжалось от вопиющего негодования. - Ты... Но зачем? - жалким голосом спросил Аомине. - Зачем, спрашиваешь, - лицо Такады было серьёзным. - Сама не знаю. Пожалуй, я слишком увлеклась своей новой ролью. Не бери в голову. - Как ты можешь так спокойно говорить об этом?! - не выдержал Аомине. Он схватил женщину за горло. - Это ведь живые люди! - Ты никогда не сможешь меня понять, - хладнокровно сказала Такада. - Что ж, стреляй. Отомсти за ту боль, что я тебе причинила.       Аомине смотрел на Рен в замешательстве. Откуда в ней столько равнодушия и жестокости? Неужели это та самая девчонка, воспоминания о которой до сих пор жили в его памяти? Нет. Такада, которую он когда-то знал, мертва. Женщина, стоявшая перед ним, была незнакомой, чужой. Она сильна - это видно по её твердому взгляду. Она не боялась убить и быть убитой. Что же с ней произошло? Что заставило её стать такой? - Вот уж не думала, что кому-нибудь взбредет в голову копаться в делах пятилетней давности. Не мудрено, что она быстро догадалась обо всём, увидев те фото. - Так ты действительно причастна к тому делу? - удивился Аомине. - Я сбежала, пока те ублюдки развлекались. Вот почему сейчас я стою перед тобой, а снимки моего изувеченного тела не пылятся в архиве среди других нераскрытых дел, - теперь Дайки понял всё. Он отпустил Такаду. - Уходи, - коротко сказал он. Рен молча посмотрела на него. - Что ж, тогда пришло время попрощаться, - усмехнулась девушка. Она отдала Дайки чехол с винтовкой, после чего холодно добавила:- Всего хорошего.       Дайки рухнул на колени. Прижавшись щекой к винтовке, Аомине заплакал искренними, детскими слезами. Теперь, когда он узнал правду, у него не было необходимости держать всю боль в себе. Кажется, будто вместе со слезами постепенно улетучивалось и его горе. Спрятав мокрые глаза в загорелых ладонях, мужчина громко рассмеялся. И почему неприятности всегда преследуют эту несносную девчонку?..

***

      Из своего первого рейса Кисе возвращался в хорошем настроении: ему очень понравилось в небе. Паря в воздухе, парень чувствовал безграничную свободу, и от этой свободы у него кружилась голова. Счастливая улыбка не сходила с красивого лица. Мужчина уже давно не испытывал ни радости, ни восторга. Кажется, он даже стал забывать о существовании подобных чувств. И теперь Рёта чувствовал себя гораздо лучше, чем месяц назад. Развод, пожар, увольнение - всё это хорошенько потрепало и без того слабые нервы Кисе. Словно его преследовал один бесконечный кошмар. Зайдя в квартиру, Рёта бросил на стол целую стопку почты. Среди брошюрок и листовок Кисе увидел конверт. Не обнаружив на нём ни адреса, ни имени отправителя, Рёта насторожился: зачем она снова напоминает о себе? "Здравствуй, Рёта. Ты ведь догадался, что это я? Не волнуйся, мне ничего от тебя не нужно. Я долго думала и решила, что тебе стоит знать правду. Не сердись. Я не займу много твоего времени".

***

      "Каждый день я всё сильнее убеждаюсь в том, что в нашем мире нет справедливости. Любовь, дружба, уважение - все эти чувства давно затоптаны жаждой наживы, человеческой жадностью и тщеславием. Сочувствие и поддержка навсегда исчезли из человеческого сознания, и теперь вокруг царит злость, агрессия к тому, кто искренне радуется жизни. Но это не совсем то, о чём я хотела рассказать.       Моя жизнь начала меняться в тот день, когда брат женился на твоей сестре. Ослепленный своей безудержной любовью, он не понимал, в какое дерьмо вляпался. Извини, но я никогда не питала дружеских чувств к Нацуки. Меня раздражала каждая мысль о ней. Даже сейчас раздражает. Она ни во что не ставила моего брата и медленно вытягивала из него не только деньги, но и жизненную силу. Харука понемногу превращался в бесхребетное, безвольное животное, и я не могла остановить это омерзительное превращение. У меня не было желания созерцать, как Нацуки съедала моего драгоценного брата заживо, поэтому я сбежала. Я вообще очень люблю бегать от неприятностей. Не могу сказать, что бабушка приняла меня с распростертыми объятьями, но всё-таки она впустила меня в свой дом. Однако сестра моей матери не была столь любезна. Первое время мы молча терпели друг друга, но потом сосуществовать стало просто невозможно. Всё-таки я влезла в их быт нахлебником, и содержать меня просто так у неё не было желания. Поэтому мне пришлось искать работу, чтобы кормиться за собственные деньги. В школе всё тоже было не так просто: люди не были в восторге от своей нелюдимой одноклассницы. Никто даже не пытался заговорить со мной. Но мне было плевать на них, ведь я приехала сюда не для того, чтобы искать новых друзей. Я хорошо сдала выпускные экзамены и поступила в Киотский университет, надеясь, что на этом неприятности закончатся. Я не имела ни малейшего представления о том, что ждет меня в ближайшем будущем.       Это случилось на четвертом году обучения в Киото. В то лето, когда мне только-только исполнилось двадцать два года, я не могла думать ни о чём, кроме работы: с финансами было очень туго, и я влезла в огромные долги. Приходилось беречь каждую копейку. А всё потому, что я объявила войну своему главному спонсору, когда тот решил продать Наш дом. И для чего? Чтобы порадовать ненасытную девку новой машинкой? Естественно, я устроила скандал. Заявила, что отсужу у него свою законную половину, если он не передумает. Поняв, что простыми угрозами его не убедишь, я приехала домой, вывезла из своей комнаты все вещи и сказала, что у меня больше нет брата. Харука был откровенно шокирован такой моей выходкой. Но цель оправдала средства. Несмотря на возмущения своей милой женушки, он так и не решился продавать дом. После этого мы с ним не разговаривали. Но у меня не было времени думать о семье: я металась между работой и учебой, оставляя лишь три-четыре часа на поспать.       Я помню тот день, словно это было вчера. Душный июньский день. Раскалённая земля жгла ноги сквозь обувь. Казалось, будто от этой жары невозможно спрятаться. Во время обеденного перерыва я всё-таки вышла на улицу. Со времен старшей школы я привыкла к одиночеству, потому иногда мне было просто необходимо побыть одной. Я устроилась на лавочке под раскидистым деревом и взялась за свой скромный обед.       В тот момент передо мной появилась она... Длинноволосая блондинка с нечеловеческими голубыми глазами. Она смотрела так, будто видела тебя насквозь. Синохара Рин. Персона с неоднозначной репутацией. Я много слышала о её выходках, но никогда не встречалась с ней лично. Признаться, до момента нашего знакомства я ненавидела эту своенравную девицу. Может, потому что она была полной моей противоположностью? Синохара никогда не считалась с мнением других. От неё можно было ждать чего угодно, поэтому здравомыслящие особи предпочитали держаться от неё подальше. Странная внешность и не менее странный характер. Кто же знал, что её имя ляжет клеймом на моём будущем... - Так вот он, главный отшельник нашего универа, - ухмыльнулась она, беспардонно развалившись на скамейке. - Чего тебе? - я никогда не любила наглых и чересчур самоуверенных людей. - О, вот как, - продолжала издеваться Синохара. - Голосок прорезался. Не ожидала. - Повторю вопрос: чего тебе? - эта девка явно не ожидала, что с ней заговорят на её языке. - Ой, не сердись, - замахала руками она. - Ты ведь Такада Рен? Я Рин Синохара, приятно познакомиться. Я к тебе по делу. Ты ведь хорошо поешь? - Откуда ты знаешь? - я была удивлена, что кто-то узнал о моем бесполезном таланте. - Слышала, как ты пела на крыше. Не хочешь помочь кое-кому? Платят неплохие деньги. Этой суммы должно хватить, чтобы рассчитаться со всеми долгами, - её голос звучал более чем несерьезно, но то, о чём она говорила, заставило меня насторожиться. Откуда она столько знает обо мне? - Нужно спеть на одном мероприятии. Как тебе такое предложение?       Я согласилась. До сих пор не могу найти объяснения такому своему решению. Скорее всего, мне просто хотелось избавиться от долгов, висевших на моих плечах мёртвым грузом.       С тех пор мы с Синохарой часто встречались. Не думаю, что это можно назвать дружбой, но она была единственной, кто заговорил со мной за всё это время. Хотя я так и не поняла, почему она выбрала именно меня. На её фоне я всегда терялась: Рин была очень привлекательной девушкой, и если бы не её прескверное поведение, она бы пользовалась еще большей популярностью. Она любила дурачиться, всегда говорила с сарказмом и никогда не переставала улыбаться. Никого не напоминает?..       Так уж совпало, что мы с ней были однокурсницами, и когда она вдруг перестала появляться на занятиях, я забеспокоилась. Узнала её домашний адрес, купила кое-чего съестного и пришла к ней домой. В человеке, открывшем мне дверь, я не сразу узнала Синохару. Она удивилась, увидев меня(это было видно по её взгляду), но ничего не сказала и жестом пригласила войти. Как только дверь за мной закрылась, Рин упала без сознания. Я хотела вызвать скорую, но, увидев на комоде пистолет, побоялась. Пришлось самой оказывать первую помощь. Всё-таки моя будущая профессия кое-как переплеталась с медициной.       Притащив Рин в гостиную, я обнаружила на своих руках кровь. Я боялась крови до потери сознания, но тогда её жизнь была важнее моих заморочек. Сняв с неё футболку, я увидела окровавленную марлевую повязку. Так я впервые в жизни столкнулась с огнестрельным ранением и так я в одно мгновение избавилась от одного из своих главных страхов. Пуля застряла неглубоко, и её можно было достать. Я бросилась искать аптечку. Не найдя ничего похожего, я взяла на кухне бутылку саке, сняла с себя рубашку и принялась за операцию. Доставать пулю пришлось руками, попутно заливая рану алкоголем. От боли Рин пришла в сознание и закричала, но вскоре снова притихла: видимо, потеряла много крови. Сделав кое-какую перевязку из своей рубашки, я силой напоила Синохару сладкой водой и уложила в постель. Пока я оттирала кровь, Рин пришла в сознание. - Ты звонила в скорую или в полицию? - единственное, о чем спросила она. - Нет. - Вот и хорошо, - улыбнулась она и снова провалилась в сон. Уже тогда у меня появились первые догадки. И вскоре они подтвердились. Когда Синохара очнулась во второй раз, я дремала в кресле у её кровати. Она разбудила меня. Попросила воды. С жадностью выпила целую бутылку. Кажется, ей стало немного лучше. Она разговорилась. - Ты ведь понимаешь, что всё это значит? - вдруг спросила Рин. - Не переживай, в полицию не пойду, - успокоила её я. - Извини, что из-за меня тебе пришлось торчать здесь, - виновато улыбнулась Рин. - Я бы хотела, чтобы мы с тобой были друзьями. Что скажешь? - Я не против.       В ту ночь передо мной открылась другая сторона Синохары Рин. Её старший брат погиб от рук какого-то бизнесмена два года назад, и она осталась сиротой, такой же, как и я. Тогда она решила во что бы то ни стало отомстить преступнику и вступила в ряды тайной организации, занимавшейся делами таких ублюдков. Для одного из заданий ей нужно было найти поющего человека, и она попросила меня о помощи. Я бы никогда не подумала, что ввязалась в такое. - Но почему ты выбрала меня? - недоумевала я. - У нас с тобой одинаковый взгляд. Взгляд, полный одиночества, - усмехнулась Рин.       После этого случая мы с Синохарой стали неразлучны. Даже поселились в одной квартире. Я тоже присоединилась к той организации и вскоре получила первое "боевое" задание. Я любила Рин. Она была моим светом, моим маяком. Я хотела быть похожей на неё во всем. Для меня она стала самым родным человеком, и больше всего я боялась расстаться с ней. Мы поклялись, что наши пути никогда не разойдутся. В ноябре я узнала о том, что нашу семью ждет пополнение: Рин была на пятой неделе беременности. Она очень переживала, что не успеет отомстить за брата до того, как её малыш появится на свет. Но фортуна улыбнулась нам, и вечером второго декабря мы направились на наше последнее задание. Узнав, что нашей целью был Рё Ватари, я не смогла сдержать улыбки. Всё-таки Земля круглая...       Мы приехали на корпоратив около семи часов вечера. Было жутко холодно. Шел снег. Их было восемь человек. С виду молодые, симпатичные мужчины, а за спиной у каждого с десяток громких дел. Я помню тот день в мельчайших подробностях...       Пока я пела, всё было хорошо, но потом одному из этих отморозков позвонили. Кто-то сообщил, что на них готовится облава. Нас повязали там же. Забрали оружие, сумки. А потом начался допрос. - От кого вы пришли? Отвечай, сука! - ревел один из них. Синохара молчала. Тогда он съездил ей по лицу. Рин плюнула в него кровью. Схватив Синохару за волосы, этот крепкий мужик уволок её в сторону, и начал лупить ногами в живот. - Она беременна! - закричала я. Он остановился. Оставив Синохару на полу, он подошел ко мне. - Какая милая девочка, - оскалился он. Я на всю жизнь запомнила его звериную рожу и отвратительный запах изо рта. Запах алкоголя и гнилых зубов.       Через минуту моё платье уже было разорвано, и я стояла перед толпой мужиков в одном нижнем белье. Однако скоро меня избавили и от него. Несколько минут он рассматривал меня, как статуэтку в магазине. Видимо, я выглядела настолько смущенной, что, посмотрев на меня, он улыбнулся. Однако этот безобидный осмотр длился недолго. Мои руки были крепко связаны, и у меня не было ни единого шанса вырваться. Остальные семеро молча наблюдали за происходящим. Не хотели мешать своему боссу. Он поставил меня на четвереньки и, сняв штаны, резко вошел. Впервые в жизни я кричала так громко. - Девственница, значит, - смеялся он. - Парни, нам сегодня крупно повезло. Присоединяйтесь! Вскоре я услышала, как кричала Рин. Это был нечеловеческий крик... Я не видела её лица, и от этого мне было ещё больнее и страшнее. Каждый из этих восьми ублюдков по очереди подходил то ко мне, то к Рин, пока я не потеряла сознание. - Чёрт возьми, Ясума! Ясума! Принеси воды, - закричал кто-то из них.       Эта ледяная вода предназначалась для меня. Когда мою голову достали из ведра, я увидела перед собой ясные голубые глаза, чистые, как летнее небо. Светлый паренек в ужасе смотрел на меня. "Неужели он такой же?" - подумала я.       Вскоре к простому насилию присоединились извращенные наклонности. Синохару, и без того избитую, бросили на гору разбитого стекла. У неё были разодраны руки и лицо. Мне досталось меньше. Господин Ватари легонько полоснул меня ножом по шее. До сих маскирую этот шрам под слоем косметики. Я не представляла для них особого интереса, и они забросили меня в какую-то вонючую клетку. Я не слышала ничего, кроме стука своего собственного сердца. Я очнулась, когда почувствовала чужое присутствие. - Живая? - тихо спросил мужской голос. - Я тебя вытащу. - Я никуда не пойду без Рин, - заявила я. - Её всё равно не спасти, а у тебя ещё есть шанс выжить. Я вытащу тебя, - он повернул ключ в замке и повел меня к тем чудовищам. - Босс, девка просится в туалет. Я отведу её на улицу. - Хорошо, только недолго, - кивнул он, повернувшись к нам лицом. В тот момент я увидела Рин. Она сидела на коленях, и её безжизненные глаза смотрели прямо на меня. Белые волосы, испачканные кровью, облепили изрезанные руки и лицо с огромным порезом. Это был последний раз, когда я видела её живой. Вскоре мы оказались на улице. Тот, кто вывел меня, достал из кармана складной нож и стал резать веревку. Только после этого я взглянула в лицо своего спасителя. Невинные голубые глаза смотрели на меня с сочувствием. Это был тот самый парень, что принес воду. - Вот, возьми, - он снял с себя пиджак и протянул мне. Я оделась. - Ударь меня по голове и беги. Я скажу, что ты оглушила меня и сбежала. - Но я не могу, - отказалась я. - Бей. Это единственная возможность сбежать, - его звонкий голос звучал убедительно.       Зажмурившись, я ударила прикладом по его светлому затылку. Он рухнул на землю. Я бросилась бежать. Благо, выпавший снег растаял, и я смогла убежать, не оставив следов. Около полуночи я ворвалась в штаб нашего следственного отдела. Меня одели, и мы поехали на место преступления. Как и ожидалось, за это время преступники скрылись, оставив лишь бездыханное тело Синохары. Тогда-то и родилась Титания, поклявшаяся уничтожить всех тех свиней, что забрали у меня мою честь, мою гордость, мою лучшую подругу, что лишили жизни ребеночка, так и не родившегося на свет. Я незаметно отрезала прядь её светлых волос и спрятала за пазуху. Знала, что когда-нибудь они мне пригодятся.       Через два дня я вернулась к прежней жизни. Только вот я уже не была прежней. Видимо, мой взгляд стал настолько пугающим, что люди старались обходить меня стороной. Особенно боялись парни. Признаться, тогда я ненавидела всех мужчин, даже детей. Некоторое время я ходила, как во сне, не веря, что всё это произошло со мной. Однако вскоре появились новые неприятности. Я забеременела от одного из тех ублюдков. Я не хотела этого ребенка. Решила сделать аборт. Врачи предупредили, что после этого у меня никогда не будет детей, но тогда мне было всё равно: я не планировала заводить семью. Так я впервые в жизни убила человека...       После этого ко мне пришло непоколебимое спокойствие, убийственное равнодушие. Я научилась полностью подавлять свои эмоции. Я пахала в тренажерном зале, чтобы быть сильной. Я жила днем, когда наконец смогу выпустить кишки хотя бы одному из своих обидчиков. Спустя год я была готова начать новую карьеру. Моя первая цель была предопределена. Ватари Рё... Я выяснила всё о нем. Знала, что он резал певиц и проституток. Договорилась о встрече с ним и, затаившись, ждала удачного момента, чтобы переререзать ему глотку. Он любезно предоставил мне информацию о всех своих сообщниках. Думал, я сжалюсь и оставлю его в живых. Узнал-таки, что за птица залетела в его окно. Только вот у меня больше не было жалости. Я убила его, оставив на столе первую знаменитую записку. Не думала, что из этого раздуют такой грандиозный скандал и даже создадут целый отряд охотников за моей головой. Это просто смешно.       Вскоре ещё два ублюдка приняли своё наказание. С остальными мы вели тихую войну. Они не могли сообщить в полицию обо мне, потому что все их тёмные делишки в одно мгновение всплыли бы на поверхность, а я не могла, потому что сама была в розыске. Такая игра продолжалась почти полгода. В один прекрасный день ко мне пришел юрист и заявил, что я наследница фирмы своего отца, скончавшегося от инсульта неделю назад. Всё-таки папочка выяснил, что моя внешность - это просто результат комбинации его генов с генами моей матери. Бабушка рассказала мне о том, что после смерти мамы отец регулярно перечислял деньги на наше с Харукой содержание, и ей приходилось не так тяжело(Всё-таки основная ответственность за нас с Харукой лежала на её плечах) Видимо, совесть не давала ему спать спокойно.       К тому времени я уже заканчивала практику, и мне как раз нужна была работа. Тогда я взялась за эту гнилую конторку и начала поднимать её с нуля. И когда полгода спустя я уехала договариваться об инвестициях с американскими бизнесменами, до меня дошло страшное известие: мой брат, единственный кровный родственник, погиб в автокатастрофе. Эти твари ударили по моему самому слабому месту. Стыдно признаться, но за эти полтора года я так и не поговорила с братом. Я не была рядом даже тогда, когда он переживал разрыв с женой. Я не могла бросить этот проект, потому смогла лишь перечислить деньги на похороны моего брата и девушки, которая погибла с ним в машине.       Вернувшись в Японию, я поехала в гости к брату. Его похоронили в тихом местечке, где почти не было могил и куда редко приходили люди. Я долго сидела у его надгробия. Когда начало темнеть, я услышала чьи-то шаги и оглянулась: какой-то мужчина приближался. Когда он подошел настолько близко, что можно было разглядеть черты его лица, я удивилась: это ведь тот самый парень, который когда-то спас мне жизнь. Он тоже узнал меня. Остановился и несколько минут молча смотрел мне в глаза. - Значит, ты Такада Рен? - тихо спросил он. - Я не уберег твоего брата. Прости. - А вы Ясума Сатоши? - поинтересовалась я. - Не волнуйтесь. Вы не виноваты. Спасибо вам за то, что всё организовали, и за то, что спасли мне жизнь. - Ты об этом... - он вдруг опустил взгляд в пол. - Твоя подруга ведь погибла. Мне очень жаль. - Это не ваша вина, - я попыталась улыбнуться. - Эти твари обязательно получат то, что заслужили. Ясума пристально посмотрел на меня. - Так те трое - это твоя работа? - вдруг серьезно спросил он. Я насторожилась: если этот парень обо всём догадался,то у меня будут большие проблемы. Но я не собиралась так просто сдаваться. - Осталось ещё пятеро, - спокойно сказала я. - Придется повозиться. - Я помогу, - сказал он, присев возле могилы своей сестры. - Та девушка, её ребенок, моя сестра, твой брат - все они погибли по их вине. Мы заставим их умыться собственной кровью.       Так я познакомилась с человеком, которого ты до сих пор ненавидишь. Хотя я не могу сказать, что твоя ревность была необоснованной. Думаю, Сатоши рассказал тебе, какие отношения нас связывали. После той нашей встречи мы с Сатоши вдруг резко сблизились, словно стали семьей. Ясума помог мне встать с колен и расцвести. Он брал на себя всю грязную работу в компании и помогал мне выслеживать новых жертв. Не без его помощи я раздобыла всё то оружие, что ты видел у нас дома. Сатоши всегда был рядом со мной. Только вот вскоре я заметила, что его взгляд изменился. Когда-то я уже видела подобное. И однажды произошло то, чего я боялась больше всего... Мы возвращались с очередного мероприятия. Было тепло, и я попросила Ясуму пройтись пешком. Наверное он подумал, что это был знак свыше. - Рен, надо поговорить, - вдруг сказал он. Меня будто обожгло. - Только не говори, что любишь меня, - я пристально посмотрела на него. Ясума нахмурил брови. Значит, я попала в точку. - Как я узнала? Тебя выдали глаза. Когда-то один парень точно так же смотрел на меня. - Ты знаешь, я не умею красиво говорить, поэтому скажу прямо. Выходи за меня замуж. Я не причиню тебе вреда. - Знаю, но не могу, - ответила я. - Дело в нем? - Ясума не сводил с меня глаз. - В том парне, что смотрел на тебя, как я? Ты любишь его? - Да, - кивнула я. - Понятно, - сухо ответил Сатоши. После этого он не сказал мне ни единого слова и еще долго не зарекался о любви. Я чувствовала себя виноватой за то, что отказала ему, но я не могла быть с человеком, которого не любила. Спустя время история повторилась. В этот раз он был решительнее и настойчивее. - Я люблю тебя. Будь со мной, - прошептал он, прижав меня к стене. - Нет. Тогда Ясума поцеловал меня. Не встретив сопротивления, он насторожился. Посмотрев мне в глаза, Сатоши отошел от меня. - Сделаешь меня девятым в своем черном списке? - ухмыльнулся он, поправив пиджак. - Я понял. Прости за грубость. Больше я не доставлю тебе проблем.       Вскоре после этого судьба свела меня с Ватанабэ и Ямадой. Мне потребовалась их профессиональная помощь. Я рассказала им обо всём, что со мной произошло. Я была уверена, что они не предадут меня. Через некоторое время Ясума и Мира поженились. Мира с пониманием относилась к тому, что большую часть своего времени Ясума проводил со мной. Она знала о всех наших делах и помогала, чем могла. Всё бы было хорошо, если бы нашим с Ясумой планам не решили помешать. Ватари создала свой отряд, когда в моем списке оставалось всего две фамилии. Сама Харука не представляла для меня никакой угрозы, но вот вмешательство Минако заставило меня держать уши востро. Однако в ту зиму моя жизнь изменилась не только из-за того, что эти двое устроили разборки.       Только после встречи с тобой в том ресторане я узнала, что Ясума уже довольно долго следил за тобой и что эту встречу он организовал специально. Когда ты попал в аварию, я не находила себе места. Всё-таки ты единственный, кого я полюбила по-настоящему. Я хотела быть рядом, но не могла. Категорически не хватало времени. Я не хотела, чтобы ты зависел от меня. Просто мне не хотелось, чтобы твоя жизнь была сломана, испорчена так же, как и моя. Возможно, в данной ситуации внимание было важнее денег, но я просто не могла находиться рядом с тобой: боялась, что ты не простил мне того побега. Всё-таки ты любил меня... Я долго уговаривала себя оставить эту затею, но не выдержала и таки пришла к тебе в твой день рождения. Когда ты прикоснулся ко мне, я испугалась: черное прошлое еще не исчезло из моей памяти.        Когда мы поженились, я долго не могла поверить своему счастью. Ты всегда был для меня идеалом, и я даже не могла думать о том, что ты станешь Моим. Я наслаждалась каждой минутой, проведенной с тобой. Я расцветала от твоей любви. Я была самой счастливой. И я боялась, что однажды моему счастью придет конец. Если бы Ватари не вмешалась, то осталась бы жива. Это всё, что я думаю по этому поводу. Скажу сразу, что я ни о чем не жалею. Я даже отравила себя, чтобы всё выглядело натурально. Вскоре после этого я отправила в ад ещё одного давнего товарища. Его тело стало вкусным кормом для рыб. Оставался последний. Арата Миядзаки... Этот червь настолько боялся расправы, что сбежал из страны. Видимо, я не единственная, кто любит прятаться. Его жизнь продлил случай: я забеременела.       Я знала, что у меня никогда не будет ребенка: тот, кто забирает чужие жизни, не имеет права давать её кому-то. Моя беременность была счастливой случайностью, но в этой жизни людям редко везет два раза под ряд. И я потеряла своего драгоценного сына. Я могла бы отдать жизнь за него, но было слишком поздно. Его гибель - это единственное, чего я до сих пор не могу себе простить. Спустя месяц у меня развилась лейкемия, и я побоялась сказать тебе об этом. Я слишком сильно боялась тебя потерять. Клянусь, что я не причастна к смерти твоих родителей. Мне правда жаль, что так получилось. Я боялась, что ты сломаешься, но в глубине души верила: ты справишься. Вскоре всё начало налаживаться. А потом я почувствовала отвратительный запах, исходивший от тебя. Я сразу поняла, что кто-то пытается влезть в нашу семью. И мне было достаточно одного взгляда, чтобы понять, кто осмелился перейти мне дорогу. Увидев эту соплячку, я успокоилась. Ну не может взрослый самодостаточный мужчина позариться на девчонку. Однако интуиция подсказывала мне, что за ней нужно следить. И каково было мое удивление, когда я узнала, кто регулярно наведывается к ней в гости. Я терпела, делала вид, что ничего не вижу, но чувствовала, что надолго меня не хватит. Моя болезнь обострилась. Пришлось дважды в день посещать процедуры в больнице.       Однажды я вернулась домой пораньше и увидела в коридоре женские туфли. Признаться, я не ожидала от тебя такого удара. С тех пор что-то внутри меня перевернулось. Всё чаще я ловила себя на мысли: "Может, мне прикончить её? Может, мне прикончить их обоих?" И с каждым разом это желание становилось всё сильнее. Я дала ей шанс, но она решила, что может обхитрить меня. Она умерла достойной смертью, почувствовав ту боль, которую всё это время я носила под сердцем.       После этого я в очередной раз исчезла из твоей жизни. Несколько месяцев я преследовала свою последнюю цель. А потом убила. Убила со всей жестокостью, которую смогла скопить. И на этом смысл моей жизни оборвался. Я потеряла тебя, и моё существование перестало иметь смысл. Оставался единственный человек, представлявший для меня серьезную угрозу. Я признаю её талант, ведь она смогла докопаться до истины, но не успела никому об этом сообщить. И я добралась до нее раньше, чем информация просочилась в свет. Не так давно я встретила Дайки на улице. Он очень хотел отплатить Титании за смерть Минако, но, встретив её, отпустил. До сих пор не понимаю, почему он сохранил мне жизнь?..       Но в тот день Хасэгава была не единственной моей целью. До сих пор не верю, что, убив столько людей, я не смогла выстрелить в тебя. Просто твоя жизнь давно стала для меня важнее собственной. Ты в праве ненавидеть меня за то, что всё это время правда оставалась в тени. Однако теперь, когда вся моя жизнь изложена на этих страницах, я хочу, чтобы ты знал: ты единственная причина, по которой я всё еще жива. И если вдруг меня не станет, я хочу, чтобы ты пришел проводить меня. Прошу, исполни это моё желание..."

***

      В тот вечер было необычайно холодно. Стояла сухая и бесснежная зима. Декабрьские заморозки с каждым днем становились всё ощутимее. Ветра не было, потому природа не так болезненно реагировала на стремительное понижение температуры. Иней, отдававший в сумерках зловещей синевой, покрывал всё вокруг. Земля с нетерпением ждала, когда на смену ему придет пушистый снег и наконец укроет её от колючего мороза. Луна изредка выглядывала из-за густой массы тёмных туч, бесцельно блуждавших по небу.       Ямада укладывала детей, когда раздался короткий, ненавязчивый звонок в дверь. Посмотрев в глазок, Элизабет поспешила открыть дверь. - Извините за поздний визит, - на раскрасневшемся от холода лице появилась едва уловимая улыбка. - Ещё чего, заходи давай, - голос Ямады звучал немного возмущенно. - Располагайся, я пока чай приготовлю. Такада одобрительно кивнула. Из кабинета вышел Касамацу. Увидев гостью, мужчина остановился у двери и с минуту вглядывался в её лицо. В этой женщине едва ли можно было узнать прежнюю Такаду. - Здравствуй, Касамацу, - поклонилась брюнетка. - Здравствуй, - тихо сказал Юкио. - Давно от тебя не было вестей. Ясума знает, что ты в городе? - Я только что от них, - улыбнулась женщина. - Пойдемте, чай готов, - из кухни выглянула Элизабет.       В тот вечер Кисе не хотел никуда выходить. Вместо бесцельного блуждания по городу он устроился в мягком кресле с интересной книгой и чашкой крепкого черного чая. В последнее время книги стали для него смыслом жизни. Они помогали отвлечься от навязчивых мыслей о прошлом, в которое, несмотря на все данные себе обещания, так часто возвращался Кисе. Открыв для себя правду, он ещё раз убедился в том, что чувства придают человеку сил и решимости. За эти полгода его сознание претерпело значительные изменения. Мужчина больше не чувствовал злости. Он давно простил. Но нечто другое продолжало волновать его. Эта лихорадочная тревога была хорошо знакома ему. Всё-таки он бы с радостью вернулся к прежней жизни... Из соседней комнаты донесся звук телефонного извещения. Неспешно взяв в руки мобильник, Кисе увидел СМС от Касамацу. "Она здесь", - этих слов было достаточно, чтобы Рёта, даже не удосужившись застегнуть куртку, выскочил на улицу и помчался в город. Он бежал так, словно от этого зависела его жизнь. - Юкина и Харука так выросли. Даже не верится, - улыбнулась Такада. - Ну, пришло время прощаться. Спасибо за всё. Не поминайте лихом.       Поджав дрожащие губы, Ямада крепко обняла подругу. Пожав сильную руку Касамацу, Такада ещё раз окинула взглядом хозяев дома и скрылась за дверью. Элизабет не смогла сдержать слёз. Прикрыв лицо руками, женщина забежала в спальню и рухнула на кровать. Её хрупкое тело содрогалось от рыданий. У Ямады случилась истерика. Осознание беспомощности перед великой силой обстоятельств подкосило её спокойствие. Сев рядом с женой, Касамацу молча гладил её волосы. Он прекрасно понимал, что чувствовала Элизабет. Резким движением руки мужчина отер слезу, внезапно скатившуюся по щеке.

Лишь бы он успел...

      Такада медленно шла по улице. Ей нравилось вот так прохаживаться по пустынным улицам, дышать свежим морозным воздухом и вспоминать о светлых моментах своей жизни. Словно всё то время было лишь страшным сном. Женщина насторожилась: кто-то стремительно приближался. Бледные губы растянулись в кривой ухмылке: всё-таки Касамацу успел предупредить его. Такада не спешила останавливаться. Догнав Рен, Рёта схватил её за плечо. - Надо поговорить, - его голос охрип после длительного бега. - Говори, - спокойно сказала Такада, не поворачиваясь лицом к мужчине. - Почему ты не рассказала обо всё раньше? - Ты как ребёнок, Рёта, - после длительного молчания проронила Такада. - И что бы ты сделал, узнав правду? Не думаю, что ты был бы рад услышать такие подробности. - Да, я не смог бы понять, - тихо сказал Кисе. - Но сейчас я понял. И ещё не поздно всё исправить. Рен, умоляю: вернись ко мне. Будь со мной. - Это невозможно, - холодно ответила женщина. - Вот и поговорили. - Подожди, - Рёта вцепился в её руку. - Если сейчас я дам тебе уйти, как тогда, мы ведь больше никогда не увидимся, да? - Да, - подтвердила Такада, наконец повернувшись лицом к Кисе. Рёта ужаснулся: если бы не любимый аромат духов, он вряд ли бы признал в этой женщине Такаду. Её чёрные глаза казались огромными на чрезмерно худом, белом от страшной болезни лице. Черты её лица стали более мягкими, по-девичьи милыми.       Такада пристально посмотрела на бывшего мужа. Он из последних сил сдерживал слёзы. Его рука, мёртвой хваткой вцепившаяся в её руку, дрожала. Жалкое зрелище. Глубоко вздохнув, Такада прислонилась к Кисе, уткнувшись носом в его крепкую грудь. Запах родного тела больно сдавил горло. Это те самые духи, которые когда-то она сделала специально для него. Женщина жадно вдыхала его аромат. Жар его молодости обжигал почти остывшее, прозрачное тело. Кровь прильнула к щекам. Из глаз градом покатились слёзы. Впервые за долгое время Такада вновь почувствовала, как сильно любила жизнь. Любила жизнь рядом с ним - единственным родным человеком. Приподнявшись на носочки, холодными губами Такада коснулась губ Кисе. Она не могла совладать с дрожью, охватившей её тело. - Я люблю тебя, Рёта. Люблю больше жизни. Но остаться не могу. Не потому, что в этом мире мне осталось ничтожно мало времени. Просто я слишком гордая, чтобы простить предательство. Даже тебе, Рёта. Это наша последняя встреча. И в следующий раз мы встретимся уже не здесь. Будь счастлив, - оттолкнув Кисе, Такада медленно зашагала по улице.       Рёта долго смотрел ей в след. Когда Такада скрылась за поворотом, он поднял голову и посмотрел на звездное небо, казавшееся мутным из-за слёз, градом катившимися по разгоряченным щекам.       Такада бежала по улице, пока не оказалась у калитки своего дома. Взявшись за металлическую ограду, она отдышалась и, выпрямив спину, посмотрела в небо. Соленые слезы непрерывным потоком скатывались с её лица. Она больше не могла скрывать свои чувства. "Ты ведь тоже любишь смотреть на звезды, Рёта?" - прошептала девушка, улыбнувшись ночному небу.