Титания

      Открыв глаза, Такада не сразу поняла, где находится. Поднявшись c дивана и опустив ноги на пол, девушка огляделась вокруг: гостиная была явно не её. И лишь спустя некоторое время она вспомнила, что вчера приходила навестить Кисе и, видимо, посчитала вполне приличным заснуть прямо у него дома. Такаде стало неприятно от такого своего поступка. Но что сделано, того уже не отменишь.       Окончательно проснувшись, Рен поплелась в ванную. Повернув дверную ручку, Такада распахнула дверь и только-только наступила на холодную плитку, как вдруг выскочила обратно и захлопнула за собой дверь. Лицо её было краснее самого спелого помидора. А всё потому, что девчушка не посчитала нужным постучать и, судя по всему, забыв, что она не у себя дома, ввалилась в ванную, где застала Кисе. Да не простого, а в одном полотенце, покрывающем нижнюю часть нагого тела.       Еще никогда чувство стыда так сильно не волновало Такаду, однако в ту же секунду девушка поймала себя на неприличной мысли. Помотав головой, словно попытавшись отогнать дурные плоды своего разума, Рен взглянула на настенные часы: уже было без двадцати минут десять. Довольно поздно. Резко ринувшись с места, будто ужаленная, Такада принялась разыскивать свой мобильник. Чутье брюнетку не подвело: на дисплее высвечивалось два непринятых вызова, оба из которых принадлежали Дайки. Набрав номер, Рен услышала сначала непродолжительные гудки, а потом и голос самого адресата. - Алло, - лениво проговорил Аомине. - Доброе утро. Что ты хотел? - Ну не знаю, - и пусть Рен не видела своего бойфренда, но она знала, что на смуглом его лице сейчас красуется насмешливая ухмылка. - Конкретнее, Дайки, - раздраженно сказала Такада, дав ясно понять, что она не намерена тут шутки шутить. - А ты, смотрю, с самого утра на взводе, - смеялся парень. – Предложение одно возникло… - Такада-чи, ванна свободна, - в гостиной раздался мягкий, чуть хрипловатый и громкий голос.       Через мгновение в комнате появился и сам его обладатель (уже, правда, полностью одетый). Карие глаза устремились на брюнетку, что сидела на диване. Поняв, что он возник тут не вовремя, Кисе смутился – это было понятно по его сконфуженному лицу. - Дайки? – Рен обернулась на Рёту. – Дайки, ты меня слышишь? - посмотрев на экран сотового, девушка обнаружила, что вызов был отклонен. Вздохнув, Такада поднялась с нагретого местечка и пошла в ванную, где для неё уже были приготовлены полотенце и зубная щетка. - Прости, Такада-чи, я не знал, что ты разговариваешь с Аомине-чи, - заскулил блондин. - Это ты меня извини, - отнекивалась Рен. – Ну... что ворвалась без стука, - на белом лице выступила краска. - Да ничего страшного, - улыбнулся, как обычно, Рёта.       Однако Такада уже не услышала этих слов и не увидела его лица, потому что пыталась как можно быстрее скрыть своё смущение. Воспользовавшись любезностью Кисе и приведя себя в порядок, девушка решила, что пора уже и честь знать, ведь Хару дома явно волнуется. - О, Такада-чи, ты как раз вовремя, прошу, - Рёта буквально затащил девушку на кухню и указал на стол, где красовался приготовленный парнем завтрак. - Спасибо, Кисе, но мне и так совестно, что я доставила тебе столько хлопот, - говорила, смущенно улыбаясь, Рен. - Да ладно тебе, Такада-чи, какие с тобой могут быть хлопоты? – рассмеялся Кисе. – Прошу, составь мне компанию за завтраком.       Ничего не сказав, брюнетка молча села за стол, не смея смотреть в глаза Рёты. «Всё-таки он чертовски хорош! Даже готовит в сто раз лучше меня», - думала Такада, дегустируя стрепню своего друга. - Слушай, Такада-чи, - внезапно заговорил Кисе, заставив Рен дернуться. - Что? – испуганный взор черных глаз устремился прямо на него. - Извини, что лезу не в свое дело, но Аомине-чи ведь бросил трубку, когда вы разговаривали? Разве он не обиделся? - Попсихует и успокоится. Не бери в голову, - спокойным голосом сказала девушка, попивая свой чаёк. – Он всегда так делает, когда дело касается тебя. Неконтролируемые приступы ревности у него, достал уже. - Вот как, - по красивому лицу скользнула тень ухмылки. – Значит, нам не стоит так часто общаться, чтобы… - Исключено, - перебила его Такада. – Рёта, ты мой друг, и я не собираюсь оставить тебя только потому, что Дайки себе чего-то там напридумывал. Он, в конце концов, общается с Сацуки, так почему я не могу общаться с тобой? «Точно, Сацуки! – подумала Рен. – Как я раньше не додумалась? Ну держись, Дайки!» - Да с чего он вообще взял, что ты переманишь меня? – горячилась девушка. «Хм, значит, я ни капельки не нравлюсь тебе, Такада-чи?» - подумал Кисе, мысленно улыбаясь. - Нет, не то чтобы ты мне не нравился, - словно прочитала мысли парня Такада. – Я всегда восхищаюсь тобой, потому что ты прекрасный человек. Мне нравится твое общество. Я очень рада, что у меня есть такой надежный друг, как ты, Рёта. «Господи, что ты ему наговорила, Такада? - подумала девушка, всё больше краснея. – Вдруг он не так поймёт?»       Рёта улыбнулся той прелестной улыбкой, какой улыбаются весьма довольные жизнью люди. Ещё бы! Он услышал то, что ему необходимо было услышать. Как необходима ребенку похвала матери, отца или учителя, чтобы продолжать заниматься тем, чем он до этого занимался, надеясь получить в награду за проделанную работу лишь очередную порцию лестных слов.

***

      Придя домой, Такада уже не застала брата: он ушел в университет. Переодевшись, девушка отправилась в продуктовый магазин, после чего занялась типичной женской работой. Такой большой и незаметной мужскому глазу работой. И как невидимы вымытые полы, протертые полки в шкафу, политые комнатные растения, постиранные носки и приготовленный ужин, когда они есть. Как будто сами запрыгивают в стиральную машину носки, моются полы, жарятся отбивные и успеваются мелочи, которые безжалостно отнимают всё свободное время. Будто так и должно быть. Но достаточно затеряться лишь одному из этих пунктов, чтобы в доме наступил настоящий хаос. Но не будем более говорить об этом, иначе разговор окончательно потеряет прежний смысл.       Вечером, часам к восьми, телефон Такады зазвонил. А поскольку он находился в другой комнате, и Такада не могла видеть, кто звонил, то звонок этот насторожил брюнетку. «Это не может быть Аомине, потому что он никогда не отходит от своего психоза так рано. Хару?» - Рен побежала в свою комнату, опасаясь, что с Хару что-то случилось. Но она ошиблась: это был Касамацу. - Такада слушает, - дрожащим от волнения голосом проговорила девушка. Что вообще происходит? - Добрый вечер, Такада, - поздоровался Юкио. – Извини, что беспокою. Я хотел поблагодарить тебя. Не знаю, как тебе это удалось, но Кисе сегодня пришел на тренировку. Кроме того, он сказал, что будет играть. - Серьезно? – удивилась Рен. Весь страх ее мгновенно испарился, и лицо девушки засияло в счастливой улыбке. – Я так рада! - Как капитан команды, я искренне благодарю тебя за помощь не только мне, но и всей нашей команде. Приходи. Думаю, он будет рад. - Да, я обязательно приду, - кивала брюнетка, вытирая выступившие слезы. - Что ж, отлично. До свидания, Такада. Ещё раз извини, что побеспокоил. - Да ничего. До свидания, Касамацу-сан.       Весь оставшийся вечер Такада была в очень приятном расположении духа, так что пришедший в девятом часу вечера Харука был очень удивлен такой чрезмерной активности своей младшей сестренки. И чтобы не портить такого чудесного момента, он не стал высказывать своих предположений по этому поводу, иначе непременно огреб бы несколько смачных пинков или подзатыльников, на которые была очень щедра Такада младшая.

***

      В то самое утро у Рен снова было хорошее настроение. Она встала с той ноги, так сказать. Выполнив кое-какую норму повседневных обязанностей и приготовив заранее ужин, Такада вспомнила, что ей все еще не с кем пойти на игру: Хару в университете, Момои и Кисе сегодня играют, а Ватанабэ уехала к бабушке. Оставался только один вариант, который больше всего пугал Такаду: Ямада Элизабет все каникулы проводила в своем особняке и, скорее всего, была свободна. Пусть они и были близки в школе, ведь так требовали их обязанности, в реальной жизни Рен никогда не приходилось общаться с Ямадой не в официальном стиле. Именно это настораживало брюнетку. Но и самой ей идти на игру не хотелось. - Ну и где этот идиот Аомине? Я убью его, когда он явится! – разбрасывался злобными речами Вакамацу. - Момои, ты звонила ему? - спросил тренер. - Да, Аомине не берет трубку, - вздохнула Сацуки. - Извините, пожалуйста, - стал бить поклоны Сакурай. - Не про меня ли толки идут? – с ехидной ухмылкой сказал баскетболист, завалившись в раздевалку. - Уже разогрелся. Хорошо, - кивнул тренер. - Это рекорд! Ты даже не опоздал, в чём причина? – с иронией в голосе спрашивал Вакамацу. - Заткнись, - фыркнул Дайки. – Сегодня я просто не мог опоздать. - Таки решился играть, Кисе? – насмешливо спросил Аомине, подойдя к своему бывшему товарищу по команде и потенциальному сопернику. - Сегодня я обязательно выиграю, Аомине-чи. Не расслабляйся, - сказанные слова прозвучали довольно убедительно, чтобы быть принятыми всерьез. - Ого-ого, смотрите, какие люди сегодня в зале! – вдруг сказал Имаёши, поправляя свои очки. – Сама президент и её ручная Титания!       Обернувшись, Момои вдруг улыбнулась и помахала рукой. На этот жест, как на сигнал, обернулись и остальные. В их числе были Аомине, Кисе и Касамацу. У каждого из них вид двух девушек вызвал свою, отличную от других реакцию. - Нет, ладно Такада. Она и раньше приходила. Но что тут забыла президент студсовета? Как-то это всё подозрительно, - продолжил разговор Вакамацу. Посмотрев на Такаду, Аомине сделал вывод, что сегодня здесь она точно не ради него. Она пришла сюда из-за этого светловолосого парня, которого он ещё недавно считал другом. «И чего она такая довольная? Аж противно», - фыркнул Дайки, когда Рен, заметив презрительный взгляд, посмотрела на него. - Команды, стройся!       И так началась увлекательная, захватывающая дух игра двух неоспоримых ассов легендарного «Поколения чудес», о котором до этого Такада знала только на словах. Думая, что это просто пустые слова, она делала серьезную ошибку, и сегодня это окончательно поняла. За игрой брюнетка наблюдала молча, и можно было бы подумать, что она думает о чём-то своем, если бы не этот жадный взгляд чёрных глаз, устремленный на площадку. Рен была в смятении, ведь не знала, за кого ей болеть. Да и этот спор, истинного значения которого девушка не знала, не оставлял её в покое. - Такое ощущение, что эти двое что-то не поделили, - наконец сказала наблюдательная Ямада. - Я тоже об этом подумала, - Рен сказала это таким тоном, чтобы у президента студенческого совета не возникло ощущения, что её заместитель чего-то недоговаривает.       И это сработало: Ямада действительно не подумала об этом. Так, по крайней мере, казалось Такаде. «Держись, Рёта, ты справишься», - мысленно поддерживала друга Рен. Почему-то сейчас она чувствовала, что её захлестывает возмущение. И как вообще Аомине мог так поступить?       Вот, наконец, прозвучал финальный свисток. Битва завершилась, и Кисе… проиграл, потеряв всякую надежду. При виде слез блондина Рен сама еле сдерживалась, чтобы не заплакать. (Автор сам рыдал на этом моменте) Да, это она во всём виновата, ведь сама заставила его играть сегодня. Возможно, если бы Кисе отказался от игры, ничего бы не случилось. Нужно поговорить с ним и извиниться. Срочно.       Попрощавшись с Ямадой, Такада дождалась, пока раздевалку покинет команда старшей Кайджо и, соответственно, Кисе. Когда же парень наконец показался на горизонте и подошел на расстояние двух шагов к Такаде, девушка невольно ужаснулась: столько разных эмоций изображал его взгляд. Сколько боли, отчаянья, грусти и презрения было в секундном взгляде этих глаз. Но самое страшное то, что девушка не увидела в них того живого огня, всегда так ярко пылавшего. Рен не смогла ничего сказать, потому что горло мгновенно сдавили слезы. Прикусив дрожащую губу, она лишь опустила голову и продолжила стоять так даже тогда, когда Кисе уже совсем не было видно. «Что я наделала?» - по щеке, обжигая кожу, скатилась горькая слеза. - Что ж тебя так тянет к нему? – за спиной Такады послышался голос. – Меня тебе, значит, мало? Конечно, куда мне до него! Уж Кисе-то наверняка разбирается во всяких женских штучках, раз такие, как ты, ве… - громкий шлепок не дал парню закончить колкую фразочку. - Вообще страх потеряла?! - рявкнул Дайки, прислонив ладонь к покрасневшей щеке. - Извини, в комплекте не прилагался, - Аомине увиденное очень ужаснуло. Еще никогда он не видел её такой. Она сейчас… плакала? Очевидно, что так и было. Однако не только влажные глаза удивили парня. Ненависть и презрение, которые были во взгляде этих бездонных черных глаз, с неимоверной силой давили на него. – И если я тебя так не устраиваю, то вали на все четыре стороны! Тебя никто не держит. Мне плевать, что ты говоришь обо мне, но не смей так говорить о Рёте. Да как ты вообще можешь так говорить о нём? Он же твой друг! И, если тебе так интересно, меня к нему тянет то, что он открыт и честен со мной. И ещё, если ты запрещаешь мне общаться с ним, тогда я запрещаю тебе общаться с Сацуки. - Вот только не надо Сацуки сюда вмешивать, - последняя фраза Такады явно пришлась не по вкусу Аомине. - Ой, а что такое? Не нравится, когда трогают близких тебе людей? – наигранно удивилась Такада. – Вот и мне не нравится. Поэтому, будь так добр, не вмешивайся. Он мой друг, и я не собираюсь отказываться от него только из-за того, что тебе это не нравится. - А теперь заткнись и послушай меня, - прошипел Дайки, схватив девушку за плечо. – Твой, как ты выразилась, открытый и честный Кисе, часом, не говорил, что он любит тебя, а? А что он только что проиграл мне право быть рядом с тобой? Не говорил? Так я тебе скажу. Или ты меня совсем за идиота принимаешь? Извини, но единственная дура здесь ты. Он действительно был моим лучшим другом. Был! И надо было променять всё из-за какой-то бабы… - лихорадочно, будто захлебываясь слезами, говорил Аомине. - Рёта не мог, - глаза ее были широко раскрыты. - О, еще как мог. Он знал, что не выиграет, поэтому и отказался. Ты сама всё испортила, заставив его выйти сегодня на площадку. - Даже если так, как вы могли поспорить на меня? – почти кричала Такада. – Понятно, я для тебя игрушка! Вещь, которую можно легко проиграть, - истерика была уже на подходе. - Да послушай ты! - Что послушать? Что? Ты уже всё сказал. А знаешь, что я хочу сказать тебе? Да пошел ты! Пошли вы оба, понятно?! – крикнула Рен, и из глаз ее полились слезы. – Ненавижу! Катитесь к чёрту! Девушка пустилась бежать так быстро, как позволяли ей силы и каблуки. Всё равно, к чему это приведет.

Лишь бы больше не видеть этого лица…