Титания

      После долгого зноя без единой капли осадков, как водится, наступает сезон заливных дождей. Так случилось и в этот раз, потому весь август прошёл под плотной завесой грозовых туч. И к сентябрю, когда начинался новый триместр, улицы превратились в болота и грязевые источники. Было зафиксировано выпадение двухмесячной нормы осадков всего за каких-то три с половиной недели. Что-что, а погода в этом году загуляла не на шутку.        После игры Кисе и Аомине Такада узнала много нового. Так, например, ей стало известно о тайне Кисе, тщеславии Аомине и неуважении к себе со стороны старшего брата. Потому утром после игры, когда на непродолжительное время стих бушевавший всю ночь ливень, Рен почувствовала себя плохо и последующие несколько недель не выходила за пределы собственного дома, чем напугала своих домочадцев.       Всё это время за больной девушкой ухаживала Кисе Нацуки, продолжавшая находиться в доме своего молодого человека, по её словам, только ввиду болезни младшей сестрёнки Харуки. За это время девушки, тоже по словам Нацуки, сумели найти общий язык и подружились. Кроме общения на самые разнообразные темы Нацуки приносила Рен куриный бульон собственного приготовления и фрукты. И только к концу августа девушка покинула Такаду, хотя ей того, по собственным её убеждениям, вовсе не хотелось.       После отъезда Нацуки за несчастной и до сих пор не поправившейся девушкой стал ухаживать Такада старший, пока в один прекрасный день Рен не вышла из своей обители, заточавшей её столь долгое время и, сияя здоровьем, не принялась за работу по дому. Но перед этим она, почти стоя на коленях, умоляла брата простить её за ранее сказанное, что здорово испугало Харуку. Но он уже давно простил свою единственную сестренку и теперь сверкал своей счастливой улыбкой. Радость долгожданного воссоединения просто окрыляла его, так что парень даже не удосужился спросить у Такады, куда она уходила вечером тридцать первого августа.       Вернувшись вечером, Рен принялась готовиться к новому триместру. Она собрала школьную сумку, погладила юбку и блузку, приготовила обед, привела, наконец, себя в полнейший порядок и со спокойной душой легла в чистую и свежую постель. Утром тоже нужно было кое о чём похлопотать.

***

*POV Рен* За эти три недели я чуть не померла голодной смертью. И как можно сварить такой отвратный суп? Травануть меня хотела, зуб даю! Это еще хуже, чем стряпня Сацуки и горелые тосты Харуки. Что ж, раз жива, то нечего жаловаться. Благо, эта парочка часто сваливала, и у меня была возможность приготовить что-нибудь на скорую руку и уничтожить следы преступления. За всё время своей липовой болезни (а она являлась таковой) я переосмыслила несколько вещей. Во-первых, я никогда в жизни не породнюсь с этой жутко выносящей мозг бабёнкой, которая разговаривает только о парнях, о себе да о модных шмотках. Достала. Хвала небесам, что она свалила. Хоть дышать теперь можно спокойно. Во-вторых, нужно поставить некоторых личностей на место, чтобы сильно не зазнавались. Именно поэтому пора выползать из своего панциря и начинать действовать. Думаю, что стоит рассказать некоторые подробности всего, что произошло за последний месяц. Утром, когда после ночного сёрфинга по простором интернета я так и заснула за письменным столом, мною была собрана воедино и проанализирована вся полученная информация. Посему я сделала вывод, что крайне не хочу никого видеть ближайшие пару недель. Тогда-то в мою голову и пришла гениальная идея. Быстро собравшись, я убедилась, что дома уже никого нет и отправилась в город. Серия рейдов по магазинам косметики – и вот она, победа. За свою недолгую модельную карьеру я примерила множество различных образов и научилась неплохому гриму, что сейчас было очень даже необходимо. Уже дома я вывалила всю кучу купленного барахла в ящик тумбочки, что стояла у кровати, и довольно небрежно прикрыла всё своим тряпьем, чтобы никто случайно не нашел сие «сокровище». Придав себе с помощью всевозможных изобретений косметической индустрии самый болезненный вид, я сделала двести приседаний, чтобы хорошенько пропотеть, и улеглась в кровать. Оставалось только дожидаться прихода «жертв». Как и ожидалось, огромные мешки под глазами, нарисованные с помощью специального карандаша (чего только не придумают), и бледное лицо произвели настоящий фурор. А подделать температуру, когда тебя осматривает полуслепой пенсионер, проще, чем отнять конфетку у ребёнка. Теперь меня ждали постельный режим и карантин. Однако это не спасло мою задницу от Нацуки-тян. Теперь, пожалуй, я нашла сходство между ней и Рётой: оба сильно любят потрепаться. Но и это испытание я успешно прошла, а девка съехала назад в свой гадюшник. Миссия почти выполнена. Через пару дней я внезапно выздоровела и начала воплощать свой план в жизнь. Для этого пришлось придушить гордость и поползать в ногах у тупенького старшего брата, чтобы окончательно восстановить прежние отношения. Однако былые дни уже никогда не вернутся, а моё чувство совести, похоже, погибло вместе с прежним отношением к жизни. Согласна, звучит громко, но никто и не собирается отказываться от сказанного, ведь именно поэтому я и придумала свой план жестокой мести. Сегодня тридцать первое августа, а это значит, что у моего парня день рождения. Но так как звонить ему первой после случившегося не входило в мои планы, то я обшарила весь интернет в поисках подарка и поперлась в Токио, чтобы его забрать. Думаю, это окончательно добьёт его и принесет мне безоговорочную победу. Знал бы ты, Дайки, что мне пришлось перенести, чтобы достать эту мерзость для тебя! *END POV Рен*

***

      Утром первого сентября Аомине вместе с Момои лениво плелся в школу, неохотно выслушивая её рассказы о приключениях на каникулах. Ничего, так сказать, необычного. Привычный маршрут, всё те же знакомые лица и обычная дневная рутина. Единственное, что радовало, - это наладившаяся погода. Было солнечно и достаточно тепло, но уж чересчур ветрено. Метеорологи дали штормовое предупреждение. Но пусть земля провалится под ногами, а ученики обязаны посещать так сильно наскучившие им занятия. - Слышала, что Рен-тян серьезно заболела, - невзначай сказала Сацуки. - Понятно, - стандартно ответил Дайки. - Понятно? Дай-чан, ну как ты можешь так говорить? Рен-тян ведь твоя девушка! – негодовала Момои. - Тише, Сацуки, не вопи на всю улицу. - О, какие люди, какие люди, - сказал Имаёши, опустив руку на плечо парня. – Даже в школу после вчерашней попойки пришел. Ну-ка дохни. - Заткнись! – огрызнулся Аомине, сбросив руку капитана со своего плеча. - Да вы чего, как он мог ужраться? Титания бы ему так зад надрала, что и как дышать забыл бы, - говорил, еле сдерживая смех, Вакамацу. - Точно, Аомине, как оно? Дрессировке легко поддаешься или немного сопротивляешься? - Да какое… - хотел было вспылить синеглазый юноша, но внезапное происшествие заставило его вообще забыть всё, что он хотел сказать. - И…извинте! – заикнулся Сакурай, тут же принявшись собирать учебники, что выпали из сумки Такады при их столкновении. И вот остался последний учебник. Злосчастный учебник. Пытаясь поднять толстенькую маленькую книжку по английскому, парень нечаянно соприкоснулся своей рукой с рукой брюнетки, отчего дернулся в противоположную сторону и снова пролепетал: - Извините, пожалуйста! - Нет, это вы меня извините, - покачала головой Такада. – Ведь это я совсем под ноги не смотрела и врезалась в вас. Спасибо за помощь, Сакурай-сан. Рен улыбнулась, заставив бедного паренька чуть ли не в обморок шарахнуться. Она, девушка, которая всегда нагоняла на Сакурая ужас одним своим видом, теперь улыбнулась ему, будто своему хорошему другу. - Вот так поворот, - только и смог проговорить вице-капитан баскетбольной команды академии Тоо, раскрыв рот от удивления. - Доброе утро, Рен-тян! Я так рада, что ты поправилась, - радостно щебетала Момои. - Доброе утро, - поклонилась всем Такада. – Да, я здорова, спасибо. Такада улыбнулась во второй раз, чем сильно удивила публику.       Немного приподняв голову, брюнетка одарила всех ласковым взглядом, показывая тем своё уважение. Но каким-то особенным, лучистым взглядом девушка посмотрела прямо в глаза Аомине, пусть длилось это всего несколько мгновений.       Что-то в груди парня больно защемило, отчего тот слегка поморщился. Оставив публику наедине с её впечатлениями, старшеклассница отправилась прямиком к главному корпусу школы, где уже начиналось построение перед линейкой, которая свидетельствовала о начале второго триместра. Когда девушка вовсе исчезла в толпе, по небольшой компании баскетболистов и их менеджера прошлась волна неудержимого удивления и искреннего непонимания. - Что с ней такое? – удивился Вакамацу. Он указал на паренька, что подтянулся к их «собранию». Лицо его пылало в яркой краске смущения. – Посмотрите только, как Сакурая засмущала! - Да уж, наверняка есть что-то, о чем мы с вами не знаем, - хитро усмехнулся Имаёши, с насмешкой взглянув на раздраженного излишним вниманием к своей персоне Аомине.       Это даже очевидно, учитывая то, что чуть ли не у всей школы на повестке дня стояла новость о том, что на территории академии появилась пара садо-мазохистов. Причём она садистка, а он, судя по всему, мазохист. Всё дело в том, что во время их чудесной трехдневной поездки кто-то стал свидетелем выяснения отношений этой парочки и посчитал необходимым сию же минуту растрезвонить об этом на всю ивановскую. И если Такада отделалась только хихиканьем за спиной, то Аомине подкалывал каждый встречный, нередко упоминая слово «каблук». Это, конечно, не могло не зацепить гордого юношу.

***

      Вот и началась торжественная линейка. Произнеся блестящую речь, завуч передала слово президенту студсовета, которая объявила о планах на будущий триместр и, разумеется, передала жребий Хироши Ямаде - директору школы и своему отцу по совместительству. Сказав еще пару слов о планах на осень и пожелав всем успехов и вдохновения, директор распустил линейку и скрылся в своем кабинете.       Во время обеденного перерыва, когда Такада любезно угощала Миру и Сацуки своим обедом (есть обед Сацуки было крайне рискованно), к столику подошло несколько девушек, хотя этих лохудр сложно было сравнивать с нормальными девушками.       Одна из них чётко выделялась на общем фоне: короткие светлые волосы выглядели так небрежно, что вообще подвергались сомнению любые их связи с расческой. Курносое и рябенькое лицо ее было облеплено толстым слоем тонального крема, что еще больше портило бедную кожу. И мало кого волновало, что рожица ее была на несколько тонов темнее, чем шея и остальные части тела, потому что главное достоинство этой барышни – толстые золотые браслеты на руках и кольца на каждом пальце. Да кому какое дело вообще, что по уставу школы носить украшения запрещено, когда твой отец может запросто прикрыть её одним своим словом? Она, Ханако Синохара, могла заткнуть за пояс любого, кто встанет на её пути, или подкупить многомиллионным состоянием своего папеньки.       Как водится, в компании любой знатной дамы есть две главные фрейлины, которых принято называть подружками. Кстати сказать, обе они были куда симпатичнее своей владычицы.        Маи Курохара была мелкого роста, довольно крупных размеров и уж больно деловитого нрава, пусть ничего особого она из себя не представляла. Девушка эта была самой натуральной охотницей за сплетнями, потому всегда всё и про всех узнавала первой. Единственным украшением её были непропорционально большие карие глаза, как-то мутно поблескивавшие.       Вторая девушка была одного роста с Синохарой, но куда более фигуристой и привлекательной внешне. Лицо её было худое и заостренное. Шика Мацуоки была душой робкой и продажной, оттого и предпочитала в присутствии хозяйки не тявкать и лишь изредка поддакивала некоторым её словам. - Привет, Такада, - беспардонно начала разговор Синохара. - Привет. А мы знакомы? – спросила Рен. - Я Ханако Синохара из класса 3-В, - представилась девушка. – Можно тебя на пару слов? - Ладно, - кивнула Такада, после чего встала из-за стола. Момои и Ватанабэ переглянулись и бросили тревожные взгляды на свою подругу.       Выйдя на спортивную площадку, царевна и её прихвостни начали свое грязное дельце. На самом деле Синохаре нравился Аомине, а внезапное известие о его близкой связи с Такадой пришлось не по ушам королеве всея Тоо, поэтому она и её королевская свита решили припугнуть глупую девку. И неважно, что для того, чтобы увидеть эту «глупую девку» в рейтинге успеваемости школы, нужно было задрать голову вверх, а они топтались у подножья этой самой «горы успеваемости» … - Перейдем сразу к делу. Оставь в покое Аомине-куна, - сказала светловолосая. «Так и знала, что дело этим кончится», - подумала Рен, без всякого страха и дрожания коленок глядя на свою «соперницу». - Ну, долго молчать будешь? Или ты глухая совсем? – не выдержала Курохара. - Думаю, как бы так ответ сформулировать, чтобы вам, господа, понятно было, - не без усмешки сказала Такада. - Слушай, тебе же не нужны проблемы, а? Хочешь, я тебе денег дам? Ну? – снова начала Синохара. - Оставь свои деньги для кого-нибудь другого, - абсолютно спокойно ответила брюнетка, с вызовом глядя на неё. - Ты не поняла? Госпожа Синохара с тобой долго сюсюкаться не будет. Отвали от Аомине, дрянь! – вскричала Шика. - Хм, если вашей госпоже так нравится Дайки, то почему бы не сказать ему об этом прямо? Или перед любимым не такие разговорчивые? – скрестила руки на груди девушка. - Да как ты смеешь… Ещё и по имени его зовешь! - нижняя губа Ханако судорожно дергалась. – Проучите её!

***

Переодевшись, Аомине вышел из раздевалки и направился на спортивную площадку. Сегодня была хорошая погода для занятий на улице, ведь к четвертому уроку ветер совсем стих. - Дай-чан! – громко окликнула парня Момои. - Что стряслось, Сацуки? – даже с каким-то испугом спросил парень, окинув взглядом запыхавшуюся от быстрого бега подругу. - Беда! Там Рен-тян… и еще трое… они и Рен-тян… там драка намечается, - несвязно говорила запыхавшаяся девушка. - Они на улице, сам всё увидишь! – сказала Ватанабэ и со всех ног помчалась туда. Сацуки и Дайки тоже не отставали.

***

- Да как ты, девчонка, посмела оскорбить госпожу Синохару?! Получи! – завопила Маи, бежавшая прямо на Такаду и выставившая вперед кулак, чтобы ударить её. - А теперь закрыли рты и послушали меня, - громко сказала Рен, блокировав удар обидчицы ладонью и крепко ухватив её кулачок. – Ноги в руки и чешите отсюда, пока стоять можете, усекли? - Да ты знаешь, кто мой папа? Он тебя в порошок сотрет! – пафосно заявила Синохара. - Я непонятно объяснила? – спросила Такада, сжав кулак Маи с такой силой, что та взвизгнула от боли. – Или у вас, ребята, по запасной жизни прилагается? Она продолжала сжимать руку девчонки. Курохара опустилась на коленки от невыносимой боли в руке, бросая умоляющие взгляды на своих сообщниц. - Ладно, мы уйдем, только отпусти Маи, - наконец сдалась Синохара. - Так бы и сразу, - выдохнула Такада, отпустив девушку. Старшеклассница яростно сверкнула глазами. – А теперь пошли вон отсюда, пока я не передумала!       Чуть не наделав в штаны, побежденные красавицы ретировались в свой класс и больше не показывались на глаза Такаде. И даже если в голове одной из этих девиц созревал коварный план отмщения, то никто не осмеливался привести его в жизнь.       А пока у школы собралась уже немалая толпа случайных свидетелей. Среди них были Момои, Аомине, Ватари и спустившаяся на шум президент Ямада. «Здорово она этих шалашовок уделала!» - разносилось по всей толпе. «А из-за чего вся потасовка-то?» - «Аомине не поделили!» - «Неужели?» - то и дело доносилось с разных концов образовавшегося сборища. Пальцы Дайки невольно сжимались в кулаки.       Когда исход битвы был очевиден и победитель определен, люди стали расходиться. И лишь те, у кого сейчас был урок физкультуры, оставались на улице. Теперь ребята могли подобраться к Такаде, что продолжала стоять на том же месте. - Ты как, Рен-тян? – налетела на подругу Момои. – Ты в порядке? Мы за тебя так переживали! - Я в порядке, спасибо. - Круто ты их уложила! Вот это улёт! – рассмеялась Мира, похлопав брюнетку по плечу. - Мы думали, что без драки не обойдется! Даже Дай-чана позвали, чтобы разнять вас. Летели сюда со всех ног. Хорошо, что всё обошлось, – лепетала Сацуки, не выпуская руку подруги из своей.

***

      Решив все свои школьные дела, Такада взобралась на крышу, где так любил полёживать Аомине и куда он сам велел ей прийти после уроков. Так она и поступила.       Дайки уже ждал её. Парень смотрел куда-то далеко, явно размышляя о чем-то своем, поэтому не сразу заметил, что Рен уже подошла к нему на расстояние полуметра. - Ты поговорить, кажется, хотел? – спросила девушка, вернув Аомине в реальность. - Да, - еле заметно кивнул Дайки, вскользь взглянув на Такаду. – Я насчёт того разговора после игры… Ну, я тогда тебе много лишнего сказал и ... в общем… прости меня, - понятно было, что ему неприятно признавать свою неправоту из-за гордости. - На правду не обижаются, - усмехнулась девушка, шагнув вперед. – Я даже рада, что так произошло. Такада отвела взгляд в сторону. Робкая улыбка озарила её лицо, заставив Аомине почувствовать прилив крови к лицу.       И почему она сейчас так неимоверно красива? Нет, она всегда такая, просто сам парень этого не замечал или не хотел замечать. Вот она стоит перед ним. Лёгкий ветерок развевает её волосы, в чёрных глазах горит нежный огонек, а с уст не сходит обворожительная улыбка. Так почему же она кажется такой далёкой от этого мира? Такой свободной, робкой, грациозной и женственной? Что с ней произошло? - Знаешь, Дайки, я много думала и решила, что будет лучше пустить всё в вольное плавание. Всё, что ни делается, в конце концов, всегда к лучшему, - сказав это, она взяла руку парня и вручила ему небольшой пакет. - Что это? – только и смог спросить смуглый юноша. - Подарок на день рождения, - снова улыбалась Рен, прикрыв глаза. - Это же ограниченное издание с Маи-чан, выпущенное в ста экземплярах! Где ты его достала? То есть, спасибо, - волна эмоций нахлынула на парня. – Ты разве не против таких журналов? - Нет, - покачала головой девушка. – Да и тебе же нравится. Это важнее. - Слушай, Такада, с тобой точно всё хорошо? – косо посмотрел на неё баскетболист. - Всё хорошо, - подтвердила девушка. – Только зови меня по имени, ладно? - Ладно, - всё еще недоумевал Аомине. Что тут, чёрт возьми, происходит? - Ну, мне пора. До завтра, Дайки, - Рен чмокнула его в щеку, чем вогнала в еще больший ступор.

***

      Прошло две недели с начала триместра. И если межшкольные соревнования между баскетбольными командами уже миновали, то волейболисткам еще предстояло посоревноваться за первое место. Именно поэтому волейбольная команда старшей Кайджо жестоко тренировалась в течение всей недели. Эта команда, будучи участником финального поединка, очень желала урвать победу еще и потому, что соперники уделали их в товарищеской игре по пляжному волейболу, когда сами же волейболистки Кайджо на эту игру и нарвались. - Да уж, жестоко, - подметил Морияма, выслушивая рассказ Ватари о том, как издевается над ними тренер. Что забыла волейболистка на тренировке баскетболистов? Ответ напрашивается сам собой. И теперь ей оставалось дождаться окончания тренировки, чтобы на зависть всем подружкам пойти домой вместе с Кисе. - Морияма, за дело! Кисе, попридержи коней! Твоя нога еще не зажила после игры с Тоо! – руководил процессом Касамацу, так как тренер отлучился по какому-то очень важному делу. - Агрессивный ты сегодня, капитан. Девушку тебе нужно хорошенькую найти! – сказал Морияма, после чего все присутствующие залились гнусным гоготом. Не удержалась и Харука, захихикав своим конским девичьим смехом и грациозно прикрыв рот ладошкой. - Прошу прощения, - раздалось у выхода из спортзала. Баскетболисты удивились, увидев здесь девушку из другой школы. Да еще и в такое время. - Такада-чи, - пробормотал Кисе. - Такада? Что случилось? – подошел к ней Касамацу. - Извините за беспокойство, но мне сказали, что здесь я могу найти провожатого. Мне нужно отдать кое-какие бумаги тренеру волейбольной команды, - указала она на папку, что держала в руке. - Ну и ну, - сказала Ватари, поднявшись с места. Девушка протянула руку, чтобы забрать зелёную папочку. – Вот так сюрприз. Я передам тренеру. - Да, большое спасибо, - слегка улыбнулась Рен, не забыв поклониться. Подняв глаза, она увидела в другом конце зала Рёту и, конечно, кивнула ему в знак приветствия. Тот непонятно усмехнулся и тоже кивнул, после чего пытался не смотреть в её сторону. - Кстати, Ватари, а против кого вы на следующей неделе играете-то? – спросил кто-то из присутствующих. - А? Да против её школы, - блондинка указала на Рен. – Академия Тоо, если быть точнее. - Тоо, значит… - Эй, Такада, - фамильярно окликнула её Ватари. – Ты чего сюда приперлась? - Документы принесла, - спокойно ответила брюнетка, будто не услышав грубого намёка. - Ответ неверный, - нахмурилась Харука. – Правильный ответ сейчас стоит в противоположном конце зала и смотрит на тебя удивленными глазами, верно? - Извини, но эту «причину» я могу увидеть и в другой день, а здесь я с конкретной целью. И теперь, когда она исполнена, я ухожу. Касамацу-сан, можно вас на пару слов? - Эй, давай заключим сделку? Как тогда, – не унималась блондинка. - Я тебе не "эй". У меня имя есть, грубиянка, - огрызнулась Такада, недовольно нахмурив брови. - Точно, ты же в прошлый раз не играла, ибо, поди, и играть-то не умеешь, - провоцировала её Харука, ехидно усмехаясь. - Что ж, если тебе так хочется поспорить со мной, то я принимаю вызов. Но учти, что пощады не будет, - яростным блеском сверкали чёрные глаза Такады, когда она протягивала руку Ватари. - Разбейте наш спор! - скомандовала Харука.

***

- Что случилось, Такада? – спросил Касамацу, выйдя из зала вместе с девушкой. - Понимаете, Касамацу-сан, одна моя подруга очень заинтересована вами и жаждет познакомиться. Как вы на это смотрите? - Ну, думаю, можно, - пожал плечами Юкио, даже не подозревая, о ком говорит Такада. - Касамацу-сан, если вам позволяет время, то приходите посмотреть на нашу игру. Там её и увидите. А потом я вас познакомлю. - Ладно, я постараюсь прийти, - вздохнул парень.

Его это предложение заинтересовало.