Летний снегопад (Сборник)

Песня для вдохновения: Radiohead — Exit Music

Breathe keep breathing Don't loose your nerves Breathe keep breathing I can't do this alone

— Я ненавижу любовь. Любовь — это смерть. Это, как месть, только ее подают горячей. Это самая опасная штука на земле. Ты страдаешь в любом случае. Когда она в твоей жизни и когда ее нет. Когда она уходит и когда умирает. Когда исчезает, и когда отбирают. Ты всегда будешь страдать. Это, как быть прикованным к постели. Не в состоянии двигаться, поднять даже голову. Ты парализован. Лишь жадно вдыхаешь воздух. Это пропасть. Это бездна твоих худших фантазий. Ты барахтаешься, как рыба на суше. Тебе хочется больше и больше. Зависимость. Наркотик. Новая доза. Еще и еще. Но в один момент у тебя все отбирают. И ты начинаешь вопить и скулить, словно от этого что-то изменится. Ты вспоминаешь, как тебе было сладко. Ты до сих пор чувствуешь этот приторный привкус на кончике языка. На подушечках пальцев. Растираешь и вдыхаешь этот аромат. И ничего. Пустота. Крах всем мыслям и мечтам. И ты умоляешь, чтобы воспоминания исчезли. Но они, словно нарочно каждый раз плывут перед глазами. И ты начинаешь ненавидеть себя. И свою любовь. Ты начинаешь ненавидеть всех. И все. Так легче. Так проще. Ненависть в один момент перерастает в пофигизм, равнодушие. Тебе все равно кто из друзей женился, или купил машину, выиграла твоя любимая футбольная/баскетбольная /хоккейная и т.д. команда. Ты теряешь интерес к своей внешности. Тебе безразлично похудел ты или поправился. Просто все равно. И ничего больше кроме пустоты. Знаешь, а я тебя стала понимать. Так проще жить. С безразличием. Это действительно работает. Это действительно избавляет от лишней боли. Знаю, что тебе даже в такой момент было бы все равно. Тебе всегда все равно. И это неплохой способ выживать, должна признать. Знаешь, меня начало чаще болеть где-то в груди после того, как я тебя увидела с Асторией. Не знаю это такой способ мне отомстить или это получилось случайно. Но я почувствовала. Ты опять заставил меня чувствовать. Как и тогда три года назад. И я уже честно не знаю к чему болит сердце. Может это возраст, хотя какой возраст в мои 25. Порой мне кажется, что мне пора умирать. Странно. А потом я узнала, что вы расстались. От этого еще больше становится странно. Потому, что это меня огорчило. По сути это хорошая новость для меня. Но чего мне радоваться? Теперь я знаю, что ты вернешься к сексу без обязательств. И это меня огорчает больше, чем брак с Асторией. Странно, правда? Я часто вспоминаю наши вечера у камина. Такое семейное занятие, мы смогли превратить в кошмар. Каждый раз ссорились. Помнишь? Мы не могли без ссор. Ты кричал, я слушала, потом наоборот. А еще мы любили перекрикивать друг друга, будто кто-то из нас хотя бы слово понимал. А потом ты наливал мне вина и усталым голосом говорил: «Грейнджер, все. Я больше не хочу кричать. Выпей, успокойся и через пять минут жду в спальне». Именно такие моменты я прокручиваю в голове. Ох, Драко. Ты всегда говорил, что я невероятно невыносима, что не знаешь как ты меня терпишь. А потом горячо целовал. Забавный ты. Мой. Был мой. Я помню у тебя на левом плече есть родинка. Я помню. Мне когда-то показалось, что от этого я больше о тебе узнала. Ты стал ближе. Но это лишь показалось. А я любила целовать тебя. Ты теплый. Такой удивительно теплый. Раньше я думала, что ты хладнокровный. Что твоя бледная кожа, глаза цвета стали, золотистые волосы. Все это придавало тебе такого холода, что от этого бегали мурашки. Но ты был теплым. Очень теплым. Ты любил рыбу и ненавидел лосось. Я помню. А еще ты просто не мог вытерпеть вкус зеленого чая. Ты так смешно морщился, когда видел, как я его пью. Ты хмурил носик и брови. Как будто я пила действительно какое-то противное зелье. Ты говорил, что скорее бы прошел сквозь огонь, чем выпил этот чай. Смешной ты. Порой мне казалось, что из-за меня ты перестал быть эгоистом. Ты приносил мне завтрак в постель и в кофе добавлял побольше сливок, как люблю. А еще ты готовил блины. Я удивлялась, что ты умеешь так вкусно готовить. А ты признался, что в детстве ты так их любил, что заставил одну из эльфов на кухне, научить тебя. И это единственное, что ты умеешь готовить. Но субботнее утро, которое начинается твоими блинам, всегда оставляло по себе приятный след. Было вкусно. Да ты и сам это прекрасно знаешь. Сегодня я поняла, что ты не вернешься. Хотя почему сегодня я знала это всегда. Просто только сегодня смогла себе признаться. Честно, я ожидала чуда. На какое-то чудо. Но я не заслуживаю его. Предательница крови. Так ты, кажется, меня назвал, когда бросал? Но не грязнокровка. Забавно. Все, что ты тогда наговорил, я забыла, не слышала и не хотела слышать. После слов «мы расходимся», я отключила звук. Кажется, ты это тогда понял. Хотя, пытался докричаться до меня. Но зря. Ты спросил: «Если я уйду, ты ведь не будешь пытаться меня найти и вернуть?». Как будто я должна что-то другое ответить. «Нет, я не упаду так низко, чтобы бегать за тобой Малфой. Не тот вариант, не та девушка. Ошибся адресом, это не очередная твоя шлюшка. Пора было бы привыкнуть», ты прикрыл рот и замолчал. За две минуты ты вышел из дома и напоследок бросил: «Извини» Такое впечатление, будто это помогло. Я скривила губы. В тот момент меня начало тошнить и за несколько минут меня вырвало. Будто организм расстался с тобой, но мозг явно не хотел принимать этот факт. Я уже привыкла каждую субботу готовить себе блины. Но они не такие как у тебя. Уж не знаю, что у тебя за рецепт, но зря я у тебя не спросила. Пожалуй, это единственное о чем я жалею. Единственное, что бы я хотела изменить. Нет. Я не хочу тебя вернуть. Все в прошлом. Но, слышишь, я ни о чем не жалею. Ни об одной минуте, что отдала тебе. Я просто пишу это чтобы сказать спасибо. Кто знает, для чего я это пишу у себя в дневнике, и для чего я пишу спасибо. Ты никогда не прочитаешь это. Мы никогда не будем говорить. Я уверила себя. Знаешь, если бы я могла себя заставить перестать думать. Я бы давно продолжила свое свободное плавание. Но эти мысли от них так противно и хочется содрать с себя кожу, разорвать все органы, вырвать сердце. И все так оставить. Будто так и было. Эти мысли, как какая-то тягучая, вонючая жидкость, так и тянется за мной, куда бы я ни шла. Забавно. Но сколько бы я не писала и сколько б ни думала, ничего же не меняется. И я помню, что я должна быть равнодушной. Так легче. Так жизнь кажется не такой жестокой. Но кажется я и так переборщила с эпитетами, метафорами и другими штуками. Я оставлю этот дневник в этой квартире. Я не продам ее. Она всегда будет моей и твоей. Нашей. Хотя этого слова больше не существует, как и нас вообще. Поэтому просто. Напутственное слово самой себе. Держись подальше от таких как он. И от него самого. Куда поеду еще сама не знаю. Но и здесь оставаться я не собираюсь и тянуть за собой прошлое тоже. Итак, всего хорошего. Себе и тебе. Пока. Драко нашел этот дневник, когда узнал, что она исчезла. Читал и просто захлебывался словами. Он не жалел о сделанном, но жалел о не сделанном. Об истинной причине его поступка. Что им угрожала опасность. И он не смел втягивать в это ее. Но ей этого не нужно знать, да и поздно уже. Поздно, Малфой, что-то менять. Просто поздно. Она исчезла из твоей жизни. И все же, Грейнджер, тебе не казалось, что ты изменила меня. Так и было просто тебе этого не нужно знать.