Проект Манхэттен

- Я мужчина. - У каждого свои недостатки. © к/ф “В джазе только девушки” (1959 г.)

У каждого из них, Мстителей, свои скелеты в шкафах. Кто-то притащил их из далекого прошлого, кто-то обновляет эти скелеты каждый день; для кого-то они вообще не имеют значения до критического момента. Прятать их - не трудно. Трудно забыть о существовании таковых. Стив две недели пытается разобраться в своих. Тор, оклемавшийся после странного случая, несколько раз говорит ему о том, что все в порядке. Но Стив знает, что это не так. Он вспоминает чертовы покалывания в руках и грохот, с которым Тор шлепнулся об пол, и всякий раз, когда эта картинка всплывает перед глазами, внутри словно щёлкает выключатель. Коробочка с множеством тумблеров, которую Роджерс никогда не планировал открывать; он, на распутье двух дорог, читает то, что высечено на камне. Как там говорил доктор Эрскин? Остаться собой. И кажется, что сейчас это уже невозможно, с этим вечным щёлканьем в голове. Но Стив держится, каждый раз, когда смотрит на Тони, который работает, носит ему обеды, улыбается и заставляет идти в душ. Слабые знают цену силе, знают цену власти, а Роджерс, кажется, забыл об этом. Забыл о том, как быть слабым. - Доброе утро, - шепчет Тони, ворочаясь. - Получается? - он щурится, присматриваясь к листку, по которому Роджерс водит карандашом; у Стива прикушена губа, он сосредоточен так сильно, что на вопрос Тони не отвечает. - Ладно, рисуй, на меня не отвлекайся, - Старк аккуратно вылезает из-под одеяла, стараясь не задеть его. - Тони, - он останавливает Старка у самой двери. - Стив? - всё ещё сонным голосом спрашивает Тони. - Слабости, - Роджерс на секунду задумывается, откладывая карандаш в сторону; зрачки застывают и становится немного не по себе. - Слабости… есть у всех? - Несомненно, - выдыхает Тони. - Даже у идеальных солдат и бесчувственных кукол, Стив, есть слабости. У Ахиллеса была слабая пятка, а Пиноккио, каким бы дураком ни был, привязался к папе Карло. Кощей хранил свою смерть в иголке, перед этим затолкав её в яйцо и в толпу животных. А у тебя есть я. Наташа. Барнс. И миллиарды гражданских. Стив улыбается, жестом подзывая Тони к себе, и, когда тот подходит, приподнимается и целует, положив руку на затылок. - Как думаешь, Тор откажется от спарринга со мной? - спрашивает Роджерс, отпуская Тони. - Всегда есть Баки, - улыбается Старк, садясь рядом со Стивом. - И я. Но только после кофе. - Я тоже хочу кофе. - Не вопрос, - Тони встает, но Стив хватает его за руку. - Что? Я принесу, минут через десять, если кофеварка опять не психанёт на меня. Она ненавидит меня всю мою жизнь. - Она не настолько старая, - шутит Роджерс. - Я пойду с тобой. Завтракать. - Пойдешь? - удивленно спрашивает Тони, крепче сжимая руку Стива, резко тащит его за собой (чтобы не передумал). - Тогда шевелись! Несмотря на ранее утро, на кухне пусто. Да и вообще, как-то подозрительно тихо. Стив, давно не заходивший сюда, первым делом заглядывает в холодильник в поисках хорошего завтрака. Остатки вчерашнего пирога с клубникой находятся как нельзя кстати. Роджерс отрезает кусок ещё до того, как Тони начинает варить кофе, и с довольным лицом уплетает его. - Вкусно, - бормочет он. Тони смеется. Кухня очень быстро наполняется запахом свежего кофе, когда Старк разливает его по чашкам. Стив внимательно наблюдает за ним, за каждым жестом, вдохом и шагом. Прошло всего две недели, а он ловит себя на мысли, что совсем забыл как это, когда Тони сосредоточен. Неважно на чем: на том, чтобы не расплескать кофе мимо кремовых чашек или на всех возможных платах и компьютерных кодах. Поставив чашки на стол, Тони, присев, притягивает к себе Стива, заставляя его приземлиться задницей на стул и перестать есть пирог всухомятку. Забрав на тарелке остатки пирога, Стив занимает место рядом с Тони. В редких случаях им удается остаться вдвоем на завтрак в Башне Мстителей. На кухне всегда кто-нибудь ошивается: Клинт, ищущий арахисовое масло, или заработавшийся Брюс, внезапно захотевший вчерашней пиццы. Нынешняя тишина идеальна; такая, какой её всегда видит Стив, какой чувствует Тони. Старк улыбается, замечая на себе взгляд голубых глаз. Стив, приглаживая торчащие в разные стороны после сна волосы, легко касается губами колючей щеки. Тони что-то бормочет себе под нос, и Стив останавливается, отстраняясь, поднимает на него вопросительный взгляд. - Я уверен, что это Паркер, - шепчет Старк, наспех чмокнув Роджерса в лоб. - Он думает, что может бесшумно прокрасться. Стив не отвечает, лишь прислушивается к пустой тишине. Через несколько секунд он кивает, отодвигается чуть дальше и вновь начинает уплетать пирог. Тони следует его примеру. Питер появляется на кухне спустя минуту. Он здоровается, жалуется на плохо подогретую воду в душе, а потом просто болтает обо всем. - Наташа, Баки и Клинт, - начинает он. - Я ведь могу называть его Клинтом? Или мне за это - в глаз стрелой? В общем, они ушли в город. Продукты, говорят, закончились. А ещё Клинту… - осекается Питер. - То есть Соколу... А нет... Соколиный глаз, да? Это ведь его супергеройское имя? Ему захотелось виски с колой. Но у нас ни виски, - он пожимает плечами, садится рядом с Тони с уже наполненной кофе чашкой, - ни колы… Ничего нет! Даже льда. Я хотел пойти с ними, но Баки сказал, что лучше в другой раз. Так жаль. Я устал уже сидеть здесь. Никуда не выйти, ничего не посмотреть. Ещё спалюсь... Чёрт подери! - Питер, - возмущается Тони, еле-еле дотягиваясь до рулона бумажных полотенец, стоящих на кухонных тумбах. - В следующий раз не сильно махай руками, ладно? - Ладно, - ворчит Паркер, вытирая остатки кофе с домашних штанов. - Эй, Стив, а ты… Вы. Ладно. Я могу называть тебя Стив? - Стив кивает, Питер облегченно вздыхает, продолжая тереть бумагой штаны. - Давно не видел тебя здесь. В смысле, ты постоянно в своей комнате, и… - Я был занят, - лукавит Стив. - У супергероев свои дела. - В этом доме у всех своих дела, - расстроенно говорит Паркер. - Ты сидишь в комнате, Старк с доктором Беннером вечно в работе, Наташа изучает семейную библиотеку Старков, а Тор с Баки в вечных тренировках. Куда мне припасть, не знаю. - Потренируйся с Тором, - предлагает Стив. - Он - хороший парень. Поможет, направит, расскажет с какой стороны лучше бить и как быстрее определить куда. - И правда, - Питер резко встает. - Спасибо за кофе. И простите, что вторгся в ваше личное пространство. Паркер уходит, хитро улыбаясь напоследок. - Идиот, - подводит итог Тони. - Он - умный парень, - защищает Паркера Стив. - Говорит только слишком много и не по делу. У тебя научился. - Ишь что, - фыркает Тони. - А нудит в точности как ты. Роджерс отпивает кофе, игнорируя слова Тони, который стаскивает несколько крупных ягод с пирога. Стив смеется, отставляя чашку, приближаясь к Тони. Ласково целует его щеку, приобнимая. В тишине всё становится проще. Рядом с Тони - лучше. Две недели, проведенные в непонятной забастовке, дают о себе знать сентиментальными мыслями, желанием целовать Тони и говорить всякие глупости. Последнее Стив отметает к чертям. Он почти забывает про неприятные покалывания в руках, периодически возникающие без причины. - Над чем вы с Брюсом работаете? - спрашивает Роджерс, нарушая тишину. - Разбираем всякий отцовский хлам, - равнодушно отвечает Тони. - У него миллион и одна запись, которые интересуют Брюса. Он же, знаешь, гением был. Так что есть кое-что интересное. - Гидра? - Над слежкой работает Коулсон. Если интересно, то все отчеты он сливает Романовой, - Тони делает паузу, но Стив молчит, и он, не задумываясь, продолжает рассказывать о том, над чем они с Беннером работают: - У нас мало оборудования, но мы с Брюсом всё ещё пытаемся понять, что случилось во время нападения чудовищ и какого черта ты проспал столько дней. У Брюса есть какие-то догадки на этот счёт. - Кажется, мы просто отсиживаемся, пряча свои задницы, - вздыхает Стив. В такой ситуации он чувствует себя трусливым зайцем, прячущимся за деревом от лесных хищников. - Это как-то... не по-мстительски. - Спать три дня подряд тоже совсем не по-мстительски, но ты же спал. Отдохнём пару месяцев и вернёмся сильными, уверенными и со знанием того, что там творит Гидра. Или хочешь впасть в вечный сон? - Не доводи до абсурда, - фыркает Стив. - Зачем ты сказал Питеру, где мы? - Я его пожалел. Одному, знаешь ли, в башне Старка очень грустно и хочется взорвать что-нибудь, - Тони на секунду задумывается, попивает кофе, смотря по сторонам. - А он устроил бы там кошмар! С его-то склонностями к научно-экспериментальной биологии. - Паркер - биолог?! - удивляется Роджерс. - Память подводит? Он взрослее, чем кажется, - Тони говорит этот факт немного смеясь, потому что он сам периодически называет его ребёнком, забывая о том, что мальчик давно вырос, закончил институт и даже ходит на свидания, в отличие от остальных участников кучки могучих супергероев. - Не знаю, насколько он разборчив в области биологии, но уверен, что со своей сущностью он давно разобрался. Что, как и почему получается. - Почему тогда он не работает с вами? - Стив, ну он же просто биолог, самостоятельно сдружившийся с причудами своего ДНК. И, как ты заметил, много болтает. Он будет только отвлекать. - Или ты просто не хочешь, чтобы кто-то вклинивался к вам с Беннером, да? В голубых глазах Стива застревает упрёк. Тони, изучающий его, вздрагивает, потому что огонёк не гаснет, а наоборот разгорается сильнее. Роджерс хмурится, явно злясь из-за каменного молчания. Молчание висит в воздухе, застревает комом в горле, и главное для Стива сейчас - не сорваться. Он чувствует, как возвращаются дурацкие покалывания, в общем-то как всегда около десяти утра. Он трёт ладошки, отвлекаясь от неприятных ощущение. Тони смотрит исподлобья, хмуря брови. Его взгляд - мягкий, он даже не злится. - Всё дело в папке? - строго спрашивает Стивен. - Ты так никому её не показал. - Может и в ней, - отмазывается Тони. - Какая разница? Мы с Беннером разберемся и все решим. Зачем кому-то знать об этом? Эта информация для них абсолютно лишняя. Ненужная. - Ты же говорил, что понятия не имеешь, что там вообще. Почему бы не показать это всем, Тони? Чтобы каждый изложил свои мысли по этому поводу. Предположения. Мы же команда, мы должны работать вместе. - Работать вместе? Да брось! Наука - это не бить морду плохим парням. Здесь нужны мозги, - Старк символично тычет пальцем в висок. - Простите, конечно, но кажется, что мы с Брюсом единственные здесь, кто занимается наукой. И единственные, кто учился ещё где-то помимо школы. - Не бросайся в крайности, все мы люди, пусть не гении, но и не идиоты же. Я видел эту папку, читал её и поверь, пусть там много непонятных слов, но суть мне ясна. И нет ничего плохого в том, чтобы наконец рассказать об этом всем. Не будь задницей, Старк, и веди себя как взрослый. - Сказал парень, просидевший две недели в комнате из-за того, что неплохо шандарахнул бога, - рявкает Тони. - Мы сами разберемся. Просто поверь мне, Кэп. - Великий и могучий Тони Старк, - буркнул Роджерс. Слышится смех Наташи, и Тони, покосившись на Стива, решает прекратить перепалку. Ведь никто из них не отступит, не сочтет, что ругань - это не то, что им нужно. Компромиссы - ради блага - для них пустой звук; каждый считает, что прав, каждый оставит свое мнение при себе, пока не появится новой возможности высказать его в лицо другому. Так всякий раз, пока кто-нибудь не остановит, не напомнит о том, что они команда; пока разногласия не станут казаться глупыми или подвергать опасности планету. Наташа стоит и грозно смотрит на них, Баки и Клинт тоже не восторге от сложившейся ситуации. Потому что Роджерс и Старк выглядят как собаки на цепи, которые вот-вот сорвутся и вцепятся друг другу в горло. - Стив, - тихо говорит Барнс, обходя Наташу. - Пошли, - он толкает Роджерса в спину, уводя его с кухни. Когда Баки и Стив скрываются за дверью, Тони, решивший что вот то самое спасение, встает, чтобы налить ещё одну чашку кофе. Напиток ожидаемое остыл. Бартон исчезает с кухни, Старк не замечает когда и каким образом, просто в один прекрасный момент не обнаруживает его. Момент отнюдь не прекрасный. Остаться наедине с Наташей означает выслушать длинную и нудную лекцию о командной работе и уважении чужого мнения, она обязательно добавит самый важный аргумент, лишний раз напоминая кто здесь главный. - Не затягивай, - нарушает молчание Старк. - У меня много работы. - Не драматизируй, - Наташа не смотрит на него. - И даже не думай улизнуть. Она садится рядом с Тони и просто спрашивает о том, что произошло. Он рассказывает, умалчивая некоторые факты. Говорит про Питера, потом про Стива, вспоминает про Брюса, который его ждёт, затем снова - Стив, Стив, Стив. Он и сам ужасается, осознавая сколько раз уже произнес это имя. Считать не стоит. - Да что ж с вами такое, - выдает Наташа, когда Тони, замолкнув, наливает ещё кофе. - Оба живы, оба здоровы, спите в одной кровати, а до сих не можете поделить пространство. Влюблённые идиоты. - Эй, попрошу не выражаться! - возмущается Старк, игнорируя последнее высказывание Романовой. - Я же ещё здесь. - Это ничего не меняет. И будь добр - извинись перед Стивом. Потому что ты виноват. - Да, я тоже виню Тони, - передразнивает Старк. - Плохой Тони. Отправлю-ка я его работать от греха подальше. Ступеньки на чердак Тони преодолевает одним прыжком. Брюс во всю работает, разбирая новую компьютерную модель, что они запустили вчера перед сном. На экране вертится сферообразный график с угловатыми образованием сверху, чуть изменившийся в размерах. - Он продолжает раздуваться, - констатирует факт Беннер. - Мне кажется, это не то, что мы ищем, Тони. - Мы пробуем, Брюс! В этом вся суть эксперимента. И те цифры, из папки, шикарно вписываются в происходящее… чтобы это не было. Старк подходит ближе, изучает данные, так любезно выведенные на экран Щ.И.Т.-овской программой. Цифр слишком много для безобидного Говардовского изобретения и слишком мало для оружия Гидры. Тони думает, что будет если шар лопнет и лопнет ли он вообще когда-нибудь. Способен ли он поглощать материю, восприимчив ли к внешним воздействиям (например, к жидкому азоту). Вопросов в голове немерено, ответов на них никто не знает. Всё что есть - цифры, в которых ещё предстоит разобраться. - Он состоит из силового и магнитного полей, - отвечает на один из миллионов молчаливых вопросов Брюс. - Внутри - что-то вроде портала. Судя по цифрам - он безопасен. - Не лопнет? - Не должен. - Соберем? - с энтузиазмом спрашивает Тони, выгнув бровь.

***

Наташа, закидывая в рот попкорн, не отрываясь смотрит в телевизор. Он старый, отчего вещает с ужасными помехами и ловит только один канал, что на самом деле совсем не мешает наслаждаться однообразными программами по вечерам. Как и всегда, во время обеда, начинается время старого американского кино. Старое американское кино - лучшее, что с ней, Наташей, случается в этом доме. Остальные члены команды её любовь не разделяют (кроме Стива, который две недели не вылезал из убежища), и девушка наслаждается тишиной, покоем и двумя часами полного одиночества. - Что смотришь? - раздается тихий голос Роджерса за спиной. - “В джазе только девушки”, - поворачиваясь, отвечает Наташа. - Присоединишься? - Нарушить твое личное время… - Да брось, Стив, - Наташа хлопает по пустому месту на диване рядом с ней. - Садись. Стивен ещё пытается отказаться, говоря, что у него есть дела, но в итоге сдается, садясь рядом с Наташей, которая делится с ним попкорном. На самом деле, Стиву не хочется смотреть старый фильм. Ему хочется поговорить с кем-то, кроме Тони. И все равно о чём. О магнитных монополях или таянии ледников - ни какой разницы; потому что тихое одиночество съедает изнутри, течёт по венам и становится насколько привычным, что это пугает. Когда появляется новая привычка в обычном ритме жизни, не замечаешь. Просто делаешь это. Без мыслей, без укоров. Словно так было всегда. Понимаешь, что это опасно гораздо позже, когда не получается хотя бы один раз проигнорировать её. Когда эмоции собираются в большой сгусток, лишний раз напоминая - ты один, потому что так захотел сам. Это именно то, что почувствовал Стив, когда проснулся сегодня утром. Он дал себе слово - избавиться, чего бы это не стоило. - Хэй, что за кислая мина на лице? - Задумался, - тихо сказал Стив, стараясь не заглушать звук телевизора. - Что не поделили со Старком? - Наташа подкидывает попкорн в воздухе и ловко ловит его ртом. - Мироздание, - хмурится Роджерс. - Он сказал то, что мне не понравилось. Я ответил ему тем же. Слово за слово, и мы уже разговариваем на повышенных тонах. - Ты слишком долго просидел взаперти. Лови, - говорит она, кидая в сторону Стива попкрорн, он теряется, но все же ловит подслащенную кукурузу. - Старк так с ума сходил, когда ты решил больше никогда не выходить из комнаты. А ещё они с Беннером строят какую-то штуку. Говорят, смогут выяснить, что произошло с тобой и является ли происшествие с Тором прямым продолжением этого. - Боюсь, единственный способ выяснить, что со мной произошло - путешествие во времени. - Они даже Паркера позвали. Парниша был очень рад, что сегодня не придется слоняться по дому в поисках увлекательного занятия. - Позвали? - Ну да, - кивает Наташа. - О, смотри, крутой момент. Стив наблюдает, как мужчина быстро залезает в ванную, надевая женский парик. Момент смешной, он улыбается. Смех успокаивает; Роджерс чувствует как расслабляется каждая клеточка его тела, как на душе становится спокойней; ком в горле исчезает. Погружаясь в сюжет фильма, Стив задает Наташе ещё пару вопросов о том, что пропустил в начале. Этот день определенно становится лучше. Чуть позже к ним присоединяется Барнс, заваливаясь в кресло. В его руках - местная газета, которую он читает от первой до последней страницы каждый день. Джеймс зачитывает пару анекдотов, но видя полное безразличие к своему присутствию, замолкает. В местной прессе много безумных заголовков. На первой странице вчерашнего номера очень красочно выделялся заголовок статьи под названием: “более миллиона тараканов пытаются захватить спичечную фабрику”. Сегодня заголовки не были такими значимыми, смешными или привлекательным. Про тараканов уже забыли, птицы на людей больше не нападают, а единственная во всей округе школа закрыта на карантин. - Нат, - испытывает шанс Барнс, рассматривая страницу с афишами. - Что? - Сегодня вечер старого американского кино в местном кинотеатре. Будут показывать “Сансет бульвар” и “Эта замечательная жизнь”. Пойдем? - Что? - она поднимает глаза на Баки. - Пойдем на вечер американского кино, - утвердительно произносит он. - В шесть. Наташа улыбается, ловит взгляд Стива, кивает Баки, возвращается к созерцанию картины на экране. Барнс, откладывая газету в сторону, присоединяется. Роджерс чувствует себя третьим лишним. Он привык к этому. Обычный случай - когда твой лучший друг Джеймс Барнс. С ним - если вас больше двух - так всегда; Стив - третий лишний для многочисленных воздыхательниц Барнса, но не для него самого. Он, подхватывая газету со стола, оставляет Баки и Наташу вдвоем, читает афишу, соблюдая маршрут, по которому ещё ни разу не ходил. Когда Стив поднимается в логово Брюса, то наблюдает милую картину: Тони, Питер и Брюс усердно пытаются “впихнуть невпихуемое”; Тони сильнее нажимает на какой-то рычаг, рассчитывая на быструю реакцию Питера, который резко толкает шестерёнку, а Брюс что-то крепит к ней. - Стив? - удивляется Тони, отпустив рычаг. Он вытирает руки о жёлтую тряпку, подходя ближе. - Стив? - Я мешаю? Я могу уйти, зайти попозже, но знаешь, - Роджерс смотрит по сторонам, боясь поймать взгляд Тони. - Сегодня вечером… Баки сказал, - он мямлит, говорит невнятно, нервно сжимая газету в руках. - Я подумал, может сходим куда-нибудь? Смотри, здесь можно найти незамысловатые развлечения. Старое кино или танцы. Я не настаиваю, но если ты не против, то было бы неплохо как-то отвлечься. - “Бонни и Клайд”? - спрашивает Тони, указывая на газету. - Да, в восемь тридцать, - улыбается Стив, облегченно вздыхая. - Брюс, одолжишь свою масочку? А то платье мне не очень к лицу, - они смотрят друг на друга, не отрываясь. Улыбка Стива - искренняя, заставляет улыбнуться и Старка. Где-то за ними слышится брюсово “да”. - В семь отправляемся, - говорит Тони, целуя Роджерса в щеку. Когда Стив уходит, Тони возвращается к своему занятию: рычаг второй раз сам не опустится. - Подожди, Стив пригласил тебя на свидание? - удивляется Паркер. - Капитану Америке нравятся парни? Серьезно? Или у вас это давно? Боже, давно, да? И я один не знал об этом? Чёрт! - Давай, впихивай! - говорит Тони, смеясь, надавливая на рычаг.