Проект Манхэттен

Тони пытается вспомнить, когда они в последний раз были на свидании. Вроде это было летом, когда Стива выписали из больницы после развала Щ.И.Т. Тони очень хотел сходить в музей, посвященный Кэпу, но тот был против, так что пришлось довольствоваться фастфудом в ближайшей забегаловке. Зал, в котором они сидят, полупустой. За ними занято четыре места. Слева, справа, на ряд впереди — ни одного. Стив совсем не Стив, да и Тони тоже. Они — одновременно — и чужие друг другу люди, и чертовски близкие; абсолютно незнакомые и в тоже время влюблённые. На большом экране мелькают старые, знакомые кадры. Роджерс увлечен, а Тони удивляется, что он до сих пор не показывал ему этот фильм. А ещё Стив держит его за руку. Сильно сжимает ладонь, как будто боится потеряться в толпе, и если бы между креслами не было бы дурацких ручек, он бы прижимался к Тони так близко, как только мог бы. — Мы же не будем сегодня возвращаться домой? — шепчет Тони, обжигая дыханием восприимчивую кожу на шее. — Конкретней, пожалуйста, — Стивен улыбается уголками губ. — Хочу хорошо закончить вечер. Здесь наверняка есть отель. — И? — И мы могли бы снять номер. — Зачем? — Чтобы не идти домой сегодня. — Что? — Не прикидывайся идиотом, — с придыханием нашептывает Старк. — Я хочу тебя, Стиви. Роджерс не краснеет. Наверное, все дело в чужом лице. А может, он просто привык к выходкам Тони Старка, выработал иммунитет. Неожиданный поцелуй на щеке отдается чьими-то недовольными покашливаниями сзади. Повернувшись, Тони шикает. Наташа, Баки и Клинт заливаются смехом, а Тор искренне пытается сдержаться, не поддаваясь всеобщей клоунаде, и это единственное, что с потрохами выдает Тора. Ну кроме отличающегося от «близнецов» лица, конечно. — Эй, Старк, — бросает Клинт, наклоняясь. — Как там ваши эксперименты? Что-нибудь выяснили? — А ты заглядывай как-нибудь, на тебе проверим, — недовольничает Тони. — Давай серьезно, — вмешивается Романова. Она улыбается, и в мрачном свете от большого экрана улыбка выглядит довольно жутко. - Нет, мы, конечно, здорово живём, но знаешь… Хочется уже к цивилизации что ли. — Роджерс наябедничал? — Тони отворачивается от Наташи, равнодушно смотря на экран. Разговаривать об этом сейчас совсем не хочется. — Я им ничего не говорил, — шепчет Стив ему на ухо. И Господи, почему он делает это так сексуально, думает Тони. Наташа говорит ещё что-то, но Старк уже не обращает внимания, как в общем-то и Стив. Фильм всё ещё идёт, и всё-таки у них свидание. А то, что друзья увязались за ними — пустяк, про который стоит забыть. «Мы грабим банки», — говорит главная героиня с экрана. И дальше следует уговаривающий разговор, попытка взять на «слабо» человека, который год отсидел в колонии. И парень, легко укравший деньги из кассы, следует за двумя ворами. Шум сзади не стихает. Кто-то болтает, кто-то ворочается в кресле; смех Клинта узнаваем без труда, разносится по всему ряду. И почему они все здесь? Когда Тони со Стивом только вошли в зал, это было первым неозвученным вопросом Старка, на который Стив мгновенно ответил, сказав, что был уверен, что у Наташи с Баки свидание. Но похоже — он ошибался, потому что четверо друзей сидели в ряд, смеялись, ели попкорн, и, кажется, ждали, когда они придут. — Надо было уйти, — говорит Тони, наклоняясь слишком близко к Стиву, слыша одобрительный свист. — Они же специально это затеяли, чтобы посмеяться над нами. — Ерунда, — отмахивается Роджерс. Старк хмурится, продолжая настаивать на своём. Его аргументы Стиву кажутся высосанными из пальца, бредовыми и неправдоподобными. Он несколько раз повторяет, что все они — команда, хорошая команда, и такие вот ситуации что-то вроде одобрения и поддержки. Тони стонет в ответ. Бартон, заскучав, начинает кидаться в Старка попкорном, и это выводит того из себя. Какого черта они портят им свидание, а? Два чертовых близнеца, рыжая хитрая лиса и проклятый громила-блондин. Наташа что-то вещает о том, что домашний попкорн вкуснее в том самый момент, когда Старк, окончательно разозлившись, встает, и, прихватив с собой Стива, выходит из зала. — Мы не будем сегодня возвращаться домой, — улыбается Роджерс, когда они, забрав вещи из гардероба, выходят на улицу. Снег валит крупными хлопьями, которые оседают на длинных ресницах Стива, тая. Небольшое покрывало из снежных пушинок складывается на тёмных волосах Тони, пока тот повязывает шарф. Стив улыбается, наблюдая за тем, как волосы и снежинки контрастируют. Яркий контраст, заметный даже в тусклом свете фонарей, застывает в глазах, запоминается. Он тянет руку, стряхивает снег с волос, улыбаясь. — Волшебство, — бормочет Старк, оставив шарф в покое. — Прогуляемся? На улице безлюдно. Лишь музыка, доносящаяся из кинотеатра, напоминает, что в этой глуши есть жизнь. Странный безымянный город кажется Стиву до ужаса знакомым, напоминая старую Америку, еще не напичканную технологиями. В качестве освещения улиц здесь используют старинные фонари, а не неоновые вывески; на улицах почти нет припаркованных машин; винтажные витрины, показывающие красивые наряды прошлого века, походят на витрины с бруклинских кварталов и магазинов свадебных платьев. Стив осматривает с восхищением и старинные здания, архитектура которых кажется вызывает в нём уйму эмоций, о чём он непременно говорит Тони. И о том, как ему нравится это место, сохранившее свою историю. Снегопад усиливается, и Тони ускоряет шаг, таща Роджерса за собой. Они заходят во все ещё открытый магазинчик, скрываясь от непогоды, решают пройтись по нему. Остановившись около витрины со множеством алкогольных напитков, Старк порывается что-нибудь купить, на что Стив реагирует отрицательно, ворча и демонстративно раскинув руки в стороны. — А я думал сделать тебе минет с шампанским, который ты так любишь, — разочаровано говорит Тони и идёт дальше. Стив краснеет, переминается с ноги на ногу, неловко смотря на бутылку шампанского, но не берёт её, хоть и немного сожалеет об этом. — Зачем мы вообще сюда зашли? — спрашивает он, догоняя Тони. — Переждать непогоду? — улыбается Старк. — И знаешь, я голоден, — он подходит слишком близко, Стив чувствует теплое дыхание. Сердце словно останавливается, пропуская пару ударов. — Надо узнать, есть ли в этом городе гостиница. Тони, улыбнувшись, шагает дальше, оставляя Стива стоять в замешательстве. Спустя десять минут они снова оказываются на улице. Стив, узнавший у продавца в какую сторону им идти, заставляет Тони следовать за собой. Снег всё ещё идёт, с новой силой наваливается на тонкие ветки деревьев и заваленные тротуары. Тони кутается в шарф, пытаясь спрятать в нём замерзший нос, засовывает ладони в рукава, потому что совсем не подумал взять перчатки, а руки ужасно мерзнут. Роджерс же выглядит довольным, нос покраснел, но кажется, что холода он не чувствует, продолжая с тем же восхищением осматривать город. — Кажется, нам сюда, — оповещает Старка Стив, поворачивая направо. Затянувшаяся на сорок минут прогулка, кажется, подходит к концу. В глубине закоулка стоит трехэтажный дом, словно перемещённый сюда на машине времени. Вывеска подсвечивается несколькими яркими лампочками в углах и одной, закрепленной сверху, прямо по центру. — «Калифорния»? — спрашивает Тони. — Они это серьезно? Стив лишь пожимает плечами.

***

Зарегистрировавшись и выслушав кучу наставлений от тёмнокожего управляющего, они поднимаются по старым скрипящим лестницам. После первого прохода Старк останавливается, стаскивая глупую маску с лица. Стив делает тоже самое, забирает непонятную субстанцию из рук Тони, кладет в какой-то пакет, убирает во внутренний карман куртки, чтобы не потерять. Тони, как гений от Бога, оповещает Стива об отсутствии камер. Он рад наконец-то избавиться от надоевшей маски, рад, что может видеть Стива, к которому он привык; к американской иконе и надежде, к скромному художнику, рисующему втихаря Тони за работой, к человеку, готовому спасти весь мир. Он целует его, прижимая к перилам на лестничной клетке, рвано и мягко. Стив отстраняется, убегая вперед. Тони лениво шагает вслед за Стивом, рассказывая очередной смешной случай, произошедший с ним и Роуди давным-давно. Всегда сложно донести всю суть такой истории, при рассказе которой еле-еле получается сдержать смех. Тони справляется. — Пришли, — сообщает Стив, перебивая Тони. Дверь в номер открывается быстро, без лишних усилий. Это не один из роскошных отелей, в которых обычно останавливается Старк: свет не включается по хлопкам, тут явно нет никаких датчиков движения и особых систем безопасности; простой номер с кроватью и ванной комнатой. Роджерс заходит в номер, пока Тони продолжает чесать языком. С минуту он стоит и смотрит на болтливого Старка, а потом, усмехнувшись, хватает его за нелепо повязанный шарф и затаскивает внутрь. Звук захлопывающейся двери никого не беспокоит, потому что Роджерс со всей силой прижимает Тони к ней и, кладя руки на щеки, притягивает к себе для поцелуя. Тони, по обыкновению, пытается что-то бормотать о личном пространстве и умении слушать, но Стив слишком настойчив, а он, Тони, очень скучавший по упрямости и поцелуям, сдается быстро, фиксируя ладони на талии Стива. Верхняя одежда мешает. Стив стягивает дурацкий шарф с шеи Тони одним быстрым рывком, от чего кожу немного жжёт. Он закрывает жжение поцелуями, расстегивая большие пуговицы на темном пальто. Старк, подыгрывая, скидывает пальто на пол. Куда и когда пропадает куртка Роджерса, он не думает, просто хватает воздух, которого отчаянно не хватает. — Я надеялся, мы дойдем до душа, — улыбается Тони, отрывая Стива от поцелуев. — Дойдём, — кивает он, — попозже. У меня есть одно дело. Старк не успевает ничего возразить, даже возмутиться, потому что Стив, опустившись на колени, стаскивает его штаны. Тони, словно по команде, задирает края рубашки, так несуразно свисающие прямо перед лицом Роджерса. В кромешной тьме гостиничного номера видны лишь силуэты и легкий свет из-под двери. У них уйма времени, вся ночь впереди, но Стив не тянет, не заставляет Тони ждать, облизывает, целует, ощущая губами, как от прикосновений член начинает твердеть, слышит шумный вдох и тихое шипение, когда вбирает в рот. Посасывая головку, он помогает себе рукой, обхватывает пальцами основание, смыкая их в кольцо. Осторожно двинув головой, на пробу, Роджерс быстро входит во вкус, то ускоряя движения, то замедляясь. Тони до ужаса хочется посмотреть на Стива. Как он работает ртом, двигает рукой; как прикрывает глаза почти выпуская член изо рта и как распахиваются веки, когда берёт непривычно глубоко. Закрыв глаза, продолжая трясущимися руками сжимать хрупкую ткань рубашки, он постоянно облизывает губы. Воображение в темноте само вырисовывает картинки с пошлым Стивом, так старающимся угодить ему. У Роджерса нет тормозов. Он двигается, берёт глубже, отпускает и снова берёт настолько глубоко, насколько получается. В очередной раз выпустив член изо рта, проводит по всей длине ствола кончиком языка, целует головку, облизывает. Пальцами левой руки гладит нежную кожу под коленом, ведет вверх, мучительно медленно продолжая облизывать член. Шлепок по ягодице заставляет Старка вскрикнуть от неожиданности. Проводя пальцами по промежности, Стив обхватывает член губами и снова движется по заданному маршруту. — Чёрт, — вырывается из уст Старка. — Мать твою… Тони, пытаясь сохранить последние ниточки контроля, отпускает рубашку, хватаясь одной рукой за волосы Стива, другой упираясь о стену, задевая выключатель. Резко загоревшийся свет бьет по глазам, он жмурится, опуская взгляд на Роджерса, пытаясь сконцентрироваться на движениях его головы, отдергивая его за волосы. Тони держит его с такой силой, какая вообще может быть в такой ситуации в его руках. От этого движения выглядят грубее, но ощущения не меняются. Когда Стив становится не просто пятном в искусственном свете, Тони наблюдает за ним, пытаясь предугадать его действия. За дверью слышен шум. Старк, не долго думая, затыкает свой рот рукой, кусая ладонь, чувствует пальцы Роджерса, массирующие анус. Хочется закричать, но он лишь бубнит что-то в собственную ладонь. Стив, почувствовав неприятные покалывания в руках, не обращает на это внимания, и упирается ими в дверь за Тони. Шум всё не стихает, и Тони изо всех сил зажимает стоны руками. Он почти не может смотреть на Стива, который в свою очередь смотрит на него без остановки из-под своих пушистых ресниц. — Стив, — выдыхает он. — Стив, ох… Я сейчас, сейчас.. Тони не договаривает, слова теряются, остаются лишь стоны и Стив, прекрасно испачканный спермой. Он приходит в себя спустя минуту, чувствуя поцелуи на шее. Стив жмется к нему, нежно ласкает солёную от пота кожу; он всё ещё напряжен. Тони чувствует это. Стивова рука в штанах движется медленно. — Давай, — тихо шепчет Тони, ловя взгляд голубых глаз, - я. Роджерс кивает. У него красные щёки, пелена на глазах. Грудь вздымается в широких вздохах, лицо блестит в искусственном свете. Избавившись от своих ботинок и штанов, Старк толкает Стива в сторону кровати. Расстояние между дверью и кроватью — десять поцелуев — быстро кончается. Стив раздевается, скидывая всё лишнее на пол, Тони следует его примеру. Кровать огромная. Стив ложится на спину, притягивая партнера к себе для очередного поцелуя. Старк, не теряя времени, обхватывает рукой его член. У Тони — волшебные руки; шершавые пальцы двигаются аккуратно, с точностью до миллиметров он сжимает член так, как любит Стив; Стиву хочется толкнуться в ладошку, но он сдерживается; Старк справится без него — это абсолютно точно. — Стиви, — шепчет Тони. Его взгляд всё ещё помутневший; полураскрытые губы очаровывают. — Так хорошо? — спрашивает он черт знает зачем, круговым движением обводя головку несколько раз. Стив отвечает тихим всхлипом-стоном, разносящимся по номеру со скоростью света, невозможно громко отталкивающимся от пустых стен. Это сводит с ума, Тони ускоряет движения руки, постоянно целует Роджерса: в губы, в щёки, проводит языком по шее. Он обхватывает ртом сосок, и Стив ахает от ощущения горячей влажности, выгибаясь навстречу рукам Старка. Тони сосредотачивается на Стиве, на движениях его тела, вздохах и стонах. Он постоянно что-то говорит, но не ожидает ответа; спрашивает, не думая, о том, чего хочет Роджерс. Среди стонов он разбирает только своё имя. Укладываясь на бок, Старк не перестает ласкать член, уделяет внимание яйцам, проводя по ним пальцами, сжимая, возвращается к своему основному занятию. Оставляя поцелуй на губах Роджерса, спускается ниже. Шея, грудь, живот… Стив отдергивает его за волосы, за те, что смог подцепить, и тянет к себе. — Нет, — хрипит он. — Не надо. Смазанный поцелуй, сорванное дыхание и редкие стоны в губы — картина маслом; Стив шипит, скулит, но не просит; терпеливо ждёт, наслаждается ласками, наслаждается Тони. Приподнимаясь на локтях, тянется к губам Старка, но замирает, увлеченно наблюдая за тем, как головка его члена то скрывается в тяжелой ладони, то остается абсолютно открытой на долю секунды. В какой-то момент Роджерс не выдерживает, начинает двигаться, шлепая задницей по кровати, толкаясь в сомкнутое кольцо пальцев. Дрожь пробирает по телу, предрешая подбирающийся конец. Стивен в последний раз хватает Старка за волосы, тянет к себе, но не успевая поцеловать, кончает, сотрясаясь от оргазма, простанывая что-то невнятное в рот Тони, и только после делает то, что хотел — целует. — Только не говори, что это всё на сегодня, — бормочет Тони, уткнувшись в шею Стива. — Я слышал, ты заказал шампанское, — улыбается Роджерс, пытаясь выровнять дыхание.

***

Автоматическое освещение около гостиницы гаснет в миг, переставая светить в зашторенные окна. За дверью стихает стук каблучков, ещё недавно отталкивающийся эхом по всему зданию. Строгая дама-портье, устроив ночной рейд, видимо наконец-то решила уйти спать, думает Тони. Если сон вообще входит в её права на работе. По спине Стива стекают капельки ещё не высохшей после душа воды. Тони видел каждую из них, пока уличный фонарь горел. Теперь же он собирает мокрые крошки пальцами, водя по широкой спине руками. Равнодушные капли стекают по пальцам, скапливаются в центре ладошки, нагреваясь. Сон не идёт. Вместо него — яркие образы в голове; то ли от слишком насыщенного дня, то ли во всем виноваты бесконечные опыты и то, что из них получится. Он думает о том, что остаться в этой глуши навсегда — было бы отличной идеей и что будет, если сфера из полей всё-таки лопнет. Он ворочается, нога затекает; хочется встряхнуться и выкинуть из головы вопрос про Марс и искусственную атмосферу. Стив мирно сопит рядом. Тони боится его разбудить, потому что это второй или третий раз, когда он спит хорошо за несчастные две недели. Сны — это то, что Стив не помнит на утро, и Старк совсем не спешит ему об этом сказать. Как не спешит сообщить всем о том, что, кажется, они разгадали планы Гидры, а ещё что Питер — подкинул самую лучшую идею для решения их проблемы с созданием портала. Портал — тайна, и он не в силах изменить этот факт, пока точно не убедится в его безопасности. Наверное, нужно усилить систему безопасности около портала, да и на дверь в комнату Брюса тоже можно встроить какой-нибудь распознаватель сетчатки глаза или отпечатков пальцев и… — Тони, — обрывает мысль Стив. — Да, Золотце? — бодро спрашивает Старк. — Тони, — повторяет Роджерс. Тони двигается ближе, приобнимает, кладя голову на его плечо. — Забери меня домой, Тони. — Мы дома, Стив, — отвечает Старк, понимая, что тот разговаривает во сне. Легким движением руки, он приглаживает волосы. Стив, немного поерзав, успокаивается. …надо заставить Колсона привести оборудование получше. Провести расчеты ещё одной математической модели и… Больше за эту ночь Стив не произносит ни слова.

***

Решив, что возвращаться домой лучше своим ходом, Тони забывает, что снежная буря вчера накрыла город. Когда они случайно натыкаются на блуждающих Джеймса и Клинта, Старк радуется, как ребенок шоколадной конфетке. Забираясь в неприметный фургончик, Тони благодарит Вселенную, которая поспешила ему на помощь в ужасно холодное утро. — Доктор Беннер очень просил доставить тебя к ним побыстрее, — сообщает Барнс Старку, перед тем как закрыть дверь фургона. — Наверное, опять нужно хорошенько надавить на рычаг, — улыбается Тони, ловя озадаченный взгляд Роджерса. Молчание застывает в воздухе, сопровождая их на продолжении всего пути. Наташа встречает их дома, заставляя раздеться, вымыть руки и позавтракать, в точности, как мама. Эту мысль Тони случайно озвучивает вслух. Стив смеется, когда грозный взгляд Романовой достигает Старковых глаз. — Мне не чужда забота, — спокойно говорит она, ставя на стол тарелку с тостами. Пока они завтракают, на кухне объявляется Паркер, сразу же начинающий болтать, задавать вопросы и сам же на них отвечать. Это смешит Стива, раздражает Старка, оставляет абсолютно равнодушной Наташу. Они — семья, отмечает для себя Роджерс. И пока он рассуждает о том, почему так сложилось, Паркер забирает Тони с собой. Стив выхватывает его у самой лестницы, ведущей на чердак к Брюсу. — Запускайте без меня, — говорит он, провожая Паркера. — Стив? — Я надеялся хотя бы на прощальный поцелуй, — меланхолично произносит он. — Сначала пригласил меня на свидание на глазах Питера и Брюса, теперь хочешь поцеловать у всех на виду. Что дальше, мой Капитан? — Ты же сам всегда твердил, что они всё знают, так что…- Тони не дает ему договорить, целуя. — Меня ждут. Старк убегает вверх по лестнице. Стив улыбается, смотря как он скрывается за дверью. Постояв ещё минуту, Роджерс сжимает руки в кулаки, чувствуя, как покалывания возвращаются вновь. Он пытается связать мысли, поступки и ощущения, вспоминая в какие моменты возникают эти чувства. Концентрация на нотках боли, оставляемых покалываниями, не помогает. Как и все действия и мысли во время таких приступов совсем не связаны друг с другом. Стив радуется, что Тони уже ушел. Это состояние, когда теряешься в пространстве, совсем не то, что хочется объяснять ему. Он хочет уйти, но перед ним внезапно оказывается Наташа. — Ты в порядке? — Да, — отмирает Стив. — Задумался просто, — он бросает взгляд на часы и понимает, что стоит здесь уже больше десяти минуты. — Мне жаль, что вчера вам не удалось досмотреть фильм. — Уверен, у него неожиданная концовка. Наташа рассказывает о фильме, когда с чердака доносится крик. Стив пугается, думая о самом страшном, что могло произойти. Сердце ёкает, пульс учащается. Наташа срывается с места быстрее, запрыгивая на лестницу, вышибает дверь. — Стив, — слышится голос Тони. — Ты нам нужен здесь. Он поднимается, перепрыгивая через ступеньки. Торопится. Запинается, но удерживает равновесие. Там, наверху, все тихо и спокойно. Наташа на чеку, у Тони испуганный взгляд. Паркер и Брюс выглядят восхищёнными, а это может значит только одно — они чего-то добились. У них получилось. — Стив! Нашёлся! Как долго мы искали тебя! Роджерс застывает, слыша давно забытый голос. Немой вопрос остается без ответа, Тони хитро убегает из его поля зрения, прячась за спиной.