Идеальный мальчик

Проснулся утром Никита от криков в соседней комнате. Парень быстро оделся и пошел к источнику звука. В гостинной на диване сидели Пиндюра и Цой, что-то активно обсуждая.       - Чего вы так орете?       - СКА победили, е-е-е, - радовался Артем.       - СКА?       - У-у-у, понятно все с тобой, - засмеялся Толик.       - Так что это?       - Хоккейная команда. Шестеркин на буллитах просто, как Бог, сыграл, - восхищался Пиндюра. - Тебе не дано понять всю охуительность этой игры.       - Ладно. Не буду мешать вам боготворить хоккей. Где Влад?       - На балконе курит, - махнул рукой Цой. - Ты готов? Скоро на репетицию едем.       - Да-да, я практически готов. Пойду поем. Парни кивнули и продолжили свой разговор. Только зайдя на кухню, Киоссе сразу же достал из заднего кармана брюк свой телефон. Пару секунд Никита пялился в экран, размышляя над тем, что сказать Святу. "Ладно, сымпровизирую", - подумал Киоссе и набрал номер Степанова. Каждый новый гудок заставлял нервничать все больше. "В данный момент, вызываемый вами абонент, не отвечает. Пожалуйста, перезвоните позже", - произнес женский голос. "Надеюсь, он не игнорирует меня, а просто спит или занят", - прошептал Никита, и убрав телефон на прежнее место, открыл холодильник. Полки были практически пусты. Литр молока, кусок сыра и палка старой колбасы - единственное, что находилось в нем.       - Ребят, где вся еда? - крикнул Киоссе.        - В предназначенном для нее месте, - донесся голос Артема.       - Если ты про холодильник, то там ничего нет.        - Нет, я помню, что-то там было.        - Я не буду есть старую колбасу.        - Тогда голодай до вечера, - сказал Цой. - Мы сейчас уезжаем, в магазин сходить не успеем. Вечером заехать можем только. Никита обреченно вздохнул и снова направил свой взгляд на еду. Помешкавшись, парень взял кусок сыра и закрыл дверцу холодильника. С небольшим желтым кубиком в руке, Киоссе вернулся к парням.        - Приятного аппетита, - смеялся Толик.        - Спасибо, - сказал Никита, показал язык и откусил немного сыра.        - Доброе утро, - зашел в комнату Рамм и как-то странно улыбнулся Киоссе. Словно знал какой-то секрет.        - Привет, - помахал ладонью Никита.        - Все готовы? - спросил Цой. - Тогда ждем пока Киса доест, и поедем.        - Вперед! - сказал Киоссе и закинул остаток сыра в рот.        - Быстрый, однако, - усмехнулся Артем.        - Ники, иди машину прогрей, пожалуйста, - попросил Толик. - Мы сейчас тоже подтянемся.        - Хорошо. Где ключи?        - В кармане моей куртки. Обувшись и надев куртку, Киоссе взял ключи и пошел к машине. Сев в автомобиль, парень завел его. Рычащие звуки двигателя пробуждали в Никите страсть к гонкам. Парень крепко вцепился руками в руль. Киоссе хотел надавить на педаль газа и уехать. С бешенной скоростью мчаться по безлюдной трассе. Но, увы, парень знал лишь названия педалей: "газ", "тормоз" и "сцепление", а где они находились Никита понятия не имел, куда там говорить о навыках вождения... Иногда Киоссе бесил собственный возраст. Раздражало, что он не может делать то, что делают более старшие парни. И несмотря на то, что Никита уже добился в своей жизни неких вершин, даже друзья не воспринимали его в серьез. Наверное, это пренебрежительное отношение окружающих к нему и стало главным стимулом. Парню нравилось доказывать, что он лучше, чем другие. Но Киоссе не понимал, почему всем так наплевать на его победы. И после того, как Никита попал в бенд, от одноклассников он получил максимум сухое: "Поздравляю. В школу ходить не будешь". Ах, да, конечно это все сопровождалось разнообразными смайлами.       - Давай-ка назад, - сказал Цой, положив ладонь на плечо Киоссе. Никита послушно вышел из машины и пересел на заднее сиденье, где уже находился Влад. И все, как вчера. Парни разговаривали, а Киоссе разглядывал пейзажи и размышлял. Репетиции уже не помогали избавиться от мыслей, которые занимал один только Святослав. Вернувшись домой, парни начали собирать вещи. Буквально через пять часов ребята полетят в другой город, где состоится их концерт. Целую неделю они проведут в Архангельске. Как же Никита мог забыть? Да и не он один. Подготовившись к полету, парень стал заваливать телефон Степанова звонками. Поняв, что Свят включил игнор, Киоссе зашел в социальные сети, но оказалось, что Святослав не появлялся нигде со вчерашнего дня. Никита ужасно заволновался. А вдруг со Степановым что-то случилось? Вдруг его сбила машина или напал какой-нибудь гопник в подворотне. "Нет, с ним все хорошо, он просто со мной играет. Жестоко играет", - думал Никита. Всю дорогу до аэропорта и даже в нем, Киоссе искал Свята среди прохожих, но, к сожалению, был обречен на неудачу. Приехав в гостиницу, Никита сразу же проверил, не появлялся ли Степанов онлайн, но ничего не изменилось. Все такая же тишина со стороны Святослава. Репетиции, прогулки, фанатки, концерты - вроде бы все, что нужно для счастья. Но нет, Киоссе понимал, что настоящее счастье он уже испытал на проекте. Никита любил вспоминать тот момент, когда Степанов разбудил его ночью:        - Ты чего кричишь? - спросил Святослав.        - Мне кошмар приснился, - тяжело дыша, ответил Киоссе.        - Я испугался за тебя.        - Свят, - схватил Никита парня за руку. - Поспи со мной, пожалуйста. Мне страшно.        - Дурак, - улыбнулся Степанов.        - Пожалуйста.        - Хорошо. Свят лег рядом с Киоссе на кровать, накрыв их двоих одеялом. Пару минут они смотрели друг другу в глаза, потом Святослав крепко обнял дрожащего Никиту. Киоссе сделал тоже самое, уткнувшись носом в шею друга. "Тише-тише, не переживай. Я рядом. Ничего не случится. Я с тобой. Я тебя не брошу. Все хорошо. Я тебя защищу", - шептал Степанов. Внутри Никиты в тот момент все сжалось от этих слов. Тогда парень впервые захотел поцеловать Святослава, но не сделал этого, по понятным причинам. В таком положении парни уснули и проснулись. Но на утро желание Киоссе поцеловать Свята не исчезло. Наверное, с того момента и появилась эта странная влюбленность. Никита стал уверенней в себе, ведь теперь у него появился Святослав, который всегда был рядом, мог защитить и никогда бы не бросил. Всю неделю, что MBAND провел в Архангельске, каждую свободную минуту Киоссе звонил Степанову и проверял, появлялся ли тот в сети. Рамм замечал это за Никитой и усмехнувшись, всегда покачивал головой. Только ребята приехали в Москву, как Киоссе тут же вызвал такси и направился к дому Свята. Дверь была заперта. Никита просидел несколько часов в ожидании Степанова, стараясь не уснуть.        - Эй, бомжуй не у моей квартиры, - сказал какой-то парень.        - Извини - сказал Киоссе, подняв глаза и увидев перед собой темноволосого парня. - Ты здесь живешь?        - Да. Отойди.        - А Свят где? Что с ним? - подскочил Никита.        - В Зае он, - сухо ответил незнакомец, открывая дверь.        - Где?        - Заинск. Город его.        - И давно он там?        - Где-то неделю.        - Когда приедет?        - Не знаю. Тоже через неделю где-то.        - Если свяжешься с ним, попроси чтобы позвонил мне - Никите.        - Ага, - сказал парень и захлопнул за собой дверь.С одной стороны: Киоссе был рад, что со Степановым все хорошо, а с другой: еще целую неделю ждать встречи. Это было невыносимо. Никита потихоньку сходил с ума. Ночи стали бессонными. В голове крутились воспоминания и многочисленные вопросы. Например, зачем же Степанов тогда поцеловал Киоссе? Что это означало? Все эти вопросы только добивали Никиту. Просыпаясь, он чувствовал себя разбитым и пустым. Во время отсутствия репетиций Киоссе просто лежал в своей комнате, обновляя страницы Святослава, перечитывая его старые записи, пересматривая старые фотографии, в том числе и совместные. По прошествию недели, Никита мигом поехал по знакомому адресу. Киоссе стучал в дверь и сильно волновался перед встречей со Степановым. Из квартиры вышел тот парень, которого Никита видел и в прошлый раз.        - Свят там? - сразу спросил Киоссе        - Нет.        - Ты же сказал, что он приедет через неделю.        - Он приехал и снова уехал, - с безразличием ответил брюнет. - Ты ведь Никита, да?        - Да.        - Минутку, - парень развернулся, взял с комода какое-то письмо и протянул Киоссе. - Он знал, что ты придешь, и оставил это для тебя. Просил передать, чтобы ты прочел это дома. Я все сказал, а теперь прощай. Парень захлопнул дверь, а Никита стоял на пороге и пялился на белый конверт в своей руке. Киоссе хотел сейчас же прочесть содержимое письма, но решил, что раз Свят попросил сделать это дома, значит на это есть причины, и нужно послушаться. Никита быстро выбежал из подъезда, где еще стояло такси, на котором он приехал. Парень сел в машину и отправился домой. Зайдя в квартиру, Никита быстро скинул с себя верхнюю одежду, обувь и забежал в свою комнату. Киоссе трепетно открыл конверт и достал альбомный лист, где черными буквами, аккуратным почерком было написано: "Привет, Никита. Думаю, ты сейчас в недоумении, почему я вдруг решил воспользоваться таким способом связи, а не сказал тебе все по телефону или в интернете. Мне так проще. Соц.сети я покинул, номер тоже сменил. Я долго решал, что тебе написать, чтобы высказать все, ведь мы больше не увидимся. Так вот, я много думал о том, что произошло там, у меня в квартире. Для меня был радостью твой побег, ибо если бы ты остался, то я даже не смог бы на тебя посмотреть, ни то, что говорить. Знаешь, я вышел из душа совсем обессилен. С таким грязным ощущением, будто мы не просто поцеловались, а трахались весь день. И мне было противно это. Я был противен сам себе. И не было способа убежать от этого чувства. Потом я стал думать: а почему, собственно говоря, я не ударил тебя, не отстранился, а ответил на поцелуй? Черт возьми, мне нелегко это писать сейчас, еще сложнее было признаться самому себе, но мне понравилось. И я не знаю, что именно: поцелуй или поцелуй с тобой? Я понимал, что это охренеть как неправильно, но ничего не мог с собой сделать, ведь, как и ты, хотел этого. Зачем я пришел к тебе потом? Зачем сам поцеловал? Не знаю. Наверное, хотел разобраться со всей этой кашей в моей голове. Но в этот раз я не испытал того, что испытал в предыдущий. Я даже получил некое отвращение. Опять же, от чего: от поцелуя или от тебя, твоей последующей фразы? Я не такой, как ты. Можно сказать, я - твоя полная противоположность. Мы ближе, чем друзья, но мы не пара и никогда ей не будем. Это какая-то недолюбовь, но передружба. Я точно знаю, что не люблю тебя, но знаю и то, что ты любишь меня. И в этот раз у тебя не получится перевести это в шутку. Я не хочу делать тебе больно, но, блять, придется. Мы не можем больше общаться. Мы запутались. Я переехал, сменил номер и поставил случайный пароль на все свои аккаунты, который сам не знаю. Теперь точно не восстановлюсь. Это будет сложно, но и без интернета неплохо проживу. В крайнем случае - создам левый акк, о котором будут знать лишь близкие. Не ищи меня, пожалуйста. Я больше не хочу видеть тебя. Хочу забыть такого человека, как Никита Киоссе. Инкомплит, Никит, инкомплит. Пожалуй, лучшее описание того, что я чувствую к тебе."        - Сука, - психанул Киоссе, смял лист и кинул его на пол от злости. - Ненавижу. Никита уткнулся лицом в подушку, стал бить ногами по кровати, и наверное, был готов заплакать, но в комнату вошел Рамм.        - Ты че истеришь? - спросил Влад. Киоссе промолчал, пытаясь успокоиться. - А это что?        - Не трогай! - Никита в одну секунду оказался уже рядом с парнем и выхватил скомканный лист из его рук.        - Эй, ты чего? Что случилось?        - Ничего, - покрасневший от злости и обиды Никита, лег обратно на свою кровать и уставился в потолок.        - Расскажи мне. Я помогу.        - Нихуя ты не поможешь.        - Воу, с каких пор ты стал материться? - Рамм подсел к Никите на его кровать.        - Отстань от меня.        - А, я понял. Что у вас там со Святом?        - Причем тут он?        - Я многое замечаю из того, о чем ты молчишь. Так что у вас? Если не скажешь сам, то я ему позвоню.        - Не позвонишь, - стиснув зубы отвечал Киоссе. - Он сменил номер.        - Тогда приеду и спрошу.        - Он переехал.        - Куда?        - Не знаю.        - Ты же его лучший друг, он не сказал? Вы поссорились?        - Он просто уехал и сказал его не искать.        - Почему?        - Не знаю. Но я найду его. Я должен.        - Ники, я, конечно, не лезу в ваши отношения и не знаю, что у вас случилось, но если он попросил тебя его не искать, значит, на это есть причины, верно? И если он тебе дорог, то ты должен отпустить его. Он сам найдет тебя, когда посчитает нужным.        - Может, ты и прав.        - Письмо от него? - Никита кивнул в ответ. - Дай прочесть ту часть, где он пишет, чтобы ты не искал его. Возможно, ты что-то не так понял.        - Там все ясно написано, - Киоссе разворачивает лист и отрывает нижнюю часть с последними двумя абзацами, после чего протягивает ее Владу. - Что там можно не так понять?!        - Мда, с чего бы он так? - прочитав, спрашивает Рамм.        - Мудак. Еще это "инкомплит" написал. Причем тут слово "неполный"?        - У Бэкстрит Бойс такая песня есть. Только название переводится в том случае, как "жить только наполовину", а не "неполный".        - Знаю я эту песню, пел ее, - ответил Киоссе, но вдруг в его голову приходит мысль, от которой он подпрыгивает. - Влад, найди перевод, срочно! Может, он про нее и говорил? Это одна из его любимых песен.        - Ща, - Рамм достал телефон из кармана и быстро нашел перевод песни. - Вот, - протянул он телефон Никите.        - Внутри меня пустота, далекие лица, которым некуда идти. Если я не думаю о тебе, я не могу найти покоя, и никто не знает, куда я иду. Я пытался жить так, словно никогда не знал тебя, я проснулся, но мир вокруг меня еще дремлет. Я молюсь, чтобы мое сердце не разбилось, но без тебя я все равно буду жить только наполовину. Я слышу голоса. Они говорят мне, чтобы я не сдавался. Но я оказался посреди океана совсем один. Мальчик, мой мальчик. Но и в твоих глазах я читаю вопрос: "А не совершили ли мы большую ошибку?" Припев. Я не хочу больше так жить. Но мне кажется, что я не смогу тебя отпустить. Я не хочу, чтобы ты жил в этом мире без меня, я хочу отпустить тебя(одного). И снова припев... - прошептал Киоссе. Никита крепко сжимал телефон с текстом в руке и тупо смотрел в экран, перечитывая слова. Рамм молча встал и вышел из комнаты, оставив Киоссе наедине со своими мыслями. "Эта песня - лучшее описание того, что ты чувствуешь ко мне? Но ты ушел. Не остался. Ничего не значило. Ничего и не могло значить".